Ведьмак 23го века. Открытая вражда

Глава 11

Глава 11

О том, как герой собирается по бабам, примеряет инфернальный комбинезон и бежит от алиментов.

— Честно говоря, я немного разочарован, — признался Стефан, поправляя галстук и проверяя, легко ли выходит из кобуры небольшой пистолет, сочетающийся с роскошным вечерним костюмом. — Я первый раз потребовался Олегу как эксперт в походах по бабам, и этот хитрый жук собирается спрыгнуть даже раньше, чем мы доедем до места назначения.

— О, если бы это было не так, он бы очень сильно рисковал, — хмыкнула Доброслава, скептически разглядывая сидящего в уголке чародея, над телом которого настоящий Олег проводил последние манипуляции. — Вот прямо очень сильно…Да и ты тоже, если бы рискнул подобное обсуждать прямо перед нами.

— Куда больше гипотетических проблем с моральным обликом моего супруга меня сейчас волнует то, не вскроется ли обман. — Анжела внимательно изучила двойника, выращенного чародеем из тканей собственного тела. Древний сегметный доспех, на сей раз собранный по несколько нетипичной схеме, оставлял на свободе кисти рук и голову, пусть последнюю лишь частично, прикрывая затылок подобием капюшона и почти достигая губ эдаким высоким воротником. Таким образом в энергетику носителя он вносил сильные помехи, но все же не скрывал её в себе полностью и узнать Олега в «Олеге» было не так-то просто. И тому имелось вполне рациональное объяснение. — На лицо он, конечно, похож…

— Естественно! Это же мое лицо! — Хмыкнул чародей, накладывая руки «себе» на лоб и накачивая тело своего двойника жизненной силой. Сделанные из его же костей накопители должны были её потихонечку стравливать, выводоя из строя часика за три-четыре. Но на это время для беглого аурного сканирования сей мясной болванчик мог бы все же сойти за живого человека. Особенно если нацепить на него помимо зачарованных лат целую кучу защитных амулетов, в том числе этому самому сканированию и мешающих. Ну а повышенный фон некроса можно было бы объяснить какими-нибудь обрядами, которые недавно проводил известный чернокнижник, специфической медитацией или, скажем, брелком из черепа заклятого врага, с огрызками души этого самого заклятого врага, лежащим где-нибудь в заднем кармане… — Лично его срезал, чтобы на положенное место потом приклеить!

Созданием очередного своего двойника чародей, конечно же, занялся не просто так.Прибывающие к нему на службу солдаты удачи и прочие потенциальные сотрудники помимо испытаний, призванных проверить их компетентность, подвергались анкетированию и опросам. Олег хотел знать, кто конкретно на него собирается работать, что он умеет, чем будет полезен…А заодно потихоньку копились сведения о том, кто есть кто на теневой стороне Парижа. Ну, хотя как теневой? Наемники и контрабандисты на просторах французской столицы особенно свою профессию и не скрывали, более того, выпячивали или даже рекламировали…А иначе как им найти тех, кто готов заплатить полновесное золото за их уникальные таланты, готовность рискнуть и абсолютную беспринципность? Одной из наиболее старых, сильных и известных шаек воздушных пиратов, для конспирации прикрывающейся корсарским патентом, чародей и решил воспользоваться в своих целях. А именно натравить её на жрецов, абсолютно точно замешанных в покушениях на него самого и его близких. Поступок сей, конечно, с точки зрения морали был не самым лучшим…Однако терпение Олега и его же готовность прощать имели свои пределы. И кто бы не победил в схватке убийц, чьи руки запятнаны кровью мирных путешественников с охамевшими на фоне безнаказанности двуличными интриганами, готовыми во имя своих шкурных интересов бить в спину союзников и держать в грязи и невежестве бесчисленную паству, человечество бы от этого только выиграло.

— На лицо этот недозомби, конечно, похож и даже дышать вроде не забывает, — продолжила блондинка, которой задуманная авантюра все ещё сильно не нравилась. Но лучшего плана, способствующего выполнению их общих целей и в то же время создающего алиби для некоего боярина Коробейникова, никто придумать не смог. — Но аура все равно выдает фальшивку, если хорошенько присмотреться…

— Дык, никто к ней не присмотрится как следует, я вам, значица, гарантирую! — Заверил блондинку Святослав, которому предстояло сегодня выполнять роль своеобразной дымовой завесы, ходя с «Олегом» под ручку. — Буду яему подливать и подливать, потома сделаю вид, шо в зюзю наклюкался, начну орать песни, веселить духов, призывать ветры…

— Главное, чтобы не газы пускать! — Зубасто усмехнулся толстяк, которому сегодня отводилась роль эдакого конферансье и главного распорядителя праздника. Очередная годовщина создания вольного отряда, конечно же, не бог весь какой повод для безудержного веселья, но если Святослав и Олег решили провести по такому поводу гуляния, сняв для этого на три дня одно из сдающихся в аренду поместий и обеспечив его всем необходимым для солдат удачи, от антипохмельного зелья до официанток, выписанных из трех разных борделей, то их подчиненные определенно не сказали бы «нет» подобному тимбилдингу только для своих.

— Будет нужно, стал быть, пущу и газы! — Ничуть не смутился бывший крестьянин. — Да так, шо тех, кто посмеет беспокоить маво друга, который чей-то подустал и пытается мордой в салате уснуть, сдует к чертовой, дык, матери!

— Так, вот управляющие амулеты. Отдельно для работы ног, отдельно для работы рук, отдельно для того диктофона, который я болванчику в ротовой полости спрятал, — передал чародей приборы управления собственным неживым клоном своим друзьям. — Главное, не используйте их одновременно, а то этого манекена судороги разобьют.

— Да справимся, не волнуйся! — Легкомысленно отмахнулся Стефан, принимая пластинки из золота, инкрустированные несколькими драгоценными камнями и кусками полированной кости. Полированной кости самого Олега. Если бы эти артефакты, а тем более сделанный им болванчик попали бы в руки опытного малефика, чародею пришлось бы солоно…Впрочем вор или какой-нибудь потенциальный похититель наверняка постарается выбрать для работы более тихое и малолюдное место, чем целое поместье не сильно трезвых и потому абсолютно непредсказуемых головорезов. — Я же с диверсионными големами управлялся ещё когда только-только из училища выпустился, а тут принцип тот же, только машинка покрупнее и не из стали, а из мяса…

— А если все-таки где-то напортачите, пусть бьется в судорогах болванчик. Спишем на почти удачную попытку покушения через отравление или там какой-нибудь укол проклятой иглой, — хмыкнул чародей, наконец-то оставляя в покое своего двойника.– Дорогая, подай мне амулеты. Доброслава, достань из холодильника костюм…

— Олег! А у тебя опять защита от дурного глаза на ладан дышит! — Анжела продемонстрировала всем собравшимся выточенный из самородного серебра кулон, который должен был затягивать в себя проклятия, осевшие на ауре агрессивные энергетические эманации из внешней среды, токсичные флюиды и прочие низкоэнергетические воздействия, которые обычная защита в отличии от пуль заметить просто не могла, да и сам одаренный мог бы пропустить, если не контролировал себя на идеальном уровне двадцать четыре часа в сутки. В центре довольно узконаправленного, но потому и мощного в своей сфере деятельности магического устройства была мелкими сияющими изнутри жемчужинами выложена некая руна из скандинавского алфавита…Только теперь устойчивый к воздействию времени и большинству кислот благородный металл покрылся жирными хлопьями то ли ржавчины, то ли странного алхимического гноя, а большая часть перламутровых образований, в центре которых мерцали крупинки чистейшего света, угасли, помутнели и потрескались. — Это ведь уже второй за неделю! Может, кто-то тебя старается активно проклятиями со света сжить?

— Может, — не стал спорить чародей, у которого действительно хватало недоброжелателей, способных нанять профессионального малефика. А то и обойтись своими силами, которых бы хватило дабы за секунду или две выморить от насекомых любой клоповник. — А может, и нет. Все-таки после Канберры, да и прочих битв, где мы хорошенько так отметились, меня много кто не любит. И когда тебе от всей души желает сдохнуть пара сотен тысяч человек, среди которых и одаренных предостаточно, причем очень даже сильных, то без последствий это точно не останется…

— Пара сотен тысяч человек — это еще сильно заниженная оценка. А заодно приплюсуй туда некоторое количество нелюдей, живых мертвецов, демонов и как минимум одного левиафана. — Хмыкнула Доброслава, возвращаясь из глубины помещения с лежащим на её плече телом. Довольно массивном, краснокожим, рогатом и ощутимо так фонящим тем специфическим инфернальным душком, который после гибели Османской Империи какое-то время чувствовался буквально по всей планете. — Слушай, Олег, а это не перебор? Ну, то есть ты до наемников-то вообще дойдешь в таком костюмчике или тебя ещё на половине пути ловить станет весь состав французского духовенства, усиленный армейскими спецподразделениями и жандармерией? Да и сами солдаты удачи могут такого клиента на месте прибить, даже «спасибо» за принесенное им золото не сказав.

— Ладно, фрагмент кости архидемона я в более надежный экранирующий футляр сейчас перепрячу…- Немного поколебавшись, решил все же чародей, вытаскивая набивку из своего демонического костюма. Ибо в этом «комбинезончике», куда Олег поместиться целиком, причем даже с учетом запасного комплекта брони, его действительно можно было легко перепутать с одним из коренных обитателей преисподней. В конце-концов, он ведь был сшит из коренных обитателей преисподней! Ну, по большей части. Рога, клыки, костяные щитки и верхний слой кожи были вполне настоящими, из тех трофеев, которые боевой маг не сумел реализовать во Франции поскольку либо никто не знал, какая польза от конкретно этого куска плоти, пусть даже содержащей магию, либо же цены на конкретно этот ингредиент в Европе из-за переполненного рынка обвалились, и в Индии пристроить ту же добычу местным алхимикам получилось бы даже дороже. А вот в качестве основы одеяния, имеющегося много общего то ли с водолазным костюмом, то ли с нарядом какого-то маскота из родного мира чародея, использовался все же кусок шкуры сибирского трехголового дракона, что с большим трудом получилось срезать с её законного места и положить к прочим потенциально ценным товарам в качестве образца. — А то и правда патрульные могут попасться излишне бдительные, ну или ветераны какие-нибудь нервные встретятся на отдыхе…Но за золото переживать, думаю, все же не стоит. Дворец солдат удачи — это официальное учреждение, чья нейтральность гарантируется Деспотом. Туда приходят пираты, убийцы, собирающиеся организовать налет на какое-нибудь поселение работорговцы, желающие набрать себе пушечное мясо культисты, по которым плачут горячими слезами костры инквизиции, но которые в Париже пока ничего противоправного не совершили и потому пользуются местным гостеприимством, покуда платят все положенные сборы, вроде бы кого-то из беглых трансильванских князей-кровососов там недавно видели…Ну чем я хуже⁈

Олег прикрыл свои глаза кроваво-алыми линзами и влез в комбинезон, сделанный из натуральных и инфернальных материалов, а после заставил его ткани срастись. Затем как мог свернул свою ауру, заодно подавая побольше жизненной энергии в крепящиеся к пальцам когти и небольшие рожки на голове, которые и сейчас несли в себе немного магии, несущей в себе отпечаток нижних миров. Накрывать свое лицо кожаной маской было немного мерзко, но чародей очень хотел, дабы о его сегодняшних похождениях никто посторонний никогда не узнал. Последними деталями выбранного образа стали кошель с пространственным карманом, целиком забитый крупными драгоценными камнями высшего сорта, длиннополая шелковая мантия с глубоким капюшоном, расшитая геометрическим орнаментом, а также множество безвкусных, но массивных золотых украшений: три шейных цепи, две диадемы, перстни, браслеты, сережки, кольца на рога, пирсинг в нос…Отражающееся в зеркале чудо-юдо, походившее на мутировавший гибрид рептилойда с панкующим репером из родного мира Олега, могли посчитать кем угодно, но только не бедняком, ибо совокупный вес «сбруи» из солнечного металла килограмма на три тянул.

— Ну, вроде все, — решил чародей, активируя один из перстней, некогда украшавших собою пальцы ну очень жирного османского волшебника, ибо на палец одетый сначала в кольчужную перчатку, а потом и в кожанно-чешуйчатый комбинезон тот залез пусть не легко, но все-таки без мыла. Иллюзорный плащ, укрывший собою Олега даровал ему пусть достаточно кратковременную, но в то же время почти идеальную невидимость, скрывающую заодно звуки, запахи и энергетический фон. — Ведите «меня» к безбашенному веселью, морю выпивки и продажным женщинам…Главное, на обратной дороге не потеряйте! А то будет очень неловко извиняться перед Бонопартом за мой труп, валяющийся где-нибудь в канаве. Да и черта с два потом моему алиби, сколь угодно подлинному, кто-нибудь поверит…

— Дык, поверят, чё бы нет-то, — хмыкнул Святослав, пока мясная марионетка медленно поднялась на ноги и двинулась в сторону выхода. Первые её движения были не слишком уверены, но потому управляющий двойником Стефан немного приноровился, и походка биологического конструкта перестала напоминать то ли шаркающего зомби, то ли хромающего на обе ноги страдальца, страдающего от проблем с позвоночником. — Чего ж высшему магу не поверить-то, шо его враги сами, значица, померли, заодно все свои деньжищи незнамо где пропив апосля того, как дом их с четырех концов загорелся…В словах настолько уважаемых персон сумневаться, стал быть, не принято!

Олег промолчал, не став выбиваться из образа пустого места, поскольку идущий впереди всех сибирский татарин уже распахивал входную дверь их апартаментов, за которой находились часовые. Столь же тихо и молчаливо он проследовал за собой к выходу из особняка, где уже ждала вызванная карета, пусть формально и являющаяся не более чем такси, но такси это относилось к премиум классу. Такое могло ездить по Парижу как хотело и где хотело, исключая разве только территорию Лувра и еще нескольких стратегически важных объектов, а жандармы скорее дали бы себя переехать, чем остановили его из-за какой-нибудь мелочи вроде пары-тройки сбитых пешеходов. А ещё сей транспорт имел собственные защитные барьеры, магическую установку микроклимата в салоне, эргономичные сиденья с подогревом и массажем…Только вот оценить комфорт последних Олег не смог, поскольку не полез в кабину, а прицепился к днищу экипажа. Причем без применения какой-либо активной магии, держась за дерево одной лишь грубой физической силой…Благодаря которой тревожиться боевому магу следовало не о том, чтобы вниз не грохнуться на полном ходу, а о том, дабы ничего не сломать и поцарапать, слишком сильно сжимая.

— Теперь бы не пропустить нужное количество поворотов, — подумал Олег, когда карета двинулась вперед, плавно передвигаясь по ровной как стол парижской мостовой, столь разительно отличающейся от тех покрытых мусором тропинок, что царили в местных трущобах. — А то невидимость у этого колечка, конечно, хорошая, но заряд уж больно маленький…Не хотелось бы тратить его всего лишь на то, чтобы до нужного места через половину квартала добраться. Хотя на крайний случай обратно можно будет все же и с открытым лицом шагать, сбросив этот костюмчик…Тем более, не своим же лицом, мне пластику провести сейчас не сильно сложнее, чем высморкаться…

Экипаж двигался по направлению к арендованному комплексу по кратчайшей дороге, которая пролегала не то, чтобы мимо Дворца солдат удачи, но и не так уж далеко от него. И когда по всем расчетам Олега до цели оставалось пройти поперек всего лишь две улицы, причем две не слишком-то широких улицы, он отцепился от днища кареты, проскользнул мимо колес и, уклонившись от прущей по встречной полосе коляски, выскочил на тротуар. А после зашел в ближайший переулок и сразу же вышел из него, ибо там было занято. Проституками. А во втором по счету боковом ответвлении скучал жандарм, наблюдающий за порядком на улицах, но так, чтобы истинным хозяевам этих самых улиц на глаза лишний раз не попадаться. В третьем какие-то студенты Академии Наук, видимо не имеющие денег на то, чтобы праздновать в дорогих кабаках, но не желающие покидать центр города, устроили импровизированную пирушку, расставив бутылки и стаканы прямо на землю. В четвертом, несмотря на поздний час, какой-то мим показывал небольшое уличное представление для парочки зрителей.

— Мегаполис, елы-палы! — Возмущался мысленно чародей, ища место, где он мог бы без проблем сбросить с себя невидимость, не привлекая лишнего внимания своим появлением. — Такое чувство, что я вернулся в родной мир, и вновь в Москве ищу место для парковки!

Искомое в виде приоткрытой двери, ведущей в какое-то темное помещение, Олег все-таки нашел, пусть и с трудом. И оказалось им…Церковь. Правда, чародей поначалу принял это здание за какой-то бордель благодаря алым витражным окнам, через которые едва пробивался тусклый свет, нескольким стоящим недалеко от входа каретам и довольно обыденной архитектуре самого здания, но юркнув внутрь, быстро осознал свою ошибку, поскольку перед ним предстали ряды довольно однообразных скамеек, кое-где занятых собравшейся на богослужение публикой, а мерцающие в дальней части помещения свечи освещали алтарь и висящее на стене большое распятие.

— Надо сваливать…И быстро! — Понял чародей, резко разворачиваясь на пороге. Демонические трофеи, которые он прикрепил к костюму из драконьей шкуры, начали вести себя странно. Их энергетика словно таяла, будто засунутое в раскаленную духовку мороженое, едва соприкоснувшись а аурой этого места, удивительно праведного на общем фоне мировой столицы моды, которую также многие считали и мировой столицей порока. Возможно, даже заслуженно. Парижане и гости города во всяком случае очень старались данную репутацию оправдать. — Иначе моей маскировке придет хана!

Резко развернувшись, чародей сделал шаг обратно ко входу…И столкнулся с тем, кто в ту же секунду туда залетал в прямом и переносном смысле слова, ибо облаченная в светло-бежевую мантию волшебница, за спиной у которой полыхало светом невероятно детализированное и вероятно ультрамодное подобие крыльев, спикировала откуда-то с высоты и хотела эффектно залететь внутрь храма. Да только с размаху врезалась в прущий встречным ходом тяжелый и твердый объект, который до момента столкновения был невидим, и от которого отчетливо веяло чем-то инфернальным. Скорость её была намного выше, чем у перемещающегося на своих двоих чародея, а вот масса изрядно так подкачала, в результате чего сию особу отбросило назад метра на три. Но не раньше, чем она умудрилась напороться горлом прямо на один из покрывающих костюмчик Олега рогов, в клочья разодрав свою сонную артерию.

— Дура! — Зашипел чародей на пучащую глаза идиотку, пытающуюся одновременно и отползти куда подальше на своей заднице от «жуткого демона», и зажать руками хлещущий из шеи поток, и выставить между собой и очевидным виновником её бедственного состояния налившиеся светом и плотностью крылья, и заорать во всю мощь легких, из-за чего скорость, с какой её организм терял кровь и грозил вот-вот отчалить на встречу с верховным покровителем данного святого места, возрастала лавинообразно. — Какого дьявола ты так носишься⁈ Для кого писаны нормы приличия⁈ Почему не соблюдаешь скоростной режим⁈ Что за безответственное отношение к собственной жизни⁈ Где хотя бы минимальная защита⁈

Негодование не помешало чародею буквально одним пинком подбросить в воздух эту особу, а после схватить её за распоротое горло, которое под его пальцами мгновенно срослось. Правда, в процессе он получил крылом света по морде, вернее прикрывающей его лицо демонической маске, но такие мелочи преданного своему делу целителя уж точно остановить не могли…В отличии от толпы народа, готовящейся то ли к службе, то ли к мессе, то ли к проповеди в оставшимся за спиной храме. Но эти люди, кажется, так ничего и не заметили, поскольку дружно смотрели в противоположенную сторону, а изданные волшебницей звуки по громкости находились где-то между сипом из спускающейся шины и бульканьем воды в водопроводе.

— А теперь — бегом к родителям! — Грозно пообещал чародей молодой идиотке, которая была действительно молодой, лет шестнадцать-семнадцать, а не просто так выглядела. Уж в этом целитель, волей-неволей вступивший в плотный контакт с её организмом, мог бы поклясться всем своим опытом. А после он наконец-то поставил свою пациентку обратно на землю, напоследок наградив ослабленной версией чар паралича, так чтобы стоять могла, а вот ноги были ватными. И голосовые связки тоже. К тому моменту когда её аура преодолела бы подобное воздействие, Олег уже рассчитывал оказаться достаточно далеко. — И передай им, что тебя надо выпороть! За дурость, едва не ставшую самоубийственной, общественно опасное поведение и хулиганство!

— А…а…а…- словно бы заклинило девушку, за какие-то ничтожные секунды успевшую оказаться как следует физически стукнутой, увидеть прямо перед собой образцовое инфернальное отродье, осознать свою близкую смерть и получить чудесное исцеление. Вдобавок она явно испугалась, что мама или папа всыплют ей по первое число. Для подростков подобная угроза могла оказаться даже страшнее чем вероятность путевки в могилу, ибо с подзатыльником, ремнем, лишением карманных денег и домашним арестом они знакомы более-менее, а вот гибель это понятие такое…Абстрактное. И всегда случающееся с кем-то другим, но не с ними. — А…а…А вам разве не больно?

— Терпимо, бывало со мной и похуже, когда мордой об землю падал. — Солгал чародей, который естественно не почувствовал урон, нанесенный его маске при помощи энергетического крыла, насыщенного гибельной для нижних планов энергией света.

— А…Ага… — Свела глаза в кучу девица, которая явно с трудом держалась на ногах из общего шока и слабости, вызванной кровопотерей. — А вы, получается, из бывших?

— Из нынешних! — Рявкнул чародей, только сейчас сообразив, что выговор этой малолетней идиотке он делал на русском. Только она всё поняла, поскольку оказалась то ли осевшей в Париже иммигранткой, то ли потомком таких иммигрантов, а то ли вообще подобно ему всего лишь одной из гостей города, активно привечающего всех, у кого есть деньги. — А теперь — марш к родителям! И чтобы всё им рассказала! Проверю!!!

Озвучив эти воистину жуткую для подростка угрозу, Олег грубо оттолкнул девушку в сторону, отчего она замахала руками и схватилась за стену здания, чтобы не упасть, Олег прошел мимо неё и постарался как можно быстрее раствориться на улицах Парижа, с тревогой прислушиваясь к шуму за своей спиной…А шум вскоре все-таки появился, видимо совсем уж незамеченной их возня на крыльце не осталась.

— Ульяна…Боже! Что с тобой⁈ — Завопила чуть ли не на весь квартал какая-то женщина, видимо разглядевшая как следует жертву случившегося при входе в храм ДТП. Олег, конечно, исцелил её быстро, но крови на мантию из разорванного горла успело вытечь немало.

— Кажется, я встретила прадедушку…- Последовал ответ девицы, так лихо пытавшейся в церковь на своих светящихся крыльях залететь.

— Что⁈ — От вопля за спиной стекла вздрогнули во всём квартале.

— И, кажется, из-за любви к прабабушке он все-таки оказался в рядах падших…

— Что?!!! — На сей раз к звуку, прошедшемуся по улице, словно порыв какого-то светящегося ветра, уже нельзя было относиться к обычному сотрясению воздуха, ибо он буквально ввинчивался в сознание, словно бы насильно вливая туда тревогу, изумление и шок неизвестной женщины.

— Нет, ну а кто ещё из обитателей преисподней мог тайком пробраться на её отпевание, вытерпеть муки нахождения на святой земле, ибо после свержения с небес его уже подобное не впечатляет, ничего нам не сделать, наорать на меня за безответственное отношение к собственной жизни и настоять, чтобы я во всем покаялась родителям?

— ЧТО⁈ — На сей раз ударившей по всей округе вопль сопровождался уже нотками откровенной паники. И невероятно яростным светопредставлением, способным обратить ночь в день и упокоить на месте какой-нибудь маленький локальный зомбиапокалипсис…У Олега даже пара когтей отвалилась с надетой на руку перчатки из демонической кожи. Вторая, по счастью, оказалась прикрыта плащом, как и все прочие уязвимые части тела. А ведь его и источник этой аномальной магии, возможно являющейся не только магией, но и чем-то иным, уже по меньшей мере пара сотен метров разделяла! И поворотов парочка.

— Ой, да ну их нафиг! — Подумал Олег, ускоряя шаг, чтобы оказаться как можно дальше от, по всей видимости, нефелимов. — Сами себе надумают, сами в свои фантазии уверуют…Доказывай потом, что не верблюд и даже не падший ангел! Главное, чтобы не преследовали… А то ведь и алименты на воспитание нескольких поколений своей семьи затребовать могут!