Мой век

Бабушка

Наша бабушка Анна Васильевна родилась в 1849 году — за 12 лет до отмены крепостного права. Крепостной она не была, так как у нас на Севере крепостное право в его классическом виде отсутствовало. Но тяготы смолоду испытала в полной мере. К тому же ей досталась горькая личная доля. Рано овдовела, оставшись с маленьким сыном. Ее муж — мой дед Иван Трофимович Федотов — поехал с сеном в Петрозаводск. Сено продал. Зашел в трактир, выпил. Разлегся на дровнях, поехал домой в Деревянное. А был сильный мороз. Лошадь подвезла Ивана Трофимовича вплотную к дверям родного дома и стояла у крыльца до тех пор, пока Анна Васильевна не увидела в окно свернувшегося на санях калачиком мертвого заледеневшего мужа.

Правду говорят: одно лихо не приходит. На молодую одинокую женщину обрушилась новая беда — сгорел дом. Купила в соседней деревне Педасельге сруб. Мужики по дешевке разобрали его. Перевезла бревна в Деревянное. Родственники помогли поднять новую избу. Уж чего, каких сил это ей стоило! Вспоминала — плакала.

Грамоты бабушка, понятно, не знала. Была суеверная и набожная. Я родился слабым, в детстве часто болел. Бабушка самоотверженно лечила меня. Не раз бывало так: наложит в котелок десятка полтора яиц, завернет его в белый ситцевый платок, чтобы удобней было нести, и ранним-ранним утром убежит с узелком в город. А вечером — уже дома. Позади — сорок с лишком километров. В котелке вместо яиц — вода. Но это не простая вода, а заговоренная самим Туренко — известным петрозаводским колдуном. Бабушка дает мне попить, а потом в корыте парит мне грудь размоченными в горячей воде отрубями. Я лежу обложенный липучей массой и истекаю потом. Такой курс лечения Анна Васильевна повторяла до тех пор, пока я не поправился.

Бабушка строжайше соблюдала посты. Была сдержанна в пище, никогда не поступалась неведомо когда и кем заведенными правилами. Эти правила не позволяли, например, употреблять колбасу, соленую селедку, и бабушка за всю свою долгую жизнь даже не попробовала их. Она не терпела ничего острого, никаких специй. Возможно, именно эта аскетическая сдержанность и была одной из причин того, что Анна Васильевна, несмотря на тяжелые невзгоды, прожила до 83 лет. Правда, последний год тяжело мучилась, то и дело обращалась к всевышнему: «Боже милостивый! Когда же ты меня приберешь?»