Глава 10. В тот роковой день (часть 3)

Спустя какое-то время доктор Лесневский уже находился у себя на кафедре. Помещение было обклеено фотообоями, с изображением текстуры бамбука. Белоснежный потолок и старый паркет начала двадцать первого века. На одной из стен висела полка с пятью кактусами, остальные стены пустовали. Владислав не любил на них ничего вешать, даже свои почетные грамоты и дипломы, ссылаясь на скромность своей натуры. Один шкаф и два стола. Единственное окно, которое было в помещении, выходило на соседнее строение, преграждающее вид. Владислав уже несколько недель, после постройки здания, лицезрел лишь кирпичную стену в оконном проеме. Помещение, освещаемое люминесцентными лампами, было очень просторным. Во второй комнате окон и вовсе не было. Там располагалась импровизированная кушетка для экспериментов и мягкое кресло для доктора. Рядом стоял журнальный столик с настольной лампой и торшером. Зеленый абажур на обоих лампах создавал тихую и умиротворенную обстановку. Подобную той, что была в городской и университетской библиотеке.

Раньше он любил этот цвет, он ему напоминал о ней. Еще, будучи студентами, они, уже познакомившись с Габриэлой, часто виделись в библиотечном заведении. Они проводили много времени вместе, когда учились. Но, за последние несколько лет, его впечатления изменились. Вспоминая все это, Владиславовичу становилось грустно. Он перестал включать их, кроме тех случаев, когда это было необходимо.

Сегодня у него был посетитель. И ему пришлось их включить.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Лесневский у сидящего на кушетке студента.

— Да, нормально, — с безразличием ответил собеседник.

— Ты готов? — спросил Владислав, зажигая торшер. — Готов к эксперименту.

Лампа ударила по глазам молодого человека, и он прищурился. Доктор в тот же момент прикрутил яркость на минимум.

— Да, готов, — ответил подопытный. — Цена не изменится?

Доктор улыбнулся, доставая кейс.

— Разве мы не договорились?

— Ну, я… — в голосе студента была растерянность.

— Ладно, — выдохнул Владислав, садясь в свое кресло напротив.

Лесневский открыл кейс с бумагами и выложил несколько папок. Они тут же стали медленно разъезжаться и, сползая к краю стола, остановились. Из отдельного кармана пиджака доктор достал коробку в кожаном обрамлении крокодиловой кожи. Щелчок и он достал ручку. Из внутреннего кармана появился блокнот, так же стилизованный под крокодилью кожу черного цвета.

— Патрик, я накину еще пять. Ты согласен?

— Окей! — сказал студент сквозь улыбку. — Я готов!

— Тогда постарайся расслабиться. Можешь лечь, — указывая на кушетку.

— Было бы неплохо, — с улыбкой на лице.

Патрик повернулся и лег, положив руки за голову.

— Подушку? — предложил Лесневский.

— Было бы неплохо, — ответил подопытный, все с той же улыбкой на лице.

— Прокат подушки, как раз стоит пять долларов.

— Ч-то, что? — растерялся студент.

— Да я шучу, — улыбнулся Владислав. — Бесплатно.

Патрик вновь улыбнулся.

— На первом курсе ты был не способен к учебе, но быстро догнал своих сверстников за последний год и пошел дальше.

— Вы сказали: „Не способен к учебе“? Не совсем верное утверждение, — смотря в потолок. — Вообще не верное!

— Не верное?

— Разгильдяйство! — студент резко перевел взгляд на доктора. — Вот как бы я это назвал! — переводя взгляд обратно в потолок. — Лень! Чрезмерно выраженный эгоцентризм. Одним словом — глупец!

— Что побудило тебя измениться? Как ты это можешь объяснить?

— Тяга к знаниям? — на выдохе сказал собеседник. — А, иначе черт его знает!

— Не думаю. Хотя… Давай-ка посмотрим, погрузим тебя в сон и узнаем, что тебе сниться.

— Доктор Лесневский, по-моему, тут нет связи, — приподнялся Патрик. — Вы хотите узнать, как мои сны с этим связаны. С успеваемостью. Я знаю о Ваших экспериментах.

— Значит ты в курсе?

— Ну, некоторые студенты, которые были у Вас, уже половине университета рассказали о Ваших экспериментах.

— Но, я оплачиваю эксперимент.

— Да, и это Вам дает неиссякаемый поток новых подопытных. Но у вас еще есть отбор, и это правильно.

— Вот и замечательно. А теперь ложись.

— Вы занимаетесь ерундой, доктор Лесневский.

— Ты лежи, лежи.

— Доктор Лесневский! — лежа на кушетке. — Просто мы новое поколение и все, — стал увлеченно рассказывать Патрик, направив взгляд опять в потолок. — Я где-то читал, что с 1990-ых люди стали рождаться иными. Они вроде, как на ступень выше стали… А, вспомнил, они стали РАСА. Я читал в каком-то немецком журнале статью на эту тему. Там говорилось, что сейчас мы рождаемся развитыми. И все! Эволюция.

— Ты стал изучать языки?

— Германия наш сосед, рано или поздно нужно это было сделать.

— На первом курсе ты прогуливал и…

— А на втором пересмотрел свое мировоззрение, — обрывая доктора, сквозь улыбку сказал студент. — Я изучил много чего интересного.

— А сейчас ты на третьем курсе и уже занимаешься дипломной работой. Ты за один год прошел два.

— Таким родился, — с легкостью в голосе произнес Патрик и закрыл глаза.

— То есть ты себя считаешь развитым еще с рождения?

— Нет, все не так, — студент вновь открыл глаза. — Вы сейчас все перемешали в одну кучу, — бросив взгляд на Владислава. — Я имел в виду, что сейчас мы… — указывая на себя, — …новое поколение людей, а сны тут вообще не причем.

— Понятно, — сказал доктор и что-то черкнул у себя в блокноте.

— То есть мы рождаемся, имея расположенность к быстрому освоению новой информации, — подопытный перевел взгляд опять в потолок. — Предрасположенность к саморазвитию. Это своего рода эволюция! Она как и заложена в генах, так и обстановка, обстановка которая нас окружает. Технологии, разработки, открытия и большой, большой поток информации. Информация нас пробуждает, а после возбуждает мыслительные процессы и побуждает к действиям. Мы живем в постоянном информационном поле! Все это способствует к развитию человека. Занимался бы я этой темой, я назвал ее бы тогда „Принцип ПВП“, но у меня дипломная работа на другую тему.

Загрузка...