Папа для мамонтенка

39. Час Х

– “От тебя пахнет”, – передразниваю голос Любы, запрыгивая в машину.

Съехала с поцелуя. Еще и отчитала меня, как маленького, за перегар, будто я пьяный в дрова к ней пришел. Зато, я получил огромный контейнер с вкусным бракованным тортом в качестве моральной компенсации.

Вернувшись домой, нахожу брата спящим. Стараясь не шуметь, принимаю душ и падаю в кровать, чтобы хорошенько выспаться. Как назло, быстро заснуть не получается, поэтому я ворочаюсь с боку на бок, прокручивая в голове завтрашний день. На самом деле, я волнуюсь. Кажется: какой смысл волноваться, если это фиктивный брак? А все равно сосет под ложечкой, как перед важной операцией.

С сигналом будильника подрываюсь с кровати, будто и не спал. Несмотря на ощущение, что только успел прикрыть глаза, состояние достаточно бодрое.

Артур уже тоже не спит, сидит на кухне и пьет кофе с тортом.

– О, а я уже думал тебя будить, – усмехается. – Как съездил к невесте? – многозначительно дергает бровями.

– Х… хорошо, – вздыхаю и, потрогав чайник, завариваю себе кофе. – Новый торт наколдовали.

– А племянника мне не наколдовали? – хмыкает. – Возраст как бы намекает, что пора.

Закатываю глаза.

– Тогда и тебе пора, мы ж ровесники, – сажусь напротив брата.

– А я не женат, – довольно лыбится он и разводит руками. – Вся надежда на тебя.

Надо было ему сказать все же, что свадьба фиктивная.

Собравшись, кручусь возле зеркала. Проверяю паспорт, кольца. Интересно, как там Любимова? Это мне достаточно одеться и причесаться, а у нее дел явно побольше и встала она сто процентов раньше. Интересно, а платье пышное будет или нет?

– Да расслабься ты уже, – будто почувствовав мое напряжение, хлопает Артур меня по плечу. – Все нормально будет.

– Да, – выдыхаю. – Ладно, пошли. Еще нужно машину нарядить и за букетом нужно заехать.

Я попросил флористку сделать мне самый нежный букет из всех возможных. Потому что Люба, хоть и колется периодически как кактус, но внутри очень ранимая, я уверен.

Заходим с Артуром в цветочный. Девушка с интересом разглядывает нас, и, посомневавшись, протягивает букет брату.

– Это мне, – усмехаюсь, перехватывая воздушный букет из небольших белых роз и пышных белых гвоздик с небольшими вкраплениями зелени, перевязанный белой атласной лентой. – Красивый, спасибо.

– Мы добавили еще эустом для объема и эвкалипта для контраста. – щебечет флористка, прикрепляя мне к карману пиджака микро-букет. – Бутоньерка в подарок.

Подъезжаем к ЗАГСу первыми. Перекурив, нервно маюсь туда-сюда. Чем ближе к часу X, тем сильнее меня охватывает волнение.

Постепенно собираются гости, а Любы всё нет и нет. Звоню ей – гудки идут, но трубку она не берет.

– Да твою ж мать, – рычу, глядя в осеннее серо-голубое небо. – Любимка, не подведи.

А еще нет Николая Егоровича, и у меня закрадывается подозрение, что он-то и является той самой причиной, почему моей невесты до сих пор нет на месте. И трубку он тоже не берет. А вдруг он её решил отговорить?

Подходит время, когда нужно отдавать паспорта.

– Сейчас я быстренько схожу, скажу, что невеста задерживается, – пихаю брату букет и убегаю в ЗАГС.

Вру сотруднице, что невеста попала в пробку, а сам мысленно уговариваю Любимову не дать заднюю.

Направляюсь обратно, на ходу доставая сигареты, и замираю в дверях, потому что вижу сквозь стекло, как из генеральской машины вылезает Люба.

Любимка одета в облегающее белоснежное кружевное платье, на её плечах – светлая шубка, а с волос, собранных в элегантный пучок, спускается длинная фата. Люба что-то говорит генералу и направляется к моему брату.

Приоткрыв дверь, с интересом смотрю на эту картину. Мы с Артуром похожи почти как две капли воды, хотя он старше на год. Кто нас никогда не видел рядом, путает и считает близнецами. И мне сейчас очень любопытно, как отреагирует Люба. Отличит ли Артура от настоящего жениха.

– Здравствуйте. А где Тимур? – уточняет она, остановившись перед ним.

В душе легонько трепыхается от радости – она заметила подвох!

– Я за него, – лыбится брат.

Недовольно цокнув языком, открываю дверь и быстро спускаюсь вниз.

– Люб, – зову её.

Любимка оборачивается. Останавливаюсь в шаге от неё и пристально оглядываю с ног до головы.

– Тебе очень идёт, – отвешиваю комплимент осипшим от волнения голосом.

– Спасибо, – смущенно улыбается она. – Прости, что задержались, я не успевала из парикмахерской. Николай Егорович с мигалками летел.

– Все хорошо, – моргаю ей красноречиво и улыбаюсь. – Просто несколько седых волос на моей голове. Мелочи.

Брат толкает меня локтем и пихает мне в руки букет. Спохватившись, передаю его Любе.

– Паспорт, Люб, – протягиваю ладонь.

Люба передаёт мне паспорт, и я, метнувшись обратно в ЗАГС, вручаю его регистратору вместе с кольцами.

– Ну что, все в сборе? – спускаюсь обратно через минуту и беру свою невесту за руку. Чувствую, как подрагивают ее пальчики. – Пойдём внутрь, а то замёрзнешь.

Пока ожидаем в большом светлом холле, что нас пригласят на роспись, позируем фотографу на фоне картин и роскошной мебели. К счастью, с фотографом нам повезло: Максим, сотрудник из нашего отдела, увлекающийся фотографией, добровольно вызвался в качестве подарка на свадьбу сделать нам портфолио.

С удовольствием прижимаю Любимову к себе под благовидным предлогом, то и дело чувствуя на себе пристальный взгляд Николая Егоровича. А все! А можно! Кажется, улыбаюсь еще шире от ощущения безнаказанности.

Услышав праздничные фанфары из-за высоких белых дверей, мы суетливо встаём перед ними ровно в тот самый момент, как они открываются. Сжав крепче руку Любы, шагаю внутрь.

Остановившись в центре, ждём, пока рассядутся гости. Колени предательски дрожат. Да я даже на самых опасных облавах так не мандражировал!