Нарушая правила

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

БЕЛЛА

Октябрь

С ложкой во рту я иду в спальню, держа в руке пинту мороженого. Резко останавливаюсь, когда замечаю Ксандера в прихожей. Он выглядит просто потрясающе: белая рубашка, черные брюки, черный застегнутый пиджак и спортивная сумка в руке.

Нечестно быть настолько красивым.

Вынимаю ложку изо рта.

— Уже уезжаешь?

Господи, Белла, ну как будто не очевидно.

— Да, мой рейс через два часа. — Его взгляд падает на шоколадное мороженое в моей руке. — Похоже, придется пополнить запасы, когда вернусь завтра.

— Я куплю продукты, пока тебя не будет. Не переживай об этом. У тебя игра, которую нужно выиграть. Сосредоточься на ней.

— Ты включишь телефон?

Я хмурюсь, чувствуя, как капля тающего мороженого стекает по пальцам.

— Нет… А зачем?

— Чтобы я мог позвонить и убедиться, что с тобой и Майло все в порядке.

Тепло разливается внизу живота, и я сжимаю бедра, пытаясь подавить пульсацию внутри.

— С нами все будет в порядке.

Ксандер делает шаг ближе, его взгляд становится серьезным.

— Пожалуйста. Включи телефон для меня.

Сердце готово выпрыгнуть из груди. Его близость невыносима. Щеки горят, я облизываю губы и киваю.

— Хорошо. Позже включу.

— Умничка, — говорит он с игривой ноткой в голосе.

Если трусики и так были влажными, то теперь они точно промокли. Черт.

— Ну, тогда иди, — натянуто улыбаюсь я и обхожу его.

Он усмехается.

— Даже не скажешь «Удачи, Ксандер»?

Оборачиваюсь через плечо. Он уже у двери, готовый выйти, но смотрит на меня.

— Удачи.

— Так-то лучше. — Он выходит. — Не забудь включить телефон. — Подмигивает и исчезает.

Этот выездной матч с Лос Анджелес подоспел как нельзя вовремя. Даже один день без него пойдет мне на пользу. Мне нужно прийти в себя — прошло уже четыре дня с того поцелуя, а я все не могу о нем забыть. Поцелуя, после которого хочется большего. С каждым днем все сложнее вспомнить, почему мне не следовало этого делать. Ни один поцелуй еще не казался мне настолько… правильным.

— Хватит, Белла, — ругаю себя, заходя в комнату.

Нетфликс и мороженое должны помочь… По крайней мере, я на это надеюсь.

Откидываюсь на диване, поджав ноги, с телефоном в руке. Небольшой перерыв в работе не повредит, особенно после двух часов поисков крошечной ошибки. Всего пять долларов, но, черт возьми, это бесит.

Прикусываю губу и не могу удержаться от просмотра хайлайтов матча. Финальный розыгрыш, последний победный бросок. Завороженно смотрю, как камера приближает лицо Ксандера. Он не спешит, резко выбрасывает руку вперед — и мяч летит по воздуху. В следующее мгновение комментатор кричит: «Тачдаун! Еще одна победа «Уорриорз»!

Улыбка сама тянется к моим губам. Телефон вибрирует в руке. Закрываю видео и открываю сообщение — и сразу хмурюсь. Опять Джейк. С тех пор как я вчера включила телефон, он позвонил раз десять и прислал не меньше пятидесяти сообщений. В некоторых он требовательный. В других умоляет поговорить с ним, дать шанс объясниться. В третьих ведет себя так, будто ничего не произошло.

Джейк:

Скучаю, детка. Победа не такая сладкая, когда тебя нет рядом.

Фыркаю. Ну да, конечно.

Блокирую экран, откладываю телефон и снова сосредотачиваюсь на ноутбуке. Работа — мое спасение в последнее время. Она не дает мне слишком переживать из-за того, как мало квартир в моем ценовом диапазоне.

И удерживает от соблазна заехать к Джейку за своими вещами. Мне не помешало бы больше одежды, и машина точно нужна. Да, команда улетела в LA еще вчера, так что я бы его не увидела, но… что, если я соберу еще часть своих вещей? Таскать все сюда не хочется. Это временное решение, и я съеду, как только найду постоянное жилье.

Если найду…

Прячу лицо в ладонях и стону. Вот почему мне нужно сосредоточиться на работе. Иначе я становлюсь заложницей собственных мыслей. Безысходность сжимает грудь, мешая дышать. Я знаю, что расстанусь с Джейком, но, Боже, как же хочется просто исчезнуть из его жизни без лишних разгов.

Еще через полчаса безуспешных поисков злополучных пяти долларов сдаюсь и захлопываю ноутбук. Все-таки выходные. Разберусь в понедельник.

Я уже девять дней живу у Ксандера. Теперь все в нем заставляет меня напрягаться. Его голос, смех, запах, взгляд, само присутствие в комнате. Клянусь, этот человек вообще не носит дома футболку, так что мне остается только глазеть на него. А когда он замечает? Улыбка, которая появляется на его лице, просто подкашивает ноги.

Он часто отсутствует — то на тренировках, то в спортзале, то у родителей, но когда он дома и я не работаю? Мы проводим время вместе. Наши вечерние прогулки с Майло становятся моим любимым временем дня, просто потому что это кажется… нормальным. Я даже смотрела с ним футбол. Он терпеливо все объясняет, а его комментарии и шутки делают просмотр удивительно приятным. Раньше такого не было.

Я скучаю по нему.

С бокалом вина в одной руке и поглаживая Майло другой, заставляю себя сосредоточиться на последних минутах «Ведьминой службы доставки Кики».

Это непросто, учитывая два новых сообщения от Джейка час назад. Я выключила телефон, но все еще злюсь из-за его дерьмовых слов.

Дверь открывается и закрывается, и через минуту появляется Ксандер.

— Ты выключила телефон? Я пытался позвонить. — На нем белая рубашка и черные брюки, а черный пиджак небрежно перекинут через руку.

Рот наполняется слюной… потому что черт возьми, он чертовски сексуальный.

— Ох, ну… да. Выключила давно. Прости.

Он смеется и подходит ближе. Оценивающе смотрит на меня, улыбается Майло, затем поднимает бровь при виде бутылки вина на столике.

— Решила расслабиться?

— Немного. — Поднимаю бокал. — Это мой первый.

Он бросает пиджак на спинку дивана, плюхается рядом и кладет руку на шерсть Майло, проводя вверх, пока его пальцы не накрывают мои. Горячая волна пробегает от кончиков пальцев до самых пяток, заставляя сжать бедра сильнее.

Он мой друг.

Добрый, заботливый и чертовски привлекательный… но все же друг.

Хочу ли я, чтобы он оставался только другом?

— Как ты? — Его ладони шершавые, но прикосновение удивительно легкое и нежное.

— Хорошо, — хрипло отвечаю. — Ты был великолепен на поле.

— Ты смотрела матч?

Качаю головой.

— Только хайлайты. Не думаю, что готова видеть… его.

Уголки губ Ксандера опускаются, пальцы замирают. Я задерживаю дыхание, надеясь, что он не уберет руку. Он не убирает, и когда его пальцы переплетаются с моими, я выдыхаю.

— Никто не знает, что ты ушла от Миллера — даже он. Он нес какую-то чушь мне и Гарсии о том, что ты ждешь его дома.

— Это моя вина. Я сказала, что это перерыв, а не расставание. — Смотрю на телефон. — Он звонит и пишет. Поэтому я снова выключила.

Ксандер поднимает бровь.

— Что ему нужно?

— Зависит от дня. Он хочет, чтобы я вернулась. Хочет поговорить, «разобраться». Хочет, чтобы я перестала дуться, и напоминает, что рискую потерять лучшее, что было в моей жизни. Что больше никто не захочет «такую девушку», как я, если я не буду с ним.

Глаза Ксандера округляются.

— Он это сказал?

— Ничего страшного. — Пожимаю плечами. — Слышала и хуже.

— Это ненормально. Такое унижение и обесценивание отвратительно.

Во мне вспыхивает раздражение.

— Я сама во всем разберусь. Не нужно меня поучать.

Он откидывается на спинку дивана и проводит рукой по лицу.

— Я не хочу поучать. Просто пытаюсь донести, что Джейк неправ, а не ты.

Я убираю руку и поднимаюсь, намереваясь сбежать в гостевую комнату, но я недостаточно быстра. Ксандер догоняет меня, хватает за локоть, и одним быстрым движением прижимает спиной к своей груди. Моя кожа гудит, а внизу живота разгорается пожар, как тогда, в ванной.

Я хочу его.

— Меня не было всего два гребаных дня, — говорит он, касаясь губами моего уха, — но кажется, что прошла целая вечность. Не видеть тебя, не разговаривать с тобой, не слышать твоего голоса? Это пытка. Я чертовски одержим тобой, Белла, и когда ты рядом, я теряю свой чертов рассудок.

— Почему?

Без разрешения моего разума мое тело берет верх, и я прижимаюсь задницей к его паху, ощущая его твердость через брюки. Одного этого намёка на трение достаточно, чтобы мои глаза закатились.

— Потому что всё, чего я хочу, — это ты, и это сводит меня с ума.

Он обхватывает мою грудь, и моя кожа покрывается мурашками.

Запрокинув голову, я вздыхаю.

— Я…

— Но ты выпила. — Он щиплет мои затвердевшие соски через ткань футболки. — Что, если завтра утром ты это забудешь? Или, что ещё хуже, пожалеешь об этом?

— Я даже не допила свой первый бокал вина. Я не пьяна. — Я оглядываюсь через плечо, и мой взгляд встречается с его. — Я бы никогда не смогла пожалеть о тебе.

Накрывая его руку своей, я провожу ею от своей груди к поясу шорт. Я не отрываю взгляда от его Ксандера, пока его рука не проникает в мои трусики, пока длинные пальцы не касаются моей щелочки.

— Ты такая чертовски влажная для меня, — он двигает пальцами медленными, неумолимыми движениями.

— Ксандер, пожалуйста, — шепчу я, дыхание учащается по мере того, как нарастает удовольствие в глубине моего тела.

Он вынимает руку из моих трусиков и разворачивает меня. В коридоре темно, но свет, проникающий из гостиной, позволяет мне увидеть тоску в его глазах.

— Скажи мне, что ты хочешь меня. — Он хватает меня за бёдра и сжимает их.

— Я хочу тебя.

— Скажи мне, что я могу поцеловать тебя.

— Ты можешь поцеловать меня.

Его губы прижимаются к моим. Это лихорадочный поцелуй, от которого по мне пробегает восхитительный трепет, а кожа загорается. Его поцелуй подобен кислороду. Он жизненно важен. Я никогда не испытывала ничего подобного.

Он легко поднимает меня, и я инстинктивно обхватываю его бедра ногами. Затем меня прижимают спиной к стене с такой силой, что у меня перехватывает дыхание. Какое-то мгновение могу только наблюдать за ним. Моя грудь быстро поднимается и опускается, сердце готово выпрыгнуть из груди.

И всё, что он сделал, — это поцеловал меня.

На его губах играет довольная улыбка. Боже мой, он великолепен. Он медленно опускает меня на ноги, убирая руки с моих бёдер.

Я подавляю разочарование и делаю шаг назад. Что он задумал?

Он хватает меня за руки, чтобы остановить, и наклоняется, чтобы провести языком от моей ключицы до уха.

— Помнишь, как ты ушла после нашего первого поцелуя? Как ты оставила меня одного в ванной?

Прерывисто дыша, я отчаянно киваю.

— Наконец-то я сделаю то, что хотел тогда. — Он снова запускает руку мне в трусики. — Засуну в тебя свой язык, пока ты не кончишь мне на губы. — Застонав, он проводит средним пальцем по моим гладким складочкам, дразня мое отверстие. — Такое влажное, и только для меня.

Я прикусываю нижнюю губу, и когда он прижимает большой палец к моему клитору, не могу сдержать стон. Он действует точно, заставляя меня мчаться к оргазму с головокружительной скоростью.

Затем, без предупреждения, он останавливается.

Я издаю звук, в котором слышится и гнев, и печаль.

С красивой ухмылкой и сверкающими глазами он медленно опускается передо мной на колени. По пути просовывает пальцы за пояс моих шорт и стягивает их вместе с трусиками. Оказываюсь перед ним обнажённой, он просто смотрит на меня.

Под таким пристальным взглядом трудно не смущаться. Я хихикаю, закрывая лицо ладонями.

— Белла, посмотри на меня, — хрипло требует он.

Я подчиняюсь, впитывая его взглядом. Великолепный парень в дорогой рубашке и брюках стоит передо мной на коленях.

Квотербек «Бостон Сити Уорриорз».

Товарищ Джейка по команде.

Мой друг.

Наверное, мне следовало бы стыдиться или смущаться. Вместо этого чувствую себя красивой, а это значит больше, чем я могу выразить словами.

— Так-то лучше. Не своди с меня глаз, детка. Не отворачивайся.

Как только эти слова слетают с его губ, его язык касается моего ноющего клитора.

— О, черт! — воскликнула я. Вскрикиваю. Положив руку себе на грудь, я сильно сжимаю ее. Боль смешивается с удовольствием, которое дарит мне Ксандер, творя чудеса с моим клитором. Он сосет и лижет, увеличивая темп, пока я не начинаю извиваться и что-то бессвязно бормотать. Затем он отстраняется, лишая меня оргазма и сводя с ума.

— Боже, ты такая сладкая на вкус, — бормочет он, не отрывая от меня взгляда. Это самое сильное ощущение, которое я когда-либо испытывала.

Когда он снова погружается в меня, то добавляет палец, вводя его внутрь, пока обрабатывает меня языком. Я играю со своими сосками, скручивая и натягивая их через футболку.

Ксандер добавляет второй палец, и жар в моей промежности становится невыносимым.

— Чёрт, ты вся течёшь.

Обхватив одной рукой моё колено, он закидывает мою ногу себе на плечо. Я полностью открыта для него, и звуки, которые он издаёт, пока пожирает меня, вот-вот отправят меня за край. Он не сбавляет темп, его пальцы находят идеальное место внутри меня, заставляя мои колени дрожать. Когда моё тело начинает содрогаться, я приподнимаю бёдра в такт его движениям и грубо хватаю его за волосы, удерживая его там, где он нужен мне больше всего.

— Я так близко.

— Тогда кончи для меня, — подбадривает он. Чтобы подчеркнуть свою мысль, втягивает мой клитор в рот и отпускает его с хлопком. Делает это снова и снова, пока его пальцы неустанно двигаются внутри меня.

Моя киска сжимается вокруг него, мощный оргазм обрушивается на меня, как цунами. Отпустив его, я тяну Ксандера за волосы, заставляя его шипеть. Моё тело дрожит, и я не могу держать глаза открытыми, как бы сильно ни старалась.

— Вот так, детка, отдайся мне, — воркует он. Он не перестаёт лизать и сосать, продлевая мой оргазм.

Когда мои спазмы утихают, он целует меня в бедро и ставит мою ногу на пол. Затем помогает мне надеть трусики и шорты и встаёт. Кладёт ладонь мне на затылок и притягивает к себе для поцелуя с открытым ртом. Когда я чувствую его вкус на своём языке, по всему моему телу разливается острое ощущение, и я хочу ещё.

Застонав, он прерывает поцелуй и прижимается лбом к моему.

— Ты ещё вкуснее, чем я себе представлял… а у меня чертовски хорошее воображение.

Я фыркаю, обнимая его за талию.

— Похоже, я должна тебе оргазм.

Он отстраняется, нахмурив брови.

— Не говори так. Это не какой-то долг. Я хотел доставить тебе удовольствие, и я это сделал. Если мы больше ничего не будем делать сегодня вечером, я буду вполне доволен. — Он нежно заправляет выбившуюся прядь волос мне за ухо и наклоняется ближе. — Хотя, — хрипло произносит он, — я никогда не откажусь от того, чтобы просыпаться с тобой в моей постели. — Он делает шаг назад и протягивает руку. — Спи со мной, Белла. Пожалуйста.

Не колеблясь, я позволяю ему отвести меня в его спальню.

Я хочу быть только рядом с ним.