Наследник для врага

Глава 3. Ян

Я сжимаю в руках кружку с кофе. Ругаюсь под нос, когда горячая жидкость шпарит под кожей. Присутствие Сони выбивает из колеи, посылает к черту весь план.

Как я могу спокойно сидеть рядом, когда знаю чья она дочь? В чём замешено семейство Авдеевых. Это не просто бывшая, милая девчонка из больницы, которая понравилась, когда только залетела в палату.

Авдеева кровь, блин.

Соня улетает в спальню, даже не узнав, какая для неё. Я бы не трогал, не забирал её, пусть каждый платит за свои грехи сам. Меня интересовал Авдеев и месть именно ему.

Пусть сам Влад поступил низко, мразотно, наказывая мою семью. Но я так не собирался поступать. У нас с ним война, а не с его дочерью. Только всё пошло по кривой дорожке.

Когда Халид достал мне фотографии Сони, на которых она крутилась с животом. Я знал к тому моменту коды охраны, запустил своих людей туда, всё было четко.

Но почему-то никто не сказал, что Соня беременна.

От меня же беременна!

И жениха у неё не было, непонятно зачем так врала. Завтра тест покажет всю правду. И если тогда я облажался, не защитил своего ребенка, то в этот раз исправлюсь.

Не позволю Авдееву и его семье навредить моему сыну или дочери.

Черт.

Бью кулаком по столу, заглушая одну боль другой.

Я стану папой. Соня беременна. От меня.

Это словно нереальные мысли, никак не могу вбить в голову. Кажется странным, что такое происходит. Я не планировал заводить детей, что такое случится.

Уж точно не с дочерью Авдеева.

Я был уверен, что после Веры никогда буду иметь ни сына, ни дочери. Никого. Жена была моей первой влюбленность, так, чтобы не хотелось бежать на утро после секса.

Так отличалась от кодла змей, которое окружало. В которое я сам влез, чтобы больше заработать, подняться. Можно было податься в грузчики или на стройку, как большинство парней после детдома. А можно было влезать в грязь.

Только ведь денег хотелось. И Веру хотелось в красивые места водить, она это любила, хотя никогда не просила. И верила в меня, черт. Каждый раз верила, даже когда сказал, что надо с Москвы уматывать.

Надоело всё, слишком долго ходил по грани. Думал, что найдём новую жизнь в Европе, будем отдыхать на берегу моря. Тем более, что у нас должен был быть малыш, всё налаживалось.

Только у Авдеева, главного конкурента, оказались руки длиннее.

— Мразь!

Запускаю кружку в стену, стараясь сдержаться. Ноющая рана в груди за пять лет совсем не утихает. Болит, гноит вечно. И напоминает, что я имел и что потерял.

Жуть как хочется отыграться, тоже лишить Влада его семьи, самым простым способом. Да только не получается опуститься на тот же уровень, какой бы Соня не была на самом деле.

— Ян? — девчонка топчется на пороге, перепугано смотрит на осколки. — Я… Я услышала шум, думала, что-то случилось.

Отец твой, золотко, случился.

Сама ты, черт, влезла куда не надо.

Что уж теперь?

— Сонь, не сейчас. Иди к себе. Только не перепутай наши спальни, — возвращаю привычную ухмылку на лицо. — Я переезжать не намерен.

— А… Где твоя?

— Угадай.

На дне её глаз вспыхивает злость и раздражение, девчонка гордо вскидывает подбородок, разворачиваясь. Удивительная. Только что тряслась, а теперь совсем преобразилась.

Авдеева кровь, точно.

Хуже яда.

— Ян, — замирает, даже не поворачиваясь. — У тебя кровь на руке. Я бы предложила обработать, да мараться не хочу.

И уходит, как английская принцесса. Даже дверью не хлопает, само спокойствие. И это злит сильнее, заставляя держать эмоции под контролем. Она носит моего ребенка, пока это перекрывает все её грехи.

Зато радует, что Соня мою спальню выбирает.

Уверен, что Ада будет громко и долго смеяться надо мной. Давняя подруга, которая отговаривала от мести. Только легко говорить, когда у неё всё решилось само собой.

А я… Должен был просто подобраться к Авдееву, найти его слабые точки и ударить. А всё привело к тому, что в моей постели спит дочь врага, которая вдруг беременна от меня.

Черт.

Честно, вот лучше бы, чтобы она действительно сказала правду. Нашла себе жениха, быстренько залетела и там ни капли моего ДНК. Всё стало бы намного проще, но…

Жизнь никогда не была простой и не позволяла моим «лучше бы» сбываться. Только удар под дых, пока не сломаюсь окончательно. Думал, что умер в момент, когда узнал о смерти Веры и малыша.

А нет, судьба добивает, так связывая.

— Ян? — девчонка подбирается на кровати, натягивая сильнее одеяло. — Что ты здесь делаешь?

— Это моя спальня.

— Я тогда…

— Лежи.

— Ты же не… Ты…

— Успокойся, Сонь, — не выношу женских истерик, чистые эмоции, которые никак не утихомирить. — Твоё тело меня не интересует. Вторая спальня не готова, я не собирался забирать тебя сегодня. Поэтому лежи здесь, ничего не случится. Завтра придёт домработница и всё организует.

Скидываю одежду и замечаю, как взгляд девушки скользит по телу. Не могу удержаться, играю мышцами. Помню же, как девчонка любила пробегать по ним пальчикам, прижимаясь ближе.

На душ нет никаких сил, ни физических, ни моральных. Но Соня и не спорит, когда я забираюсь в кровать. Только двигается к краю, забирая себе всё одеяло.

— Ян, — произносит шепотом, когда гашу свет. — Почему?

— Что именно?

— Почему ты ворвался сегодня, если планировал? Пожалуйста, расскажи мне хоть что-то. Я не могу так…

— Чтобы ты не успела улететь, за пределами страны у меня связаны руки. Мой человек узнал о билетах на твоё имя. Не знаю, на что ты рассчитывала, но я не позволю скрывать своего сына.

— Или дочь, — Соня разворачивает на бок, в темноте видно только блеск её глаз. — Или не твоего сына.

— Упустим этот момент. Поэтому я пришел сегодня.

— Но… Ян, кто бы тебе не слил эту информацию, он ошибся.

— В каком плане?

— Я не собиралась никуда уезжать.

Сжимаю челюсть, чтобы не гаркнуть на девчонку. Она беременна — сотое напоминание для себя. Потому что могу не сдержаться, а слёзы матери, вроде как, плохо влияют на плод.

Но я знаю, о чём говорю. Я не бы поставил операцию под удар из-за простых слухов. Знал, что Авдеев отправляет дочь подальше со своей охраной, для этого она и приехала к нему.

Разве не так?

— А куда ты завтра собиралась?

— Никуда. Я не… Я не была заграницей давно, не было времени. Учеба, практика. Я даже не помню, где мой загран. И рожать… Я и так осталась одна, Ян. Думаешь, жить в чужой стране среди незнакомцев — предел моих мечтаний? Я просто хотела провести выходные с отцом.

— А теперь проведешь их с отцом своего ребенка.

Девушка резко вздыхает, поджимает губы. Глаза постепенно привыкают к темноте, могу рассмотреть её лучше. Густые темные брови, длинные пушистые ресницы. Как растрепанные волосы обрамляют исхудавшее лицо.

Красивая.

Все ещё. Не должна нравится. Только не после того, что я откопал на семейку Авдеевых. А всё равно образ отпечатывается под веками, интересует.

Когда пришел в себя после операции, мозги были в дурмане наркоза, ведь тогда решил, что она жутко красивая. Целую секунду казалась мне ангелом, блин.

— Ты ведь меня отпустишь, Ян? То есть…

— Отпущу, я не собираюсь держать тебя в плену вечность.

— Но… Просто дай мне уехать сейчас. Мой отец не оставит это просто так.

— Очень на это надеюсь.

На Влада Авдеева у меня большие планы.

Как и на его дочь.

Я искреннее поражаюсь Соне, потому что спустя пять минут она уже спит. А ко мне сон не идёт, в голове мрачные мысли, а стоит закрыть глаза… Как сразу фантазии о том, что можно делать с молодой девушкой в моей постели.

Поэтому выбираюсь на террасу, вдыхая прохладный ночной воздух. Он отрезвляет и не дает совершить глупостей. Сейчас, когда Соня у меня, и ребенку никто не угрожает, нужно действовать согласно плану.

— Да, Царь, — ругаю сам себя за то, что не вырубил звук. Оборачиваюсь назад, но девушка даже не шолохнулась. — Не спится?

— Увидел, что у тебя фонарь горит.

С одной стороны — удобно иметь в соседях криминального авторитета. Со связями и возможностями. Именно охрана Царя сегодня сопровождала на вылазку, страхуя.

— Я хотел обсудить девчонку Авдеева.

— Какое тебе дело до Сони?

— Мне есть дело до беременной девушки, которую ты запер у себя в квартире.

— С каких пор ты стал моралистом, Царь? Мы с Соней сами разберемся. А пройдёт время, и она поймёт, что так даже лучше. Лучше проверь её данные по билету. Соня говорит, что никуда не собиралась лететь.

— Бред. Я лично видел её имя в списке пассажиров.

— Её могли внести туда специально?

Если кто-то был на шаг впереди, знал, что у меня с Соней был роман в больнице… Уж очень удачно она попалась с животом на кадр, да и эта поездка… Спутала все карты и заставила действовать опрометчиво. А нельзя позволять девчонке влиять на мои планы.

— Чтобы выманить нас? — Царь тянет задумчиво, пока я барабаню пальцами по перилам. — Вполне возможно. Но, мой тебе совет, наладь общение с девчонкой и узнай всё от неё.

— Серьезно? Если я мог я её отправить уже сейчас домой…

— Слушай, она дочь Авдеева, явно знает многое. Расспроси, узнай. У тебя в гостях главный информатор, а ты упускаешь этот шанс.

— Соня упрямо притворяется, что ничего не знает о делах отца. Всё повторяет, что её отец белый и пушистый.

— Ну так может, для неё так и есть?

— Сам веришь в этом? После всего, что накопал на Соню, узнал, где она была и что сделала… Черт. Ты правда будешь верить в то, что она ничего не знает?

— Тогда сделай вид, что веришь ей. Главное — разговори девчонку. Будет информативнее, чем искать всё это через других.

Сделать вид?

Я давлю ладонями на глаза, стараясь прийти в себя. Творю дичь и не понимаю, как всё правильно разрулить. Ясно же, что держать девчонку взаперти пять месяцев — плохая идея.

И стресс нежелателен, хочется, чтобы беременность легко прошла и без всяких проблем. Да только если Соню отпустить, то ребенка я больше не увижу. Это слишком предсказуемо. Уехать заграницу беременной, скрыться.

И не нашел бы её, не смог забрать.

— Ян? — бормочет сонно, когда забираюсь обратно к ней. Задеваю, потому что девчонка заняла всю кровать. — У тебя руки холодные.

— Так, может, поделишься одеялом?

Царь прав. Я не обязан её любить или верить, но нужно строить адекватные отношения.

— Поделюсь, — Соня бормочет, поворачивается ко мне спиной. И тут же вздрагивает, стоит к ней прижаться. — Что ты делаешь?

— Ничего.

А ладонь сама накрывает живот девушки, ещё такой маленький, почти незаметный. Не могу сдержаться, не хочу. Чтобы не было дальше, у меня будет ребенок. Это бьёт по нутру, радует, не могу угомониться.

Подарок от судьбы за всё, что было?

Соня замирает, не спешит убрать мою руку. У неё горячая кожа, пылает почти что. Вдыхаю слабый аромат духов, её тела. Убираю волосы в сторону, чтобы не мешали.

— Малыш ещё не толкается?

— Ещё рано, Ян.

Диалог не клеится, да я и не особо стремлюсь. Сил никаких нет, всё выжали сегодня. Завтра будет новый день и буду разбираться со всем. Как строить жизнь, вписывать туда Соню, договариваться. А пока проваливаюсь в глубокий сон.

Чтобы проснуться от крика девушки.