Мерзавец

Глава 13

Анна

— Итак, что ты там говорила про очевидные вещи? — ухмыляется Матвей, отправляя в рот креветку. Мы всё-таки пьем сливовое вино и едим морепродукты в остром соусе. Вкусно, остро, и обстановка в этом ресторане более интимная, каждый столик отгорожен ширмой. — М? — вытягивает из меня ответ. — Что там не так с моим возрастом?

— С твоим возрастом все прекрасно. С моим проблема.

— В каком смысле? — сводит брови.

Реально не понимает или придуривается?

— Матвей, мне тридцать два, я была замужем и сейчас развожусь.

— Замечательно, — улыбается, внимательно наблюдая, как я отправляю в рот кальмара и облизываю губы от соуса.

— Что замечательного?

— Все: твой возраст и информация о разводе.

Замолкаю, всматриваясь в его такие наглые, но красивые глаза.

В принципе, может, и нет подвоха. Захотелось мальчику взрослую тетю для коллекции. А потом одёргиваю себя. Рассуждаю так, будто хочу от Матвея чего-то серьезного. Не хочу же ведь.

Ладно, закрываем эту тему. Я просто общаюсь с приятным, привлекательным парнем, в хорошем ресторане. Почему бы и нет? Я никому ничего не должна.

— Ты не пьешь? — перевожу тему, замечая, что Матвей не сделал и глотка, просто крутит бокал, играя напитком, когда я от волнения уже осушила свой бокал.

— Я за рулём. А у нас еще планы, — отвечает он и наполняет мой бокал.

— У нас планы… — закатываю глаза, качая головой. — Было бы здорово, если бы ты меня в них посвятил.

— Нет, Вишня, так неинтересно, — качает головой, отправляя в рот осьминога. У Матвея такие порочные губы, невольно в голове всплывают картинки чего-то очень интимного. Прикрываю на секунду глаза, пытаясь прийти в себя. Что-то я поплыла, и вино лишь усугубляет.

— А может, у меня свои планы, ну так, в порядке бреда.

— Ну ты же отложишь их ради меня, Вишня? У нас сегодня знаменательная дата.

— Да? И какая же?

Заигрываю. Боже, как давно я вот так не общалась с мужчиной. Думала, уже не умею.

— Какое сегодня число?

— Третье мая.

— Так вот, Нюта. Третье мая – день нашей первой встречи. Запомни, начнём отсчёт с этого дня.

— Отсчёт чего?

— Наших отношений, — уверенно заявляет он, закусывая свои порочные губы.

— Даже так? Отношений. Ты… — не нахожу слов.

— Наглый, самоуверенный, не умру от скромности, просто Мерзавец, — снова цитирует мне свой статус, ухмыляясь.

— Я не ищу отношений, — выдыхаю.

— Правильно, ты их уже нашла, — продолжает стоять на своем. Какой резкий, дерзкий и наглый мальчик. Хотя в его возрасте, наверное, все такие. Максималисты. Сегодня одни отношения, завтра – другие. Не осуждаю. В таком возрасте это нормально. — Ну что ты грузишься, моя Вишня?

И это его «моя Вишня» звучит так сладко. У меня никогда не было вот таких спонтанных, мимолётных романов. Всю жизнь я была хорошей девочкой. Отличница в школе, победительница олимпиад, первые места в гимнастике. Красный диплом в университете, работник месяца офисе. Примерная жена... Встретила Игоря, быстро вышла замуж. Потому что по-другому нельзя, если у нас отношения. Все серьезно. Все навсегда. Никогда не совершала чего-то сумасшедшего, безбашенного и безрассудного. Боялась осуждений, косых взглядов. Строила свою жизнь по шаблону. И к чему пришла? К полному одиночеству и социопатии. Мне даже вспомнить нечего. Нет ничего яркого в моей жизни, за что было бы стыдно.

— Давай отбросим всю эту мешающую тебе мишуру – возраст, предрассудки; и просто проведём этот день хорошо. Всё-таки знаменательная дата, — играет бровями.

Киваю, отпивая еще вина.

Нет, я не пьяна, но предрассудки и сомнения отключаются. Мне хорошо.

— Как твоё здоровье? — интересуюсь я.

— Уже лучше. Корсет, наконец, снял, могу спать. А сегодня так вообще все хорошо. Прилив эндорфинов обезболивает и пьянит без вина.

Боже, какой он… У девочек нет шансов не запасть. Настоящий Мерзавец.

После того как я отпускаю себя, наш разговор идет непринуждённо и весело. Матвей много шутит. Кто бы мог подумать, что парень разносторонний, умный, с хорошим чувством юмора, а в совокупности с его внешностью и харизмой – это вообще идеально. Или мне так кажется после нескольких бокалов вина. Неважно. Сегодня все неважно, я впервые разрешаю себе все.

После ресторана Матвей везёт меня в парк. Сотню лет здесь не была, последний раз бродила, наверное, в детстве.

Мы гуляем по аллеям и едим мороженое.

— Ммм, фисташковое, очень вкусное, — сообщает мне Матвей. — Попробуй, — тянет мне свой рожок. Я вообще не люблю фисташковое мороженое, но тяну руку. — Нет, пробуй так, без рук, — подносит к моим губам рожок. Хочу облизать, но прячу язык, когда замечаю, как плотоядно смотрит на мои губы Матвей. Откусываю кусочек, но он слишком холодный.

— Ау, — дышу, пытаясь нагреть мороженое. Белая капля стекает с уголка моих губ и падает на грудь.

— Пипец, — прикрывает глаза парень, втягивает воздух и качает головой с улыбкой на губах.

— Прости, вечно обляпаюсь, — оправдываюсь, начиная искать салфетки в сумке. Матвей отнимает у меня упаковку. Распахиваю глаза, когда он тянет руку к моему лицу, стирая с губ мороженое и облизывает свой палец. Сглатываю, когда до меня доходит суть его реакции. Никогда не была настолько испорчена, но этот Мерзавец и правда все превращает в секс.

— Очень сладкая, Вишня, — хрипло шепчет он мне, вынимает салфетку и сам стирает пятно с моей блузки. — Дай попробовать своё мороженое.

Протягиваю ему рожок, но Матвей качает головой и так же, как я, слизывает мороженое из моих рук.

— Вкусно, — констатирует он.

— Держи, — хочу отдать ему свой рожок.

— Я не про мороженое, Нюта.

Замираем, смотря друг другу в глаза. Пахнет весенним вечером, цветами с клумбы, парфюмом Мерзавца и сексом. Теперь я понимаю, о чем он писал, что секс начинается гораздо раньше постели. Никогда ничего подобного не чувствовала.

— Мот! — окрикивает его какой-то парень.

Наш контакт разрывается. Дышу, пытаясь прийти в себя. К нам идут три парня лет по семнадцать.

— Ты реально Мот?! — спрашивает один из них. Странная ситуация, наблюдаю, пытаясь понять, что происходит.

— Видимо, да, — отвечает Матвей. Они пожимают руки.

— Красавчик! Если бы не соскользнул, уделал бы Тора. Повторишь?

— Не знаю, вряд ли, что-то мне не понравилось, — ухмыляется Мерзавец.

— Да ну! Сделай его, а то Тор звезду поймал, считает себя уникальным.

— Так пусть ловит свои звезды, я замучу что-то эксклюзивное.

— Оу, класс. Можно фото?

— Без проблем.

Парни фотографируется с Матвеем, словно он звезда. Еще раз восхищаются непонятно чем, пожимают руки и расходятся.

— Что это было? — усмехаюсь я.

— Да так, не бери в голову, — отмахивается Матвей. — Пойдём на чёртово колесо?

— О, нет! — поднимаю голову на колесо обозрения, и ноги уже подкашиваются. В детстве меня затащил туда папа, до сих пор помню это ощущение страха высоты. Я сидела там, вцепившись в отца, и боялась даже голову поднять. Тогда я поняла, что панически боюсь высоты.

— Почему? — заглядывает мне в глаза. Кусаю губы, качая головой. — Моя Вишня боится высоты? Да ладно? Тогда мы просто обязаны это сделать сейчас! — хватает меня за руку и тянет к колесу обозрения.

— Нет! Нет, Матвей, — упираюсь. Накрывает паникой, сердце колотится, как сумасшедшее.

— Нюта, я знаю про высоту все, я сам ее боялся. Поверь, в ней ничего страшного. Она прекрасна, если преодолеть страх. Веришь мне? — так искренне спрашивает, словно от моего доверия многое зависит.

— Верю, но нет, — истерично усмехаюсь. А Мерзавец уже берет билеты и, сплетая наши пальцы, заключает в свой плен.

— Ну, Матвей, не надо, — уже хнычу я. Парень резко разворачивается и неожиданно обхватывает мое лицо своими ладонями.

— Тебе со мной страшно?

— С тобой – нет.

— Тогда поверь, там с тобой ничего не случится, если я буду рядом. Страхи нужно побеждать. Давай это сделаем сейчас. Я обещаю, что через пять минут ты забудешь про свой страх и тебе будет хорошо. Полетаем, Вишенка?

И я киваю. Киваю и иду за ним к кабинке чертова колеса. Этому Мерзавцу просто невозможно сказать нет.