Первые полчаса парочки выходили на танцпол как на заклание. Танцполом служила площадка перед сценой, откуда, как два истукана по бокам жертвенного алтаря, над придергивающимися к ритму подростками нависали две огромные колонки. Вокруг площадки, скрываясь в тени от обжигающих лучей диско-шара, жались готовящиеся к прыжку в неизвестность. Самые смелые, оседлавшие ряды кресел позади площадки, подрывались с мест и заталкивали замешкавшихся сверстников внутрь. Заира только закончила смеяться над парочкой из параллельного класса, как бы невзначай прохаживающихся мимо танцпола и походя решивших вдарить ручками и ножками под «Ай-яй-яй», как к ней подошёл первый кавалер. На поддержку перепившей миринды Малики рассчитывать не приходилась. Подав руку Заира с мыслью, – «Ну понеслась!», проследовала за смельчаком, чувствуя, как разгоняется сердце и кровь приливает к ушам. Парня он узнала уже на танцполе. Одиннадцатый класс, здорово играет в футбол, крутые джинсы, красивые руки – для первого выхода очень даже не плохо.
Внутри все было по-другому. Когда Заира поняла, что за границей светящегося круга тупо никого не видно и тем более не слышно, а движения под светомузыкой в режиме слайд-шоу выглядят довольно прикольно, она полностью расслабилась и не заметила, как протанцевала три следующих трека. Девочка разделила с остальными танцующими волшебное ощущение, что ты уже внутри круга, куда тебя было не затолкать по началу, а теперь не вытолкать. Музыка перестала бить по ушам, хотя, танцуя под третий трек, Заира чуть не ударилась головой о колонку, и она поплыла от новых ощущений. Когда музыка стихла, и ребята за пультом объявили небольшой перерыв, она, пританцовывая, пошла искать подругу, которая, надувшись, сидела на лавке у входа и злыми глазами наблюдала за попытками Заиры найти её.
Когда она приметила Малику и почти настигла сгорбившуюся подругу, смешно уставившуюся в телефон, её едва не сшибла завалившася в зал хмельная кавалерия. Парни видимо успели опорожнить все раскиданные по школе нычки, и даже отхлебнули с аквариума, закусив золотой рыбкой. Уворачиваясь от судорожной «ачи-ачи» очередного румяного Джими, Заира поначалу не поверила тому, что услышала.
– Да задавите её уже нах…
Мелькнула последняя взмокшая спина и Заира замерла от выражения на лице Малики. Это уже был не циклон, который легко можно было прогнать парой подколок. Это была даже не обида. Это была злоба. Глаза Малики изливали холод, сковавший распаренное тело Заиры, сжирающий искру за искрой того пламени, которым она хотела поделиться с подругой.
– Что с тобой? – Заира уже забыла, когда её голос так дрожал.
– Что с тобой, – противно передразнила Малика, глядя исподлобья, губы кривила жутковатая ухмылка. – Наплясалась? Блузочка как, кстати пришлась, да? Иди, скачи дальше, че!
Она почувствовала, будто не видела подругу очень давно. Малика пугала её. Сердце, бешено стучавшее ещё минуту назад, будто выдернули из розетки. В глазах потемнело. Когда Заира пришла в себя, Малики уже не было рядом. Она заметила как та приобняла одного из вошедших недавно ребят и потянула его на танцпол, распихивая остальных. Картинку размыли хлынувшие слёзы. Заира, с застывшим выражением лица, пятилась, пока не очутилась в столовой. Схватив со стола пачку салфеток она выбежала в коридор.