Отставной экзорцист 2

Глава 23

Алексей вздрогнул и проснулся. Вокруг темнота, под головой мягкая подушка. В узкую щель меж двух неплотно прикрытых штор льётся бледный мертвенный свет уличного фонаря. Он дома. Волноваться не о чем. Но отчего же так тревожно на душе?

Стараясь не разбудить свою избранницу, Зорин протянул руку и погладил её по плечу. Но наощупь тело супруги оказалось невероятно твёрдым, словно высеченное из дерева. А потом женщина вдруг дёрнулсь так резко, что мужчина аж подпрыгнул.

— Даша⁈ Даша! Что с тобой⁈ Ты слышишь меня⁈ Ответь!

Алексей попытался перевернуть жену на спину, но не смог. Её мышцы неестественно окаменели и застыли в одной позе.

Едва не кувыркнувшись с кровати, Зорин схватил мобильник с тумбочки и вернулся к супруге.

— Дашуля! Дашулечка, очнись, пожалуйста! — затряс он её.

Но она снова не отреагировала. Продолжала неподвижно лежать, будто манекен.

— Твою мать, да что же это такое⁈ — в отчаянии схватился за голову Алексей.

Трясущимися пальцами он принялся набирать номер скорой. К счастью, там подняли трубку практически сразу, всего через два гудка.

— Диспетчер двенадцать-три, слушаю, что у вас произошло? — прозвучал в динамике серьёзный женский голос.

— Алло! Алло, девушка, с моей женой что-то случилось! Я не видел такого раньше! Она вся оцепенела и не реагирует ни на…

Продолжение фразы застряло в горле, поскольку Дарья снова дёрнулась. Но на сей раз в неверной игре слабого света Алексею почудилось, будто её глаза распахнулись, и на него уставился преисполненный испепеляющей злобой взгляд.

Можно долго рассуждать о том, что в состоянии стресса всякое мерещится. Однако Зорину в прошлом доводилось бывать в таких передрягах, когда от выбросов адреналина начинало буквально коротить. Но даже в таких ситуациях он сохранял трезвость мышления.

Поэтому мужчина был уверен, что ему это не показалось. Алексей знал свою супругу больше пятнадцати лет, она попросту не могла смотреть так. И дело не только в глубоких тенях, что исказили лицо избранницы и превратили его в нечто неописуемо пугающее.

Алексей хотел попробовать посветить на жену экраном телефона, чтобы развеять сомнения, но что-то останавливало его. Срабатывал какой-то внутренний стопор. Примерно такое же полумистическое чувство несколько раз спасало жизнь Зорину во время военной службы. Будто ангел хранитель дёргал за тревожный колокольчик. И в такие моменты либо под ногами обнаруживалась прозрачная леска растяжки, либо угрожающий блик оптики вражеского снайпера в далёком оконном проёме.

Вот и сейчас мужчина не сумел пересилить себя. Словно глубоко в подсознании предвидел фатальные последствия своего поступка.

— Замолчи немедленно, мясной ошмёток, иначе я вырву твои конечности, — прохрипела женщина искажённым до неузнаваемости голосом.

— Д… Даша? Т-ты чего? — опешил Зорин.

— Алло? Я вас слушаю! Говорите! Что у вас случилось? Алло? — пыталась тем временем достучаться диспетчер до потерявшего дар речи Алексея.

Но он не мог ответить, поскольку всё его внимание было приковано к супруге. Дарья, или то, что ей завладело, медленно села в кровати. Даже двигалась она как-то неправильно. Судорожно и резко, будто кукла на ржавых шарнирах. Пальцы скрючились, голова склонилась набок, плечо дёрнулось к подбородку… за таким было по-настоящему страшно наблюдать.

— Алло⁈ Мужчина, вы тут? Назовите адрес, я направлю к вам бригаду! — продолжал тараторить динамик телефона.

— Ад… рес? — глупо переспросил Алексей.

В этот момент его жена медленно покачала головой, не сводя с Зорина жуткого немигающего взгляда, который прожигал душу даже сквозь темноту. Бывший начальник личной безопасности «Оптимы» вдруг ощутил, как у него дрожат руки. Ладони вспотели так, что мобильник едва не выскальзывал.

— Да, назовите адрес, к вам приедут! — настаивала диспетчер скорой помощи.

— Н-нет, не надо, из-звините, — пролепетал Алексей и сбросил вызов.

— Верное решение, смертный червь, — Даша улыбнулась, и от вида этого ужасающего оскала мужчине стало дурно.

Он смотрел в глаза супруги, словно в наполненные мраком пустые колодцы, на дне которых ворочалось нечто противное, злое, непостижимое. Они выделялись непроглядной чернотой даже на фоне темноты. Оттого иступляющее отчаяние сильнее навалилось на Зорина.

— Кто… ты? — слабо выдохнул Алексей.

— Тебе на самом деле не хочется этого знать, мясной ошмёток, — утробно прорычала Даша.

— Верни мою жену! Слышишь⁈ Чем бы ты ни было! — заставил произнести себя мужчина.

— Какая смелая букашка! — разразилась Дарья нечеловеческим булькающим смехом. — А иначе что?

— Я… я…

Зорин замялся, не понимая даже, как ему себя сейчас вести.

— Жалкий тварёныш, ты ничтожен в своём бессилии, — с нескрываемым наслаждением проговорила женщина. — Я бы с удовольствием растерзал тебя на мириады кусочков, но она этого не хочет. У нас уговор…

— К-какой?

— Ты не узнаешь. Никогда. Не вздумай лез-с-с-сть, если ваши никчёмные жизни хоть каплю для тебя ценны.

Алексея от сюрреалистичности происходящего уже медленно затягивало в пучину беспомощной истерики:

— Я не понимаю… куда лезть? Что за чертовщина⁈ Где Дарья⁈

Супруга явно собиралась что-то ответить, но тут снаружи комнаты раздались шаги.

— Мам, пап, у вас всё хорошо? Вы что, ругаетесь? — послышалось из-за двери.

Алексею стало ещё страшнее. Это их дочка! Она не при каких обстоятельствах не должна здесь находиться…

— Лиза, назад! Не надо! — прокричал Зорин, вскакивая с постели и стремясь к выключателю.

Пружинная ручка скрипнула ровно в тот момент, когда Алексей зажёг в комнате люстру. На пороге возникала заспанная мордашка двенадцатилетней конопатой девчушки, которая щурилась от неожиданно яркого света.

— Пап, ты чего? Ночь на дворе, давай потише, а? Мне в школу завтра…

— Прости, зайка, папе всего лишь кошмар приснился, правда?

Звуки такого знакомого и родного голоса заставили Алексея перебороть страх и вновь посмотреть на кровать. Слава богу, Даша теперь выглядела как обычно. Разве что белки глаз приобрели отчётливую нездоровую красноту.

— Д… да, просто кошмар, — с некоторым запоздание повторил мужчина.

— Иди спать, доченька, всё хорошо, — добавила супруга.

— Ага, как же, прям «хорошо…» Я бы так не сказала, — по-подростковому саркастично буркнула Лиза, исчезая в коридоре.

Алексей слушал, как девочка шлёпает босыми ногами по полу, и не решался раскрыть рта, пока она не захлопнула дверь в свою комнату.

— Даша? Это ты? — неверяще спросил муж, делая шаг к постели.

— Да, родной, теперь я. Ты напугался?

— Что это б-была за чертов-вщина? — начал заикаться от волнения Зорин.

— Тс-с-с, успокойся, Лёшенька, всё хорошо, — ласково проворковала Даша и спустила ноги на пол.

Она подошла ближе, чтобы погладить супруга по руке. Алексей в первое мгновение дёрнулся, но потом всё же позволил прикоснуться к себе. Через некоторое время, убедившись, что это действительно его любимая жена, он прижал её изо всех сил.

— Ой-ой, тише, дядюшка медведь, раздавишь же! — пискнула Дарья.

— Пожалуйста, Дашуля, объясни, что с тобой происходит? — взмолился Зорин, не разжимая объятий.

— Тебе не о чем волноваться, Лёшенька, уверяю, — уклонилась от прямого ответа избранница. — Давай уже спать, м? Я так устала.

— Но… но… ты знаешь, что сейчас было?

Алексей отстранился и испытующе посмотрел на возлюбленную.

— Извини за это. Такого больше не повториться, обещаю, — заверила она. — Если тебе нужно, мы обсудим всё завтра. А сейчас потуши, пожалуйста, свет, ладно?

Мужчина долго колебался, не решаясь нажать кнопку выключателя. Но потом всё же пересилил себя. Он готовился к какому угодно развитию событий, однако ничего не произошло. Дарья с самым безмятежным видом улеглась в постель пожелала супругу спокойной ночи и уже через минуту сладко засопела.

А вот Зорин не мог уснуть до самого утра. Он лежал, вздрагивая от каждого шевеления своей благоверной, и боялся, что неведомое жестокое создание вернётся вновь. Но, слава всевышнему, до самого рассвета так ничего больше и не произошло. А с появлением в комнате первого дневного луча, Алексей с изрядным облегчением погрузился в беспокойный прерывистый сон.

Я стоял на пороге квартиры, где самая обычная семья Бугровых прожила свои годы. Будь я настоящим Петром, то наверняка бы нашёл в этой просторной двушке кучу памятных вещей: семейных реликвий, дорогих сердцу безделушек, фотоальбомов, грамот, благодарственных писем, подарочных сервизов и прочего нажитого скарба, который люди обязательно пакуют с собой, когда переезжают.

Но я не собирался тащить на себе бремя чужого прошлого. Нет смысла за него цепляться. Вся моя жизнь в этом мире уместилась в одну дорожную сумку. Шмотки, ботинки, телефон, да полимерная кобура с «Самумом» и коробка патронов. Вот и все мои пожитки.

Их я перевёз по новому адресу за одну поездку на такси. А теперь вернулся, чтобы проверить, не забыл ли чего нужного. Хоть здесь я и прожил последние несколько лет, успев изрядно ко всему привыкнуть, забирать с собой ничего не стал. Ни кружки, ни ложки, ни завалящего магнитика.

В общем, своего здесь я больше не обнаружил. Поэтому со спокойной совестью запер дверь, бросил ключи в почтовый ящик и вышел на улицу. Уже стемнело, вокруг ни души. Прохладный зимний ветер взъерошил мне волосы, вынуждая поднять повыше воротник моего потрёпанного и не по сезону лёгкого плаща. Шапку что ли купить? А то снег хоть и редко бывает, а уши от холода всё равно в трубочки заворачиваются.

В кармане завибрировал телефон, отрывая меня от размышлений о насущном. Я извлёк мобильник и увидел, что звонит Фирсов. Ну, давай послушаем, чего скажет…

— Приветствую, майор, что интересного? — ответил я на вызов.

— Здорово, Бугров, я с новостями, — с ходу объявил полицейский.

— Ну-ну, давай, не томи.

— С тобой Щукин хочет завтра встретиться. Что скажешь?

— Для начала поясни, кто такой Щукин? — попросил я.

— Бугров, мать твою за ногу, ты чего? Генерал-лейтенант Щукин — руководитель городского управления МВД! — высказал Фирсов таким тоном, будто я всё его командование должен поимённо знать.

— Понял. Во сколько меня ждут?

— В девять утра. Сможешь?

— В выходной — без проблем, куда подъезжать?

— Не переживай, тебя доставят, — уверенно заявил собеседник.

— Я надеюсь, не в автозаке? — подозрительно уточнил я.

— Если настаиваешь, я легко тебе организую такие почести, — мрачно пошутил полицейский.

— Ну ты и весельчак, майор, сдохнуть можно, — угрюмо отозвался я.

— Ладно, в общем, я тебя услышал, Бугров. Диктуй, откуда тебя забрать.

— Чуть позже напишу, а то я свой новый адрес ещё не запомнил.

— А ты что, переехал? — сразу насторожился Фирсов.

— Вынужденно. Со служебного жилья попёрли, — нехотя признался я.

— Хм… ну ладно, тогда жду, — вроде подуспокоился офицер.

Телефон в моих руках снова завибрировал. Я мельком глянул на экран и чуть не поперхнулся, увидев на нём фамилию «Зорин». Думал, по доброй воле он никогда меня не наберёт. Походу, рванула мина, о которой я его предупреждал…

— Всё, майор, отбой! Чуть позже скину адрес!

Я торопливо попрощался и ответил на звонок с параллельной линии:

— Слушаю, Алексей Аркадьевич.

— Пётр, мы можем снова встретиться? — глухо изрёк Зорин, опуская приветствие.

— Случилось то, о чём я предупреждал? — нахмурился я.

— Вроде того…

Сука, так и знал… вот почему люди не воспринимают мои предостережения, пока не произойдёт какая-нибудь лютая срань?

— Есть пострадавшие? — спросил я, ожидая услышать неутешительные вести.

— Н-нет… вроде, — без особой уверенности проговорил Алексей. — По крайней мере, я не знаю о таком.

— Хм… ну ладно, даже это звучит обнадёживающе. Мне приехать?

— Я… кхм… не уверен, — замялся собеседник.

— Тогда какого хрена тебе нужно⁈ — разозлился я. — Снова утешения ждёшь?

— Понимаешь, Пётр, тут всё непросто…

— Да уж мне-то можешь не рассказывать, — пробурчал я.

— Давай для начала поговорим? Мне надо разобраться в этой… в этой…

— Послушай, Зорин, я уже всё сказал, и других слов у меня для тебя нет, — припечатал я. — Если ты…

— Извините, это вы Пётр Бугров? — вдруг преградил мне дорогу какой-то тип.

— Алексей, повиси пару минут, — бросил я в трубку и воззрился на незнакомца. — А ты ещё кто?

— Просто ответьте, вы Пётр Бугров или нет? — повторил он.

— Ну допустим. Чего надо?

— Да ничего, мудила, — неприятно ухмыльнулся непонятный субъект.

И в тот же миг я почувствовал, как что-то холодное упёрлось мне в затылок. Беспощадное осознание обожгло мозг. Да вот только мышцы за ним не поспевали. Я едва согнул колени, намереваясь отпрыгнуть с линии огня, но тьма уже погребла мой разум.

Выстрела я не услышал, но щелчок бойка будто бы успел отпечататься в памяти. А пугающе отчётливый хруст костей собственного затылка вполне могло для меня услужливо дорисовать угасающее сознание.

Я провалился в ледяную пустоту. Липкую, как разлагающийся труп. Она поглотила меня подобно зыбучим пескам и пропустила через себя. Некоторое время я трепыхался в этом наполненном миазмами гниения пространстве, где не было ни конца, ни начала, а затем неведомая сила вытолкнула меня оттуда.

Мать твою, до чего же мерзкие, но уже знакомые ощущения…

Я рывком поднял голову и сдавленно выругался. Мне сразу стало ясно, куда угодила моя душа. Преисподнюю вообще трудно с чем-то перепутать.

Тотчас же внутри шевельнулся Валаккар. Его голос, обычно вкрадчивый и тихий, теперь грохотал торжествующим набатом:

«Твой бог проклял тебя, смертный. Но это не беда, ведь я могу занять его место…»

Конец второй книги.

Продолжение: https://author.today/reader/562577