Мухосранские саги и другие дурацкие истории

…шарики-лошарики

ЗАНИМАТЕЛЬНАЯ ЭНТОМОЛОГИЯ

Разный народ в пейнтбол играет, разный… У каждого свои тараканы в голове. Иногда побольше, иногда поменьше. А вот у Сенкевича, игрока «Града-Столичной», тараканы были вообще внешние — он панически боялся насекомых.

Поначалу, когда эта радостная новость стала достоянием команды, никто особо не возбудился. Ну, боится человек букашек, бывает.

Но году в 97-м в ходе очередного налета на Орландо состоялся заход и в магазин детских игрушек Toys’R’Us. Магазин этот — песня о загубленном октябрятском детстве:

Супермаркет на полтора квадратных километра. Уходящий за горизонт ряд с радиоуправляемыми машинками — ничего кроме машинок. У радиоуправляемых вертолетов — свой ряд, у корабликов — свой. Солдатики числом больше, чем все армии НАТО, вместе взятые. Неописуемые настольные игры тоннами. Наборы для юных химиков, физиков, офтальмологов, палеозоологов и обдирочников 3го разряда. Железные дороги общей протяженностью рельс от Земли до Луны.

Где-то на горизонте — розовое облачко. Там барби, подробностей нет, из наших никто не дошел.

Любое желание, которое может прийти в буйный детский мозг, может быть выполнено немедленно и оплачено на кассовой линии. От которой можно уехать на купленном детском автомобиле с двигателем внутреннего сгорания.

И вот по этому великолепию разбрелась наша пейнтбольная команда — кто комплексы свои закрывает и хапает игрушки в отместку жадноватому Деду Морозу, кто подарки детям-племянникам-младшим братьям набирает, кто просто таращится и слезу точит от горя, что родился рано.

А на одной из тьмочисленных полок лежат пособия — не пособия, игрушки — не игрушки… Весьма реалистичные пластиковые модели кузнечиков, жуков и пауков, в масштабе от натурального до 100:1 — муравьи сантиметров по 30, пчелы там всякие и прочее членистоногое воинство.

И сходятся у этой полки два бойца.

И срабатывает у них в мозгу одинаковая мысль, вот такая:

СЕНКЕВИЧ!!!

Хватают они с полки насекомину пострахолюднее, покупают ее за какие-то копейки и всем остальным, кроме Сенкевича, демонстрируют. А что в пейнтболе важнее всего? Правильно, командная игра. И вся шобла начинает при каждом удобном случае Сенкевича накручивать рассказами, какие циклопические насекомые во Флориде водятся. Кто термита с ладонь видел, кто наблюдал, как паук птичку словил, кто от летающего таракана еле тапком отмахался. Сенкевич пока посмеивается, «Бряхня!» говорит, но сам все больше бледнеет.

А природа во Флориде буйная, жизнь кипит — мама не горюй. Шоссе низенькими сетками огорожены — чтоб крокодилы на асфальт греться не вылезали, белки по деревьям скачут и даром что из рук гамбургеры не рвут, по кустам армадиллы-броненосцы шуршат, попугаи или еще какие местные пернатые нагло прямо в номера ломятся, лишь бы каких объедков сыскать. И на этом фоне местные флоридские членистоногие — откормленные, мордатые, нашим не чета, кровь с молоком. Крупные, в общем.

Все это хорошо видно невооруженным глазом, в том числе и глазом Сенкевича. А тут еще и рассказы соратников, кто каких размеров хитиновый панцирь наблюдал давеча. К ночи Сенкевича накрутили так, что он мимо кустов в мотель по стеночке пробирался и от шорохов вздрагивал. А там заботливые товарищи пластикового монстра уже пристроили ему на подушку, под покрывало. Средний возраст-то у всех едва-едва выше двадцати, умища полна палата.

Ну и Жека, с которым Сенкевич номер делил, уже перед самым отходом ко сну еще одну страшилку про насекомых довесил. Что именно — никто не знает, команда уже вся по койкам разошлась.

Тут-то и потряс округу дикий вопль, переходящий в инфразвук и сразу же в ужасный грохот.

Мотель вздрогнул, но устоял, а команда кинулась в номер Сенкевича с Жекой. Вламываются в дверь и понимают — минус два*, никого нету.

Пригляделись — незаметный на белом фоне стены стоит Сенкевич, различимый только по глазам навыкате. Большим таким глазам, с донце стакана каждый. На подушке, рядом с откинутым покрывалом, лежит пластиковая насекомина, а вот Жеки нигде нет. Вообще. Только из недр щели за кроватью время от времени доносятся ухающие и ахающие звуки.

Реконструкция событий по горячим следам показала, что:

— откинув покрывало и увидев ЭТО, Сенкевич спиной вперед допрыгнул до противоположной стены, находившийся примерно в двух метрах, не переставая при этом вопить;

— ужасный грохот был вызыван столкновением Сенкевича со стеной;

— глядя на эдакое маппет-шоу, Жеку скрючило от хохота и он рухнул в щель между койкой и стеной, где и продолжал веселиться до прибытия спасателей, т.е. команды, издавая те самые странные звуки.

А дальше…

А что дальше? Накатили дрожащими лапками (кто от хохота, кто от переживаний) вискарика, да и легли баиньки — завтра с утра игра была.

* Минус два — традиционный отсчет пораженных в игре, т.е. «нас уже не 5, а 3»

КТО Я?

Середина 90х, сильно независимые страны еще не наигрались в суверенитеты, оттого пограничный и таможенный контроль весьма суров. А мы катаемся на турниры в города, некогда бывшие союзными, иногда на машинах, иногда на поездах.

Вот однажды погрузились вечером в вагон, усугубили и баиньки, утром будем на месте. Заполночь будят нас погранцы-таможенники, суют анкетки, заполняйте, мол, и уходят в другие купе раздавать бумажки.

Андрей Александрович разлепляет мутный глаз, нетвердой рукой берет анкетку и таращится в нее, нащупывая авторучку. Пока он там в фокус приходил, стражи границы уже вернулись собирать листочки, дошли до нашего купе и выразили недовольство, что все так медленно.

Андрей Александрович, невзирая на начальственные окрики, продолжает заполнять, комментируя свои действия вслух:

— Фамилия… Имяреков… Имя… Андрей… Отчество… Андреевич…

Чувствует, что сморозил какую-то фигню, поднимает непроспатый глаз на погранца и задает естественный в такой ситуации вопрос:

— Какое у меня отчество?

С ТАНКОМ И ПУШКОЙ ПО МОСКВЕ

Играли мы лет двадцать тому назад Большие Маневры в Николо-Урюпино, на территории военно-инженерной академии, (кто знает — в двухшагах от первого королёвского старта).

Бронефанерная дивизия «Железный Капут» выкатила на Маневры танк на базе ЛуАЗа (пушка, поворотная башня, все дела), броневичок из ЛуАза же и типа пушку.

Ну там пальба-беготня, я пытаюсь рулить процессом, полевой телефон, три радиостанции, мобила, каждые тридцать секунд посыльные с вопросами… В запаре снимаю куртку (с утра прохладно было) и кидаю в угол штаба.

Война кончилась, прошло награждение, народ разъехался, ну и мы свернулись и совсем уже пора двигать домой — ан хрен, нет в углу куртки и вместе с ней ключей от машины. А хозяева полигона нервничают, вечер уже, никто нас там на ночь не оставит.

Машину можно завести «на горячую» — но тогда начинает орать сирена сигнализации. Сирену можно разбить, но жалко. Ехать же свозь весь город на орущей машине как-то стремно. Но это если одному, а если в составе колонны?

Первым встает комадир «Капута», вторым танк, третьим я с пушкой на прицепе (и честно намотанной на ствол красной тряпочкой), четвертым броневик, замыкает еще одна гражданская машина. Включили фары и поехали, помолясь, на базу «Капута».

Вы когда-нибудь ездили по Москве между танком и броневиком, с пушкой на прицепе? А мне вот довелось. Что характерно — у милиции при виде эдакой кавалькады, едущей под сиреной, даже вопросов не возникло, доехали в лучшем виде.

А ключи я потом нашел — куртку сгребли в мешки вместе с грязной игровой формой и увезли в стирку.

ТРУДНОСТИ ПЕЙНТБОЛА

Год примерно 95−96й, пейнтбол делает первые шаги в России, цены запредельные, публика… Публика соответствующая — новые русские и братки встречаются в количествах. Пелевинский рассказ «История пейнтбола в России» — как раз из тех времен. Сволочная статья в СПИД-Инфо о том, что пейнтбол суть стрельба по голым бабам — тоже (я надеюсь, автора в аду подвергнут выдуманной им же процедуре — будут гонять голым под огнем десятка стволов).

Тем не менее, жизнь идет, пейнтбол худо-бедно развивается, время от времени появляются странные клиенты. Например, как-то раз приехала компания, взяла пять маркеров и одну маску — гоняли впятером нерадивого должника. Негуманно, да, но уж всяко лучше утюга и паяльника. Или группа не берет шаров и маркеров, зато сразу сотню гранат и весело швыряется ими на поле.

Сотрудникам «Аникса» (того самого, откуда Сеня и гиббон) больше всего запомнилась одна игра.

Пять на пять, свисток, разбежались, первоначальная пальба в белый свет сменилась паузой — стороны заныкались за укрытиями, смотрят кто где, определяют позиции, перекрикиваются. Над полем несется заполошный вопль:

— Серега! Серега!!! Серега, ты где???

Вопль такой, что все смолкают и в наступившей тишине в ответ звучит исключительного трагизма похоронный голос:

— Убили… Серегу…

БЕТОННАЯ ЖОПА

Давным-давно имелась на одном из выездов из Москвы штрафстоянка, прямо у пикета ГАИ, между МКАДом, остатками деревни, улицей и свалкой. Дивное, в общем, место, но половина территории пропадала втуне, поскольку на ней росли деревца, а вырубить их низзя. Хозяева стоянки почесали репу, да и пустили на бесполезный гектар пейнтболистов.

Ну те и устроили там все по уму — один из лучших клубов в Москве, да еще от метро автобусы-троллейбусы ходят. Со временем кроме двух игровых полей появились раздевалки, банька, техничка, тир, мастерская и все прочее. Но в середине нулевых, еще при старике Батурине, кто-то положил на участок глаз — ну сами посудите, кусок земли у МКАДа, с удобным подъездом, грех торговый центр не вкарячить! Но есть проблема: у пейнтболистов честный договор аренды, законным образом зарегистрированный в префектуре.

Значит, надо этих гадов ухватить с другой стороны. И понеслось!

1. Выпуск телепередачи то ли «Петровка, 38», то ли «ЧП»: экологическая милиция совершала рейд по парку и ВНЕЗАПНО обнаружила пейнтбольный клуб (он там уже лет десять существовал). И в этом клубе всякие гады природу нашу портят, подмосковную, едреныть!

2. Звонок в клуб: срочно сообщите состав пейнтбольных шариков! Ну им отвечают — ПЭГ, пищевой желатин, краситель, пластификтор, все в пределах «пищевых» норм (технически, шарики можно есть, но они невкусные, хотя бульдожки имеют иное мнение). Нет, говорят звонящие, дайте точный состав! Клуб по мере сил отвечает — ну там ПЭГ двух видов, диоксид титана… Еще точнее! А нахрена вам, спрашивает клуб? Ну, говорят звонившие, мы лаборатория, нам заказана экологическая экспертиза… А, понятненько. Приезжайте — насыпем полную горсть, исследуйте, а за точным составом обратитесь в фирму-производитель, вот адрес, глядишь, и откроют они главную буржуинскую коммерческую тайну.

3. Природоохранная прокуратура: пришли считать деревья на площадке. Только вот какая незадача, деревьев по документам 83, но с момента пересчета прошло лет 15 и наросли новые, общим числом более 120 штук. Прикопаться не получилось, зато нашли кусочек ободранной коры и выписали штраф.

4. Ввиду того, что территория примыкает к парку, а парк является «особо охраняемой природной территорией», зачастили разного рода проверяющие. Как ни придут с утреца — штраф «за нарушение режима ООПТ». Однако, и тут хрен — неизвестные интересанты хорошо понимали, что на ООПТ им ТЦ построить никак не получится, даже при помощи старика Батурина, и заблаговременно вывели участок из состава парка. То есть вон там, за пригорочком — ООПТ, а тут, между машинами и свалкой — нет. И потому с выпиской из кадастра руководство клуба днем отправлялось в суд опротестовывать утренний штраф.

5. Дальше пошли уже совсем левые методы: взяли пробу грунта с площадки и засунули в… то ли в хроматограф, то ли спектрограф, не помню. Оный научный прибор показывает не вещества, а элементы. То ись если налить в него С2Н5ОН, он выдаст — углерод, водород, кислород, а про спирт ничего не скажет. И прибор показал наличие титана в количествах, существенно выше предельно допустимой концентрации. Только беда в том, что в шариках титан в связанном виде, двуокись, и потому ПДК совсем-совсем-другая. Мало того, эта двуокись практически в любой краске есть — от побелки для потолков до всякоразличной тиккурилы.

6. О превышении ПДК по титана клубу с гордостью сообщили из лаборатории, в клубе лениво поинтересовались — а что там со свинцом? Есть ли, много, мало? Лаборатория крайне удивилась — с чего вдруг там свинец? Ну как же, говорят в клубе, у нас за забором в пяти метрах МКАД, за штрафстоянкой оживленная улица, грунт в таких местах без тетраэтилсвинца не бывает.

7. Лаборатория поскучнела, но волшебные слова «превышение ПДК по титану» уже ушли в начальство. А начальство если в школу и бегало, то разве что от дождя прятаться. Поэтому пейнтбольная общественность с изумлением наблюдала сытую чиновничью ряху, с трудом влезавшую в широкоформатный телевизор, сообщившую народу, что пейнтбольные злодеи загрязняют мир МЕТАНОМ. Ну плохо дяденька учил химию, что поделать. Но искать источники метана в клуб все равно приезжали — то ли скважину хотели найти, то ли стада коров…

8. Утомившись бесполезными маневрами, пошли вроде бы законным путем — подали в суд на выселение. В клубе вздохнули — все же честь по чести, все оформлено правильно… Но пока там суд, в одно прекрасное утро просто пригнали бульдозеры и клуба не стало.

Построить там ничего не построили, так и стоит место впусте. Разве что воздвигли парковую скульптуру-скамейку из бетона «Сердце». Спереди она еще туда-сюда, а вот сзади…

«Дайте мне эту плюшевую бетонную жопу».

ГОСТ НА ПЕЙНТБОЛ

Да, представьте себе, есть и такое. Даже два — ГОСТ Р 51890−2002 «Маркеры для игры в пейнтбол» и ГОСТ Р 51714−2001 «Капсулы маркирующие для пейнтбола».

Появлением своим они обязаны вечному стремлению российских ухарей намутить себе монополию и стричь купоны с продажи лицензий и разрешений. Тогдашняя организация с ограниченной ответственностью «Российская федерация пейнтбола» очень хотела быть главной, для чего и были написаны два проекта ГОСТ. Первый был написан так, чтобы ему гарантированно отвечали кустарно изготавливаемые под эгидой ООО РФП маркеры «РМ» (Российский маркер, куда же в таких делах без пафоса), а прочие маркеры никого не волновали. Второй ГОСТ примерно таким же образом исключал все шары, кроме тех, которые импортировала ООО РФП.

Авторы сделали стратегическую ошибку — их проекты не предполагали никаких изменений пейнтбольного снаряжения в дальнейшем. А пейнтбол как раз стоял на пороге «электронной революции», существенно изменившей и маркеры, и шары, и вообще всю игру. Также в проектах были выставлены крайне жесткие требования, под которые легко могли попасть и сами инициаторы. То есть это было типичный «выстрел в ногу» от жадности.

Но «жаба хитра, но маленький хрущ с винтом много хитрей». Проекты подали на экспертизу во ВНИИ стандартизации, а там работали знавшие нас еще по временам Фирмы люди. Они-то и позвонили — сами они в пейнтболе понимали чуть меньше, чем ничего, а у нас была репутация едва ли не основателей пейнтбола в России.

Мы приехали, прочитали проекты и почувствовали, что седеем. Нет, технически все написано грамотно, но выставленные требования были настолько дурацкими… Например, проект требовал, чтобы вес шаров гулял не более, чем на 0.05 грамма, а даже у одного производителя в зависимости от сорта, партии и фазы Луны, вес шара менялся в пределах 0.5 грамма, а то и больше.

Или проект требовал, чтобы маркер оставался целым (т.е. чтобы от него не отлетала НИ ОДНА детель) при падении с высоты 3 метра на бетонный пол. Это при том, что вовсю юзали маркеры с пластиковыми корпусами…

Мы сели редактировать. И отредактировали, и притащили наш вариант, с широкими допусками и нормальными требованиями. Вот тут и началось — сотрудники отдела ВНИИСт-а, которым попал проект, были отличными специалистами по огнестрелу, с колоссальным опытом, стажем и соответствующими взглядами.

— Почему вычеркнули, что усилие на спуске должно быть не менее 25 Ньютонов?

Тугой спуск — это вообще не про пейнтбол. На электронных маркерах для обеспечения высокой скорострельности спуск регулируют так, чтобы он срабатывал буквально от касания.

— А зачем нам такое усилие?

— Ну как же! Вы можете идти по лесу, споткнуться, случайно нажать на спуск и подстрелить своего товарища!

— Видите ли, подстрелить товарища и есть цель игры в пейнтбол.

— Да-а?

И так во всем. Полгода жизни мы потратили, но самые одиозные ограничения убрали, не смогли побороть только определение «конструктивно сходное с оружием изделие». Аукнулось это сильно позже.

СЛОВО ПАЦАНА

В конце 90-х была у нас такая спортивная забава — летать большой командой на Кубок мира по пейнтболу в Орландо, штат Флорида.

Перелет долгий, тяжелый, с промежуточной посадкой в Шенноне, команда предпочитала перемещаться в режиме телепортации, т.е. помнили только порт погрузки и сразу порт выгрузки. Я там свой позывной и заработал, поскольку границу американскую проходили как раз в Шенноне, то нужен был кто-то трезвый и умеющий говорить на английском. Язык знал только я, вот я всю эту пьяную банду и вел — ну точно замполит!

Один из бойцов, весьма крупный мальчик с погонялом «Большая Голова» (64й размер, если правильно помню), отличался на редкость стремными шуточками. Например, как-то раз в предстартовой тишине салона, когда все уже пристегнули ремни, помолились и ждали начала разбежки, раздался его громкий и крайне удивленный голос:

— The bomb?

По счастью, это было до 9.11, но и тогда американская часть пассажиров подобосралась, да и мы тоже, но по разным причинам. А «Большую голову» переименовали в «Зе Бомб», так что свой Бомба появился у нас несколько ранее, чем в фильме «ДМБ».

Один из полетов у нас чуть не окончился потасовкой с крайне приставучим и скандальным пассажиром, который требовал с ним выпить и слов отказа не принимал. Когда ситуация накалилась настолько, что в проходе широкофюзеляжного «боинга» встали чуть не биться пять на пять, ситуацию разрулил Зе Бомб. Он очень вовремя проснулся, оглядел мутным со сна глазом диспозицию, воздвигся над будущим полем брани и весьма убедительно высказал:

— Нас тут команда. Двадцать человек. Мы топнем — самолет развалится.

И конфликт как-то очень быстро затух.

СИЛА ДУХА

В поездках героического периода российского пейнтбола случалось всякое — и на границе, и в таможне, и в самолетах.

Вот как-то отыграли мы турнир на выезде, повесили на нас по медальке, принимающая сторона закатила банкет, ну мы на радостях и усугубили. Кто-то побольше, кто-то поменьше, но больше всех набрался М — он, что называется, «боксер в весе пера».

А в таком состоянии у него просыпается неукротимое женолюбие: на любую особь противоположного пола он реагирует, как Рокфор на сыр, впадает в экстаз и начинает сорить деньгами. Команда видит, что М пошел вразнос, но удержать не может — очень уж он волевой и целеустремленный. Ну и попросту изъяли у него бумажник на сохранение, чтобы все не просадил. А там уже и автобус подали, пора на поезд. Пока доехали — М окончательно развезло и к поезду его тащил на плечах Д, двухметровый качок.

Сели, поехали, час, другой, тут М малость проспался и пришел в разум. И первым делом проверил наличие бумажника — а нету. Оглядел всех злобным зраком и сквозь зубы так:

— Ща я кому-то морду сворочу.

В главные подозреваемые попал Д, поскольку сидел прямо напротив, М уставился на него и все более злобно начал расписывать, как он поступит с проклятым похитителем его собственности. И настолько он был убедителен и настойчив, что Д прямо на глазах у нас съежился и попытался укрыться за спинами соратников.

А М все раздувался от злобы и твердил:

— Ща я кому-то морду сворочу.

Команда поначалу хихикала, а потом смотрит — а М вполне серьезен, морально качка уже забил, того и гляди, забьет физически. Отдали ему бумажник. Но лучше бы этого не делали — М тут же нас всех скопом зачислил во враги. Впрочем, воссоединившись с деньгами и после всех треволнений, он довольно быстро заснул.

Но вот как мелкий и упертый М навис над здоровенным Д и запугал его, мы запомнили надолго.

ПОЧИНИ ПУЛЬТ!

Игрок нашей команды Федя кличку «Ручной медведь» получил по нескольким причинам.

Во-первых, размера, во-вторых, он сибиряк, в-третьих, когда выпьет, терял дар членораздельной речи и в разговорах принимал участие только ревом.

Как-то раз телепортировалась команда на турнир, если я правильно помню, в Варшаву. Встретили, довезли до гостиницы, разместили, но Федя все еще был в состоянии медведя. Поэтому его заход в номер мы запомнили надолго:

— на счет «раз» он делает шаг в комнату;

— на счет «два» на ходу хватает лежащий на столике пульт от телевизора;

— на счет «три», не переставая маршировать, резким броском выкидывает его в открытое окно.

Никто даже вякнуть не успел, настолько все четко и быстро произошло, а Федя, удовлетворившись содеянным, рухнул на правую кровать и захрапел.

Игры начинались только утром на стадиончике в трехстах метрах и мы отправились знакомиться с игровыми полями (это вообще проклятье «пейнтбольного туризма» — мы обычно видели аэропорт, город из окна автобуса, гостиницу, стадион, гостиницу, город из окна автобуса и аэропорт). Посмотрели, нарисовали схемки, вернулись в отель, сели обсуждать, но в конце концов возник вопрос «А что с Федей?»

Кинулись к нему в номер и застали следующую картину: в отличие от нас в джинсах, рубашках и курточках, Федя полностью готов к турниру. Он в наколенниках, налокотниках, защите торса, перчатках, защитных шортах, игровых брюках, игровом джерси, защите шеи, шиповках, харнесе с тубами (куда даже насыпал шарики), сжимая в одной руке маску, а в другой полностью собранный маркер с баллоном и фидером, лежал между кроватями на полу, укрытый флагом команды, и спал.

Разбуженный и приведенный в мало-мальски человеческое состояние, Федя выражал недовольство гостиницей в целом (между кроватями тесно) и номером в частности (даже пульта от телевизора нету).

ТРУБНЫЙ ГЛАС

Пока в ходе естественного отбора не устаканились наиболее эффективные конструкции, пейнтбол в начальную эпоху был раздольем для самоделкиных. Плюс традиция начинать бизнес в гараже — в Штатах буквально у каждого пейнтболиста чесались руки что-нибудь изобресть, выточить напильником и запустить в продажу, чтобы хоть как-то отбить расходы на любимую игру. У нас тоже энтузиастов хватало, но без такого фанатизма. Правда, иногда случались казусы.

Поскольку мы считались экспертами в пейнтбольном снаряжении, многие придумки тащили к нам — будет работать или нет? И как-то раз Гриша Д., у которого инициатива превалировала над разумом, вывалил на стол древнюю железяку:

— Вот!

Мы оглядели чугунину, пытаясь представить, куда ее можно приспособить в пейнтболе — ну, если не швырять в противника.

— От сжатого воздуха работает! — гордо поведал Гриша.

— Это вообще что?

— Баллон заправленный есть? Давай, покажу!

Не чуя горя, Грише выдали баллон со сжатым воздухом. Он шустро прикрутил воздушную линию и открыл краник.

Раздалось такое, от чего мы дружно подскочили с мест — во-первых, это было адски громко, а во-вторых, нереально страшно (желающие могут ознакомиться с божественным звуком по ссылке: https://vk.com/video-154022820_456239455)

— Это что???

— Тифон! От электрички!

— А нам-то он нахрен? Ты что его, на поле потащишь?

— Не, это не для пейнтбола.

— А для чего???

— В машину поставлю!

С поведением водителей на дорогах у нас и сейчас не все слава богу, а уж тогда, лет 20–25 назад, было совсем печально. И мощный тифон виделся Грише средством для расчистки дороги. Надо отметить, небезосновательно — полевые испытания показали, что заслышав сзади сигнал настигающей электрички, даже гордые КАМАЗы предпочитали прятаться в кюветы, а всякие там «Запорожцы» вообще с перепуга залезали на столбы.

— Круто, да? — продолжал гордиться Гриша.

— Да ну нафиг! Тебе за него морду набьют, как пить дать!

И как в воду глядели — преисполненный радости Гриша решил гуднуть в ухо вздремнувшему товарищу. Результат — одна поврежденная барабанная перепонка и один сломаный нос.

Но штука прикольная, не отнять.