10

Ворон вышел из пустого вигвама. Он был в ярости.

– Где она? – прокричал он по-английски.

Женщина Грез только что вернулась и, сидя у порога, расчесывала длинные волосы. Ее тело еще не остыло от жарких объятий Таандэ.

– Не кричи на мать, – спокойно ответила она сыну на родном языке. – Кого ты ищешь?

– Ты сама знаешь кого. Я говорю о белой женщине.

Ворон пытался взять себя в руки, но у него это плохо получалось. Он только что обыскал все вокруг, обошел всю деревню, был на ручье, искал даже у себя в вигваме. Тэсс нигде не было.

– Ты говоришь о Тэсс? – спросила Хокуа Уна.

«Мать нарочно злит меня! – подумал он и не стал больше ничего объяснять. – Господи! Что за день сегодня!»

С утра Ворон отправился с На-Ки, чтобы встретиться и переговорить с французами из форта Дюскен. Он узнал, что английский генерал Брэддок намерен предпринять бросок и захватить форт Дюскен, который сегодня принадлежал французам. Французы хотели заручиться поддержкой индейцев их племени, просили, чтобы они помогли им отстоять форт. Остальные ленапе, чьи деревни были расположены чуть дальше к северу, уже вступили в союз с французами. Индейцы были нужны им как проводники, разведчики и бойцы.

На-Ки, конечно же, был готов заключить союз с французами. Ворон пытался задать им вопросы. Его волновало, сколько мужчин останется в деревне, чтобы охранять женщин и детей. Французы об этом даже слышать не хотели. Они уже заплатили вперед мушкетами и виски и теперь ждали от них повиновения. Ворону же нужна была уверенность в безопасности родной деревни. Переговоры превратились в перебранку. Один француз выхватил нож и бросился на Ворона. Завязалась схватка. Ворон отрезал французу ухо. Их вовремя разняли, не то Ворон убил бы его.

На обратном пути в деревню Ворон пытался успокоиться и серьезно поговорить с На-Ки. Но тот лишь повторял, что они должны пойти вместе с французами, что те обещают им денег и виски за помощь, что будет здорово снять скальпы с этих мерзких англичан. На-Ки не хотел думать о стариках, о больных и детях, которые останутся одни в деревне. Они не договорились. Стена, которая всегда разделяла их, только выросла еще больше.

Ворон заставил себя не думать сейчас о французах и о На-Ки. Надо успокоиться и взять себя в руки.

Он внимательно посмотрел на мать.

– Ты же знаешь, что я ищу Тэсс. Не надо дразнить меня. Я искал ее повсюду. Ее нигде нет.

Женщина Грез поднялась и вошла в вигвам. Ворон последовал за ней.

– Поищи на ручье, сынок, – сказала она. – Ей понравился наш обычай купаться каждый день в холодной воде. Она часто ходит туда.

– Там ее тоже нет. Я везде искал ее. Я боюсь за нее, мама.

Женщина Грез повернулась к сыну.

– Ты спрашивал о ней? Наверняка ее кто-нибудь видел.

– Спрашивал. Последний раз ее видели у ручья. Почему ты не уследила за ней? Где ты была? Тебя я тоже нигде не мог найти.

– Это не твое дело, где я была. Белая девушка – не моя пленница. Я не отвечаю за нее.

– Но не мог же я взять ее с собой на переговоры с французами!

– Тогда ты должен был кому-то поручить следить за ней. Ты не должен был рассчитывать на меня. Ты знаешь, что я не одобряю того, что ты держишь ее здесь как пленницу.

– Да, ты права. Только я отвечаю за нее. Ты не виновата, но утром я был очень обеспокоен переговорами и не подумал о том, что она может бежать из деревни. Ладно, сейчас нет времени болтать.

– Ты думаешь, она сбежала? – Женщина Грез встревожилась. – Девушка так беззащитна. Она совсем не знает леса.

– Куда же она подевалась? Я бы мог подозревать На-Ки, но он был вместе со мной все это время.

– Я даже не знаю… – Мать растерянно оглянулась. – Моя корзинка! Ее нет!

– Что? – не понял Ворон.

– Исчезла моя корзинка для ягод, – Хокуа Уна рассмеялась. – Ну вот, все понятно! Она ушла с девушками по ягоды.

– Но уже темно! Они должны были давно вернуться.

– Надо спросить у тех, кто ходил сегодня за земляникой. Может, она просто гостит у кого-то в вигваме?

Хокуа Уна поспешно выскочила из вигвама. Ворон с силой потер виски, пытаясь унять неизвестно откуда взявшуюся головную боль. Раньше у него никогда не болела голова. Зачем он оставил Тэсс без присмотра? Если с ней что-то случится, то это будет его вина. Она принадлежит ему. Он только теперь вдруг всем сердцем почувствовал это. Он в ответе за ее судьбу.

Мать вернулась в вигвам. С ней была Зов Голубки, двоюродная сестра Ворона.

– Тетушка сказала, что пропала Тэсс, – робко начала она.

Его кузина была красавицей и умницей. Он любил ее. Даже заговаривал с Таандэ о том, что лучше девушки ему не найти. Но друг не проявлял к ней никакого интереса.

– Так ты видела ее, сестренка? – Она вместе с нами ходила сегодня в лес. Когда на закате мы собрались идти домой, то ее среди нас не оказалось. Я подумала, что она просто ушла в деревню раньше нас, а я не заметила, – виновато добавила Зов Голубки.

– Где вы собирали ягоды, Зов Голубки? – медленно, отчеканивая каждое слово, спросил Ворон.

– Прости. Это я виновата, – быстро затараторила девушка. – Я должна была проводить ее обратно в деревню, но я знала, что дедушка один и хочет есть… Я…

– Не вини себя. Это я виноват. Просто расскажи мне, где вы были.

– Мы были за ручьем, к юго-востоку от деревни. Там давно никто не бывал, так что там полно спелых ягод.

Женщина Грез посмотрела на сына.

– Как ты думаешь? Она просто заблудилась или решила бежать?

Ворон задумался.

– Где ее туфли? Помнишь, когда я привел ее сюда, у нее в руках были белые туфли? Ты не видела их?

– Видела. Она хранит их вот здесь. – Женщина Грез отвернула край шкуры. Туфель не было. Женщина Грез подняла глаза и встретилась со взглядом сына.

– Все ясно. Она бежала.

– Ой! – Зов Голубки в испуге прикрыла рот ладошкой. – Хоть бы с ней все было хорошо. Она мне так понравилась. Мы подружились. А на прошлой неделе Синий Дождь видела беловолосых в лесу. Они хотели схватить ее, но ей повезло. На ее крик прибежали наши и отбили ее.

Ворон сжал руку кузины.

– Не бойся, Голубка, я найду ее прежде, чем что-то случится.

– Я пойду с тобой, сынок, – сказала Хокуа Уна. – Хоть я и старая лошадка, но еще вполне в силе.

– Нет. Ты оставайся здесь. А вдруг она вернется?

На ходу Ворон чмокнул мать в макушку и поспешил выйти.

– Будь осторожен, сын! – крикнула вдогонку Хокуа Уна.

– Не волнуйся, мама. Я найду ее и приведу домой!

Ворон быстро пересек деревню. Зайдя к себе в вигвам, он прихватил свою кожаную сумку. Там всегда лежал запас пеммикана, крючок для рыбной ловли, целебные травы, баул с чистой водой и другие необходимые вещи.

Возле двери стоял его верный «браун бэсс». Он на ходу подхватил его, бросил в сумку мешочек с порохом и патронташ.

Она не могла уйти далеко за это время! Он напрасно беспокоится. Тэсс не робкого десятка. Это уж точно. Но надо спешить.

Ворон представлял, как найдет ее в лесу, сидящую под деревом и растерянную. Они еще успеют вернуться домой к ужину и будут есть жареную рыбу. Ворон заметил, что мать Таандэ нажарила целый противень.

* * *

Тэсс смахнула пот со лба. В лесу стало совсем темно. Теперь она не могла идти так же быстро, как днем. Она уже устала. Продираясь сквозь густые заросли, она уговаривала себя, что Майрон наверняка где-то рядом, что он ищет ее. Он найдет ее, они встретятся. Надо только идти вперед.

Когда Тэсс удалось незаметно скрыться от индианок на ягодной поляне, она сумела быстро сориентироваться в лесу. Она пошла на север, потом через некоторое время повернула на восток. Так она взяла нужное направление. Даже если она не встретит Майрона, то она на правильном пути. Она должна выйти на побережье. А там кто-нибудь подскажет, как найти Аннаполис.

Тэсс была уверена, что если она встретит белых людей – каких угодно белых, – то они обязательно ей помогут. Если она окажется далеко от города, то пошлет с кем-нибудь весточку дяде, и он приедет за ней. Нет, лучше, если за ней приедет Майрон. И они поженятся прямо на следующий день.

Тэсс одолевали комары, она раздраженно шлепала себя по лицу. Ей было некогда остановиться и развести дымный костер, чтобы отдохнуть от назойливых насекомых.

На ходу она заталкивала в рот сушеное мясо, запивая его водой. Не потому, что была голодна, а потому, что так было нужно.

Темнота в лесу была к ней враждебна. Тэсс не узнавала кустов, не различала деревьев. В темноте было очень трудно ориентироваться. Когда взошла луна, стало чуточку легче. Стало лучше видно, но все приобрело какой-то зловещий смысл. Тэсс пугал каждый куст, каждая ветка, каждый шорох. Но скоро ей удалось превозмочь страх, заставить себя спокойно продолжать путь.

К полуночи Тэсс уже почти нравилось в лесу. Она будто стала здесь своей.

Ночной лес сильно отличался от дневного. Он был полон всяческих зверей. Наверное, они все живут здесь и днем, только днем их не видно. А ночью они выбираются из своих укрытий – кто на охоту, кто на водопой, кто резвиться в любовных играх. Тэсс видела блестящие глаза животных. Тут были лисы, зайцы, совы, летучие мыши. Дважды Тэсс натыкалась на оленей. В первый раз она вышла на них неожиданно. Олени испугались и умчались по тропинке. Во второй раз она увидела их издали. Она смогла потихоньку подкрасться ближе и понаблюдать за ними. Мать и олененок спокойно стояли рядышком бок о бок и объедали листву с шелковицы. Это были самые красивые создания, которых Тэсс когда-либо видела. Как бы она хотела показать их Абби!

Тэсс остановилась, чтобы положить в рот очередную порцию ягод. Она очень устала, но отдыхать не собиралась. Ей хотелось до рассвета уйти как можно дальше от индейской деревни.

Интересно, узнал ли уже Ворон, что она сбежала? Женщина Грез сказала, что утром он ушел на переговоры с французами. Неизвестно, когда он вернулся, но сейчас-то он уже наверняка дома. Тэсс очень надеялась, что он не станет преследовать ее, а просто даст ей уйти. Она сердцем чувствовала, что Ворон не желает ей зла. А если так, то он не станет гнаться за ней. Он должен понимать, что так будет лучше для них обоих.

Тэсс, вспомнив Ворона, улыбнулась. Она снова ощутила пьянящий вкус его поцелуя и провела пальцами по губам. Интересно, а когда ее поцелует Майрон, сможет ли она забыть этот вкус?

«Майрон! Где же ты?»

Чем дальше Тэсс уходила от индейского поселения, тем больше она думала о Майроне и о своем решении выйти за него замуж. Она вспоминала, как была счастлива в тот вечер, когда он сделал ей предложение. Это было ее мечтой. Это была возможность привезти в Америку Абби. Но чем больше Тэсс думала о свадьбе, тем больше сомневалась, сможет ли она быть счастлива в браке. Хочет ли она на самом деле быть женой Майрона? Он серьезный и надежный человек. Но Тэсс знала, что всю жизнь теперь будет сравнивать его с Вороном. Каждый раз, ложась с ним в постель, она будет вспоминать, что чувствовала, когда ее обнимал Ворон. Она никогда не ощущала такого возбуждения с Майроном. Он никогда не будил в ней такого страстного желания чего-то, о чем она пока могла только догадываться.

Тэсс решила отбросить все свои сомнения, иначе можно сойти с ума. Ворон – это искушение, о котором она должна забыть.

Она вынула баул с водой и сделала большой глоток. Вода была вкусной и прохладной. Она придала ей сил и уверенности. Конечно же, она выйдет замуж за Майрона. Они поженятся, и Майрон пошлет за Абби в Англию. Все будет, как она хотела. Совсем не обязательно, чтобы муж заставлял жену трепетать в своих объятиях. Она все забудет, как сон. Она забудет эти черные, бездонные глаза, крепкие плечи и мягкие волосы цвета воронова крыла.

Внимание Тэсс привлек запах дыма. Она остановилась и принюхалась. Да, это дым, но не лесного пожара. Скорее всего костер. Костер! Слава Богу, это костер! Наверняка это не краснокожие. Индейцы не разводят в лесу костров.

Тэсс пошла на запах дыма. Он становился все сильнее. Она явственно чувствовала, что к запаху дыма примешивается запах жареного мяса. Она снова остановилась и прислушалась. Голоса… Она услышала голоса людей! А вдруг это могауки? Сердце бешено заколотилось от страха. Нет! Это не индейцы. Тэсс ясно различала английские слова. Эти люди говорят по-английски!

Тэсс ускорила шаг. Хоть бы это были Майрон и его люди! Ведь ее, конечно же, до сих пор ищут.

Тэсс уже различала огонек костра.

– Эй! – крикнула она в темноту.

И тут же услышала щелчок взведенного курка.

– Кто это там? – спросил мужской голос.

– Майрон?

– Я спрашиваю, кто там?

– Кажется, это женщина, Билли! – сказал другой голос. – Представляешь? Баба! В лесу!

Тэсс в нерешительности остановилась. Голоса были ей незнакомы. Ее охватило сомнение.

– Простите… – начала она робко. – Вы не могли бы помочь мне? Я заблудилась.

Она решила не говорить незнакомцам, что ее украли индейцы. По крайней мере пока.

– Я ищу плантацию своего дяди.

Теперь она уже могла при свете костра разглядеть мужчин. Оба были бородатыми и неопрятными. Одеты они были в английскую военную форму. У одного на поясе болтался индейский головной убор из перьев. Они были какими-то грязными и отвратительными. Кто это? Дезертиры из форта Камберленд? А может, это просто призраки? Руки и ноги Тэсс похолодели от ужаса. Она поняла, что сделала ошибку.

Один из мужчин махнул ружьем:

– Не бойся, детка. Проходи сюда. – И хрипло добавил: – Чтобы мы тебя видели.

Тэсс слышала, как громко бьется ее сердце. Почему ей так страшно? Ведь это не призраки. Это белые люди. Солдаты. Они могут помочь ей добраться до дома.

Тэсс заставила себя сделать шаг вперед.

– Меня зовут… Тэсс. Вы не могли бы помочь мне добраться до Аннаполиса?

– Подойди поближе, детка. Еще ближе, – сказал тот, что был выше ростом и крупнее.

Тэсс вошла в круг света от костра.

Разглядев ее лицо, другой солдат присвистнул.

– Билли, я же говорил тебе, баба! И какая! – Он разглядывал голые ноги Тэсс маленькими, как у мыши, глазками.

Большой, которого звали Билли, ткнул маленького кулаком в бок.

– Заткнись, Джо пока я не заставил тебя замолчать силой.

Он опустил ружье и сплюнул на землю коричневую от жевательного табака слюну.

– Так ты говоришь, что заблудилась?

Тэсс прижала руку к правому боку. Нащупав под одеждой нож Сломанного Зуба, она немного успокоилась и почувствовала себя увереннее.

Солдаты откровенно и жадно разглядывали ее тело. Тэсс подумала: странно, но для индейцев обнаженное тело было их естеством. У этих белых солдат ее полуобнаженная грудь и голые ноги сразу вызвали нездоровый интерес.

– Да, – стараясь говорить спокойно, произнесла Тэсс. – Я сбилась с пути.

Джо указал на ее кожаную одежду:

– Мне кажется, эта птичка залетела сначала к индейцам, а?

Глаза Билли сощурились.

– Так ты была у индейцев? – Это был не вопрос, а скорее утверждение.

– Всего несколько дней, – сказала она.

Взгляд Тэсс упал на костер. На самодельном вертеле жарились четыре белки. У нее подвело живот от голода.

Билли ухмыльнулся, показав гнилые зубы.

– Ты слышишь, малыш Джо? Эта дама заявляет, что она жила с индейцами!

– Да, я слышал. Я хорошо слышу, Билли, – ответил тот.

Вдруг рядом в кустах хрустнула ветка, и из темноты появился третий солдат, одетый в серую рубаху и армейские красные бриджи, которые он застегивал на ходу.

– Чего вы орете? – спросил он, не сразу заметив Тэсс.

Джо кивнул в ее сторону, и глаза третьего округлились от удивления.

– Где вы ее нашли, черт побери?

Джо пожал плечами.

– Это она нас нашла, Санди.

Санди перестал возиться со своими штанами и церемонно кивнул ей.

– Добрый вечер, мэм.

Тэсс кивнула в ответ.

– Добрый вечер. Я только что говорила, что я потерялась. Я ищу плантацию своего дяди. Это возле Аннаполиса. Вы не знаете, в какой это стороне?

Санди широко улыбнулся.

– Конечно, знаем, мэм. Конечно. Вы хотите, чтобы мы проводили вас туда?

Санди показался Тэсс самым опрятным. Лицо его было чисто выбрито. Кажется, ему можно доверять. Она заговорила, обращаясь уже только к нему.

– Так вы проводите меня?

– Почему бы и нет?

– Я… Я уверена, что мой дядя хорошо заплатит вам за это.

Санди подошел к ней совсем близко.

– Я и мои братья ничего не возьмем от вашего дяди.

– Это очень благородно с вашей стороны.

Он приблизился к ней вплотную.

– Мы ничего не возьмем у него, – медленно проговорил он. – Но я и братья с удовольствием приняли бы плату за эту услугу от тебя, милочка.

Тэсс испуганно отступила.

– Я не понимаю, о чем вы. У меня ничего нет. Мне нечем заплатить вам, но мой дядя…

– Так ты, говорят, была с индейцами? Так?

– Да, я уже сказала. Всего несколько дней.

– Тогда все в порядке. Если ты забавлялась с вонючими краснокожими, ты ведь не откажешь трем таким милым парням? Ведь мы – твои соотечественники.

Тэсс в ужасе попятилась.

– Нет! Вы не поняли. Все совсем не так.

Неужели они хотят изнасиловать ее? Тэсс не могла в это поверить. Ведь они же белые! Англичане! Разве такое возможно?

Тэсс сделала еще шаг назад. Санди шагнул за ней… Язык прилип у нее к небу. Она не могла произнести ни звука, а только отрицательно качала головой.

Так эти люди вовсе не собираются помогать ей. Они намерены воспользоваться ее беззащитностью. Звери! Что же делать?

Тэсс кинулась прочь, но слишком поздно. Санди схватил ее за руку. Тэсс безуспешно пыталась вырваться. Он вцепился в нее, как клещ.

– Пустите! – закричала Тэсс. – Пустите меня! Или вы пожалеете о том, что затеяли!

Санди хохотнул ей в лицо, обдав отвратительным дыханием, и навалился на нее всем телом. Своим мерзким ртом он прижался к губам Тэсс. Правой рукой он больно мял ее грудь. Тэсс извивалась и брыкалась, братья пытались поймать ее за ноги.

– Ты потише, Санди! – прокричал Билли. – Ты должен оставить и нам этот лакомый кусочек.

– Да, оставь и нам чуть-чуть! – вторил ему Джо.

Тэсс было трудно дышать. От мужчины, которого звали Санди, воняло табаком, виски и мочой. Тэсс боролась изо всех сил, но он был силен, и все было напрасно. Он рванул юбку и стал лапать ее обнаженные бедра.

Она вдруг почувствовала, что борется не только за свою невинность, но и за саму жизнь. Тэсс поняла, что эти люди никогда не отведут ее домой в Аннаполис. Эти звери не оставят ее в живых после того, как надругаются над ней.

Тэсс свободной рукой вытащила из-за пояса нож и, собрав все свои силы, ударила насильника в бок.

Солдат крякнул от боли, Тэсс повернула лезвие внутри и вытащила нож, готовая продолжать бороться. Но, к ее удивлению, одного удара оказалось достаточно. Мужчина схватился за бок и захрипел.

– Черт возьми! Билли! Она убила Санди! – закричал Джо.

Тэсс посмотрела на свой нож, потом на тех двоих. Они медленно приближались. Билли вскинул ружье.

Санди упал на землю бездыханным. Он лежал с открытыми глазами у ног Тэсс. Она быстро наклонилась и выхватила у него из-за пояса пистолет. Тэсс прицелилась прямо в лоб Билли.

– Нас двое, а ты одна, сука, – прошипел Джо, все же не решаясь двинуться ближе к ней. – У тебя только один патрон. Мы знаем точно.

– По правде сказать, пистолет все же лучше, чем нож, – сказала она, не узнавая своего голоса. – Можешь стрелять, Билли. Но кто знает, кто будет первым? Меня ты убьешь, но один из вас точно умрет. Я не промахнусь. А может, ты хочешь испытать судьбу, Джо?

– Билли! Эта сука – бешеная! Это она у индейцев набралась. Убей ее! Убей! За Санди!

Рука Билли задрожала.

– Чего ты хочешь?

– Стреляй, чего ты ждешь? – орал Джо.

Билли искоса глянул на брата.

– Заткнись, черт возьми! Это не ты, а я стою под дулом пистолета.

– Мне от вас ничего не нужно, – сказала Тэсс. – Забирай своего брата и убирайтесь.

– Убей ее, Билли! Убей! Она, как индейцы, пойдет за нами, выследит и снимет с нас скальпы. Она ловко орудует ножом. Ты не видишь, что она – из них?

– Заткнись, Джо!

Тэсс твердо держала руку с пистолетом, удивляясь, почему она не дрожит.

– Решайте, у меня устала рука. Я выстрелю, – сказала она.

Билли сделал шаг вперед, Джо стоял намного дальше брата.

– Ты… дрянь! Ты убила моего брата Санди!

– Он хотел взять то, что ему не принадлежало!

– А ты не пойдешь за нами, если мы сейчас уйдем? – спросил Билли.

– Не думаю.

Билли взял за локоть своего брата.

– Пошли, Джо. Быстро!

– Ты что, так и оставишь Санди здесь лежать?

– Он бы тоже бросил меня, чтобы спасти свою шкуру. Идем!

Они пятились, не поворачиваясь к ней спиной, потом повернулись и побежали. Она еще долго слышала, как они грязно ругаются на ходу.

Только когда в лесу установилась полная тишина, Тэсс опустила руку. Пистолет упал на землю. Она не могла распрямить побелевшие пальцы, которые свело.

Тэсс, обессилев, упала на колени, закрыла голову руками и отчаянно разрыдалась.

Загрузка...