Попаданец в Дракона – 11

Глава 19

Глава 19.

До запланированного корпорацией парада ещё была целая неделя, но Стальбург уже гудел, как потревоженный улей гигантских шершней Реусса, а гнезда последних не любили трогать даже драконы, ведь очень неприятно выковыривать сотни острых жал из каждой точки своего тела.

Кому-то могла показаться безумной сама идея инициировать столь грандиозный парад в условиях жестокой мировой войны, однако стоило понимать, что, несмотря на тот факт, что по всему миру умирали тысячи разумных в день, торговля и не думала прекращаться.

Аргалориум, как и другие корпорации, давно прошли уровень, когда одна война могла мгновенно их поколебать. Именно поэтому вооруженные до зубов торговцы вполне успешно курсировали над или на океанах, получая прибыль, в то время как рабочие и инженеры трудились на заводах.

Если бы не растущие цены, могло бы даже показаться, что ничего не изменилось. Однако это было не так.

Тяжелое, давящее чувство всегда сохранялось, действуя жителям Священной центральной империи на нервы. И появление столь удобного события для выплеска эмоций, как парад, стало прекрасной возможностью.

Безопасность промышленной столицы Аргалориума была вознесена на недосягаемую величину, ведь через неделю здесь должны были собраться самые сливки корпорации.

Более того, Аргалориум пошёл дальше, за несколько месяцев до этого дня устроив невероятно щедрые розыгрыши на заводах и в деревнях, выдавая пропуски на парад самым эффективным работникам.

И так невероятно конкурентоспособные жители Империи готовы были грызть землю или сталь, если это позволило бы им стать теми счастливчиками, кто получил бы «золотые билеты».

Несмотря на то, что изначальная цена на парад стоила сущие медяки, доступная даже особо успешным нищим Подземного города, скоро, из-за наплыва желающих его посмотреть, цена начала неуклонно расти, тем самым возвращая казне корпорации потраченные на праздник средства.

Ажиотаж достиг того уровня, когда он захватил не только Тарос, но и даже Ильрадию.

С момента окончания постройки портала и его дальнейшего запуска прошло чуть меньше десяти лет. За это время на откровенно недружелюбной к разумным планете выросли новые города и меньшие поселения. А значит, появились те, кто стоял на верху, и те, кто работали внизу.

Сегодня Стальбург приветствовал многих из первой категории. И некоторые из них имели столь занимательную историю с Аргалориумом, что она была бы достойна книги.

Вспышка гигантского портала, и на землю Аргалор-бурга выедет богатый многоколесный лимузин. Затем машину погрузят на корабль и отправят прямиком в Стальбург, где лимузин и отправится ехать по самым дорогим улицам города.

Внутри аргомобиля, кроме находящихся в отдельном купе слуг и водителей, будут сидеть трое. Один являлся лучшей рекламой имплантов Маготеха, второй благодаря роскошной мантии мага не нуждался в описании, а третий, молодой мужчина лет восемнадцати, с огромным любопытством прилип к стеклу, стараясь не упустить ни единой детали проносящегося мимо Стальбурга.

Этими двоими были уже знакомые Берган и Мерц, два удачливых гвардейца императора Священной центральной империи, чудом пережившие смертельную и наполненную предательствами войну верховных магов Центральной империи. Любопытным же молодым человеком был сын Бергана, Ольберих, заметно выросший и обзаведшийся не одним шрамом за прошедшие годы.

— Я всё ещё не могу поверить, что мы с тобой можем так небрежно тут сидеть, — с лёгкой, столь не свойственной для него меланхолией сказал Мерц. — Кто бы сказал мне десять лет назад, что я не буду гнить где-нибудь на рыбацком или пиратском судне, а ехать на столь роскошном аргомобиле.

— Дядюшка, ты сегодня прямо сам не свой! Совсем на себя не похож, — с широкой улыбкой развернулся Ольберих. Его глаза горели игривым светом. Он теперь совершенно не напоминал того забитого и зажатого оборванца, которого они увезли из Хольбурга, столицы Империи. — Неужели старость всё-таки до тебя добралась? А ведь по крикам нашей главной поварихи и не скажешь!

— Закрой рот, мелюзга, — Мерц единым движением вытащил нож и метнул его в «племянника». — Я ещё твоим правнукам покажу, как нужно держать меч!

Ольберих, ничуть не испугавшись несущегося в него клинка, ловко, еле уловимым движением выхватил его прямо из воздуха, после чего с ухмылкой сунул его себе за пояс, заставив Мерца закатить глаза.

Дети, родившиеся в Ильрадии или выросшие в ней, с самых пелёнок учились трудному искусству выживании, ведь те, кто не сдавал «экзамен», уже не имели возможности его пересдать.

— Мы полностью это заслужили, — твердо сказал Берган, гордо откинувшись на мягкое кресло. — Теперь же мы честно можем наслаждаться плодами нашего успеха. Касательно твоих сомнений, то ничего удивительного. Столь же квалифицированных, как мы с тобой, единицы.

— Ох, не скажи, — засомневался Мерц. — Помнишь, сколько сильных магов тогда вокруг нас заняли территорию? Я уж думал нам кранты, а смотри, всех их Ильрадия выжила, а землю-то мы ту себе забрали, как и остатки их поселений.

Тут Мерц был полностью прав. За прошедшие девять лет два друга хоть и не стали главной силой Ильрадии, но их имена были известны всем крупным деятелям нового мира.

— Потому что в отличие от них у нас были мозги и тактика, а не только сила, — сухо заметил Берган. — Поправлюсь, у меня были.

— Пошел к дьяволу в пасть! — хохотнул Мерц. — Ах, хорошо. Ты где билеты на парад взял? Далеко от этого дракона?

В ответ уголок губ мага чуть приподнялся, заставив глаза Мерца расшириться.

— Да иди ты⁈ У тебя получилось⁈

— Да, у меня получилось купить билеты прямо на платформе самого Аргалора.

— Ха! Когда-то он пытался нас убить, а теперь будет сидеть прямо с нами!

— Не вздумай сделать ничего глупого! — резко приказал ему Берган. — А то я тебя знаю! Аргалор пока не знает о нашем существовании, пусть так и продолжается!

— А я чё, я ничё, — невинно взмахнул руками Мерц, но, судя по подозрительному взгляду Бергана, он всё ещё не верил. — Но этот дракон просто невероятно мощный праздник решил устроить, — сделал попытку сменить тему воин. — Глянь, сколько всего людей притащилось. А ведь сейчас идёт война. Вон, даже к нам эти наёмники сунулись… Ха!.. На свою голову!

Мерц ничуть не преувеличивал. Из-за плотного транспортного потока шпионам Торговой компании было несложно получить координаты Ильрадии, после чего отправлять в неё небольшие вооруженные группы.

По плану Беспощадного эти диверсанты должны были сеять панику и хаос в рядах Аргалориума, тем самым снизив поставки на Тарос, но всё обернулось совсем иначе.

В Ильрадию прибыл Жаждущий пакт и паразиты Унтуры. Каждая из этих сил состояла из элитных бойцов и магов, способных в одиночку крушить армии низкоранговых цивилизаций.

Вот только Этерион явно недооценил всю злобу Ильрадии. Если местные к тому времени уже свыклись и выучили основные правила выживания, то новоприбывшие наёмники полной грудью влетели в жесткую мясорубку против бесконечных полчищ кровожадных тварей.

В итоге войскам поселений Ильрадии оставалось в большинстве случаев только выслать разведчиков, чтобы те привезли остатки снаряжения и артефактов вторженцев, которыми побрезговало зверьё.

— Праздник и впрямь дорогой, но это же наша возможность… — тихо пробормотал Берган, задумчиво глядя на город. В отличие от своего друга, амбиции мага-гвардейца были намного больше.

И вот, спустя неделю, наступило то событие, которого все так долго ждали. Небо было плотно закрыто десятками могучих кораблей, гарантирующих уничтожение любого недоброжелателя, решившего испортить праздник.

Сам парад было решено провести в промышленной зоне, ведь лишь там имелись подходящие для этого просторы, по которым могла проехать военная техника и где вместились бы десятки тысяч зрителей.

Сами места были разделены по уровню качества, где самые лучшие имели сидения и выстроились на специальных поднятых в небо платформах, а худшие и вовсе не имели мест, вынуждая зрителей стоять в плотной толпе и подпрыгивать, чтобы лучше увидеть.

Тем не менее вокруг царило взбудораженные настроения. Играла торжественная музыка, а сверху то и дело сыпался непрерывный дождь из цветов и коротких ленточек.

Могло даже показаться, что война уже закончена и победа была за Аргалориумом.

Сам Аргалор на гигантской платформе был в самом конце улицы, и именно в его сторону должны были идти войска. Рядом с Аргалором, по правую руку, сидела Аргоза. Она согласилась потерпеть до конца войны, но это совершенно ей не нравилось. Кроме Аргозы чуть ниже сидели главные прислужники, что на тот момент присутствовали в Стальбурге. Также на трибуне присутствовали и другие драконы, чье число было довольно велико.

И наконец, то, чего все ждали, наступило.

Под громогласный рёв труб и стук барабанов, вдалеке показались корпоративные войска. Пятая мотострелковая дивизия имела полное право возглавить этот парад.

Понеся тяжёлые потери на фронте, они не только не отступили, но даже пошли в наступление, опрокинув не ожидавших подобное войска Шитачи. По их примеру в атаку пошли и другие войска, неожиданно вернув себе около десяти километров ранее потерянных территорий.

Подобный поворот полностью сорвал всю стратегию Торговой компании, из-за чего бои стихли аж на две недели.

За подобный подвиг остатки Пятой мотострелковой получили почетную прибавку «гвардейская», после чего они были отозваны на пополнение в Стальбург. Выжившим были обновлены импланты по высшему разряду, а новички получили просто качественную броню, которая, тем не менее, всё ещё была немного лучше, чем у обычных военных.

Таким образом, когда Пятая мотострелковая маршировала по улице, то каждый мог поразиться их зловещему и внушительному виду. Толстая чёрно-красная броня, багровые «визоры» шлемов и тяжёлые орудия Скотта, чей вес был слишком велик для немодифицированных смертных.

Громкий голос ведущего парада представил их подвиги, вызвав ликующие крики толпы.

Синхронно впечатывая стальные ноги в бетон, эти солдаты заставляли последний трескаться и стонать, что лишь вызывало ещё больший восторг у зрителей.

Следующими за пехотными войсками ехала бронетехника.

Тяжёлые танки класса «гнев дракона» грозно поводили во все стороны длинными орудиями Скотта. Хоть у них и не было ревущих бензиновых двигателей, они тем не менее издавали ощутимый грохот, когда гусеницы или механические лапы разбивали и так на ладан дышащий после пехоты бетон.

Командиры машин гордо высунулись из люков и величественно смотрели вперёд, на своего повелителя. В тот момент, когда пехота достигала платформы Аргалора, они давали салют, а затем разворачивались влево, двигаясь по перпендикулярно расположенной улице прочь.

После танков шли различные другие машины, как и войска, пусть и не такие огромные, как целая дивизия.

— Посмотри на этих смертных, дорогой, — хищные глаза золотой драконицы прослеживали бесконечные шеренги. — Как горят верностью их глаза, как велика их жажда боя. Они готовы умереть за тебя и убить любого, на кого ты укажешь когтем. Это так опьяняюще и… возбуждающе!

Она плотоядно облизнулась и посмотрела на Аргалора горящим взглядом, из-за чего красный дракон испытал внезапное желание окончить парад поскорее.

Всё слышавшие прислужники, охрана и высокопоставленные работники корпорации дружно сделали вид, что полностью сосредоточены на параде.

Однако всё ранее показанное померкло перед последним «гостем» программы. Для их внезапного появления маги специально наложили на них иллюзии, ведь иначе они были видны задолго до нужного момента. Но даже так жители заметили неладное, когда земля под их ногами начала дрожать, словно от слабого землетрясения.

Вспышка!

Десятки фейерверков взмыли в воздух, а музыка взяла новый, торжественный тон. Именно в этот момент иллюзия спала, и шок пронёсся по рядам зрителей, когда они, затаив дыхание, смотрели на приближающиеся к ним стальные замки.

Словно вырастающие из дыма воображения титаны, эти огромные машины подавляли одним своим видом. Даже одна гусеница этих гигантов могла с лёгкостью переехать ранее увиденный тяжёлый танк. Самая длинная «пушка» была длинной с маленький воздушный корабль.

На всех этих платформах чистой войны были установлены спускающиеся вниз на десятки метров широкие чёрные флаги с широко раскрывшим крылья красным драконом. Ткань флагов жутко колыхалась, создавая ощущение, будто эти гиганты одеты в погребальные саваны.

Гул тяжелых маго-генераторов заставлял воздух вибрировать, но всё это терялось под грохотом окончательно рушащегося бетона. Вес этих машин апокалипсиса был слишком велик, чтобы хоть что-то могло их выдержать.

Если раньше зрители принимали представление с восторгом, то здесь это превратилось в форменное безумие. Возможно, причиной подобной реакции была пропаганда средств массовой информации.

Аргалориум вложил немало средств, чтобы молодые жители корпорации с восхищением смотрели на эти машины войны и жаждали когда-нибудь водить одну из них.

И теперь, вживую их видеть, было подобно реализации тех детских мечтаний.

Позади сверхтяжелых боевых платформ двигались маги земли, быстро восстанавливающие поверхность для того, что двигалось следом.

— А теперь наступила очередь для того, что вы все так долго ждали! — голос ведущего приобрел жуткую глубину, и в нём без труда можно было почувствовать ненависть. — Смотрите же на тех, кто вторгся в наш мир! Кто убивал и насиловал, сжигая деревни и города, лишь бы разграбить и захватить их ради своих иномирных хозяев!

Впереди показались четко идущие шеренги, идеально шагающие в ногу. Казалось, что дисциплина и выучка у пленных солдат Шитачи и Торговой компании на невероятной высоте, но скоро стало ясно, что это далеко не так.

При ближайшем взгляде можно было без труда увидеть отвратительные, чёрные техно-магические импланты, безжалостно врезавшиеся в тела пленных захватчиков. Было очевидно, что, проводя над ними операции, никто не заботился о стерильности или обезболивании.

Несмотря на то, что эти пленные проклинали или кричали от боли, их тела продолжали движение, когда грубые импланты сами управляли их телами.

Глядя на этот «добровольный марш», зрители издавали издевательский смех. Глядя на мучения тех, из-за кого они не могли спать ночами, эти разумные сходили с ума, стараясь разом выплеснуть весь свой страх.

Следующими за шагающими пленными Шитачи ехали самоходные электрические клетки, в которых бились от разрядов тока Унтуры. Из-за их сложной паразитической природы импланты были бесполезны, поэтому инженеры Маготеха придумали другое решение.

Не способные покинуть искалеченные тела, эти паразиты были вынуждены корчиться внутри разлагающихся комов мяса.

Последними же двигались третий вид платформ, на которых были закреплены пойманные вампиры Жаждущего пакта. Из-за солнечного дня их кожа постоянно дымилась и обгорала, чтобы затем вновь регенерировать. Этот бесконечный процесс приносил им огромную боль, но специально залитая в них кровь продлевала мучения ещё дольше.

Главным зрелищем стал особо крепко связанный артефактными цепями высокопоставленный высший вампир. Солнце на него почти не действовало, и он изрыгал целую серию проклятий.

— Как вы смеете! Жалкое мясо! Когда Жаждущий пакт придёт сюда, вы будете умолять стать рабами! — но его слова были почти не слышны в окружающем рёве.

Жестокость этой ужасной процессии была невероятной, но для привычных жителей Тароса подобная справедливость очень сильно пришлась по душе.

Тем не менее, когда Аргалор планировал просто насладиться унижением своих врагов, перед началом парада его нашли Асириус и Аргоза. Будучи опытными шаманами, они нашли любопытный ритуал, для которого была очень подходящая обстановка.

— Игнис, теперь твой выход! — с ухмылкой заявил Аргалор, смотря, как из костяного ожерелья вырывается огненный поток, превращающийся в гуманоидную фигуру со смутно драконьей головой и пламенными щупальцами-крыльями на месте рук.

Под всеобщими взглядами Игнис торжественно взлетел вверх, а затем упал вниз, врезавшись в землю перед марширующими «техно-зомби»! Но ожидаемого взрыва так и не случилось. Наоборот, тело Игниса лопнуло и расплескалось вокруг, превращаясь в расширяющееся море пламени. Его огонь подобно горящему бензину двигался во все стороны, создавая квадратное горящее поле, прямо в которое и вошли первые ряды солдат Шитачи!

Единый крик вылетел из их глоток, когда огонь сжигал оставшуюся в них живую плоть, и этот же крик продолжал усиливаться, когда всё новые и новые ряды входили дальше.

Установленные им техно-импланты, несмотря на свой грубый вид, были невероятно крепкими, поэтому им было плевать на огонь Игниса, но вот намотанной на них живой плоти нет.

Вероятно, эти прибывшие грабить и захватывать солдаты даже в самых страшных снах не могли представить, что их судьба закончится так.

С каждой новой жертвой огонь Игниса нарастал, пока сложный ритуал на стыке шаманизма и жертвенной магии вступал в свою полную силу.

Так как огонь Игниса имел чистую магическую природу, то солдаты Шитачи не могли задохнуться, в полной мере испытав прелести запекания заживо в магическом огне.

Когда последняя шеренга зашла внутрь огня, следом пришёл черёд и унтуров. Огонь спокойно проник сквозь прутья клеток, добавив к электричеству новые ощущения.

Последними же вечер барбекю оценили и вампиры.

К тому моменту первые шеренги полностью почерневших самоходных имплантов уже выходили из огня, оставив превратившихся в пепел владельцев позади. Из-за этого огонь Игниса горел несравнимо сильнее, поднимаясь на десяток метров в высоту, с лёгкостью доставая до закреплённых наверху вампиров.

Наполненные магией смерти и крови, эти зловещие существа стали прекрасной растопкой, продолжающей усиливать Игниса.

Последним из оставшихся в живых был высший вампир. Огонь словно оставил его «на вкусное», сожрав сначала всех остальных. Когда вампир почувствовал, что огонь элементаля рванул к нему со всех сторон, его маска высокомерия окончательно слезла, и он попытался что-то выкрикнуть, но его уже никто не услышал.

Затихшие зрители лишь молча могли смотреть на трещавшую стену огня, столь плотную, что в ней не было видно высоких клеток и платформ.

— Неужели не вышло? — нахмурился Аргалор, изо всех сил «вслушиваясь» в магические потоки и свою связь с Игнисом. — Жертвы, вера зрителей, магия и огонь. Всё должно было получится! Так почему… Ха! — Аргалор резко встал, что привлекло к нему внимание. — У него получилось! Это мой мальчик!

Взрыв!

Тысячи зрителей прикрыли глаза, когда из верхушки пламени вырвалось невероятно яркое солнце, быстро устремившееся прямиком вверх. Когда же оно взлетело на высоту пяти сотен метров, то лопнуло, раскрыв своё содержимое.

Новая форма Игниса была похожа на тело многокрылого огненного дракона, по которому неизвестный художник провёл ластиком несколько раз. Хвост, тело, лапы и крылья имели пустые разрывы, сквозь которые можно было увидеть небо, но это ничуть не мешало пламенным частям Игниса держаться вместе.

— Поздравляю, теперь у тебя есть целых два великих духа. — с изрядной долей зависти проворчала Аргоза. Хоть она и сама помогла Аргалору это сделать, драконица всё равно отчаянно завидовала.

— Не беспокойся, я помню, благодаря кому это случилось, — чрезвычайно довольно заявил Аргалор, со знанием дела смотря как на Асириуса, так и на недовольную золотую драконицу. — Так что мы ещё поработаем над тем, чтобы и ваши духи были не хуже.

Тем временем Игнис исчез и в мгновение ока появился возле Аргалора. Красный дракон протянул лапу, и, несмотря на свой новый статус, великий дух радостно перетёк на тело повелителя неба.

«Эй, Игнис, где твоё самоуважение⁈» — презрительно фыркнула Эви: «Ты теперь великий дух, так и веди себя соответственно!»

Однако Игнис проигнорировал придирки духа жизни. В отличие от неё, всё, чего он на сегодня достиг, было благодаря его великому и любимому господину!

Усмешка Аргалора неудержимо росла, когда он чувствовал на порядок увеличившуюся мощь Игниса. Теперь боевая мощь его старого друга была на совершенно новом, внушающем трепет уровне.

А благодаря драконьему огню, единственное, чем он отличался от дракона, это отсутствием физического тела.

Взгляд Аргалора незаметно мазнул по Аргозе: «Эй, Хорддинг, в следующий раз, когда мы с тобой „пообщаемся“, тебе лучше подготовить хорошие слова извинений!»

Может быть Аргалор и собирался жениться на дочери Хорддинга, но это отнюдь не умаляло его желания хорошенько избить высокомерного отца своей избранницы!