Глава 0. Пролог (часть 4)

„09:31 — уже как пару часов они к чему-то готовятся. В этой части города, у нас густо массовое заселение. Домики не большие, порой в них живет с десяток человек. Я слышу, голоса соседей, они волнуются. Они боятся, что у них заберут все имущество. Хотя, его не так много. Несколько кривых шкафов с тряпками и матрасы. Матрасы, уложенные поверх деревянных досок, там они и спали после работы. А среди досок у них лежит металлическая арматура. Запрещенный материал! На черном рынке он стоит не малых денег. Изыматели, если найдут, заберут всех членов семьи. Откуда я знаю про арматуру? Я рылся у них.

09:37 — Раздался стук в двери. Кто-то зовет их коллаборационистами, а кто-то полицаями. Но, суть одна! Люди за стеной вновь принялись шептаться, они были взволнованы. Боюсь, что ищут меня. Я давно скрываюсь в этих руинах.

09:43 — Я отчетливо слышал шепот соседей, они боятся открывать двери изымателям. Таких людей не уважают, но и очень боятся. Они подчиняются руководству стоящему выше всей системы власти. Они могут не только осудить, но и убить на месте. Да они могут убить человека без особых судебных проволочек. И им за это ничего не будет. Они могут, по сути все, они могут изъять все, что захотят. Это страшные люди. И уже с ними не договоришься, всю процедуру — фото и видео, фиксируют дроны. Люди с лицензией на проведение суда и казни на одном месте. Они способны, я еще раз это повторю, изъять твои личные вещи и твою жизнь!

Коллаборационисты работают на угнетателей, исполнителей высшей меры наказания, на тех, кого бояться называть. И все же у них есть имя и имя это „Контролеры“. Полицаи, хоть и ставят себя выше людей, они боятся вышестоящих. Из-за чего изыматели стали стараться самостоятельно, на месте, решать все проблемы и правонарушения.

Некоторые, охамевшие храбрецы-изыматели, устраивали рейды в угоды своих интересов. Видимо, сегодня к моим соседям, пришли именно они. И начался процесс выявления незаконного хранения предметов старины. Картины, музыкальные альбомы, монеты, все то, что коллекционировали люди, еще до войны, до вторжения. Сейчас все это под запретом. Я не знал, что это было у них. Видимо хорошо прятали. Но, все же недостаточно хорошо, раз нашли это изыматели. Но, сам предмет истории их не интересовал, им нужно было золото!

И у меня было много подобных собраний. Это единственное, что имело память, хоть как-то отдавала историей. Люди постепенно могли забыть о своем прошлом, если их угнетать и не давать изучать историю былых лет. Помню, как меня трясло, пока я слышал, что происходило в соседней комнате. Этот человек, если его вообще можно назвать человеком, устроил целый погром. Я, в холодном поту и с дрожью по всему телу, сидел с коробками и запрещенным их содержимым. Наличие коробок уже могло вызвать вопросы. Даже пустые коробки могли стать предлогом для обысков. Да, вот так все сложно. Но они не были пусты. В одних лежали игрушки: фигурки индейцев, ковбоев, рыцарей. В других старые монеты, наверно золотые, и запчасти от сломанных устройств. Где-то были книжки, и даже старые марки с золотистым напылением. Большая часть вещей была еще из девяностых годов двадцатого века. Все это богатство я нашел в руинах на пепелище не до конца сгоревшего дома. Несколько лет назад, возможно год, его сожгли полицаи, они не смогли провести обыск в том доме. Местный житель сопротивлялся, и за это его наказали. Около года прошло с того времени, и оказалось, что туда мало кто ходит. И, несмотря на то, что это территория считалась запрещенной зоной, там не было охраны и ограждений.

Люди стали вымирать, всему виной — нехватка еды, лекарств, нормальных условий жизни. В некоторых районах нашего гетто вообще нет воды, а есть и такие, кто живет под открытым небом. А зимы сейчас пошли холодные. Население начало сокращаться, и постепенно численность полицаев так же стали сокращать. Так было решено по велению государства.

„Этих грязных людишек становится меньше и меньше, на кой черт нам содержать такой штат правоохранителей. Следовательно, полицию нужно сокращать!» — якобы такие разговоры были в высших эшелонах власти. Я общался с безработными изымателями, это несчастные люди. Кто-то из них участвовал в карательных операциях, кто-то нет, а сейчас мы все равны. И для нас, для обычных граждан, они все убийцы. Никто и не пытается сравнивать и что-то выяснять. Не все, ох таких не мало, справляются с последним положением вещей. Некоторые из них кончали с жизнью. Ну, и поделом им, они все знали, на что идут, рано или поздно стали бы убийцами.

Возможно из-за того, что изыматели сократились, я смог найти это добро. Иногда я себя спрашиваю, а стоит ли оно тех рисков? Сижу как дурак, обложившись коробками, и молю Бога, чтоб меня не нашли.

Благо, коллекционер того дома, все держал в коробках и пакетах. Это позволило сохраниться части инвентаря. Вот только зачем мне все это? На кой черт я утащил это к себе? Я уверен, у тебя появятся подобного рода вопросы. А еще больше тебя будет волновать вопрос: „На кой черт тебе эти клятые коробки с вещами?“ А ответ прост — Черный рынок. Это большие деньги. Это все прекрасно но, что мне делать сейчас, если изыматель найдет расщелину, скрытую комнату со мной и запрещенные вещи? А если он не один? Уже это не так и важно. Они тут же отправят меня на принудительную имплантацию. Черт, нужно было бежать!

Я сбился со временем! Извини, что перестал фиксировать его на красных полях. Не буду писать, это отвлекает.

Но, даже это не так пугает, как их слепое подчинение руководству. Они действуют по протоколу, по уставу своего отдела. И все это подчиняется Искусственному Интеллекту. Забыл совсем про него. За последний год, они автоматизировали очень много и это пугает до чертиков. Это оно решает, что опасно для человечества, а что нет. Оно решает за нас!

Черт, они сдвинули кресло…“

Загрузка...