Менеджер Нагибко, вы робот? Часть 3

Глава 22.2

— Адский день, — поделился Саша с искином.

Та пожала плечами.

Крис: Зато узнали много нового и интересного.

— Да уж…

В голове после сегодняшнего демодня царил полный сумбур. Крис разложила заметки по выступлениям в красивые схемки, но их ещё предстояло осмыслить, и не с такой квадратной головой, как сейчас. Однако была одна вещь, которую Саше хотелось выяснить прямо сейчас — что за тролль этот Рыбьёшек? Откуда он вообще взялся? Начинал он с низов и дорос до гендира или его сразу наняли на это место? С кем он дружен? С кем враждует, кроме русского языка?

К счастью, ответ на этот вопрос можно было поискать в базе, которую Саша в первый день на рабочем месте спёр у кадровиков. Должно же там быть резюме этого типа.

— Посмотрим-посмотрим, что у него за послужной список, — мысленно пробормотал Рогозин, разворачивая документ, который Крис ему услужливо подсунула. Сам бы он в кадровой базе сто лет его искал, потому что назывался файл не по фамилии кандидата, не по дате найма и даже не по фамилии рекрутера, а, видимо, по натальной карте.

— “Эквибанк”, менеджер продукта “Купырка”... Что? Ладно, “Онлайн школа бизнеса Ольги Лосевой”, руководитель проекта масштабирования… Ну окей… Транспортный портал Нергала, директор по информации…

Саша пролистал послужной список до линейных должностей. Выглядело это всё довольно прилично: рос человек, работал в крупных проектах, даже свой бизнес пару раз заводил — сначала прокат каких-то СИМов, потом мелкий телеком. Кстати, а как эти фирмы теперь себя чувствуют? Рогозин пробил их в реестре и обнаружил, что обе обанкротились через полгода, причём на второй ещё висели неисполненные предписания суда, хотя дело было десять лет назад.

Вот это уже интересно! Саша тут же полез смотреть, какова была судьба стартапов и корпораций, в которых Рыбьёшек отметился. И итог не разочаровал: пять из пяти стартапов прогорели, причём в двух случаях владельцы отбывали срок. Все продукты, к которым прикоснулся Климент Смарагдович, сняты с поддержки или уничтожены. Две крупные компании ликвидированы в течение года после его прихода.

Рогозин минут десять медитировал на полученные данные. Это кто же такого кадра принял на работу? Уж точно не Колумбиха! Но информации по этому вопросу файл Рыбьёшка не содержал. А вопрос вставал во весь рост — это просто кто-то не пробил прежних работодателей или этого кадра взяли специально для реализации его потрясающего угробительного потенциала?

Саша подумал-подумал и решил, что этот вопрос можно задать Николе Ермолаеву. Правда, знает он многое с дырками, если вспомнить разговор про образовательный фонд. Но всё-таки председатель правления — не хрен чихнул, найм на такую должность Ермолаев мог и заметить.

Так что, приодевшись, Саша отправился к «Барину».

В этот раз он надел свой особый костюм. Внешне тот ничем не отличался от обычной одежды, но по факту представлял собой ультрасовременные латы: при любой опасности ткань трансформировалась и становилась твёрже титана. Да, надолго её свойств не хватало, но несколько минут она помогала выиграть. Плюс в костюм были вшито кое-какие неприятные сюрпризы для нападающих. Например, электрошокер, который мог шарахнуть в ответ. Или перцовый спрей. И вот таких секретов ещё с десяток.

Прелесть костюма заключалась ещё и в том, что он мог менять цвет и узоры на ткани, то есть умел выглядеть, как разные комплекты.

На шею Рогозин надел нечто, весьма похожую на гривну, которые носили в древности. Как пошла мода на национально-этнический стиль, эти украшения вновь вошли в обиход. А уж как обрадовались этому оружейники! Они быстро приспособили их под основу для шлема. В случае опасности она активировалась, и вокруг головы образовывалась сфера, похожая на шлем космонавта. Ни зрению, ни доступу воздуха она не мешала, а вот удары гасила.

Управлять и костюмом, и гривной можно было как самостоятельно, так и с помощью искина.

Да, попахивало паранойей, но такая предусмотрительность не раз защищала Сашу от последствий его деятельности. Недовольных ею всегда хватало, особенно таких, что с горя надирались рядом с офисом, а потом шли бить морду проклятому кризис-менеджеру.

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Вот в таком наряде Рогозин и отправился вести разговоры с Ермолаевым. Правда, перед этим принял особую таблеточку, чтобы пить, не хмелея, и на утро не мучиться похмельем. Удовольствие, как говорится, не то, но, увы-увы, посиделки со вторым акционером — это работа, а не развлечение.

В этот раз «Барин» не оглушал громкой музыкой. Как объяснил Саше уже знакомый швейцар, сегодня особый день, когда даже в главном зале можно расслабиться под спокойные мелодии. Обычно такие вечера любили те, кто искал пару и разговора. Рогозин тяжко вздохнул: вот он тоже был бы не против поболтать о прекрасном с какой-нибудь красоткой. А придётся вытаскивать из Ермолаева сведения про Рыбьёшка. Нет в жизни справедливости.

— Да мне бы Николу Светозаровича увидеть, — сообщил он швейцару.

Тот замахал рукой, подзывая кого-то, и Саша узнал в подошедшем юноше Прохора, который обслуживал их в прошлый раз.

— Нет его пока, Виссарион Мирославович, — улыбнулся тот. — Но вы проходите. Хозяин обещался через часок быть. Он обычно вечерами всегда тут. Коньяк?

— О нет… В смысле пока нет.