Похудение в 40+. Вся правда про метаболизм и гормоны

Плохая генетика

На третьем месте среди обвиняемых ― плохая генетика.

В какой-то мере у нас у всех плохая генетика. Эволюция человека 2,5 млн лет проходила в условиях борьбы за выживание, и мы генетически запрограммированы на формирование внутренних жировых запасов [26].

Миллионы лет наши древние предки балансировали между риском смерти от голода и гибелью от лап и зубов хищников, «удерживая» свой вес в максимально безопасном диапазоне. Нужно было оставаться не слишком тощим, чтобы пережить голодные времена, и не слишком пышным, чтобы суметь спастись от диких зверей.

Тучному человеку было очень сложно убежать от саблезубого тигра. Но 400 тысяч лет назад наши пращуры научились добывать огонь, и спасением от хищников стало не бегство, а горящие факелы. С этого момента лишний вес перестал быть лимитирующим фактором для выживания человечества.

Верхняя планка допустимой массы тела постепенно «размазалась», но люди продолжали жить в условиях скудного питания. И те, кто был способен более эффективно запасать жир, получили эволюционные преимущества: они лучше переживали голодные периоды и эпидемии инфекций, женщины успешнее переносили беременность и оставляли больше потомства.

Только 50‒70 лет назад в России и во многих других странах наступил период относительного благоденствия и легкости в получении еды. Однако за эти 50‒70 лет у нас не появилось встроенной тест-системы, которая своевременно сигнализировала бы о достаточном поступлении питательных веществ. Нет рубильника, вовремя отключающего аппетит, и заслонки, препятствующей приему излишка пищи.

Хотя во всех умных книжках написано, что через 20 минут после начала трапезы мы должны получить от мозга какие-то сигналы о насыщении, многие из нас понятия не имеют, как эти сигналы звучат. Мы всегда готовы съесть еще чуть-чуть, а если блюдо очень вкусное ― то много больше, чем нужно для поддержания баланса энергии. Пожалуй, единственный сигнал, на который мы реагируем, ― это чувство переполненности в желудке, когда переедание ― уже свершившийся факт.

Сегодня, когда люди чаще сталкиваются с изобилием, а не с дефицитом пищи, часть эволюционных механизмов начала работать против нас. Наш организм, наученный миллионами лет выживать на скудном питании, по-прежнему пытается делать запасы впрок, на всякий случай, чтобы было чем расплатиться за право на жизнь при наступлении голода. Этот несчастный случай может так и не наступить, но при условии легкой доступности еды все мы, люди, так или иначе остаемся склонными к перееданию и полноте. А те, кто уже боролся с лишним весом ― тем более.

Ученые изучают множество гипотез об эволюции ожирения. Исследованы различные теории, и у каждой из них есть свои сторонники и противники [25]. Но, несмотря на все споры, которые идут уже полвека, единого мнения о генетической предопределенности ожирения для современного человека так и не сформировалось. А крупные исследования мало подтверждают роль генетики в широком распространении лишнего веса в человеческой популяции [27].

Гены действительно определяют тип телосложения («толщину кости»), скорость метаболизма, количество и качество мышечной ткани, силу аппетита и разную скорость похудения в ответ на диетические вмешательства. Есть свидетельства о предрасположенности к лишнему весу, который вовсе не обязан реализоваться без соответствующих условий. Но главный фактор увеличения массы тела у современных людей за последние 40‒50 лет ― это переедание в результате легкой доступности калорийной пищи и гиподинамии (то есть низкой физической активности) [28].

Поэтому родовые «наследственные» случаи полноты ― чаще всего результат семейных традиций в питании. Приучили мама с бабушкой к жареным пирожкам и сладким блинчикам до, во время и после еды на десерт ― так мы и питаемся до самой пенсии, пока не одумаемся. Согласитесь, это больше похоже на «поведенческую генетику», а не наследственность.

Итак, что известно науке по поводу повального распространения лишнего веса? То, что это результат сложного взаимного влияния нашей общей генетической истории и современного изобилия. Наши тела все еще сохраняют эволюционное наследие и не всегда успешно адаптируются к нынешним реалиям. Поэтому цель заключается не в том, чтобы охотиться за очередным «геном ожирения». А в том, чтобы научиться эффективно управлять этим генетическим дрейфом, и успешно противостоять существующим вызовам – повышенному аппетиту, спящему чувству сытости, сниженному метаболизму и другим факторам, предрасполагающим к перееданию. Но не обрекающим на лишний вес на все 100 %.