Множество книг, или Библиотека (Мириобиблион)

Cod. 66. Никифор. Историческая Эпитома

Прочитал «Историческую Эпитому» Никифора, патриарха Константинопольского[114]. Он начинает от смерти Маврикия и доходит до бракосочетания Льва и Ирины. Его стиль ясный и лишен излишеств, выбор слов отменный; композиция ни слишком расплывчатая, и ни слишком сжатая, но такая как нужно и отлично подходит для ораторского применения. Он избегает новизны, но в тоже время слишком привержен тому, что старомодно и замысловато. Его язык приятен, и не без очарования. Вообще говоря, он затмевает всех историков, что ему предшествовали; его единственный недостаток — чрезмерная краткость, из-за чего некоторым может показаться, что она препятствует его труду быть полностью приятным.

Cod. 67. Сергий Исповедник. История

Прочитал «Историю» Сергия Исповедника[115]. Она начинается с царствования императора Михаила[116], и затем возвращается к беззаконным и скверным актам Копронима[117]. Политические и церковные события вплоть до восьмого года царствования Михаила изложены по порядку; его военные успехи и его взгляды на религиозные вопросы изложены в деталях.

Стиль особенно ясен и прост, как в отношении значения слов, композиции, так и общего порядка, который создает впечатление спонтанности. Язык, полный природного очарования, не характеризуется заученными изменениями формы, требующими чрезмерной заботы. В соответствии с его замыслом, он сохранил стиль наилучше приспособленным для церковной истории.

Cod. 68. Кефалион. Эпитомы истории.

Читаны «Исторические эпитомы» Кефалиона[118]. Они начинаются с господства Нина и Семирамиды[119] и заканчиваются временем Александра Великого. Вся история включает девять книг, названных в честь девяти муз — Клио, Талия, Полигимния, Мельпомена, Терпсихора, Эвтерпа, Каллиопа, Эрато, и Урания, с которой также связаны действия Александра, царя Македонии.

Он пишет на ионическом диалекте. Чрезмерная краткость, с которой он описывает голые факты истории, не оставляет поводов для восхищения или подражания. Он ничего не говорит о своем племени или семье, опуская их молчанием, как Гомер, как сам он и говорит. Однако, по-видимому, он написал работу во время своего изгнания в Сицилию. Не говоря ничего о своем происхождении или семье, хотя он должен был это сделать, он упоминает свое изгнание как признак подлости духа. Его хвастовство перед рядом авторов, с которыми он консультируется в компилировании истории, показывает ум, неспособный к избавлению от мелкой и ребяческой любви к показу. Он говорит, что первая книга его истории была составлена из 570 книг, в 31 из которых он дает имена авторов; вторая книга из 208, с именами 25 авторов; третья из 600, с именами 26 авторов; четвертая из 850, с именами 36 авторов; пятая из 200, с именами 26 авторов, и так далее. Такова История Кефалиона.

Cod. 69. Гесихий Иллюстрий. История.

Читана «История» Гесихия Иллюстрия[120], сына Гесихия и Софии, родившегося в Милете. Это — своего рода синопсис Всемирной истории, как показано в названии — «История римлян и Всеобщая история». Она начинается с правления Бела, царя Ассирии, и заканчивается смертью Анастасия, императора Рима[121].

Его стиль краток и изящен, язык, ясный, но немного риторичен, а состав сложен в пропорции. Он особенно осторожен в выборе слов. Его способ выражения отличен и решителен, и он очаровывает[122] читателя фигурами речи, которые, однако, не препятствуют тому, чтобы события были описаны так ясно, словно он не видит смысла в числах, или даже еще более ясно. Он также высказывает свое намерение придерживаться строгой правды.

Работа разделена на шесть частей. Первая часть содержит рассказ о событиях, предшествующих Троянской войне; вторая — события от захвата Трои до основания Рима; третья — события от основания Рима ко времени, когда назначение консулов положило конец монархии, во время 68-й Олимпиады[123]; четвертая — события от правления консулов до 182-й Олимпиады, когда Юлий Цезарь стал единственным императором, и консулы были отменены[124]; пятая — от событий, которые имели место в правление Юлия Цезаря до времени, когда слава Византии достигла своей высоты, в начале 277-й Олимпиады[125]. Шестая начинается со времени, когда Византия к ее удаче имела Константина своим императором, и заканчивается смертью Анастасия, которого автор (я не знаю, почему) хвалит выше других из его предшественников, выделяя его милосердие и мягкость. Его смерть упоминается в 11-м индикте[126], когда Магн был единственным консулом. Промежуток времени, охваченный его историей, составляет 190 лет[127].

Также прочитана другая книга того же самого автора, которая содержит события правления императора Юстина. Это имеет важное отношение, поскольку после смерти Анастасия Юстин был выбран преемником, как затем за самим Юстином последовал Юстиниан. Различные события произошли в течение первых лет господства последнего. Автору помешала писать далее смерть его сына Иоанна, к которому он был так глубоко привязан, что он был неспособен посвятить себя дальнейшим занятиям литературной работой.