На острие лжи

Глава 17

День четвёртый. Полдень.

Вторая партия.

А ты попробуй "вопреки"

Не просто жить, а улыбаться.

Когда зажаты кулаки

От крика, что готов прорваться.

А ты попробуй, только сам,

Не подавать на людях вида,

Когда вокруг — сплошь тарарам,

И стынут губы от обиды.

А ты попробуй скрыть озноб,

Что непрерывно сотрясает…

Кто с этим справился, кто смог,

Меня, конечно, понимает…

Взяв в руки карту, Сергей пододвинул колоду Александре:

— Во второй партии Ведущая — ты.

После вчерашнего признания Саша сидела необычайно тихая. Перетасовав карточки с именами, наугад вытащила одну. Подняла на Сергея огромные глаза:

— Ты будешь Игроком. — Потянувшись к колоде Ведущего, зачитала:

— «Во второй партии происходит обычная Игра с Ведущим и Игроком. Игрок вытягивает карту из своей колоды и озвучивает вопрос. На обдумывание — две минуты. Время засекает Ведущий. По истечении указанного времени Игрок даёт честный ответ. Зрители и Ведущий обсуждают ситуацию и поведение Игрока и партия заканчивается. Игроку запрещено показывать свою карточку остальным Участникам. При нарушении этого правила Игра начнётся заново.

После обсуждения подводятся результаты четырёх дней Игры и начинается третья, последняя, партия. Хорошей Игры, дамы и господа».

— То есть, после этого тура Игра завершится? — недоверчиво спросил Олег. — Всё закончится? Мы сможем вернуться домой?

— Не может быть, — недоверчиво выдохнул Иван.

Лица просветлели, даже у Светланы в глазах мелькнула тень облегчения.

— Выходит, так, — напряжённо согласился Сергей.

Казалось бы, следовало радоваться. Но он не испытывал ни малейшего воодушевления, ожидая подвоха. Не может всё закончиться так легко. У него нет тайн, он никого не предавал, не подсиживал, не обманывал. Почему ему выпала роль Игрока? В том, что он будет отвечать честно, Сергей даже не сомневался. Только что интересного он может рассказать? А если потребуется описать его интрижки с женщинами? Это будет неприятно, тем более у него бывали романы с замужними дамами. К сожалению, эта дрянь Светка права, разборчивостью в личной жизни он не отличался. Хорошо, что он не заводил любовных отношений с жёнами знакомых. Это — табу. Так что вряд ли его исповедь зацепит присутствующих. Всё равно странно, в этой Игре ничего не происходит просто так… Впрочем, чего тянуть? Он взял колоду.

— «Расскажите в подробностях о последней встрече с девушкой, которую действительно любили. Поведайте, чем всё закончились. Назовите её имя и фамилию», — прочитал Сергей.

На миг сердце сжалось. Как давно это было… Девушка, которую он любил… Здесь нет никакой тайны, только уязвлённое мужское самолюбие. С тех пор всё зажило, перемололось, улеглось, только изредка отзываясь глухой тоской. Но тоску он научился глушить новым флиртом. Так что у него всё сложилось хорошо. Кого сейчас может волновать та покрытая пылью история? Вот только рассказывать её при всех, тем более при подчинённых…

Он обвёл взглядом обращённые на него лица и тяжело вздохнул. Рассказывать придётся. Иначе отсюда не выбраться. Ему не нужно повторно смотреть на карту, ожидая уточнения вопроса. Это имя он помнил наизусть. Маша Белова. Как в популярнейшем когда-то комедийном сериале. Легко запомнить. Впрочем, он бы и так не забыл. Невозможно забыть ту, что оставила ноющий след в сердце. Губы сжались в узкую полоску. Сергей погрузился в прошлое.

В тот день он опаздывал на встречу. Это было неприятно, он в принципе не любил опаздывать, тем более на важные переговоры. Сергей всегда выезжал заранее, но сегодня на парковке его заблокировала старая «шестёрка». Пока он нашёл водителя этого корыта, пока отогнали машину, времени осталось в обрез. Плюс, дождь, сильно гнать — себе дороже.

Задумавшись, Сергей не заметил огромную лужу, в которую и въехал на полной скорости. Во все стороны полетела грязная вода, и стоящая на тротуаре девушка отчаянно вскрикнула. Чертыхаясь, Сергей припарковался.

— Извините, — он сокрушенно оглядел забрызганный грязью светлый костюм. — Я не специально. Позвольте, оплачу вам стоимость химчистки, — достав бумажник, он вытащил несколько тысячных купюр. — Примите в качестве компенсации.

— Не нужно, — девушка сердито оттолкнула руку с деньгами. — Я спешу. Вы мне весь вечер испортили.

— Извините… — пробормотал Сергей вслед удаляющейся спине.

Посмотрев на часы, ещё раз вздохнул и направился к ресторану. Звонок застал его на входе в фойе — клиент задерживался. Сергей перевёл дыхание. Хорошо, что опаздывающей стороной будет не он. Присев за столик, пробежал глазами меню, определяясь с заказом. Потягивая воду без газа, ещё раз прокрутил в голове предстоящий разговор. Всё. Он готов.

Минут через тридцать появился клиент — представительный мужчина лет пятидесяти, убелённый сединами. Он был не один.

— Сергей, прошу извинить за опоздание, мою спутницу какой-то, — он пожевал губами, не произнося вслух бранное слово, — окатил из лужи с ног до головы, пришлось переодеваться. А она — моя правая рука в бизнесе.

Слова приветствия замерли у Сергея на губах. На него в упор смотрела девушка, с которой он недавно имел «счастье» познакомиться.

— Что ж, позвольте представиться, — девушка смотрела на него в упор, без улыбки. — Мария Белова, представитель фирмы «Меркурий».

— Хорошее имя. Запоминающееся, — выдохнул Сергей.

Так он познакомился с той, что оставила самый яркий след в его жизни. Симпатия возникла сразу. В любовь с первого взгляда он не верил, но, посмотрев в золотистые глаза, почувствовал, что-то сжалось внутри. В тот вечер, ведя разговор, он всё время ощущал присутствие Марии, воздух между ними словно наэлектризовался. В конце встречи он предложил гостям экскурсию по городу. Клиент, сославшись на усталость, отказался. Маша — согласилась. Оставив машину на парковке, они вдвоем бродили по широким улицам, разговаривая обо всём на свете. Сергей даже не мог вспомнить, когда еще ему было так легко говорить в обществе незнакомого человека. Не о работе, делах и бизнесе, а просто о жизни. Об увлечениях и детских мечтах, о собаках и кошках, о любимых фильмах и книгах. Ни о чём. И обо всём. Незаметно они оказались возле его дома.

— Зайдём? — он испытывал неведомое доселе смущение.

— Зайдём, — она открыто посмотрела ему в глаза.

Маша пробыла в городе ещё неделю, и всё свободное время они проводили вместе. После её отъезда Сергей потерял покой, он в первый раз ощутил, что такое одиночество. Одиночество, от которого щемит в груди и перехватывает дыхание.

Полгода пролетели, как во сне: звонки, переписка, аэропорт и такие короткие встречи…Сергей понимал, что влюбился. Жить вдали от Маши становилось невозможно.

Тот вечер он запомнил на всю жизнь. Маша прилетела к нему в пятницу, собираясь остаться до конца выходных. Бывая вместе, они всегда много шутили и смеялись. В этот же раз девушка была молчалива, отвечая невпопад. На встревоженные расспросы Сергея слабо улыбнулась — устала, неделя выдалась тяжёлой. Он смотрел на неё, и умирал от нежности. В кармане лежала бархатная коробочка с обручальным кольцом. Пусть это сентиментальный пережиток прошлого, но Сергею хотелось сделать всё по классике. Пора заканчивать с холостяцкой жизнью, сегодня за ужином он сделает предложение. Украдкой глянув на часы, он улыбнулся. Скоро доставят еду из ресторана, он сервирует стол и… Ему не нужен пафос в самый важный момент жизни. Только он и Маша. Свечи, признание, кольцо…

Из комнаты раздавался приглушённый гул — Маша негромко говорила по телефону. Занятый своими мыслями, он не прислушивался.

— Сергей, — она появилась на пороге. В лице — ни кровинки. — Сергей, мне нужно уехать.

— Что случилось? — он растерялся. — У тебя же рейс завтра вечером.

— Серёж, всё, — она говорила еле слышно, и Сергею пришлось напрячь слух. — Всё. Мы расстаёмся. Я уезжаю.

— Что? — его словно окатило ледяной водой.

— Прости, — по-прежнему тихо продолжила Маша. — Наши отношения — ошибка. Нам нужно расстаться.

— У тебя кто-то есть? — У Сергея потемнело в глазах.

— Да. Прости. Я уезжаю, машина на стоянке, я заказала каршеринг. Не провожай меня, не надо, — Маша не поднимала головы.

Сергей молчал, не в силах произнести ни слова. Когда за дверью затихли шаги, разжал судорожно сжатые кулаки. Внутри всё заледенело. Пройдя на кухню, выбросил кольцо в мусорное ведро. Больше он Маше не звонил и не писал, постаравшись навсегда вычеркнуть её из жизни. А через несколько месяцев пустился во все тяжкие, меняя женщин, не задумываясь. Стало немного легче. Теперь он никого не подпустит к себе близко. Постепенно боль ушла, превратившись в глухую тоску, что изредка накатывала по вечерам. Но к утру всё проходило.

Всё время, пока он рассказывал, Сергей не открывал глаза, уткнувшись лбом в сцепленные в замок руки. Он и сам не ожидал, что воспоминания дадутся настолько тяжело.

— Такие вот дела… — подняв голову, он осёкся от потрясения, застывшего на лице Артёма.

— Как ты сказал, имя той девушки? — глаза Артёма лихорадочно блестели. — Мария Белова?

— Да, — непонимающе ответил Сергей.

— Это было четыре года назад? — Артём впился в него взглядом.

— Да, — растерянно подтвердил Сергей.

— Четыре года назад зелёная Toyota Corolla, гос. номер А013, выскочила на встречную полосу. Уходя от столкновения, моя жена врезалась в дерево. Девушка-водитель не справилась с управлением. Её звали Мария Белова. — Артёма трясло.

— Нет… — глаза Сергея расширились от ужаса. — Нет! Тёмка, я не знал… — у него перехватило горло.

— Когда всё случилось, я… Через какое-то время я нанял детектива, — голос Артёма прерывался. — Хотел узнать подробности аварии и посмотреть на убийцу моей жены. Детектив провел расследование, встретился с родственниками Марии. С ней самой он встретиться не успел. Она погибла.

— Что?! — откинув стул, Сергей вскочил на ноги. Шагнув к Артёму, покачнулся и снова опустился на место. — Что ты сказал? — еле шевеля губами, прошептал он.

— Мария Белова погибла. Не пережила операцию. Детективу всё рассказала её сестра. Девушка встречалась с кем-то из нашего города, с кем именно, сыщик не уточнял, это не имело значения для дела. Как я теперь понимаю, с тобой.

— Какую операцию? — губы одеревенели. Сергей до боли в пальцах вцепился в столешницу.

— У Марии были сильные головные боли. Жениху она ничего не говорила, не хотела беспокоить. В частной клинике прошла обследование. Сдала анализы. В ту пятницу она полетела к жениху. Встретиться с лечащим врачом и узнать результаты собиралась в понедельник. Но, увидев снимок, врач сам набрал Марию по телефону. Киста головного мозга. Требовалась срочная операция. В шоке от полученной информации, девушка помчалась в аэропорт. По дороге не справилась с управлением и вылетела на встречную полосу, — Артём говорил бесцветным, механическим голосом, словно пересказывая чужую историю. Было видно, что он не раз прокручивал в голове ситуацию, разделившую его жизнь на две половины.

— Почему? Почему она не сказала мне? — по цвету лица Сергей сравнялся с простынёй.

— Не знаю. Наверно, не хотела становиться обузой. Её лечащий врач настаивал на немедленной операции. Ждать квоту или оперироваться в другом городе Мария не стала: долго, время поджимало. То ли нейрохирург оказался не опытным, то ли киста была неоперабельной… В общем, девушка погибла.

Артём умолк. По лицу градом катил пот. Даже сейчас, по прошествии четырёх лет, рассказ причинял боль. Винить Марию Белову, так трагически погибшую, было трудно. Но если бы не она, Оксана осталась бы жива… Если бы Сергей тогда не отпустил девушку одну, или сам отвёз её в аэропорт… Но ведь он ничего не знал… Мысли путались, в ушах стоял звон. Обхватив голову руками, Артём протяжно застонал.

Спотыкаясь, словно пьяный, Сергей вышел из коттеджа. Его никто не останавливал. Не разбирая дороги, прошёл к озеру. Ноги налились свинцом, в груди саднило. Казалось, он никогда больше не сможет дышать. Перед глазами стояла Маша, какой он запомнил её в последний вечер: бледная, спокойная, не поднимающая глаз от пола. Она не хотела повиснуть камнем у него на шее, поэтому и порвала отношения. Он что, ослеп в тот момент?! Или отупел?! Почему ничего не стал выяснять? Почему отпустил единственную женщину, которая ему по-настоящему нужна? Он мог её спасти. У него достаточно денег и связей, он просто не позволил бы ей лечь под нож коновала. Мог спасти. Но не спас.

Вспомнив череду женщин, с которыми он крутил после неё, Сергей содрогнулся от ненависти и отвращения к себе. Сейчас, словно в ярком озарении, он понял, что просто глушил отчаяние, ища и не находя замены. Маше. Единственной. Любимой. И он не защитил, не уберёг женщину, которую любил. Уязвлённое самолюбие застило глаза. Если бы тогда он не позволил эмоциям взять верх, все бы были живы. И Маша, и жена Тёмки. Он, и только он виноват в искорёженных жизнях. Его бросило в жар.

Забредя по пояс в воду, Сергей наклонился и пригоршней зачерпнул воду, охлаждая разгорячённое лицо. Вода, перемешиваясь со слезами, стекала по щекам.

Прошло минут двадцать, точное время никто не засекал. Артём так и сидел, раскачиваясь на стуле и обхватив голову руками. Сергей не возвращался. Тишина не просто давила, от неё хотелось кричать. Кричать, визжать, сделать хоть что-то, чтобы прервать это страшное безмолвие. Но все словно оцепенели, никто не произносил ни звука. Наконец Олег отодвинул стул.

— Я пойду, посмотрю, что там с Серегой.

— Не надо, я сам, — Артём отнял руки от лица.

Встав, нетвёрдой походкой направился к двери.

Сергея он нашёл на берегу озера. Тот сидел в насквозь мокрых джинсах, прислонившись спиной к большому валуну. Увидев Артёма, просто кивнул головой:

— Не знаю, что тебе сказать. Я во всём виноват.

— Я тебя ни в чём не обвинял. — Артём устало прикрыл глаза. — Всё в такой клубок сплелось, голова взрывается. Ты виноват не больше, чем я. А может, и меньше. Если бы я тогда вместо деловой встречи сам отвёз тёщу в аэропорт, ничего бы не случилось, — в горле у Артёма что-то булькнуло, но, справившись с собой, он продолжил. — Ты не виноват в смерти моей жены, и никто не виноват. Знаешь, я люто ненавидел Элеонору Андреевну. Если бы не она… Ненавидел до сегодняшнего дня… Ненавидел её и себя. А сегодня, глядя, как переплелись судьбы и события, понял — нельзя предвидеть всё наперёд. Мы не знаем последствия поступков, и никто не знает. Слепой случай. Рок. Судьба. Называй, как хочешь. Мы можем пытаться обезопасить себя, но никто не застрахован от дорожной аварии. Или теракта. Или обкуренного наркомана. Нельзя всё предугадать. Я бы всё отдал, чтобы спасти Оксану. Но предвидеть будущее не мог. Никто не может.

— Только сейчас понял… Я никогда не забывал Машу. Я любил её. Все эти годы любил. — Сергей, не отрываясь, смотрел в одну точку. Голос звучал хрипло, как во время простуды. Фразы получались короткими, рублеными, казалось, он с трудом выталкивает из себя слова. — Искал во всех женщинах её черты. Не находил и снова искал. Поэтому и не заводил ни с кем долгих отношений. Но, крутя со всеми этими бабами, я предавал её. И себя, заодно.

Вода в озере шла мелкой рябью, отражая лучи солнца. Синело небо. Махая крыльями, с пронзительным криком пролетела чайка. Он не видел всего этого. Перед глазами стояла Маша. Россыпь веснушек, мягкая улыбка, струящиеся по плечам волосы. Как наяву, он услышал серебристый смех, ветер донёс запах духов. Прогоняя морок, Сергей потряс головой, потом перевёл застывший взгляд на Артёма.

— Не знаю почему, я сразу поверил в худшее. Может, растерялся. Это стало шоком. Я очень волновался в тот день. Выбирал кольцо, заказывал меню. Речь в голове прокручивал. Встретив Машу в аэропорту, специально не подавал вида. Хотел дома, в торжественной обстановке, сделать сюрприз. И по дороге, в машине… Всё представлял, как она обрадуется. Когда услышал, что мы расстаемся… Я словно разума лишился. Сразу подумал — у неё есть другой. А она не отрицала… Сердце будто остановилось. Теперь понимаю, виноват, что не задержал. Не узнал правду. Она была такой искренней, чистой, родной. И вдруг это: «Прости, мы расстаёмся». Знаешь, — лицо по-прежнему выглядело, как гипсовая маска, казалось, жили одни глаза, — если бы не моё эго, она бы осталась жива. Если бы я тогда не отпустил её… Если бы хотя бы позвонил потом… Как теперь… — Он не закончил фразу.

— Хотел бы сказать, что ты забудешь об этом, но не могу. Боль никуда не уйдёт, но со временем она притупится, и можно будет жить. Поверь, я знаю, о чём говорю. — Артём коснулся его плеча. — Сергей, пора возвращаться.

Чайка с протяжным криком опять пролетела над головой. Сжав зубы, Сергей кивнул.