Отдам папу в хорошие руки

ГЛАВА 2.

Лиза

Варя идет рядом и крепко держит мою руку. На удивление она не вырывается, не устраивает истерику, а доверительно шагает за мной.

Я украдкой смотрю на нее и думаю: ну и как я умудрилась вписаться в эту авантюру? Одно дело – остаться с девочкой в саду, совсем другое – везти ее к себе. В мою однушку, где нет никаких домашних животных и даже цветы на выживают.

Да, я могла бы остаться с девочкой в саду и дожидаться ее отца в группе. Но Варя устала, она сто процентов голодная и хочет домой, а ждать неизвестно сколько времени – не вариант.

— А у тебя есть мультики? — вдруг спрашивает Варя.

— Есть, — киваю я, хотя на самом деле не уверена, что старенький ноутбук потянет что-то кроме «Ну, погоди!».

— А куклы?

— Эм-м-м, — я кашляю. — С этим сложнее. Но у тебя же есть твой пупсик.

— Пупсику нузна мама, — серьезно отвечает она.

Я хмыкаю. Похоже, мама нужна тут не только пупсику.

Пока мы медленно шагаем к моему дому, мой мозг работает активно. Чем кормить ребенка? Вчера я приготовила куриный суп. Захочет ли его кушать Варя? О, стоп! Хлеб закончился, вот без него никуда.

Мы заходим в небольшой магазин, расположенный на первом этаже моего дома. Полки почти пустые, только одинокий батон остался. Что ж, вертеть носом не будем.

Подхожу к кассе, Варя крутится рядом, но я замечаю, как ее усталые глазки стреляют в сторону конфет.

— Здрасьте, теть Кать, — улыбаюсь продавщице, которая работает тут уже сто лет.

— Здрасьте, здрасьте. Ой, а кто это у нас тут такой красивый? — женщина приторно умиляется, глядя на Варю через прилавок. — Лиз, откуда такой ангелок?

— Подруга попросила присмотреть, — вру и даже не краснею.

— А-а-а-а, я уж было подумала, что твоя младшая подкинула свою дочку. А то вы прям похожи, обе такие светленькие и носики курносые.

— И мармеладки вот эти дайте, — натянуто улыбаюсь я, пытаясь увести тему в другое русло.

Дома нас встречает тишина и полумрак. Варя сразу снимает сандалики и аккуратно ставит их у двери. Мы дружно моем руки, даже пупсику.

После чего я иду на кухню, а девчушка топает за мной следом.

На полке холодильника сиротливо стоит кастрюля с супом, на двери катается пара яиц и полпачки масла. Все.

— Итак, Варь, у меня есть куриный суп, — достаю кастрюлю.

— Я люблю супь, — девочка осторожно забирается на стул.

— Вот и прекрасно.

— Папа валит супь со звездосками. Вкусный.

Капитан МЧС и суп со звездочками… звучит интересно. Но еще интереснее узнать где же ее мама? Но у Вари спрашивать я не буду, мне еще предстоит серьезный разговор с ее отцом.

Пока я разогреваю суп, Варя сидит на стуле, болтает ногами и рассказывает, как в садике мальчик Сережа пытался съесть пластилин. И вместе с ее смехом в моей кухне становится уютнее.

Только вот меня не отпускает тревога: где же ее отец? Надеюсь, что он только задержался на работе. А то сразу же плохие мысли в голову лезут.

Ставлю перед Варей тарелку, даю ложку.

— Плиятного аппетита, — девочка начинает охотно кушать.

— Приятного, — улыбаюсь я и набираю номер охраны садика.

— Да? — раздается настороженный женский голос.

— Теть, Валь, это я, Лиза Фирсова. А Юшков не появлялся?

— Нет, Лиз, не появлялся.

— Понятно, спасибо.

Отключаю звонок и сажусь напротив Вари, которая без устали орудует ложкой. С жалостью смотрю на девчушку. И сколько раз вот так ее забирала Лена?

— Мозьно есё? — Варя берет своими крошечными ручками свою тарелку и демонстрирует мне ее пустоту.

Так, с аппетитом у нас все в порядке.

— Конечно.

После нашего позднего ужина, я включаю мультики на своем ноутбуке, усаживаю Варю на диване. Экран мерцает, малышка смеется и все бодро комментирует:

— Он сяс упадет! Ой, смоти, собаська!

А потом ее голос становится тише, длинные ресницы постепенно смыкаются, и девочка клюет носом.

Я осторожно укладываю ее на подушку, накрываю легким пледом. Неторопливо стягиваю тонкую резинку, белокурые кудряшки рассыпались по подушке, щечки розовые. Маленький комочек доверия.

В груди щемит. Как можно бросить такое чудо?

На носочках ныряю в кухню, стараюсь тихо помыть посуду, чтобы не разбудить малышку. И в этот момент раздается резкий и настойчивый звонок в домофон. Я вздрагиваю и сразу же с мокрыми руками бросаюсь в прихожую.

— Кто? — спрашиваю взволнованно, заглядывая в комнату.

Варя все так же спит.

— Папа Вари, — в трубке домофона раздается строгий бас.

Жму на кнопку, а у самой сердце начинает биться быстрее. Пока есть свободная минутка, смотрю на себя в зеркало, стираю осыпавшуюся тушь под глазами.

А потом я подхожу к двери, смотрю в глазок. На лестничной клетке появляется мужчина в форме. Высокий, широкоплечий, и надвигается на мою квартиру, будто несокрушимая стена.

Он тихо стучит в дверь, я резко выдыхаю и открываю ее. Носом чуть не утыкаюсь в широкую грудь.

Высокий мужчина, суровое лицо с густой щетиной, смуглая кожа, резкие скулы, яркие голубые глаза, в которых нет ни капли тепла. Темные волосы чуть растрепаны.

Совершенно никакого сходства с белокурой Варей.

И только именная нашивка на груди «Юшков Д.А.» подтверждает, кто он такой.