Ведьмак 23го века. Открытая вражда

Глава 15

Глава 15

О том, как герой поражается бессмертному идиотизму, чувствует себя героем комиксов и ежится от собственной супруги.

— Итак, дык! Наскоко мы, стал быть, можем быть уверены, что за ентим нападением на нас стоит именно гильдия, ну, зельеваров? — Святослав выпрямил спину, стараясь выпрямиться за столом как можно прямее, сложил руки домиком и внимательно оглядел собравшийся военный совет…Впечатление то ли полководца перед битвой, то ли суперзлодея строившего свои коварные планы портило разве только то, что на столе перед ним лежал школьный учебник, тетрадка с кривыми каракулями, теоретическими обязанными являться успешно решенным квадратным уравнением и огрызок карандаша. Причем дожевать остаток деревянной палочки с грифелем в центре бывшему крестьянину оказалось бы явно проще, чем справиться с задачкой за девятый класс эпохи Союза Орденов.

— Процентов на семьдесят-восемьдесят, — пожал плечами Олег, который предпочитал начинать боевые действия только после того, как соберет о противнике всю возможную информацию. И на сей раз в сборе сведений ему сопутствовал успех… И, кажется, не только ему одному, судя по тем взглядам, которыми обменивались остальные участники этого маленького рабочего совещания. Ведь пока сам чародей изучал вопрос при помощи профессоров Академии Наук, готовых поделиться сплетнями и историческими хрониками с коллегой-магистров, по совместительству являющимся щедрым меценатом, его близкие должны были подойти к той же проблеме с другой стороны. — Арлет Чаровница заслужила свое прозвище благодаря умению своих врагов очаровывать, а вернее сводить их с ума, чтобы они начали драться друг с другом. Причем делает это сия волшебница не менталистской, а галлюциногенами, которые создает наколдованная ею флора. Получается довольно эффективно, ведь она алхимик-друид, чьи творения обычно растут очень-очень недолго, а потом с каким-нибудь затейливым эффектом дохнут, вкладывая свою жизнь в усиление этого самого эффекта.

— В логове банды, которая вломилась в больницу, пахло явно дорогими и очень сложными волшебными духами, порция которых наверняка стоила больше, чем все эти отбросы вместе взятые. — Шмыгнула распухшим носом Доброслава, подслеповато глядя на окружающий мир раздраженными красными глазами. — Поначалу кажется, что ничего такого особенного, просто аромат странный и неестественный…А когда пытаешься внюхаться как следует, то ничего толком не улавливаешь…Вот только через пару минут тебя вдруг шибает сильнее чем залитая в ноздри кислота, смешанная с серебряными обувными гвоздями! Обычный оборотень мог бы там и на всю жизнь покалечиться. Старейшина калибра Эмильена или моего дедушки — на неделю…

— А ещё она прилюдно почти созналась в этом. Почти даже и без почти. Когда якобы случайно встретила на прогулке моих девочек, навязала им светскую беседу и начала над ними подтрунивать. — Мрачно бросил Стефан, которого задел то ли сам факт такого наезда от высокопоставленной французской волшебницы, то ли собственная невозможность защитить семью и настучать по слишком наглой морде главе гильдии зельеваров. — Мол, такие хорошенькие цветки, да из такого вонючего навоза растут, который ей было аж противно трогать, пусть даже длинной палкой, чтобы полезшую куда не надо пену осадить…

— Дык, она чей-то оборзела вкрай! — Подумав немного, выдал свое экспертное мнение и взвешенную дипломатическую оценку один из наиболее сильных и влиятельных людей всего мира, который мог войти в абсолютно любой дворец просто по праву своей принадлежности к числу архимагистров. — И, кажись, невесть с чего вообразила себя бессмертной…

— Действительно, — согласился с мнением своего друга Олег, который ожидал от французских придворных сложных запутанны интриг, вот вроде тех нападок которые руками обманутых вампиров-нелегалов проделывал недавно казненный жандарм…А тут ему вдруг демонстрируют тактику, достойную чуть ли не пьяных гопников из подворотни, во имя дешевых понтов с гордостью признающихся в том, что это они в подъезде нагадили… И уровень стоящего за всем происходящим интеллекта тоже соответствовал не волшебнице с многовековым опытом, а умственное неполноценному быдлу, вероятно даже малолетнему. — Это какой-то полный идиотизм, которому я искренне поражаюсь!

— К сожалению, у Арлет Чаровницы есть довольно серьезные основания для того, чтобы действительно считать себя бессмертной. Вернее, неприкасаемой. — Вздохнула Анжела, которая должна была наводить мосты с проживающими в Париже русскими аристократками, среди которых, если хорошенько поискать, получилось бы даже обнаружить парочку её дальниц-дальних родственниц…Которые девушку десять лет назад не только бы родней не признали, но и могли приказать слугам засечь её насмерть где-нибудь на конюшке, если бы дочь служанки осмелилась как-то привлечь их внимание. А сейчас сей аристократический серпентарий радостно распахнул блондинке свое объятия и угодливо шипел, пытаясь снискать расположение супруги одного из самых новых бояр Возрожденной Российской Империи. — Глава гильдии зельеваров живет в одном из ближайших к Лувру зданий, поскольку является личной целительницей Деспота. В прошлом она минимум однажды спасла ему жизнь, сумев подобрать антидот к какой-то британской отраве, чуть было не заставившей лучшего ритуалиста мира сдохнуть на половине пути к своему дворцу. А сейчас она лечит хозяина Франции главным образом от скуки по ночам. Да, эта помнящая ещё Средние Века старая кошелка не является единственной любовницей владыки Парижа, и супругой ему так и не стала, хотя вроде даже пыталась убедить Маурицио Отелло переименовать себя в короля, а для неё самой сделать корону и трон размером поменьше…Но их более чем тесные отношения все же дают Арлет Чаровнице определенную защиту… Ну… От всего!

— А ещё вот прямо сейчас она может быть примерно столь же адекватной, как вы в первые месяцы после своего резкого усиления. — Внезапно добавила Лили, которая тоже посещала Академию Наук, только не кафедру истории и археологии, а алхимиков. И крутилась не среди её руководителей, а вместе со студентами и преподавателями…Вместе с парочкой телохранителей, чтобы не оторвали эльфийке её острые ушки, приняв за британскую шпионку. — Ещё пару лет назад эта волшебница считалась магистром лишь благодаря своим заслугам, на деле являясь скореепятым рангом, причем не особо сильным…Но видимо своего положения она добилась с минимальным использованием долгоиграющих стимуляторов или вообще без них, а где-нибудь на заднем дворе Лувра дожидалась своего часа особая теплица с идеально подходящими её энергетике волшебными травами, из которых эта волшебница после начала войны с демонами сварила для себя зелья высшего качества! И чуть не стала пятым архимагистром Франции.

— Так…Вот из-за чего весь сыр-бор? Получается, она на нас стала вдруг бочку катить потому, что у неё крыша поехала? — Помолчав несколько секунд, предположил Олег, внезапно ощутивший себя героем комиксов. Из тех, где всякие миллиардеры в пафосных костюмчиках бьют морды буйным и общественно опасным психам. Ну а как их не бить, если те присылают заминированных молодчиков с дубинками в учреждения здравоохранения!

— Ха! Да чтоб меня блохи закусали, если это хотя бы одна десятая часть проблемы. Все-таки будь Арлет полностью неадекватной, и Деспот бы позаботился о том, чтобы выделить своей любовнице какое-нибудь удобное поместье с обходительными слугами, которые не выпустят хозяйку гулять раньше, чем та перестанет напоминать макаку с пулеметом! — Фыркнула Доброслава, которая в данной компании вполне могла считаться экспертом и по безумию, и по побочным эффектам, возможным после ритуалов усиления. Все-таки страдала от них больше всех остальных вместе взятых… — И потом, это же опытная ведьма с вековым опытом придворных интриг, а не выпускница школы для благородных девиц, что впервые в жизни хлебнула водки, которой её коварно угостили улыбчивые гусары! С чего бы ей полностью терять над собой контроль⁈ Скорее уж она решила демонстративно поточить об нас свои зубки, сразу и экономические проблемы своей гильдии решив, и продемонстировав остальным высшим магам Парижа свою резко увеличившуюся крутизну!

— Дык, похожий на правду вариант, — согласился с её рассуждениями Святослав. — Маленько пришибленная на голову зельеварка, шо в боях особливо не участвовала и крови почитай не нюхала почти, а на коленях у Деспота чувствует себя аки за каменной стеной, вполне могла счесть нас удобными, стал быть, мальчиками для битья. Мы ж туточки без связей, а исчо уедем скоро, чаво даже не скрывали, а чичас и дату твердую назначили…Всерьез рубиться енто ей может и боязано, а вот в спину пошипеть, да марионеток ейных с работниками нашими столкнуть, чтобы потом ходить гоголем перед всякими придворными задаваками, так чё бы и нет бы?

— Вот сейчас даже я тебя почти не понял, — буркнул Олег, который слова бывшего крестьянина скорее осозновал напрямую, чем в нормальную человеческую речь расшифровывал. — Однако то, что мы с уверенностью установили виновника наших неприятностей, служит единственным светлым пятном в сложившийся ситуации. Она сейчас…Сложная. Особенно с учетом того, что мы должны либо разобраться с этой проблемой меньше чем за неделю, либо нарушить договоренности с министерством иностранных дел и оставить конвой без своей защиты, либо быть готовыми к тому, что больница, вербовочный пункт и прочие активы, оставшиеся во Франции, до нашего возвращения не доживут.

— Ситуация сложная? Да скорее уж какой-то полный трындец! Пока эта дурныда не совершит измены государственной или обычной, а также не слишком сильно заиграется в свои интриги, Деспот легко простит ей всякие мелочи, а Бонопарт против неё копать просто не станет. — Яростно и вместе с этим крайне раздосадаванно резюмировал Стефан. — Если же станет, так получит по рукам. И мы тоже получим, если попытаемся провернуть в её отношении нечто…Адекватное. Вроде попытки подбросить ящик динамита под кровать или переделать канализационный колодец, над которым будет проезжать её карета, в один большой пушечный ствол, куда окажется заряжено соответствующего калибра ядрышко.

— Уже прикидывал как бы её прищучить? — Понял Олег, что тоже думал об этом. И даже прикидывал разные варианты, от внезапного ночного визита, по итогу которого одна много о себе возомнившая ведьма окажется расфасована по собственным баночкам, до попыток замаскироваться под революционера, угнать какой-нибудь корабль и выдать точно по ней полновесный бортовой запл…Нет, у на что? Им так делать можно, а ему нельзя?

— Конечно прикидывал! — Хмыкнул потомственный охотник, а также бывший егерь и диверсант, что в прямой бой с противником ввязывался лишь в том случае, если ему открытое сражение противник умудрился навязывать. В противном случае же враги и добыча либо дохли быстрее чем успевали осознать собственную гибель, либо могли найти лишь следы сибирского татарина, нанесшего коварный удар издалека, а может подготовившего хитрую ловушку. — Достать эту дурынду, которой в башку ударила то ли сила, то ли безнаказанность, мы можем…Ну, теоретически. Даже я один мог бы попробовать, пусть и с шансами на успех в районе нескольких процентов. Только вот на практике после этого из Франции придется бежать сломя башку. И не факт, что успеем.

— Дык, я то успею, да и вас утащу. — Заметил Святослав, который действительно был одним из самых быстрых существ в этом мире, и мог бы удрать почти от всего, включая пущенные ему вдогонку молнии и даже большую часть магических ударов стратегического назначения. — Но ежели со всеми нашими людьми, тады уже нет…И енто я ещё не говорю про корабли да добро, какое успели, стал быть, накопить туточки.

— Не верю, что говорю такое…Но может все же попробуем действовать законными методами? — Предложила Доброслава, вновь шмыгая распухшим носом. — Ну, раз уж просто отвернуть голову этой наглой сучке не получится.

— Ничего мы не докажем, — вздохнула Анжела. — Все улики, которые сейчас получилось собрать — косвенные. А и докажем…Для приличия назначат какой-нибудь штаф в пару тысяч экю, на который любовница Деспота чихать хотела. За ведьмаков-индусов, которых мы потеряли, больше французский суд ей точно не назначит. А на всяких бедняков, у которых не было денег обратиться к целителю из числа соотечественников, им вообще чихать с присвистом.

— Дык, принципе, мы, того… Можем подключить посла, — предложил Святослав. — Он же нам итъ теперича должен, сильно должен.

— Ну, пусть десяток тысяч штраф окажется, если мы действительно сможем найти какие-нибудь улики и довести дело до суда, который решится в нашу пользу. — Пожала плечами жена Олегп. — Больше чем уверена, она в месяц на духи тратит примерно столько же.

— Снизить цену на алхимические ингридиенты ещё больше, чтобы все связанные с их гильдией поставщики разорились к чертям собачьим не сейчас, так года через два или три? — Предложил Стефан. — Хм…А наш бюджет такое потянет?

— Ну, может и потянет впритык, если мы начнем летучие корабли продавать, но все же это как-то…Не то. — Поморщился Олег, который по идее ворочал просто огромными суммами. И все время понимал, что мог бы успешно пристроить суммы в три, в четыре, в десять раз больше! Причем на хорошее дело и, в перспективе, даже с неплохой отдачей, пусть даже случится та когда-нибудь потом. Если ничего не помешает. — Почти как стрелять себе в ногу, чтобы стоящему рядом недругу кровь на одежду попала, и он замучился отстирывать её. Ещё предложения?

— Могу поохотиться на кого-нибудь из верхушки гильдии, с кем Деспот уж точно не спит, пока мы не улетели. — Кровожадно предложила Доброслава, видимо всерьез обидевшаяся на те мучения, которые пришлось пережить её сверхчувствительному носу во время поиска улик. А ведь запах волшебных духов, отложено срабатывающий на оборотнях почти как химическое оружие, определенно являлся той ловушкой, которую подготовили на проводящего расследование оборотня. Скорее всего даже конкретно на кащенитку-изгнанницу, иначе бы её практически совершенная регенерация давно бы уже устранила любые последствия раздражения.

— Идея в целом рабочая…Но стоит её подкорректировать. — Неожиданно поддержала подругу-соперницу Анжела. — Мы не можем позволить себе тронуть любовницу Деспота, это правда…Но пусть власти Парижа и отнесутся менее благосклонно к нападению на гильдию зельеваров, чем к теракту в нашей больнице, однако же и большой трагедии для них это не станет. Особенно если обставить все чисто, с минимум жертв и разрушений, а лучше вообще действуя сугубо законными методами.

— Дык, шо ты имеешь в виду? — Не понял Святослав.

— Любая гильдия напоминает пирамиду…И если повредить её подножие, вся структура окажется перекособоченной, а то и превратившейся в обломки. — Хищно и злорадно улыбнулась Анжела и Олег поежился. Иногда его супруга умела быть страшной. А уж в том, что она может оказаться способной на жестокость чародей и вовсе никогда не сомневался. — Я почему-то сомневаюсь, что любовница Деспота и её ближайшее окружение захочет стоять за котлами и реторами по двадцать четыре часа в сутки, обеспечивая нужды Франции в зельях. Да и не смогут, если уж на то пошло, если как-то лишить их связи с той армией ведьмаков, учеников и редких подмастерий, которые перерабатывают привезенные в эту страну ресурсы в тысячи доз готового продукта, перепродаваемого по всему свету в виде целебных элексиров, магических духов и всяких волшебных хозяйственных лаков. Надо лишь придумать, что с ними сделать: подкупить, запугать, похитить…