Моя Академия 5

Глава 5 Прихожу невовремя

— С дороги, пацан!

Едва успеваю отпрыгнуть от группы бойцов в чёрной броне. Они тащат за собой магический кокон. Что внутри — не разобрать. Вваливаются в целительскую.

Вот ведь дёрнуло меня зайти почти ночью к Пилюлькину за пополнением разгрузки эликсиров. Мог бы и до завтра подождать или на крайняк сходить к завхозу. Ладно, раз уже пришёл — значит, пришёл. Подожду.

Встаю немного в стороне, чтобы не привлекать внимание. Дверь в целительский кабинет распахнута, все четверо бойцов вместе с коконом стоят на пороге. Слушаю неприятную беседу на повышенных тонах.

— Слышишь, Пилюлькин, я же тебе нормальным языком говорю, — обращается к целителю один из бойцов. — Не довезём мы его до города. Вот вообще никак. Город отказался присылать вертушку из-за сильного заражения. И ты ему должен!

— И ты его сюда притащил? — спрашивает целитель. — Рома, ты идиот⁈

— Не в этом дело. Он же в стазисе, — поясняет боец. — Да и не заражён в полном смысле этого слова.

— Ой, дебил… — негодует Пилюлькин. — Ты не видишь, у меня же здесь полная Академия детей!

— Да не заразно, говорю! — ругается Рома. — Мы уже встречали эту хрень. До момента, когда наступит заразная стадия и выбросит споры, её можно уничтожить раз триста.

— А сюда зачем⁈ — наседает целитель.

— Так мы же успели вовермя бойца упаковать. Слушай, он наш талисман. Ему до гражданки пару месяцев осталось, и — приказом капрала потом в запас молодёжь учить.

— Чего тогда он у вас так подставился? — в голосе Пилюлькина звучит подозрение.

— Да малого нашего откинул… — вижу, как один из мужиков в броне смущённо мнется. — Мы эту хрень только здесь встречали. Но теперь примерно знаем, как с ней обращаться.

— И ваши хвалёные доспехи не спасли, — констатирует целитель.

— Не спасли, — сухо подтверждает Рома.

— Тогда каким макаром я его спасать должен⁈ — ругается Пилюлькин.

— Не знаю! Идти всё равно больше некуда! — уже без спеси отвечает боец.

Сквозь силовой кокон проглядывает такая же фигура в броне. Стенки кокона как мутное стекло. Видны только контуры и еле уловимые очертания.

— Ребят, вы разве не понимаете? При всём желании я даже вашу броню снять с него не смогу, — говорит Пилюлькин. — Нет у меня допусков.

— Не переживай. С бронёй он сам уже решил, — отвечает боец, кивая на кокон. — Броню открыл как попал — понял, что времени ее снимать не будет. Говорю же. Это ж наш Батя. Малого откинул, весь удар принял на себя, сразу же броню открыл и… — не договаривает. — Мы успели стазис бахнуть. Даже поддержку не ставили. Он её наверняка сам себе вколол. Так что он там жив, но тут другая непонятная хрень.

— Что за хрень-то? — интересуется целитель.

Слышу, как моет руки, после чего подходит к магическому кокону и пытается заглянуть внутрь.

— Да какая-то прыгающая хреновина, похожая на клубок из корней, — пожимает плечами Рома. — Попадает на человека и почти мгновенно прорастает. Уровень заражения выдаёт сразу за двадцать процентов, поэтому нас из города и турнули. У них еще нет способа с этим бороться. Даже если мы снимем стазис, уровень заражения всё равно не поменяется. Как был двадцать процентов, так и останется.

— Ну так ко мне зачем притащили? — всё ещё не понимает Пилюлькин. — Как я вам его спасу?

— Ну не знаю, ты же целитель, — выдыхает боец в черном.

— Что есть, то есть, — подтверждает Пилюлькин, продолжая осматривать кокон со всех сторон.

— Я тебе отвечаю, мы точно успели до того, как он пророс, — убеждает Рома. — Время все знают. Вдруг ещё не поздно? Ближе ничего нет, сам знаешь. Вертушку не дали, а без неё точно не довезем. К тому же у нас накопители кончаются.

Присматриваюсь к бойцам. На самом деле ребята сильно потрепанные. Заметны следы недавних боёв и слегка продранная броня. Не понимаю, что должно было произойти, чтобы такую технологичную броню порвать? О ней сам Германыч рассказывал с предыханием. Видимо, ребята попали в жёсткую передрягу.

— Накопителями, допоустим, Академия вам поможет, — предлагает Пилюлькин.

— Нет, такими не поможет, — качает головой боец. — У нас под оружие закончились. Стазис у Бати наш, войсковой.

— Что ж вас так странно снабжают… — недоумевает целитель.

— Да хоть это есть! — взрывается мужик в броне. — Другим и того не достается.

— Момент… — задумывается Пилюлькин. — Ну, положим, пару накопителей Германыч найдет. Но да. У нас тут такими особо не разживетесь. Так, допустим, это вам даст ещё часа полтора.

— Да. Мы пустые под ноль, — устало подтверждает Рома.

— Дальше. Студентов я вам не дам. Это очевидно, — не очень уверенно произносит целитель. — Черт его знает, что там за…

Тут Пилюлькин замечает меня.

— А ты чего здесь? — обходит кокон и обращается ко мне. Понимает, что какую-то часть разговора я мог слышать.

— За эликсирами пришёл, — говорю как есть.

Пилюлькин на секунду замирает, словно что-то вспомнив. Поднимает руку.

— Так, Орлов, никуда не уходи. — Глаза целителя бегают по кабинету. Пилюлькин быстрым шагом доходит до своего стола. — Что это за тварь? — обращается к четверым бойцам. — Дайте мне хоть какие-нибудь подробности!

— Неразумная, похожая на комок корней, — рассказывает Рома.

— Нет, меня не это интересует, — останавливает его целитель. — Это тварь прорыва или местная, мутирующая?

— Нет, это точно тварь прорыва, — машет рукой другой крупный боец. — Их матка раскидывает. Так питается. Корни прорастают, существо становится управляемым, приходит к основе, и та спокойно ест живое.

— А животные, Николай? — задает вопрос Пилюлькин и пока даже не смотрит в мою сторону, но и не гонит отсюда. Когда он меня окликает, подхожу чуть ближе к кабинету.

— А что животные? — пожимает плечами боец. — Они уже изменились, разума нет. Спокойно стоят, ждут, пока их сожрут.

— Какая затейливая биология, — чешет голову Пилюлькин. — Что могу вам сказать? Если эта тварь прорыва, у вашего Бати есть шанс.

— Отлично, док, это уже больше, чем давали в госпитале! — оживляется Рома. — Действуй, док, Там-то сказали, что шансов вообще нет.

— Сразу говорю, шанс минимальный, вам банально повезло, — предупреждает Пилюлькин и поднимает взгляд на меня. — Так, по поводу тебя, Орлов. Ты сможешь своим разрядом прицельно попасть в конкретную точку? Куда я скажу?

— Конечно, — отвечаю. — Опыта уже достаточно.

— Хо-ро-шо, — по слогам произносит целитель. — Тогда за дело.

Бойцы снимают шлемы и с непониманием смотрят на меня.

— Чего пялимся? — спрашивает Пилюлькин. — Он и есть ваш шанс.

— Он же первокурсник, — говорит Рома. Судя по поведению, он у них теперь за старшего.

— Первак, это да… — погружённый в мысли, проговаривает целитель. — Держите пока, как есть, а я остальное приготовлю. Первак-то он первак…

Пилюлькин бегло осматривает стол в кабинете, после этого переходит к железным стеллажам. Гремит дверцами. Бойцы продолжают смотреть на меня свысока.

— Только у него талант есть, — как бы между делом произносит целитель.

На этот раз ловлю совсем другие взгляды. Заинтересованные.

— Правда, этот талант можно применить только для тварей прорыва, — объясняет Пилюлькин. — Поэтому вас и спросил. Мы пока не знаем, насколько он применим для других прорывов. Пробовали только здесь.

Уж я-то знаю, что для других прорывов тоже применим. Но ребятам рассказывать не собираюсь.

— И ещё одно, — добавляет Пилюлькин. — После его магии не остаётся ничего. На упрощение вашей работы можете не рассчитывать.

— Док, ты чё-то мудрёное задвинул, — говорит старший. — Ты мне одно скажи: Батю нашего спасём?

— Я же сказал, — жёстко проговаривает целитель, — есть шанс. Повезёт — попытаемся спасти. Не повезёт — извини, другого шанса не дам.

Николай делает шаг ко мне.

— И мальчика, пожалуйста, не трогаем, — рычит Пилюлькин на всех сразу. — Парень мой студент, вы только наблюдатели. — Я доходчиво объяснил?

— Да, док. — Бойцы тут же делают шаг назад.

Видимо, они готовы хоть на голове стоять, если док скажет, что это необходимо для спасения товарища.

— Вот, молодцы. Стоим молча. Не звездим, просто ждём. — Целитель набирает сразу несколько эликсиров со стойки. Берёт пару амулетов, один из них сразу хлопает на себя. Второй держит в руке. — Иди сюда, — говорит мне.

Подхожу и получаю пластину. Она прилипает в районе груди.

— На всякий случай, — поясняет мне свои действия Пилюлькин. — Хрен его знает, что они притараканили. А заражение нам с тобой точно не нужно.

— Так, — целитель обращается к Николаю. — Клубок этой непонятной ерунды сам от себя отрывает корни? Может быть, семена разбрасывает или что-то в таком роде? Или это цельная система?

— Цельная, — поясняет боец. — Но может кидать отростки. Они тоже живучие.

Теперь понятно, почему они привезли своего товарища именно сюда. Кажется, это не в первый раз и не во второй, когда целитель занимается не совсем своим прямым делом по отношению к Академии. Понять его тоже можно — здесь у всех свои интересы. Да и бойцы в замке частые гости. Это я помню ещё и по первым дням.

— Слушай небольшой инструктаж, — Пилюлькин обращается ко мне. — Мы с тобой заходим в рисунок ритуала. Ритуал нас отсечёт от этих долбодятлов. Дальше мы с тобой вдвоём. Пока понятно?

— Да, — коротко отвечаю.

— В момент ритуала активизируется амулет, — целитель показывает на мою нагрудную пластину. — И у нас будет минут пять внутреннего времени, — выделяет слова док, — в течение которых нужно успеть всё провернуть.

— Что значит внутреннего времени? — уточняю.

— Мы с тобой сильно ускоримся по отношению к ним, — кивает на бойцов. — Но это очень, очень ненадолго и временно. Короче, энергозатратная тема. Дальше, — продолжает Пилюлькин. — Мы с тобой получаем небольшую защиту от артефакта. Навроде скафандров, только от всякой мелкой гадости. Заразиться не бойся. Действовать будет недолго, но нам должно хватить. Еще мы ускорим разум по отношению к ним. Пять минут спокойной работы нам гарантированы.

Целитель даёт мне склянку с голубой жидкостью. Поворачивается к бойцам.

— Заносите его в рисунок. Ставите в центр. Сами отходите к стене и не двигаетесь. Понятно? — Бойцы кивают. — Чего стоим тогда⁈ Начали! — командует Пилюлькин.

Бойцы быстро переносят кокон, рысью отбегают к стене и замирают, выполняя все дословно.

Пилюлькин машет мне рукой, берет со стола управляющий шар и сам заходит в фигуру своего многофункционального диагноста.

— Выпиваем одновременно, — инструктирует он. — Это как раз для ускорения разума. Часто пользоваться нельзя, но раз в неделю спокойно, — машет рукой. — Ускорение будет примерно один к двум. Если тело не будет успевать, сильно не пугайся. Идея понятна?

— Пока да, — киваю. — Что конкретно требуется от меня?

— Попробуй росчерком достать ту тварь, про которую они говорят, — объясняет док. — Если я правильно понимаю логику, должна сдохнуть вся. Но диагност нам в случае чего подсветит, если вдруг произойдет разделение или останутся споры. Эти-то долбодятлы всё равно не знают ни хрена.

Пилюлькин говорит вполголоса, так что бойцы нас не слышат. Они строго следуют команде «стоять и молчать».

— Понял, сделаем, — подтверждаю.

— Удивляюсь тебе, парень, — напряженно улыбается целитель. — Ни полслова про оплату.

— А должен? — переспрашиваю.

— Насколько я тебя помню, да, — хмыкает Пилюлькин.

— Обычно перед нами не стоит вопрос жизни и смерти, — тоже улыбаюсь. — Но не поспоришь, идея хорошая.

— Как только запустишь росчерк, отходи и не мешайся, — серьезно продолжает док. — Если буду задавать вопросы, постарайся помочь. Если не буду, лучше вовсе не шевелись, хорошо?

— Понял, не мешать работе профессионала, — проговариваю вслед за ним.

— Мо-ло-дец, — по слогам произносит целитель. — Ну что, понеслась? — спрашивает он и берет в руки такую же склянку с голубой жидкостью. — За твоё здоровье и здоровье Бати. — Пилюлькин приподнимает колбу и выпивает одновременно со мной.

Время замирает. Бойцы замедляются в несколько раз.

— Ну что, — слышу обычный спокойный голос целителя. — Делай раз, делай два, готов?

Формирую росчерк.

— Делай три, — считает Пилюлькин и снимает стазис.

В замедлении замечаю, как постепенно пропадает защитная техника с магического кокона. Нити расплетаются, показывая нам бойца в порванной броне.

Тело бойца приподнимается над броней на уровень пояса и замирает в таком положении.

Дядьке на самом деле не повезло. Мне требуется секунда, чтобы оценить, что можно с этим сделать. Посреди груди Бати мерзко и медленно шевелятся чёрно-красные, медленно набухающие корни. Видимо, без замедления корни ведут себя более активно.

Целитель не успевает перевести на меня взгляд, как росчерк срывается и попадает в скопище клубка корней. В общем-то, моего желания здесь и не нужно. Тварь абсолютно точно из прорыва. Клубок ярко вспыхивает потусторонним огнём и осыпается серым пеплом.

— Сюда! — слышу голос целителя.

На полу расползаются желтые подсвеченные пятна. Куски внутри пятен шевелятся. Значит, клубок всё-таки оставляет отростки. В них летят ещё два росчерка.

Грудная клетка мужика полностью разворочена. Сломаны рёбра. Крови пока нет, но видно, как приподнимаются тускло-сиреневые мешки лёгких. Видно часть внутренних органов. К моему удивлению мужик, похоже, ещё жив. Видимо, шевелящаяся масса брала на себя некоторые функции организма, и прямо сейчас они резко отключились. В ускорении организм не успевает понять, что с ним что-то не так. Скорее всего, идут остаточные сигналы, что всё нормально. Да и целитель на месте не стоит.

В грудь мужика влетает зубодробительная система глифов. Целитель без остановки размахивает руками. Словно из воздуха и магии появляются псевдорёбра, потом накидываются мышцы. Будто Пилюлькин собирает человека на 3D-принтере. Только в качестве самого принтера — он сам.

— Ноги! — не отрываясь от процесса, кричит док.

Вижу ещё один подсвеченный желтым участок. Он только-только загорается. Тут же бахаю туда росчерк.

— Если не пробьёшь кожу, режь, — командует Пилюлькин.

Вижу летящий в воздухе скальпель, хватаю. Моё тело двигается крайне медленно. Ускориться могу только за счёт магии, что и делаю. Почти равняюсь скоростью движений с целителем. Тот, видимо, под замедлением работает часто. Двигается как в обычной жизни.

Втыкаю скальпель в ногу Бати и делаю надрез. Оттуда высовываются тонкие шевелящиеся отростки. Немедленно отправляю туда росчерк. Кишащая мерзость мгновенно загорается и осыпается пеплом. Близлежащие ткани тоже обугливаются, но целителю пока не до них. Нога всё-таки не приоритет.

Пилюлькин без остановок зачищает то, что потрепал инфернальный огонь. Создаёт дублирующие органы и части тела, новые мышцы и кожный покров… Смотреть за его работой невероятно интересно. Да и самому целителю, похоже, крайне нравятся нелегкие вызовы.

Продолжаю сохранять готовность. Внимательно наблюдаю за состоянием мужика. Смотрю, что и где может появиться. Вроде большую часть корней мы уничтожили. Пилюлькин делает ещё пару пассов и переходит к ноге. Точно так же зачищает обугленные ткани, искусственно наращивает магический материал и переворачивает мужика на живот.

Со спины тоже приходится запустить магическое вмешательство. Мужик зависает в воздухе. Целитель буквально зашивает дыры в его спине, поскольку у дядьки сквозные ранения тоже есть.

Ещё несколько взмахов руками, Пилюлькин замирает.

Вокруг бойца загорается диагностика. Мужик сплошняком облеплен десятками диагностических модулей. Ждём ещё несколько секунд. Целитель прогоняет модули с помощью своего магического шара.

— Всё, — слышу почти спокойный голос.