На острие лжи

Глава 19

День четвёртый.

Голосование.

Восходы, закаты, паденья и взлёты —

Всё это изведали все.

Полёты во сне, наяву перелёты,

Пробежка по мокрой росе.

Высокое небо, нависшие скалы,

И солнечный блик на воде…

Да, в жизни даётся всего и немало —

Хватает решений в судьбе…

Но главное, правило помнить простое,

Когда свет исчерпан до дОнца —

Что даже за самой безудержной мглою

Всегда поднимается солнце.

Взяв в руки колоду, Олег неуверенно перемешал карты. Третья, завершающая партия. Неужели скоро всё закончится? Все тайны раскрыты, признания сделаны. Зачем ещё играть? Воздух сгустился от нервного напряжения. Новых откровений и сюрпризов никому не хотелось, разобраться бы с тем, что узнали. Но эта Игра, не спрашивая желаний, диктует правила сама.

— Выбираем Ведущего, — достав карточку, Олег пробежал её глазами, потом перевернул на общее обозрение: «Олег».

— Поздравляю. — Сергей даже не улыбнулся. — Зачитывай правила.

— «Дамы и господа, Игра почти завершена, вам предстоит последняя партия. Ведущему нужно достать карточку из призовой колоды. Если карточка окажется пустой — Игра окончится, и вы сможете вернуться домой. Если выпадет изображение руны, необходимо назвать выпавший приз. Хорошей и честной Игры».

— Кажется, на этот раз обойдётся без потрясений, — прокомментировал Иван. — Если честно, что-то никаких призов не хочется.

Олег в ответ мрачновато улыбнулся. Он вполне разделял чувства Ивана. Игра оказалась полезной. Но настолько мучительной, что новых открытий не хотелось. Да ещё какие-то непонятные руны…

Под пристальными взглядами он перемешал призовую колоду и вытащил оттуда карточку. Перевернув, увидел красный символ, чётко выделявшийся на глянцевой бумаге. Больше всего рисунок напоминал человека, поднявшего руки к небу. Внизу маленькими чёрными буквами шло обозначение: «Руна Мир». Что ж, сюрпризы продолжаются.

— О, нет, — не сдержав вздох, он показал карту.

Радости от выпавшего приза не наблюдалось, в глазах людей плескалась тревога.

— Мог бы и пустую вытянуть, — пробормотала Саша.

— Ну, извини, — Олег развёл руками. — Так получилось.

— Вряд ли здесь что-то получается случайно, — Артём не отводил взгляда от руны. — Вопрос, что это за приз?

— Сейчас узнаем, — Олег взял в руки коробку из-под карт.

Он мог бы поклясться, что ещё минуту назад в ней ничего не было. Теперь на дне лежала тоненькая колода — семь карт. Первое, что бросилось в глаза — рисунок на рубашке совсем другой. Не ставшие уже привычными переплетения линий, а одиночные символы, расположенные посередине карты. Каждый символ сопровождался надписью: «Есть», «Алатырь», «Треба», «Крада», «Сила», «Мир», «Уд».

Олег одно за другим зачитывал названия на «рубашках».

— Почитаем, что это всё значит, — он хотел перевернуть «Алатырь».

— Стой! — Артём схватил его за руку, в голосе звучал страх. — Нам выпала определённая карта, её и откроем. Кто знает, может, любопытство наказуемо?

— Ты прав, — Олег, словно обжегшись, отдёрнул руку. — Я не подумал. — Отодвинув от себя колоду, он выбрал то, что досталось им по жеребьёвке. «Мир». — Переворачиваю?

— Давай, — отозвался Артём.

Поднеся карту к глазам, Олег прищурился: вся карточка была испещрена мелким текстом. Прочитав, нахмурился и перечитал ещё раз.

— Что там? — не выдержал Артём.

— «Игрок, которого вы определите голосованием, сможет вернуться в прошлое за час до события, ставшего роковым в его судьбе. У Игрока будет ровно шестьдесят минут, чтобы исправить случившееся. Для того чтобы переместиться во времени, нужно просто закрыть глаза и сосредоточиться.

В голосовании учитывается мнение всех участников Игры. Игроки могут приводить любые аргументы, чтобы склонить других Игроков на свою сторону. Голосовать можно за любого из Участников, даже за Ведущего. Победитель определяется большинством голосов. Если количество голосов будет равным, производится повторное голосование за Игроков, набравших большинство голосов. Хорошей и честной Игры, дамы и господа».

Олег ошарашенно помотал головой.

— Но это же невозможно, — наконец произнёс он. — Этого просто не может быть.

— А остальное, то, что с нами произошло, может быть? — глаза Артёма горели лихорадочным огнём. — Олег, очнись. Это же шанс!

— Артём, это уже из области фантастики… — начал Олег и осёкся. Спину обдало холодом. Он понял, о чём говорит Артём. Надежда. Надежда, что можно вернуться в прошлое и всё исправить. Надежда на счастливый финал. Бред! Даже на фоне происходящего это — уже запредельно. Такого не бывает, прошлое не меняется, история не знает сослагательного наклонения. Но если?..

Он ещё раз обежал взглядом комнату. Обстановка изменилась. На лицах больше не было отрешенности. Волнение, тревога, напряжение, как перед резким рывком. «А ведь каждому есть, что поменять в прошлом», — мелькнула неожиданная мысль.

Артём. Саша. Сергей. Лена. Иван. Светлана. Каждому из них сейчас необходима попытка. Уникальный шанс. Он и сам может всё исправить! Из холода его моментально бросило в жар. Вернуться назад, никогда не говорить Нике глупых и жестоких слов, любить, оберегать. Сохранить ребёнка. Спасти свою любовь. Кровь зашумела в ушах.

Никто не произносил ни слова. Казалось, каждый хочет заговорить, и боится того, что может услышать от других.

Первой, как ни странно, прервала молчание Светлана.

— Я знаю, что сейчас начнутся баталии за приз, — голос звучал хрипло, девушка нервничала. — Будут приводиться разные аргументы, в основном, что нужно дать шанс тем, у кого погибли близкие. Выслушайте меня до конца, прежде чем начнёте возмущаться. Как бы цинично это ни звучало, но кто умер — тот умер, мы не обязаны всех спасать. Каждый из нас имеет право изменить свою жизнь. И я, и Олег, и Ваня. Мы заслуживаем такую попытку. Каждый из нас. Поэтому не надо давить на жалость и чувство вины. Это пустые разговоры.

Светлана очень старалась подобрать правильные слова, чтобы достучаться до нескольких Участников. Ей необходима поддержка. Пусть не всех, пары человек достаточно. Нужно, чтобы Иван и Олег услышали её. Услышали и согласились с аргументами. Нельзя упустить этот шанс, и парни могли помочь выиграть. Олег её ненавидит, но это неважно. Его можно перетянуть на свою сторону…

Её никто не перебивал.

— Олег, — она посмотрела прямо в зелёные глаза. — Я ошиблась. В результате ты — несчастен, а твой ребёнок уже не родится. Ты хорошо знаешь Веру — она никогда тебя не простит. И ты всегда будешь помнить, что сам подтолкнул её к аборту.

Лицо Олега стало страшным. Губы шевельнулись, но он не издал ни звука.

— Я могу всё исправить, — она наблюдала за малейшими переменами в его лице. — Проголосуй за меня, и я не буду ломать комедию, не буду никого подставлять. Просто оставлю вас в покое. Ты женишься на Вере, родится ребёнок. Я останусь со своим «папиком». Не стану врать, что делаю это ради тебя, всё равно не поверишь. Нет, я хочу сохранить обеспеченную жизнь, которой лишилась из-за этой авантюры. Скажу больше — у меня отобрали квартиру и машину, и я сделаю всё, чтобы их вернуть. Помоги мне — и сам будешь счастлив, я близко к вам с Верой не подойду.

По тому, как дрогнуло лицо Олега, она поняла: слова попали в цель. Он пойдёт на всё, чтобы остаться с Никой. Осталось перетянуть на свою сторону Ивана, и тогда у нее будет три голоса. Достаточно, чтобы побороться за главный приз. Для остальных она вряд ли подберет весомые аргументы.

— Ваня, — Светлана внимательно смотрела Ивану в глаза. — Мой «папик» — очень обеспеченный человек. Я полностью оплачу тебе начальный взнос по ипотеке. Новая квартира из несбыточной мечты превратится в реальность. Просто — проголосуй за меня. Это не трудно. Гораздо легче, чем твоя комбинация с Сергеем. Предлагаю начать голосование!

— Не так быстро, — опомнился Артём. — Конечно, каждый имеет своё право на счастье. Но, пока человек жив, всё можно исправить. Счастье — не в деньгах и квартирах. В моём случае ничего исправить уже нельзя. Я потерял жену, потерял ребёнка. И я прошу, — голос дрогнул, — я очень прошу, помогите спасти мою семью.

— Ребята, — по щекам Александры катились слёзы. — Я никогда не думала, что смогу отмотать время назад и спасти сестру. Позвольте мне вернуться и ответить на звонок. Я вечно молиться за вас буду, только помогите спасти Лильку! Прошло полгода, но я до сих пор не могу ни есть, ни спать. Родители совсем сдали, мама постоянно плачет, отец болеет. Не губите нашу семью. Пожалуйста, — она в умоляющем жесте прижала руки к груди.

Столкнувшись с ней взглядом, Олег поспешно отвёл глаза.

— Послушайте, — Сергей прочистил горло. — Я рассказывал вам про Машу. Понимаю, как это сейчас звучит, но… Я любил её, действительно любил. Всё это время… — он откашлялся, под обращёнными на него взглядами слова застревали в горле. — Я только сейчас понял, что не могу без неё. У меня внутри всё корчится от боли, будто нож проворачивается. Вы можете сказать — позднее зажигание, и будете правы. Я ошибся и признаю это. Без неё я — никто. Прошу, ради всех лет, что мы знакомы, помогите, — голос Сергея завибрировал от эмоций. — Я никогда не просил вас о помощи. Но сейчас, первый и последний раз в жизни — прошу.

— Я тоже скажу, — заговорил Олег. — Я всем сочувствую. Приношу соболезнования тем, кто потерял близких. Но в чём-то Светлана права — каждый имеет право на шанс. Я хочу быть вместе с Никой, хочу растить нашего ребёнка. И это — не преступление.

— Нет, Олег, это не преступление, и по-человечески — вполне объяснимо, — Иван говорил негромко, но в гнетущей тишине голос прозвучал неожиданно резко.

— Тогда я прошу, пожалуйста, проголосуйте за меня, — в глазах Олега светилось отчаяние.

— Олег, я же тебе предлагала… — начала Светлана.

— Я тебе не верю! — оборвал он с ненавистью. — Ты подлая двуличная тварь. С тебя станется вернуться назад, помириться со своим престарелым покровителем и провернуть аферу с Никой. Из мести. И на твоем месте, Ваня, — он глянул на Ивана, — я бы на деньги особо не рассчитывал. Даже если ты проголосуешь за неё, она не будет платить. Разве ты ещё не понял?

— Олег… — потрясённо начала Светлана. — Я не обману. Клянусь… — поняв, как неубедительно звучит сказанное, она всхлипнула. — Ваня, прошу тебя, — голубые глаза наполнились слезами.

Лена растерянно переводила взгляд с одного лица на другое.

— Ну что, будем голосовать? — внутри у Олега всё дрожало. — Итак, считаем голоса. Кто голосует за меня?

Его рука одиноко взметнулась вверх. Внимательно всмотревшись в каждого, он горько усмехнулся.

— Итак, один голос.

Взяв лист бумаги, дрожащей рукой, записал: «Олег — 1».

— Кто голосует за Светлану? — он посмотрел на вскинувшую руку девушку тяжёлым взглядом. — Итак, тоже один голос.

Внеся пометку на листок, кивнул:

— Дальше. Артём? Артём и Иван. Два голоса, — констатировал он.

Артём еле заметно кивнул:

— Спасибо, Ваня.

— Кто за Сергея? — Олег почти не удивился, когда подняли руки Сергей и Елена. — Что ж, вполне ожидаемо. Два голоса.

— Саша? — посмотрев на одиноко вытянутую вверх руку, подавил вздох, — один голос. Что ж, я, Саша и Светлана — по одному голосу, Артём и Сергей — по два.

— Тёма, Саша, Олег, — заговорила Елена. Губы у неё дрожали. — Простите, что не проголосовала за вас. Если бы смогла, помогла бы всем. Но Серёжа мне, как брат, я не могу видеть, как он мучается.

— Я тоже проголосовал бы за всех, — подал голос Иван. — Но мне показалось, у Тёмы самая тяжелая ситуация.

Саша, закрыв лицо руками, плакала навзрыд. Надежда спасти Лильку растаяла без следа. На какие-то четверть часа она поверила, что можно всё исправить. Но чуда не случилось. По крайней мере, для неё. Перед глазами, как наяву, появилось лицо сестры, и она изо всех сил прикусила губу, чтобы не закричать. Рот наполнился солоноватым привкусом крови. Господи, как же больно. И как жестоко: подать надежду и тут же её отнять.

Светлана сидела с перекошенным лицом. Внутри всё плавилось от ярости. План не сработал. А ведь она была уверена, что и Олег, и Ванька клюнут на её обещания. Не получилось. Опять всё пошло прахом. На неё волной накатила злость. Что ж ей так не везёт в последнее время…

Ощутив, как сдавило в груди, Олег тяжело выдохнул. Умом он понимал, что голосование справедливо. У него никто не умер, Ника жива и здорова. Вот только ребёнок… Малыш, который так и не родится по его глупости. И Ника, потерянная для него навсегда. Сердце болезненно сжалось. Светка права, Ника его не простит. Он хотя бы расскажет ей правду… Но тяжесть в груди не проходила.

— И что теперь? Повторное голосование?

— Что? — он перевел на Ивана непонимающий взгляд. Мысли разбегались.

— Я спрашиваю, теперь повторное голосование?

— Да, — Олег постарался сосредоточиться. — Голосование между двумя кандидатами, — он поморщился, настолько официозно прозвучала фраза, но язык словно одеревенел. — Итак, выбор между Артёмом и Сергеем. Мужики, будете что-то говорить?

— Да. — Артём встал из-за стола. — Сергей, — он повернулся лицом к невольному оппоненту. — Я всё понимаю и сочувствую тебе. Но, извини, — он на мгновение зажмурился. — Давай по-честному. Я потерял жену и ребёнка по вине твоей девушки. Никто из вас не хотел этого, но факт остаётся фактом, она спровоцировала ДТП. Я четыре года жил в аду, умирая каждый день. Ты четыре года пачками менял баб. Теперь ты заговорил про большую и светлую любовь. Так не бывает, Серёга. Если ты четыре года прекрасно жил без неё, то и дальше проживёшь. А я как любил Оксану, так и люблю до сих пор. Сейчас на кону две жизни: моей жены и моего ребёнка. Поэтому я прошу проголосовать за меня.

Дождавшись, когда Артём закончит, Сергей тоже поднялся в полный рост.

— Ты прав и не прав одновременно, Артём. Моей вины в том ДТП нет, и ты об этом знаешь. Не манипулируй чувством вины, это дешёвый приём. По поводу моих баб… Да, я постоянно менял женщин, пытаясь заглушить боль. Известно, что клин пытаются выбить клином. Я действовал также. Сегодня, когда узнал правду, понял, что просто умру без Маши. Вы знаете, — у губ образовалась жёсткая складка, — я не склонен к излишней откровенности. И то, что я выворачиваю перед вами душу, говорит только об одном — я действительно люблю. И я сделаю всё, чтобы спасти любимую женщину. Прости, Артём, но я буду биться до конца.

— Я тебя понял, — Артём опустился на место.

— Лена, — продолжая стоять, Сергей повернулся к родственнице. — Если я тебе действительно дорог, если ты относишься ко мне, как к брату, прошу — помоги мне.

Глядя в серые глаза, Лена кивнула.

— Ваня, я помню, что тебе обещал, — Сергей окинул взглядом крепко сбитую фигуру. — Прости, но наши договорённости останутся в силе только при твоём положительном голосе. — Уши у Сергея заалели, но он продолжил. — В противном случае, боюсь, у тебя возникнут крупные проблемы с работой.

— Серёга, ты что творишь? — потрясённо выдохнул Олег. — Так же нельзя. Ты просто покупаешь голоса.

— Я спасаю женщину, которую люблю, — жёстко ответил Сергей. — И хочу тебе напомнить, что всегда помогал и поддерживал тебя, в любой ситуации. Кстати, — он посмотрел на Олега в упор, — я как-то не заметил, чтобы при первом голосовании ты входил в положение тех, кто потерял близких. Ты голосовал исключительно за себя. И, если бы был уверен в Светлане, отдал бы голос ей. Своя рубашка ближе к телу, ведь так?

— Но… — растерянно начал Олег и умолк.

— Так что не читай мне мораль, ладно?

Сглотнув, Олег опустил глаза. Возразить было нечего. Сергей повернулся к Светлане:

— Если ты всё сделаешь правильно, я позволю тебе остаться в отделе, и не буду применять никаких карательных мер. — Внутри нарастало омерзение собственным поведением, но он подавил эту вспышку. Сейчас цель полностью оправдывала средства. — Всё, я готов к голосованию.

— Артём, ты хочешь что-нибудь добавить? — Олег, широко раскрыв глаза, смотрел на Артёма.

— Нет, — одними губами выдавил он. — Не ожидал от тебя, Серёга, — повернувшись, он посмотрел в серые глаза, превратившиеся сейчас в гранит. — Я всегда думал, что ты жёсткий, но честный.

— Прости, у меня нет выбора, — Сергей сжал зубы. — Олег, объявляй голосование.

— Кто голосует за Артёма? — спросил Олег и первым вскинул руку. — Я, Артём, Саша. Итого, три голоса. Кто за Сергея?

Лена и Светлана практически одновременно подняли руки. За ними, немного поколебавшись, Иван. Сейчас Сергей поднимет свою, и будет четыре на три. Всё понятно.

— Артём, — ведя вверх руку, Сергей повернулся. — Пойми меня. Я вернусь в прошлое, и просто не отпущу Машу одну. Она никуда не поедет. Не сядет за руль. Не будет никакого ДТП, твоя жена останется жива. Как ты не понимаешь, что своим решением я спасаю всех! И твою жену, и мою Машу. — Глядя на просветлевшие лица вокруг, он выдохнул.

— Это ты не понимаешь, — Артём поднял на него больные глаза. — Вернуться можно за час до события, которое стало роковым. Так, кажется, написано?

Посмотрев в карточку, Олег кивнул. Он не знал, к чему ведёт Артём.

— У меня это время — час до аварии жены. У тебя — час до операции, которую сделают Марии. Эти события разведены во времени на несколько суток. Ты не успеешь спасти мою жену, она к тому времени уже погибнет, — глаза Артёма казались тёмными омутами. — Ты и свою Машу не сумеешь спасти. Она будет лежать на операционном столе в другом городе, телефон — в палате. Долететь до неё за этот час ты не сможешь, дозвониться до кого-то — тоже. Ты просто не знаешь, куда и кому звонить. Да и вряд ли кто-то будет слушать тебя по телефону. Возвращение в прошлое тебе ничего не даст, ты просто уничтожишь шанс спасти хоть кого-то. — Закрыв глаза, Артём замолчал. Сил говорить больше не было. Видеть Сергея — тоже.

— Артём, — раздался голос Сергея.

— Что? — лицо Артёма исказилось мучительной гримасой. — Ты сделал так, как сделал. Твоё право. Когда есть призрачный шанс всё исправить и на кону — жизнь, каждый за себя. Но не жди от меня слов понимания, — открыв глаза, он мазнул по Сергею взглядом.

— Артём, — повторил Сергей. — Я отдаю голос тебе. — Только теперь Артём заметил поднятую вверх руку. — Ты прав, — Сергей смотрел в одну точку, — я всё равно не успею никого спасти. Спаси хотя бы ты.

— Серёга… — больше ничего внятного Артём сказать не мог. Губы онемели и не слушались. — Серёга…

— Давай, Тёма, — Сергей оттёр глаза. — Пусть хоть у тебя всё получится.

Дальше говорить стало невозможно, горло сжал спазм. Перед глазами стояла Маша. Стиснув зубы, он постарался сосредоточиться на настоящем. У него ещё будет время на воспоминания. Сейчас нужно закончить дело.

— Давай, Артём, будем закругляться, — выталкивая слова через сухое горло, он взял со стола карту, передал Артёму. — Нужно закрыть глаза и сосредоточиться. Можешь уйти в комнату.

— Нет. Я здесь… — голос Артёма дрожал. — Спасибо, Серёжа, — он протянул руку.

Сергей ответил на рукопожатие. Несколько секунд они молча смотрели в глаза друг другу, затем Артём откинулся на спинку стула, закрыл глаза. Постепенно хмурые складки на лбу разгладились, вид стал отрешённым. Достав телефон, Сергей запустил секундомер. Никто не шевелился, казалось, на эти томительные минуты все погрузились вместе с Артёмом в транс.