По волчьим тропам

В СТАРЫХ ОКОПАХ

Тем временем жизнь в колхозе шла своим чередом. Уборка и молотьба хлебов были окончены, на полях зеленели дружные всходы озимых. Люди спешили до уборки картофеля засилосовать кукурузу. У широких бетонированных ям с утра до вечера рокотал трактор «Беларусь», приводя в движение силосорезку. Из ее металлической горловины бесконечным потоком текла ароматная сечка. Почти каждый раз, возвращаясь после уроков домой, Костик со своими друзьями забегал на животноводческую ферму. Здесь можно было, отложив в сторону видавшую виды полевую сумку с книжками, прыгнуть на пухлую зеленую сечку, топтаться и танцевать на ней сколько влезет. Костик особенно гордился, если кто-нибудь из мужчин, вылезая из ямы покурить, доверял ему железные вилы. Он становился под холодноватую зеленую струю, падавшую из силосорезки, и разбрасывал сечку по огромному кругу. Другие ребята старательно утаптывали ее. Если кто-нибудь из них пытался озорничать на такой ответственной и важной работе, Костик подходил к нарушителю и коротко приказывал:

— А ну, вылезай из ямы!

— Так я же, Костик, ничего такого не делаю! Это Мишка толкнул меня. Честное пионерское…

— Смотри, предупреждаю в последний раз. Будем баловаться, так нас сюда дядя Орлюк и на сто километров не подпустит. Надо так утаптывать, чтобы воздух не проходил. Ясно?

— Ясно, ясно… Посмотри, вон какая гора выросла под силосорезкой!..

Костик бежал на свое место и принимался быстро разбрасывать по сторонам высокую гору сечки…

Но сегодня Костику не повезло. Не успел он вдоволь намахаться вилами, как кто-то дотронулся до его плеча. Костик обернулся. Перед ним стоял Антон.

— Иди, Костик, — закричал Антон ему на ухо. — Там тебя Вера ожидает.

Костик неохотно отдал ему вилы.

Вера стояла за автомашиной, с которой два парня сбрасывали к силосорезке кукурузу. Костику не понравился озабоченный взгляд сестры.

— Бери сумку и марш домой! — приказала она. — Пообедаешь и сходишь в лес за вениками.

— Так ведь за вениками можно сходить и завтра.

— Отклад не идет в лад. Делай, что я велела, — строгим голосом приказала Вера.

Костик с завистью посмотрел на копошившихся в яме друзей и перекинул через плечо узенький ремешок сумки. Настроение у парня было окончательно испорчено. Эти взрослые только и делают, что отрывают тебя от самого интересного и заставляют заниматься обыкновенными, каждодневными делами. Начнешь играть в футбол, так тебя уже зовут домой и посылают то на болото за травой для свиней, то в магазин за спичками или солью… Или в самый разгар боя Дон-Кихота со львами вдруг выясняется, что корова Ласка прошла свой двор и побрела на другой конец деревни. Кто должен оставлять интересную книжку и перенимать норовистую скотину? Он, самый младший в семье…

Размышляя обо всех этих несправедливостях, Костик хмуро шагал домой. И зачем Вере вдруг понадобились веники? До зимы еще далеко… Однако ничего не поделаешь. Остается одно — скорее пообедать да кликнуть кого-нибудь из друзей. Костик не любил ходить один ни в лес, ни на речку. Его всегда должны были окружать ребята. Надо сказать, что ребята тоже не любили оставаться без Костика. Если б он в эту минуту оглянулся, то увидел бы, что все его друзья сразу потеряли интерес к силосным делам и тоже заторопились домой.

Дома мать прежде всего усадила Костика обедать. Обычно он не нуждался в уговорах, но сейчас ему было не до еды. От горохового супа с ветчиной совсем отказался. Запивая холодным сладким молоком картофельную бабку, он думал: откликнется ли кто-нибудь на его условный сигнал? Улица, когда он смотрел в окно, казалась пустынной. Прошел только с ружьем за плечами председатель колхоза Орлюк. Видно, ему не давали покоя тетерева, которых было немало возле Волчьей гряды…

Костик вышел на улицу и, сунув пальцы в рот, пронзительно свистнул пять раз. Скоро такой же свист послышался из соседних дворов. Это означало, что сигнал услышан и приняты меры к выполнению. Ребята уже знали, где собираться и куда идти. Для сбора на футбол, например, свистели один раз, купаться — два раза, по ягоды — три, по грибы — четыре. Правда, многим взрослым не очень нравились эти ребячьи концерты. Особенно недолюбливал свистунов лесник Жибурт, коренастый мужчина с круглым лицом и толстым коротким носом, самый кончик которого немного раздваивался. Услышав вблизи свист, Жибурт весь вздрагивал и кричал с искаженным от злобы лицом:

— Ах, чтоб вам все уши просвистело, разбойники! Вот поймаю которого да об угол головой…

После случая в картошке Костик стал присматриваться к этому человеку. Несколько раз вечером он даже подходил к той самой тропинке. Однажды Костик заметил, как лесник на ночь глядя прошел с ружьем и довольно объемистым мешком за плечами в сторону леса. Но он мог торопиться и на засаду против порубщиков…

Дождавшись за огородом ребят, Костик внимательно осмотрел их и приказал построиться. Хлопцы беспрекословно и быстро выполнили его приказ. Костик был строгим и требовательным командиром «партизанского отряда», от стремительного натиска которого враги разбегались как мыши. Одно лишь не нравилось командиру в многочисленных боевых операциях: никто из его подчиненных не хотел быть противником. Напрасно Костик убеждал, что это только игра, так сказать, маневры, — охотников воевать против партизан почти никогда не находилось. Одной из причин было то, что «партизаны» во время атаки не в меру усердно лупцевали своих противников.

Теперь Костик отважно вел свой отряд в наступление на лес. Там, в пятом квартале, засел хитрый и опасный враг, которого надо было отыскать и уничтожить. Костик то делал на открытых местах короткие перебежки, то падал на землю и полз, строго оглядываясь и следя, чтобы не отстал кто-нибудь из товарищей. Ребята, нужно сказать, подобрались смекалистые и точно повторяли все маневры своего командира. Перед самой опушкой они дружно поднялись с земли и с криком «ура» ворвались в густые сосновые заросли.

Если бы ребята взяли немного правее, они бы как раз наткнулись на Черного Фомку и Тхорика, которые залегли под соснами в старом партизанском окопе и наблюдали оттуда за деревней. Когда детвора, наполняя лес криками и свистом, удалилась, бандиты выбрались из своего укрытия и направились на Волчью гряду. Отходили они пригибаясь, сторонясь хоженых тропинок, испуганно замирая от хруста сухих веток под собственными ногами…

Костик тем временем, позабыв о вениках, продолжал «боевые» операции. Он устраивал засады против «вражеских сил» и уничтожал неприятеля беспощадно.

Когда-то здесь действительно был передний край партизанской обороны, от которой и поныне сохранились заросшие молодыми березками и соснами окопы. Костик не однажды бывал тут и знал, где лучше всего спрятаться в случае опасности. Теперь, направляясь в разведку, он заметил в тупике одного окопа подозрительно толстый пласт хвои. Столько ее никак не могло насыпаться за каких-нибудь две недели с тех пор, как он был здесь в последний раз.

Костик остановился и копнул хвою ногой. Под ней оказался свежий песок. Этого было достаточно, чтобы насторожить мальчугана. Он оглянулся, прислушался. Друзья были далеко и, наверное, терпеливо ждали его возвращения. Костик пригнулся в углу окопа, осторожно собрал и отгреб в сторону хвою, потом начал раскапывать мягкий и влажный песок. Вскоре пальцы его нащупали какой-то сверток.

В первую минуту Костику захотелось выпрямиться и сейчас же позвать своих друзей. Однако, вспомнив о ночной встрече в лесниковом огороде, он сдержался. Тем более, что сверток был шелковый, видимо, из парашютного полотна. Еще раз оглянувшись, Костик развернул сверток, и руки его задрожали от волнения…

Там оказались какие-то бутылочки, маленькие клочки бумаги, завернутый в прозрачную непромокаемую обложку военный билет…

Но главное было впереди. Когда Костик осторожно снял с военного билета прозрачную обертку и глянул на первую страничку, он чуть не вскрикнул от неожиданности: билет принадлежал председателю их сельсовета Стахевичу! Да, сомнений быть не могло — совпадают и фамилия, и имя, и отчество… Но почему с фотографии, приклеенной к билету, смотрит чужое, незнакомое лицо?..

Фальшивый военный билет, который выдала американская разведка своему агенту.

Победа — это в первую очередь преодоление собственных слабостей. Из романов «Как закалялась сталь» и «Молодая гвардия» Костик вынес непреклонное убеждение, что только железная выдержка обеспечивала героям успех в их благородных делах. Костику в эту минуту захотелось быть таким, как Павка Корчагин, как Олег Кошевой, Те ни за что не поддались бы искушению похвастать необычной находкой…

Брать с собой теперь весь сверток никак нельзя. Ребята начнут расспрашивать, разболтают все первому встречному.

Костик сунул в карман своего пиджачка странный военный билет, остальное свернул и старательно спрятал в надежном месте. Засыпав и заровняв чужую ямку, он снова забросал ее хвоей и заторопился к своим друзьям.

Дома, когда мать вышла доить корову, Костик рассказал Вере о своей находке и отдал ей найденный документ. Вера внимательно осмотрела военный билет и спросила строго:

— Ты никому не говорил о своей находке?

Костика обидел вопрос сестры.

— Разве я маленький?

— Смотри же! Чтоб ни одна живая душа не знала об этом, Даже маме ничего не говори…