Пампа

Глава 20 Один против многих

Спрыгнув с грузовой рампы транспортника, Март направился к своему истребителю, оглядываясь в поисках кота. Но тот спокойно сидел рядом с машиной и терпеливо дожидался напарника.

— Зря кар-ро-ву ни взя-а-л, — облизываясь, промяукал он.

— И когда только успел? Пошли уже, зожник.

— Хан ни фс-ош-ник, ф-фу, — кот от возмущения чихнул, — я гур-р-ман.

— Это точно, — ответил Март, усаживаясь в кресло. — Искин, все системы в норме?

— Да, командир. От трудовиков пришло сообщение.

— Что говорят?

— С ближайшей к нам базы имперцев двадцать минут назад поднялись два звена Юнкерсов и с ними три больших дрона-разведчика.

— Время подлета?

— Будут здесь минут через семь-десять.

— Хреново. Но вроде мы должны успеть. Передай партийцам от меня благодарность за предупреждение.

— Есть, командир.

Переключившись на связь с пилотами, Март известил их о новых вводных.

— К нам гости. Срочно делаем ноги.

— Принято, босс, — бодро отозвалась Алиса.

— Самое время, — откликнулся и Балк, заслужив в ответ насмешливое фырк девушки.

Сам же Март подумал: «Илюха нагружен под завязку, а те летят налегке. Но уж как получится…» И как накаркал. Черные, выжимая из своих машин все, на что те были способны, сумели ощутимо нагнать. И в какой-то момент Соло понял, что другого варианта нет, к тому же нельзя было навести врага на координаты небесного тоннеля.

— Лиса, уводи Илью на точку и прыгайте.

— А ты, босс?

— Уведу их в другую сторону, сброшу с хвоста и прилечу на базу.

— Но…

— Приказы не обсуждаются, а исполняются. Все. Действуйте!

Довернув на развилке ущелий направо и дав остальным укрыться за горой, Март даже чуть сбросил скорость и поднялся повыше, чтобы стать заметнее.

Искин почти сразу отозвался.

— Фиксирую облучение радарами.

— Вот и славно. Слышь, твое величество. Вся надежда на твои чудо таланты. Смотри, не подведи.

— Мр-ня, за мняу не з-арзавеит…

Не к месту в голову пилота влезла ненужная сейчас мысль. «Вот ведь Хан голова, но кошачья пасть для нормальной речи плохо подходит. А вот когда он в человеческом облике, почти и не отличишь…»

— Атака! Произведен пуск двух управляемых ракет «Хэтцхунд» класса «воздух — воздух».

— Что-то они спешат. Далековато. С этими справимся на изи, — и потянул рукоять управления влево, одновременно сдвигая РУД до упора.

БКО отработала штатно, уведя угрозу в сторону и заставив сдетонировать на безопасной дистанции. Но противник и не думал останавливаться. Одна за другой к юркой цели понеслись еще ракеты.

— Нервные они какие-то. Неопытные? Вероятно, — продолжая крутить «Разбоя», заметил негромко Март. — Для нас это неплохо… даже хорошо…

В одиночку тягаться с такой ордой противников нечего было и думать. Оставалось рассчитывать только на скорость и мастерство. По своим возможностям «Раубриттеры» ничем не уступали «Юнкерсам», к тому же Март успел израсходовать приличную часть БК, пока безжалостно выжигал карателей.

Но и оторваться быстрее, чем необходимо для гарантированного ухода транспорта с родней, он не мог. Следовало тянуть время и отчаянно накручивать виражи под непрекращающимся огнем преследователей, которые чего-чего, а жалеть ракет точно не собирались. «Разбой», идя на сверхмалой по дну ущелья, несся вперед. Выиграть дистанцию противнику мешал сложный рельеф. И звено «Юнкерсов» шло как привязанное за Вахрамеевым.

Вслед за первым пуском, от которого удалось отбиться без потерь, к нему пошла новая пара ракет, и на этот раз дело начало принимать скверный оборот. Март ушел на бреющий, закрутив машину, он «облизал» скалистый выступ, в который ракеты и врезались с треском и грохотом.

— Фух, летим дальше.

Но враг и не думал останавливаться. Новая пара пошла к «Разбою». Пришлось пилоту делать кривой ход. Он выпустил пару дронов из контейнера и направил их на перехват целей. Самое удивительное, что все получилось. Грянули один за другим два взрыва. Угроза ненадолго была пресечена.

— Хан, пора нам искать подходящую точку перехода. Иначе добром это не кончится.

— Поня-а-ал, — напряженно мявкнул кот в ответ. Помолчал и добавил, — Нету.

— Как нету? Ты чего, хвостатый? Ты эти шутки брось!

— Нет поблизости ни одной, мр-да, — спокойно и уверенно промурчал кот, уставившись глазищами-фонарями куда-то вглубь себя.

— И какие идеи?

— Надо самим открывать, мр-р, — как о само собой разумеющемся сказал Хан.

— А вот с этого момента поподробнее, — продолжая маневрировать и выжимать из машины все, на что она способна, прорычал Март.

— Пр-р-оста ищи, где тонка, и вливай свою Силу. Откликнется, будит акно-о.

— Суперинструкция. Ну давай пробовать.

Воевать и вести какие-то непонятные поиски одновременно почти невозможно. Но если очень надо, то и не так раскорячишься.

— Ракетная атака… ракетная атака… — раз за разом оповещал искин. БКО трудилось на износ, запас дронов в контейнерах на консолях уже был исчерпан, да и запасы бортового комплекса обороны «Немезида» подошли к концу. И ловушки, и противоракеты кончились. Никто на такую длительность огневого контакта не рассчитывал, закладывая ТТХ системы.

— Хан, все, я пустой. Остаются твои таланты. Раз уж тоннеля не видишь, давай обманывай технику врага.

— Сдела-ю-у, мр-р.

Пока хвостатый правак взял на себя защиту машины, Март сосредоточился на поисках. Для начала постарался вспомнить и ощутить ту самую Силу, которую некогда слегка приоткрыл ему кот. И тут же в пальцах, держащих штурвал, началось легкое покалывание. «Пошел процесс», — обрадовался он и закрыл глаза, стараясь ухватить новое для него состояние.

— Ракетная атака, — привычно спокойно доложил искин.

— Вот черт, — Март открыл глаза и чуток появившееся ощущение присутствия необычной Силы вмиг исчезло.

— Нар-ма-а-ль-на-а. Ни ба-а-ись, уйдем-мр, — фыркнул кот, нервно подрагивая хвостом. — Ищи пр-рра-ход.

Март увел машину в вираж, и ракета на доли секунды разминулась с ним. Облегченно выдохнув, пилот снова попытался сконцентрироваться. И, хотя искин вновь возвестил об очередной угрозе, он полностью отключился от внешнего мира, всецело доверившись Хану.

Прислушался к себе и неожиданно ощутил отклик. Что-то внутри накатило свежим ветром и полетело, подчиняясь его воле, вдаль, разворачиваясь во всю ширь и стремительно охватывая огромное пространство перед носом истребителя.

— Что-то есть, — задумчиво пробормотал Соло. Время для него почти остановилось, мир вокруг стал тягучим и необычно ярким, почти контрастным. Глаза резало, и он их снова прикрыл, но картинка не исчезла, став еще сочнее и понятнее. Вместо привычных стен ущелья, бурной горной речушки, которая, шипя и пенясь несла свои воды к Великой, и бесконечного синего неба Мартемьян стал различать мощные клубящиеся энергетические потоки, пронизывавшие все мироздание и уходящие куда-то в бесконечность Запределья, где сливались с безумством грозового фронта, окутывающего каждый осколок своей первозданной мощью.

— Мрр, тяни к себе, — не столько голосом, сколько мыслью передал напрямую Хан.

И Март, сам не понимая как, но справился. Из дальней дали в одно мгновение к ним приблизилась та самая Сила, что ответила созвучием.

— Есть контакт. Десять секунд.

А дальше Март сделал то, чему и сам удивился. Уже почти проваливаясь в мгновенно развернувшийся и расцветший в энерго восприятии небесный тоннель, он в один миг развернул «Разбоя» хвостом вперед и, почти не целясь, выстрелил, отправив разом две последние ракеты в ближайший к себе «Юнкерс», своей волей почти воткнув в борт врага оба снаряда. И уже исчезая из привычного мироздания, успел заметить, как падает, горя, и исчезает в облаке взрыва, ударившись о близкую землю, враг. И сам в ту же секунду ощутил сильный толчок.

— Корабль получил повреждения. Двигатель правого борта выведен из строя. — доложил искин. — Увеличена мощность второго двигателя, энергия перераспределена на оба винта. Задействована резервная силовая установка.

— Значит, еще повоюем, — повернулся к коту и с легкой укоризной заметил, — Что ж ты, братец, сплоховал…

— Атвел тр-ри р-ракеты, на еще одну силы не хватила-а… — устало муркнул кот, прикрыв светящиеся яростной синевой глаза и засыпая. Хвост его нервно подергивался, по золотистому меху пробегали синеватые разряды. Зрелище не обычное и даже немного пугающее. Но сейчас пилоту-одаренному, впервые полноценно применившему видение энергоструктур, все происходящее стало понятнее. Да и сам кот выглядел в этой реальности иначе. Как бесконечно свернутая система, и сейчас хвостатый стремительно восстанавливался, восполняя растраченную Силу. Благо условия небесного тоннеля с его буйством первостихий были для этого идеальным местом.

— Понятно. Тогда извини. Претензий больше не имею. Вопрос только, куда нас вынесет на этот раз?

Полет длился необычно долго. А молнии били так, что не было ни мгновенья тьмы, и даже сквозь самые плотные светофильтры шлема их яростное сияние пробивалось без труда. Так что приходилось почти постоянно сидеть зажмурившись. Угроза выжечь себе сетчатку — это ведь ни разу не шутки.

Когда раненый и хромающий на правое крыло «Разбой» вывалился в нормаль, Марту настало время выбирать. Пытаться посадить машину или прыгать. Бросать истребитель он не захотел. Впереди хорошо просматривалась опушка леса и широкая зеленая луговина.

— Вот туда и постараемся сесть вместе.

— Командир, наблюдаю противника.

— Что⁈

— Из точки перехода появился «Юнкерс», — терпеливо пояснил искин.

— Этого только не хватало…

— Произведен пуск ракеты «Хэтцхунд».

— Епта! Хан, работай!

— Мя-я-яв! — прорычал кот в ответ, но видимо он еще не успел восстановиться, и силы, созданной им иллюзии не хватило. Ракета легла на курс и понеслась, оставляя дымный след, к «Разбою». Истребитель, подчиняясь пилоту, заложил вираж, но на одном движке скорость уже была совсем не та. Реактивная «Гончая», почти настигнув борт, на миг все же потеряла цель и вильнула, но на этом хорошие новости закончились. Грянул близкий хлопок, который заставил аппарат вздрогнуть всем корпусом от полученных повреждений.

Марту пришлось очень потрудиться, чтобы заставить конвертоплан пусть и криво-косо, но не свалиться, а почти сесть, пропахав широкую просеку в зарослях кустарника. Растревоженные птицы разноголосым облаком поднялись над полем и ближним краем леса.

Соло выдернул корпус ИИ вместе с батареей, сунул его в рюкзак с НАЗом и ссыпался вниз по трапу, ведущему из кабины. Передняя стойка шасси глубоко зарылась в мягкий грунт, так что ему пришлось извернуться, чтобы выбраться через узкий просвет. Хан успел раньше и теперь деловито сидел на заднице и смотрел в небо, туда, где стремительно росла темная, гудящая винтами точка вражеского борта.

— Бегом! — на ходу бросил напарнику Март, стремясь добраться до кромки леса и укрыться за стволами здоровенных, как теперь стало очевидно, деревьев. Едва успев спрятаться, он увидел, как «Юнкерс» кружит над полем, почему-то не торопясь расстреливать стоящий на земле беззащитный истребитель.

Судя по всему, имперский пилот в пылу погони даже не осознал, что провалился в портал. В сущности, это ведь просто совершенно не различимая точка в атмосфере с устойчивыми координатами. Не более того. И когда борт Вахрамеева исчез, черный без колебаний направил свой «Юнкерс» вслед за ним.

А теперь, когда он оказался в новом мире-осколке, бортовой искин немедленно доложил ему, что в его звездном каталоге таких координат не значится и, стало быть, никаких путей выхода кроме того, через который они и попали сюда, тоже нет.

Немец, быстро уразумев, что искать в дебрях повстанца задача бессмысленная, даже не стал пытаться этим заниматься. Рациональности ему хватило и на то, чтобы не расстреливать и не сжигать замерший посреди поля «Раубриттер». Это просто не имело смысла. Разве что из мести за погибшего камрада или отдавшись слепой жажде разрушения. Но в летчики берут только людей с крепкой психикой, так что с эмоциями дойч совладал сразу же.

Выгода сохранить трофей была очевидна. У того могли оставаться кей-баты с зарядом энергии, которыми можно было еще воспользоваться. А даже если они и пустые, их можно демонтировать и забрать с собой, хотя бы часть. Учитывая, что стоят они почти по весу золотом, открывался неплохой шанс на гешефт. Да, меркантильность присуща не только рахдоним, но и просвещенным имперцам.

Потому убедившись, что сбитый борт неработоспособен, он не стал его добивать, а попытался улететь назад через точку выхода из небесного тоннеля, которую зафиксировал искин в момент выхода в нормаль.

— Заметь, Хан, он точно вышел на точку, — Марту новые способности позволяли видеть кроме привычного физического мира и энергообъекты. Это было странно, голова с непривычки побаливала, но в целом он ощущал себя на удивление бодро для человека, только что совершившего аварийную посадку.

— Зр-р-я-я-а, мр-да, стараится-а, — старательно вылизываясь, бросил кот.

— Я и сам вижу, что Створ погас. Это не пульсар, а какая-то одноразовая разновидность. Не знал, что такие бывают Ну или тоннель появится со временем по новой, но очень нескоро и не ясно, будет ли это вообще.

— Лавушка захлопнулася… — довольно промурчал в ответ Хан.

— Ага. Походу, для имперца это дорога в один конец… Но это не точно… Однако дойчи люди с железной волей, то есть до крайности упертые. Посмотрим, насколько его хватит.

Летун и правда проявил феноменальную настойчивость и просеял квадрат воздушного пространства с методичностью, достойной лучшего применения. Наконец, после дюжины пролетов пилот окончательно убедился, что портал относился к типу пульсаров. И теперь ему следовало ждать от нескольких часов до нескольких недель, пока небесный тоннель снова накопит заряд энергии и активируется.

Оценив остаток заряда в батареях, черный принял решение приземлиться поблизости от истребителя Вахрамеева. И некоторое время просто сидел в кабине, вслушиваясь в наступившую после остановки двигателей тишину за бортом.

— Решение он принял вроде и правильное, сев рядом с «Разбоем». Но я бы занял точку более защищенную. А тут черный со всех сторон на виду и ничем не прикрыт. Если высунется из кокпита, я смогу его подстрелить. Далековато, конечно, но шанс есть.

— Мр-р, я магу падайти к ниму близка, абир-рнусь в трогла и хвать его за шею, мр-я.

— Для этого он сначала должен выбраться из кокпита. А так да, план хороший. Но не будем спешить. Давай еще понаблюдаем, что он делать собирается.

Не успел Март договорить, как за спиной послышался хруст веток, там что-то большое и, судя по мгновенно заоравшей во всю голосину чуйке, очень опасное быстро неслось в его сторону. У Кота на загривке вздыбилась шерсть, и он, оскалив белоснежные иглы клыков, прорычал что-то до крайности недружелюбное. Кто знает, может быть, это и спасло напарников от мгновенного уничтожения.