Насмешка

Глава 2

Наместник спешился, помог спуститься на землю своей юной жене, после склонил голову перед королем, подъехавшим следом. Правитель Валимара помог спешиться Ее Величеству, милостиво улыбнулся и хлопнул высокородного ласса по плечу.

- Оставьте условности, Ландар, вы тут хозяин, - сказал монарх. – Ведите нас в пиршественную залу, и пусть сегодня не останется трезвых гостей. Святые да благословят вас и вашу супругу.

Ласс Ренваль вновь поклонился, подал руку Лиаль и направился к распахнувшимся створам высоких дверей, украшенных резьбой. Прислуга низко склонилась по обеим сторонам от образовавшего прохода, встречая господина и госпожу. Лаисса Ренваль исподволь разглядывала тех, кто будет теперь ей служить. Она ловила ответные взгляды челяди, с любопытством рассматривавшую новую хозяйку.

Уже входя в двери, она обернулась, чувствуя панику. Девушка попыталась отыскать взглядом брата, но могучая фигура государя скрыла от нее тех, кто шел позади. Наместник посмотрел на жену, ощутив ее дрожь, и ухмыльнулся, подмигнув Лиаль.

- Вам страшно, дорогая моя супруга? – негромко спросил он.

- Мне есть чего опасаться? – заставляя себя успокоиться, спросила в ответ Лиа.

- Есть, - сухо ответил ласс Ренваль и поднес к губам ее руку. – Для начала первой ночи, ее ведь опасаются все девственницы… Если они, конечно, девственницы.

Лаисса Ренваль вспыхнула и гневно взглянула на мужа.

- Вот и проверим, насколько ваш гнев праведен, - усмехнулся мужчина, вводя девушку в пиршественную залу.

Намеки и подозрения супруга глубоко оскорбили Лиаль. Она поджала губы, поклявшись себе, что найдет, чем отплатить ему. Однако первая ночь, действительно, тревожила девушку. И не столько из-за того, что ей еще была неведома эта сторона отношений мужчины и женщины, сколько из-за хищной ухмылки наместника, в которой сквозило предвкушение.

- Вы намерены причинить мне боль? – все же решилась спросить лаисса.

- При первом соитии боль неизбежна, - пожал ее супруг плечами. – Не стоит на меня взваливать вину еще и за это.

- Но вы хотите усугубить ее? – паника вновь прорвалась наружу, что не осталось незамеченным лассом Ренвалем.

Он рассмеялся и оставил жену без ответа, чем еще больше усилил ее страх. Усаживаясь за пиршественный стол, лаисса Ренваль мечтала лишь об одном - скорей покинуть это жуткое место, и этого человека, пугавшего ее до невозможности.

- Милости Святых лассу и лаиссе Ренваль! – провозгласил король, поднимая кубок, наполненный хмельным напитком. – Пусть Святые никогда не оставят ваш дом и ниспошлют вам крепкого наследника!

Наместник широко улыбнулся, склоняя голову в благодарном поклоне, и поднял кубок. Пиршество началось. Стол супругов стоял на возвышении, и к нему то и дело устремлялись взгляды и пожелания гостей. Ласс Ренваль благодарил, улыбаясь и одаривая благородных лассов ответными шутками и пожеланиями. Дальше стоял стол, за которым сидели король с королевой. Они были почетными гостями. Еще дальше находились столы, за которыми пировали шумные лассы и хохочущие лаиссы.

Всего вдоволь было на столах, увеселений так же хватало, и гости получали удовольствие, восхваляя хозяина замка и его прекрасную супругу. Только молодой ласс Магинбьорн оставался хмурым. Он поглядывал на свою сестру, и она отвечала ему настороженными взглядами. Старший ласс Магинбьорн недовольно толкал сына в бок локтем.

- Ригнард, ежели ты не образумишься, то кто-то может заподозрить, что нам сей брак нежеланен, - говорил он.

- Он нам и нежеланен, отец, но кого бы это еще интересовало, - ответил младший ласс и снова взглянул на сестру.

- Однако ваш братец невесел, - заметил наместник, бросив взгляд в сторону гостевого стола.

- Мой брат любит меня, - ответила лаисса Ренваль. – С чего ему радоваться, коли его сестру наказывают браком.

Мужчина рассмеялся и откинулся на спинку стула. Он поднял кубок и громко провозгласил:

- Хочу выпить за род Магинбьорн, подаривший мне прекраснейшую из женщин! Ласс Сигард, ласс Ригнард, я пью за вас! Да не оставят Святые ваш род своей милостью. Надеюсь, скоро мы будем гулять на свадьбе младшего ласса Магинбьорна.

- Благодарю, высокородный ласс, - ответил отец Лиаль. – Вы осчастливили наш род своим выбором. Лучшего зятя и желать нельзя.

Ригнард склонил голову, невозмутимо осушил свой кубок и с громким стуком поставил его на стол.

- Ответь, мерзавец, - прошипел ему в ухо отец.

Молодой мужчина скосил на него глаза, затем перевел взгляд на наместника. Виночерпий уже вновь наполнил опустевший кубок, и Ригн поднял его, буравя взглядом наместника:

- Благодарю, ласс Ренваль, - ответил Ригнард. – Пусть Святые не оставят и вас своей милостью, а вы мою сестру заботой и любовью.

- О, можете в этом не сомневаться, мой дорогой шурин, - на лице наместника появилась улыбка, от которой лаисса Ренваль вздрогнула и еще ниже склонила голову.

Рука супруга скользнула ей на талию, рывком прижимая к телу Ландара Ренваля. Девушка вцепилась в пальцы ласса, отдирая их, но он лишь усмехнулся.

- Вы еще на помощь позовите, Лиаль, - насмешливо произнес он. – Отныне я могу вас трогать, как и когда хочу. Я ваш муж и господин, дорогая супруга. А вы считали, что это невозможно. Как обманчивы и опасны бывают заблуждения, неправда ли?

- Вы добились, чего хотели, к чему ваш яд теперь? – с мукой в голосе спросила девушка.

- Ну что вы, дорогая моя, наше супружество с вами только начинается, - ответил наместник и поднялся на ноги, подавая руку жене. – А идемте-ка танцевать. Помнится, у нас это с вами неплохо получалось. Усладим гостей зрелищем нашей с вами любви.

- Но вы же не любите меня! – воскликнула благородная лаисса.

- Вы очень старались, чтобы моя любовь угасла. Берите то, что осталось, - ответил мужчина и вывел ее в середину залы.

Музыканты ударили по струнам, король поднялся из-за стола, выводя в середину залы королеву, присоединились к хозяевам замка и другие гости. Пир продолжал наращивать обороты. Лиаль косилась на мужа, поражаясь тому, как он может так легко сохранять видимость счастья на лице, а потом поняла, что ему-то уж точно грустить не от чего, и супруг даже получает удовольствие от празднества.

- Улыбайтесь, Лиаль, улыбайтесь! – воскликнул наместник, кружа ее вместе с веселой музыкой. – Ваш господин велит вам улыбаться!

Лаисса тут же покрепче сжала губы, демонстрируя, что на ее покорность супруг может не рассчитывать. Это вызвало очередной взрыв смеха ласса.

- Умница моя, - воскликнул он.

Лиаль досадливо поморщилась, вдруг осознав, что так только еще больше раззадоривает мужа. Она растянула губы в улыбке, больше похожей на оскал. Хочет покорности, он ее получит!

- Вы решили быть хорошей женой, Лиаль? – тут же спросил наместник.

- Я послушна воле моего супруга, - с обманчивым смирением произнесла девушка.

Мужчина хмыкнул, рывком привлек к себе девушку и шепнул ей на ухо:

- Велите брату сейчас же покинуть наш пир и более не являться. Я не желаю его видеть в своем доме.

- Но я желаю! – воскликнула лаисса Ренваль. – Я не буду говорить того, что вы требуете.

Ласс подмигнул ей и вновь повел в танце. Лиаль стиснула зубы. Ее мысли вернулись в прошлое. Девушка вспомнила похожий пир в честь нового года. Тогда наместник Ренваль вот так же вел ее по зале, не спуская глаз. Только тогда не было насмешек и ехидных выпадов. Не было скрытых угроз и острых шпилек. Зато был его жаркий полушепот:

- Как же вы хороши, Лиаль. Мои мысли полны вами.

- Мною полнятся мысли многих благородных лассов, - легкомысленно рассмеялась ветреница, вызвав звонким смехом улыбку на устах наместника.

- А ваши мысли, дорогая моя лаисса, кем наполнены они? – вкрадчиво спросил мужчина.

- Лишь свободой, - ответила Лиаль, весело сверкнув глазами.

- Чудеснейшее известие, - легко рассмеялся ласс Ландар.

Со дня своего рождения наместник перестал пугать лаиссу Магинбьорн. За прошедшие осень и зиму они почти не встречались. Но сказать, что ласс Ренваль забыл о Лиаль, было нельзя. Время от времени ей приходили от него небольшие дары. То лаисса получала книгу, то корзинку со сластями. Однажды прислал милейшего щенка, которого Лиа назвала Ланди. Отец отругал дочь, и щенок получил иное прозвище. Подобные мелочи девушка принимала без страха, они не влекли за собой надобности в благодарности. Несколько раз она получала личные послания от наместника, так же не несущие в себе ничего, что могло бы задеть лаиссу Магинбьорн. Лиа отвечала на послания наместника и тут же забывала о них.

А потом она заметила, что поток женихов начал иссякать. Более того, отец начал открыто отказывать благородным лассам, более не выбирая среди них наиболее подходящую партию для дочери. На турнирах, возобновившихся с приходом весны, на лаиссу посматривали, говорили ей приятные слова, но больше не провозглашали побед в ее честь. В какое-то мгновение лаисса Магинбьорн ощутила себя вдруг постаревшей дурнушкой. Поток ее поклонников редел, мужчины окружали вниманием других лаисс, она же оставалась лишь целью для мужских взглядов и не больше.

Разгадка оказалась проста. Ригн поведал сестре, что на одном из пиров в замке наместника, ласс Ренваль дал понять, что будет очень недоволен, если обнаружит устремления лассов, направленные в сторону замка Магинбьорн.

- Он тебя пометил, сестрица, - усмехнулся Ригн.

- Каков мерзавец! – воскликнула Лиа. – А ежели пыл наместника угаснет, как буду выглядеть я?! Благодаря ему, от меня отвернулись все прочие мужчины, но исчезни он, я превращусь в объект для насмешек! К тому же это не оставляет мне выбора. Я хочу супруга, которого смогу полюбить.

- Отец тебе бы все равно выбрал выгодного супруга, - ответил брат, с сочувствием глядя на благородную лаиссу. – Мы что-нибудь придумаем. Это и в самом деле подло.

Как бы там ни было, но произошедшее привело Лиаль в ярость. По какому праву ласс наместник повел себя столь наглым образом?! Он сам не спешил объявляться, и другим не позволял. Лаисса Магинбьорн вдруг почувствовала себя принцессой, заточенной в башне, которую охраняет какой-нибудь злобный великан.

- Ну уж нет, не бывать тому, - решила благородная лаисса.

На ярмарке, состоявшейся во время поездки наместника в столицу, Лиаль выбрала ласса, знакомого ей с детства. Ригн выслушал идею сестры, хмыкнул и взялся помочь в проделке. Он нашел указанного сестрой молодого мужчину, разговорился с ним и, как бы невзначай, столкнулся со своей сестрой. Избегать неожиданной встречи было глупо, и ласс составил компанию Ригнарду и Лиаль Магинбьорн.

Благородный ласс Юнгвальд Альгерд, пользуясь случаем, не скупился на восхваления красоты Лиаль, баловал ее сладостями и с удовольствием слушал переливы девичьего смеха. После ярмарки прошло более трех недель, когда состоялся небольшой турнир между соседями Магинбьорнов. Вдохновленный тем, что никаких наказаний за его внимание к лаиссе не последовало, ласс Альгерд без опаски сам подошел к ложе, где сидела лаисса Лиаль с отцом и братом, и девушка приняла ухаживания ласса с доброжелательной улыбкой. Глядя на происходящее, встрепенулись и остальные мужчины, вновь протоптав дорожку к запретному плоду.

Лиаль свободно выдохнула и почувствовала себя победительницей. Ее торжество продолжалось до конца лета, когда лаисса вновь купалась во всеобщем поклонении, оказывая благосклонность то одному, то другому лассу. А в последний день лета их замок посетил ласс Ренваль, проведя рядом с семейством Магинбьорн около недели, чем несказанно обрадовал ласса Сигарда. Отец увивался вокруг знатного гостя, развлекая его всевозможными способами.

Во время визита наместника, девушка была с ним вежлива, но холодна. Однако на колкости не скупилась, чем неизменно веселила наместника. Казалось, он получал удовольствие от ответов колючки, как ласс назвал Лиаль в одной из бесед. Попыток целовать ее мужчина больше не делал, но подлавливал в такие моменты, которые приводили девушку в смущение. То перехватывал ее руку, задерживая ее в своей ладони чуть дольше, чем следовало. То сталкивался с ней в переходах замках, и их близость становилось неприличной, но наместник не спешил уйти с дороги. Один раз мужчина, ухаживая за девушкой, решил снять с ее волос жучка, слетевшего с дерева. Он склонился над Лиаль, отчего лицо Ренваля оказалось неожиданно близко, небрежным движением коснулся волос, а затем тыльной стороной ладони провел по скуле, и Лие вдруг показалось, что наместник ее поцелует. Но он тут же отпрянул, не сводя взгляда с зарумянившегося лица лаиссы.

Все это раздражало и злило девушку. Рядом с лассом Ренвалем она чувствовала себя марионеткой, которую ведет умелый кукловод. Он давал ясно понять, что имеет душевную склонность к Лиаль, но не говорил об этом вслух. Ненавязчиво ухаживал, но никаких определенных видов на будущее не высказывал. Подолгу не сводил с нее взгляда, но новых признаний не делал, кроме того, что сделал на новогоднем пиру. В конце концов, лаисса Магинбьорн ощутила себя норовистой кобылой, которую приучают к всаднику. И это тоже не могло прийтись по душе гордой дворянке. Но самым обидным было то, что она вновь осталась без своей свиты. Одного визита хватило, чтобы остальные мужчины поняли, лаисса по-прежнему недосягаема для них. Разве что ласс Альгерд навещал девушку, не привлекая внимания.

А потом был следующий день рождения наместника. Уже подозревая, что история может повториться, Лиа вместе с братом предусмотрели возможность одинаковых нарядов, и Ригн отвез сестру к портному, сшившему второе платье. Подозрения младших Магинбьорнов подтвердились после того, как наместник прислал лаиссе украшения, подходившие к тому наряду, который пошил портной, нанятый отцом. И на пир Лиаль надела второе платье, но прежде… Прежде опять были зрелища, во время которых Ригн привлек внимание сестры к разговору двух юных лаисс, случайно подслушанному им. Девушки обсуждали уже известную всем слабость к выскочке и зазнайке Магинбьорн.

- Даже такой мужчина не устоял, - сокрушалась первая.

- Она не умеет ценить чести, оказанной ей, - вторила вторая. – Столь непостоянный ласс уже год симпатизирует одной женщине. Ох, почему же не я на ее месте…

Лаисса Лиаль выслушала брата, сверкнула глазами и довольно потерла руки. Она нашла ту девицу, которая мечтала о наместнике. Отозвала ее в сторону и долго что-то шептала ей. Девушка охала, ахала, прикрывала рот ладошкой, но, в конце концов, кивнула. Когда пришло время переодеваться к пиру, Ригн отвлек отца, чтобы сестра смогла без помех собраться, и увидел ее старший ласс Магинбьорн уже в том наряде, который шили тайно.

Отец пришел в неистовство, но… Переодеваться было уже поздно, опоздание считалось проявлением неуважения. К тому же нужный наряд все никак не желал находиться… Правда, лишь до того времени, пока они не вошли в залу, где ожидали появления наместника. Взгляд старшего ласса сразу зацепился за лаиссу, красовавшуюся в платье и украшениях, составлявших пару к наряду, в котором появился ласс Ренваль. Пошитое из золотой парчи платье выделялось среди прочих нарядов, и наместник сразу направился в его сторону. Постепенно его шаг замедлился. Ласс пару мгновений рассматривал девушку, одетую в те же цвета, что и он, внимательно рассмотрел украшения, отправленные лаиссе Магинбьорн, после резко развернулся и уперся гневным взглядом в Лиаль. Ликующая девушка низко поклонилась, пряча улыбку. Наместник медленно, чеканя шаг, подошел к ней, так же неспешно смерил ее пристальным взглядом, произнеся тихо, но от его тона мурашки пробежали по спине Лии:

- Это был неосмотрительный поступок, дорогая моя лаисса.

Затем развернулся и ушел к той, кому Лиаль отдала свой наряд, небрежно подал той руку и увел за стол. Это была ее первая ошибка, но вторую лаисса Магинбьорн не замедлила совершить. Оказавшись за столом в удалении от того места, где восседал наместник, девушка расслабилась и веселилась, уже ни о чем не думая. Предпочтение лассом Ренвалем другой лаиссы стало сигналом для остальных лассов. Вскоре вокруг Лиаль образовался небольшой кружок. Ее спешили развеселить, приглашали на танцы, смеялись над ее ответами. И все бы ничего, но взгляд наместника, казалось, прожигал лаиссу насквозь.

Лиа посылала ему насмешливые взгляды, улыбалась и вновь отворачивалась. Чувство торжества охватило лаиссу настолько, что она вовсе забыла о том, что унизила наместника своей выходкой, успев посчитать, что теперь-то уж точно освободилась от его ухаживаний. Сам наместник ограничился только взглядами, не подходил, танцевать не звал, не высказывал обиды. Это окончательно лишило Лиаль осторожности.

Все случилось, когда девушка, устав от шумного пира, попросила брата вывести ее из залы. Старший ласс Магинбьорн уже некоторое время, как оставил дочь на попечение брата, а сам отправился заглаживать неловкость от выходки Лиаль. Воспользовавшись свободой, младшие Магинбьорны покинули залу, и уже не видели, как была отправлена восвояси лаисса, принявшая участие в проделке Лии. Они выбрались на один из балконов. Вслед за братом и сестрой пиршественную залу покинули несколько лассов. Молодые люди, пользуясь своим уединением, обсуждали вытянувшееся лицо Ренваля, когда он обнаружил, что его провели. Мужской смех сплетался с заливистым женским и разносился над ночным двором.

Перемывать косточки наместнику понравилось всем. Вскоре на громкий смех пришли еще несколько мужчин, охотно принявшие участие в разговоре.

- Ловко вы провели наместника, Лиаль, - усмехнулся один из лассов.

- Даже не верится, что старый волк отпустил юную лань, - вставил второй.

Лаисса Магинбьорн рассмеялась, услышав сравнение, и весело ответила:

- Старый волк выдохся и понял, что ему никогда не угнаться за юной ланью. Лань быстрее волка, а волка подводит подагра. Пусть греется у камина и мечтает о лани, ему ее не видать. Никогда!

- Правда? – ледяной голос за спиной потешающейся молодежи мгновенно оборвал веселый смех, ставший ответом на слова лаиссы.

Лассы расступились, теряя свой пыл, только Ригн встал перед сестрой, закрывая ее собой от колючего злого взгляда наместника. Тот вошел на балкон, ступая неожиданно тихо и плавно, словно хищник подбирался к своей добыче. Лиаль поднялась со своего места, обошла брата и с вызовом взглянула на Ландара Ренваля. Мужчина остановился, его губы скривила насмешливая ухмылка.

- Запомните, глупая лань, - все тем же ледяным тоном произнес наместник, - старому волку даже не придется бежать за вами, потому что ваши резвые ножки сами привели вас в его логово. С первым днем лета я введу вас в свой замок. Милости Святых, дорогая невеста, - насмешливо произнес наместник и оглядел молодых лассов. – Пошли вон.

Это прозвучало хлестко, словно удар бича. Лиаль зажмурилась, лассы потянулись с балкона.

- Ригн, - девушка беспомощно посмотрела на брата.

- Выпутаемся, - ответил тот.

Ушедший вслед за лассами наместник, вернулся, грубовато взял Лиаль за руку и потащил в сторону пиршественной залы. Ригнард преградил Ренвалю дорогу, но стражники оттеснили ласса Магинбьорна, и наместник продолжил путь.

- Ласс Ренваль, прекратите, - потребовала благородная лаисса. – Вы ведете себя, как животное! Не смейте так обращаться со мной.

От резкого рывка девушка вскрикнула и впечаталась спиной в стену. Ренваль навалился на нее, вжимаясь в ее тело, все так же грубо ухватил за подбородок и задрал голову кверху.

- Имей ты толику терпения, возможно, я бы остыл и оставил тебя в покое, но ты решила унизить меня на глазах у всех и посмеяться. Я никому не позволяю насмехаться над собой безнаказанно. Благородного ласса я бы вызвал на поединок, но ты женщина, и плата за твои выходки будет иной.

- Но почему свадьба? – не удержалась Лиаль от вопроса.

- А почему бы и нет? – усмехнулся наместник. – Ты красива, и я неравнодушен к тебе. Я получаю в жены первую красавицу моей провинции. К тому же, моя первая женитьба не принесла мне наследника, только отвращение к браку. Сейчас же я намереваюсь получать от него лишь удовольствие. Но, боюсь, получать его буду я один.

Словно ставя печать под своими словами, ласс Ренваль коротко и грубо поцеловал Лиаль, снова взял за руку и потащил в залу. Войдя в распахнутые двери, он остановился на середине и поднял руку. Музыканты замолчали, а вслед за ними и гости, привлеченные воцарившейся тишиной.

- Благородные лассы и лаиссы! – громко произнес Ландар Ренваль. – Спешу сообщить вам о том, что скоро у нашей прекрасной провинции появится хозяйка. Лаисса Лиаль Магинбьорн в первый день лета станет моей женой. Поздравьте же нас!

- Нет! – испуганный вскрик Лии утонул в громовом реве нетрезвых гостей.

- Да-а, - хищно протянул наместник.

С того дня прекратились всякие подарки, больше не приходили письма, и Лиаль оказалась в одиночестве. Не то, чтобы к ней снова никто не подходил, но и саму девушку заперли в замке, таково было требование жениха. И вновь замковый служитель говорил Лие о смирении и благодарности. Отец твердил про честь рода. Лаисса Магинбьорн рыдала по ночам, сбегала от отца-служителя, от родного отца, подпуская к себе только брата.

Однажды в порыве отчаяния она решилась сбежать, но опомнилась и подумала, что тем самым еще больше разозлит наместника, призвав гнев на головы отца и брата. Понадеявшись на то, что до лета далеко, и ласс Ренваль может еще сам передумать, ведь не спешил же он со свадьбой полтора года до этого, довольствуясь тем, что разогнал остальных женихов, лаисса Магинбьорн немного успокоилась. Но теперь она живо заинтересовалась жизнью своего жениха.

Ригнард разузнал все, что интересовало сестру, и принес ей совсем нерадостные вести. Что касалось первой супруги, по нелепой случайности упавшей с замковой стены, то на ней ласс Ренваль женился еще в юном возрасте. Говорили, что он был без ума от своей невесты. Однако причины, которая вызвала отвращение к браку у наместника, выяснить не удалось. Слухи разнились. Кто говорил, что лаисса Ренваль была склочной, кто рассказывал, что она не отличалась здравомыслием и благочестием, а кто-то намекал на то, что женщина спуталась с кем-то из стражников. Но ее падение заставило обоих младших Магинбьорнов задуматься о том, насколько оно могло быть случайным.

То, что наместник обладал жестким нравом, Лиаль знала уже сама. И то, что мстителен и не забывал обид, тоже. И все-таки Лиа надеялась, что Ренваль остынет, и о ней попросту забудет. Ближе к концу осени он навестил замок Магинбьорн. Правда, пробыл лишь до вечера, но и того хватило, чтобы понять, Ландар Ренваль от своих намерений отступать не намерен. С невестой он был подчеркнуто холоден и вежлив, как и она с ним когда-то. Но язвил и колол при любой возможности. Закончилось все тем, что Лиаль вспылила, наговорила в ответ гадостей и сбежала, плюнув на всякие правила этикета.

Потом брат узнал, что у наместника в замке живут его любовницы. Это тоже были слухи, но ведь всем известно, что дыма без огня не бывает. Говорили, что он балует их, одевает, как благородных лаисс, и наложницы, забыв всякий стыд, командуют, словно каждая из них госпожа. Лиаль пришла в ужас. Мысль о побеге вернулась, и лишь забота об отце и брате не позволили девушке покинуть стены родного замка. Впрочем, ей и бежать-то было некуда. Судьба одинокой девушки на дороге слишком печальна, чтобы мечтать о ней. Благородной лаиссе пришлось смириться и в этот раз.

А зимой ласс Ренваль вновь навестил невесту. В этот раз он задержался на три дня, ставшие для Лиаль пыткой. Днем отец находил развлечения для гостя, а вечером оставил его с дочерью, давая возможность жениху и невесте поговорить. Говорить им было не о чем, и в тот вечер наместник просто следил взглядом за лаиссой, выматывая ей нервы и душу. И все же девушка выдержала вечер молчаливой пытки. Когда подошло время, она с достоинством пожелала добрых снов и хотела удалиться, но наместник остановил ее коротким вопросом.

- Поцелуй на ночь?

- Мы еще не женаты, - ответила Лиаль и снова попыталась сбежать.

Ласс Ренваль поднялся с кресла, лениво потянулся и так же лениво приблизился к девушке. Взяв Лию за плечи, мужчина притянул ее к себе.

- Скажите, дорогая невеста, что вы знаете о поцелуях? – с любопытством спросил мужчина.

Лаисса Магинбьорн нахмурилась. Она была напряжена, ожидая очередной издевки.

- Сколько мест для поцелуев вам известны, Лиаль? Назовите мне их.

- Такие разговоры не подобает вести с благородной девицей, - девушка попробовала отойти, но мужская ладонь легла ей на спину, не позволяя отодвинуться.

- Назовите мне места для поцелуев, Лиаль, и я сразу отпущу вас, - с легкой иронией ответил наместник.

- Щеки, лоб, - ворчливо произнесла лаисса.- Руки. Уста.

- Все? – в насмешливом изумлении приподнял брови Ландар Ренваль, и Лиа кивнула. – Как же скудны ваши познания, дорогая невеста. Мне придется заняться вашим образованием после свадьбы. Впрочем, мы можем избежать свадьбы… - он выдержал паузу, наблюдая, как загораются надеждой глаза лаиссы, и закончил, - если вы позволите мне заняться вашим образованием немедленно. Готовы провести ночь в моих покоях, Лиаль? Утром я расторгну помолвку.

- Нет! – в негодовании воскликнула благородная лаисса.

- Тем лучше, - удовлетворенно ответил ласс. – Вы так хороши и притягательны, что, боюсь, одной ночи мне все равно бы не хватило. Нечистый вас задери, Лиаль, - вдруг воскликнул мужчина, - как вы умудряетесь раздражать до крайности и продолжать кружить голову? – Лиа сделала новую попытку освободиться, но по-прежнему безуспешно. – Вы правы, пора уже заканчивать это прощание на ночь. Итак, поцелуи.

Наместник поднес к своим губам сначала одну руку лаиссы, после вторую, поцеловал по очереди обе щеки, коснулся губами лба, после положил ладонь ей на затылок и накрыл девичьи уста своими, но быстро отпустил и рассмеялся, глядя, как стремительно убегает Лиаль. На следующий день девушка сказалась больной, а на третий заболела на самом деле и, горя в лихорадке, благодарила Святых на помощь. Наместник заглянул к ней, приложил ладонь ко лбу и, коротко велев:

- Чтоб выходили, - покинул замок.

Последней каплей для Лиаль стал третий визит наместника. Тогда она решилась…

- Позвольте мне украсть у вас вашу супругу, дорогой зять, - голос брата вырвал лаиссу Ренваль из оцепенения.

- Вы хотите похитить мою жену? – приподняв брови, спросил наместник.

- Именно, ласс Ренваль, - склонил голову Ригнард.

- Попробуйте, дорогой шурин, - рассмеялся Ландар.

Лиаль подала вдруг задрожавшую руку брату, и он, ободряюще сжав ладонь сестры, вывел девушку на середину залы, присоединяясь к танцующим.

- Ты готова? – спросил Ригн.

- Ох, братец, скорей бы, - прошептала девушка, и они последовали за танцующими парами.

Брат с сестрой прошли круг, ощущая пристальный взгляд наместника, затем его отвлекли, и Ригнард с Лиаль вздохнули с облегчением. Они продолжили танец, поравнялись с открытыми дверями, через которые без устали сновали слуги. Циркачи, подкупленные Ригнардом, закрыли их от ласса Ренваля. Лиаль увидела, как факир выдул струю пламени, закусила губу и, увлекаемая братом, бросилась прочь из пиршественной залы.

Ригн оглянулся, заметил своего стражника, и тот скользнул в узкий коридор, куда и поспешили брат с сестрой. Стражник, направленный в замок наместника еще два месяца назад, выведал все возможные пути для побега, и теперь вел своих господ по одному из них. Они спустились вниз, вышли через неприметную дверцу, миновали несколько строений и остановились возле не запряженной телеги.

- Переодевайтесь, госпожа, - шепнул стражник.

Мужчины отвернулись, а Лаиль спешно начала разоблачаться. Руки дрожали, мешая делать все быстро. Но вскоре ей удалось натянуть мужские штаны, камзол, после спрятала волосы под берет, и беглецы продолжили путь. Остановились они у конюшен. Ригн открыто потребовал привести коня ему и его слуге. Вскоре брат и сестра уже проезжали ворота, не закрывшиеся на ночь.

- Святые, мы это сделали, - возликовала лаисса, когда лошади сошли с подъемного моста и рысцой двинулись в сторону леса.

- Ригн, ты должен уехать со мной, - потребовала Лиаль. – Это страшный человек, он будет мстить.

- Я не могу, сестрица, ты же знаешь. Я единственный мужчина в нашем роду после отца, - ответил Ригнард. – Не бойся, ко мне сейчас присоединится мой оруженосец, и я буду до последнего стоять на том, что оставил тебя в зале, покинув замок с оруженосцем. Выезжали двое, нас и будет двое. Альгерд увезет тебя и спрячет. О нем никто не знает. Этот ласс без ума от тебя еще с детства, он душу отдаст, но не позволит даже волосу упасть с твоей головы. Я найду вас, как только появится первая возможность.

- Мне не спокойно, братец, - Лиаль обернулась, бросая опасливый взгляд на замок наместника. – Это наша самая отчаянная шалость.

- Он тебя не получит, - отчеканил Ригн.

Они доехали до леса, и ласс Магинбьорн придержал лошадь, прислушиваясь к тишине.

- Юнгвальд, - позвал он.

- Увози ее! – послышался в ответ отчаянный крик. – Засада!

Вскрик ласса Альгерда захлебнулся, но этого хватило, чтобы Ригн, ухватив повод лошади Лиаль, потянув его, чтобы развернуть лошадь в обратную сторону.

- Не вышло, дорогой шурин, я вас поймал, - послышался насмешливый голос наместника. Беглецам наперерез выехал небольшой отряд, возглавляемый лассом Ренвалем. – Но попытаться стоило, да, Ригнард?

Ригн положил ладонь на рукоять меча.

- Не надо, - прошептала Лиа. – Не трогайте их, - взмолилась она, глядя на своего супруга. – Клянусь, это была моя последняя глупость.

- Вы даже правильно назвали свой поступок, дорогая супруга, - усмехнулся Ландар Ренваль. – Стало быть, вы готовы стать покорной? Тогда скажите брату то, что я вам велел. Все равно ворот моего замка он больше не пересечет.

- И вы отпустите его? – с надеждой спросила лаисса. – И ласса Альгерда? Вы ведь всех отпустите, Ландар?!

Наместник подъехал ближе, дал знак, и из леска вытащили благородного ласса, оруженосца Ригнарда и еще несколько воинов.

- Вам дорог этот сопляк? – палец наместника указал на Юнгвальда Альгерда.

- Мы дружим с детства, не более, - ответила Лиаль, понимая, к чему клонит Ренваль.

- Всего лишь друг? Друг, посмевший нарушить мой запрет и навещавший вас тайно? Друг, за которого вы пытались выйти замуж, чтобы не достаться мне? Друг, решивший украсть жену у мужа?! – голос наместника повысился, и теперь в нем ясно угадывался гнев.

- Всего лишь друг, - прошептала лаисса. – Прошу вас! Пусть это будет даром жениха невесте к свадьбе. Сделайте мне этот дар, Ландар!

Взгляд наместника, буравивший ласса Альгерда, переместился на супругу. Мужчина подъехал к ней вплотную, протянул руки, и лаисса позволила пересадить себя на коня наместника. Ласс Ренваль еще раз оглядел тех, кто участвовал в побеге.

- Мой дорогой шурин, вы больше никогда не приблизитесь к своей сестре, - наконец заговорил наместник. – Ворота моего замка будут всегда закрыты для вас. Вы можете забрать своего оруженосца и убирайтесь, Нечистый с вами. Что же касается ласса Альгерда, то он сам выбрал свою участь. То, что я могу простить брату своей жены, я не могу простить постороннему мужчине. Вы покусились на мою честь, ласс Альгерд, это непростительно, и я не прощаю.

Он дал знак, и нож ратника, державшего ласса, вспорол тому горло. Лиаль вскрикнула, закрывая лицо ладонями.

- Я ненавижу вас, ненавижу! – воскликнула она.

- Меня это вполне устраивает, - усмехнулся наместник.

Отряд направился в замок, оставляя за спиной убитого ласса, Ригнарда, воинов, провожавших Ренваля и его ратников хмурыми взглядами. Ворота за ними закрылись, отсекая путь из замка и в замок. Ландар Ренваль передал Лиаль в руки одного из стражей, спешился сам и взял жену за руку.

- Я уже попрощался со всеми, Лиаль, на возвращение в залу не рассчитывайте, - сухо произнес он. – Мы можем с вами перейти к самой приятной части всего этого действа. Первая ночь, дорогая супруга.

Лиаль вырвала ладонь из захвата, попыталась быть гордой, сделав несколько шагов самостоятельно, но вспомнила погибшего ласса Альгерда и расплакалась. Наместник поднял жену на руки и, не обращая внимания на ее вскрики и попытки вырваться, понес в замок.

- Впредь будете благоразумней, - холодно произнес Ландар, когда Лиа обмякла в его руках. – Прощением вам может служить лишь ваша молодость и горячность, однако я вас не прощаю. Вы не глупы и не могли не понимать последствий. Особенно после того, как по весне вас уже поймали перед Домом Святых. Хоть вы и скрыли имя того, кого собирались тогда назвать мужем, но мне было несложно его узнать. Как несложно узнать о готовящемся побеге. Люди имеют свойство болтать, особенно во хмелю, и ваш страж не исключение. Но я все-таки надеялся, что в вас возобладает здравый смысл. Вы теперь моя, и вам придется с этим смириться. Хотя… Мне плевать на ваше смирение и благоразумие. – Он кинул девушку на кровать. – Я ваш господин и повелитель, и только мне решать, как вы будете жить дальше. Добрых снов, дорогая супруга.

Сказав все это, наместник развернулся и направился к дверям. Лиаль порывисто села, осознавая, что он уходит. Совсем уходит! Но первая радость сменилась растерянностью.

- Но следы моего девства, - сорвалось с уст лаиссы.

Ренваль остановился и зло рассмеялся.

- Готовьтесь к позору, дорогая супруга, их не будет, - издевательски бросил он и вновь направился к двери.

- Но я скажу, что вы не исполнили долг мужа! – крикнула ему вслед девушка.

- О, не переживайте, я его исполню, когда сочту нужным. Сейчас же я намерен провести ночь в более жарких объятьях, чем объятья девственницы, - ответил мужчина, подходя к дверям. – Вы же не покинете своих покоев до тех пор, пока гости не уедут. А уедут они завтра, сочувствуя мне и сожалея, что в жены я взял гулящую дрянь!

- Святые, - выдохнула Лиаль и бросилась к дверям, но замок защелкнулся, и девушка оказалась в ловушке.

Она тяжело осела на пол, закрыла лицо ладонями и горько расплакалась.