Попаданка в Академии элементалей 2

Глава 24

Два дня. За два дня я должна восстановиться магически, чтобы меня не забраковал оракул и чтобы остаться адепткой Академии элементалей.

— Да как же это сделать⁈ — простонала я и горестно уткнулась лицом в пушистый бок Черныша.

Фамильяр чирикнул что-то утешающее, а вошедшая госпожа Торн при виде воплощённого мной отчаяния без промедления бросилась к койке:

— Арс, что с вами?

Я подняла на неё несчастные глаза:

— Мне надо восстановиться за два дня, иначе меня отчислят.

— Какая чушь! — возмутилась лекарь. — Твердолобые мужланы из попечительского совета могут воображать что угодно, но это не значит, будто всё пойдёт по их плану! Поэтому успокойтесь: пока я не разрешу, никто вас никуда не повезёт и никаких испытаний устраивать не станет.

В душе шевельнулась робкая надежда, что так и получится, однако внутренний реалист возразил: вряд ли. Вряд ли ректор пришёл бы сюда, будь всё так, как говорит госпожа Торн. Поэтому я шмыгнула носом и спросила:

— А всё-таки, что мне надо делать, чтобы быстрее выздороветь? Много спать и пить лекарства?

Госпожа Торн кивнула и добавила:

— А также хорошо есть и постоянно находиться в контакте с фамильяром. И никаких посетителей, долгие разговоры только отнимают у вас силы.

В груди зашевелился червячок тоски. Никаких посетителей? Это и Редвира тоже касается? Однако я, заглушая его, решительно сказала:

— Ясно. Мне сейчас лучше ещё поспать или поесть?

Лекарь окинула меня оценивающим взглядом и постановила:

— Пожалуй, вы вполне осилите ещё одну тарелку бульона. Подождите немного.

Она вышла, а я улеглась на койке и закрыла глаза, словно это могло засчитать минуты сна. Когда же госпожа Торн вернулась с едой для меня и для лий-си, я буквально залила в горло содержимое тарелки, несмотря на активные попытки желудка отправить его обратно. Затем снова легла, прижимая Черныша, как мягкую игрушку, и велела себе спать. Разумеется, моментально заснуть не получилось, но в итоге я всё же приманила сон закрытыми глазами, неподвижностью и глубоким дыханием. Правда, был он муторным, и проснулась я как будто неотдохнувшей, однако снова попросила у лекаря какой-нибудь еды.

— Не насилуйте себя, — проницательно предупредила госпожа Торн. — Ваша задача: помочь организму, а не нагрузить его ещё больше.

Я согласно покивала и не поморщившись выпила все положенные лекарства. Но, когда лекарь ушла за новой порцией чего-нибудь «легкоусвояемого», поделилась с Чернышом:

— Нагрузить, не нагрузить. Мне нужна моя магия, и как можно быстрее. Ради этой цели все средства хороши.

Фамильяр с сомнением чирикнул, однако я только почесала его за ушами.

Любой (ладно, почти любой) ценой я должна была остаться в Академии.

Так прошли следующий день и ещё половина. С каждым разом еда заталкивалась в желудок всё легче, а вот засыпалось всё сложнее. Я попробовала намекнуть лекарю на снотворное, однако госпожа Торн очень резко отказала и велела даже не вспоминать об этом.

«Досадно», — вздохнула я, но тему больше не поднимала.

Раза три или четыре за это время я пыталась достучаться до элементаля. Вдруг ректор ошибся, и мы не слышали друг друга просто из-за моей магической слабости? Увы, ни одна из попыток не увенчалась успехом. Я старалась не расстраиваться, но выходило так себе.

В точности как и мои старания не тосковать по Редвиру. Я талдычила, что разлука нужна ради моего же блага, и вообще, у нас впереди вся жизнь, однако утешали эти мысли слабовато.

А потом госпожа Торн вошла в палату в неурочное время и с крайне хмурым выражением лица.

— Арс, — начала она официальным тоном, — попечительский совет всё же настоял на том, чтобы вы повторно предстали перед оракулом. К сожалению, у меня не нашлось медицинских оснований задержать вас в лечебнице. У вас прекрасный аппетит, вы хорошо спите, да и магдиагностика показывает, что телесно вы почти восстановились.

Я сжалась под одеялом, то ли желая стать незаметнее, то ли собираясь, как зверь перед прыжком. Вот сейчас она скажет…

— Выпишу вас завтра утром, — закончила лекарь. — После чего вы без проволочек поедете в Главный храм Великих божеств, где предстанете перед оракулом. Не переживайте: один раз вы поступили в Академию, поступите и второй. Оракул видит глубже, чем кто бы то ни было. И то, что вы восстановили магический потенциал едва ли на треть, не помешает ему объективно вас оценить.

«Она оправдывается. — У меня взмокла спина. — Не смогла меня отстоять, а теперь оправдывается. И потенциал восстановился едва на треть, хотя я так старалась… Долбаный попечительский совет! Не могли дать больше времени!»

— Единственная моя рекомендация, — между тем продолжала госпожа Торн, — постарайтесь хорошо поспать этой ночью.

Легко сказать! Да я, наверное, от нервов вообще глаз не сомкну!

А с другой стороны, раз всё настолько не в мою пользу, может, попросить?

— Госпожа Торн, — решилась я, — а вы могли бы пригласить сюда господина Редвира? Он ведь мой куратор, вдруг даст какой-нибудь полезный совет.

На лице лекаря немедленно появилась недовольная мина.

«Откажет», — с упавшим сердцем подумала я.

Однако госпожа Торн выдержала изматывающую паузу и, наконец, произнесла:

— Хорошо, Арс. Я приглашу вашего куратора сегодня вечером, пускай и сомневаюсь в пользе этого.

— Спасибо! — просияла я, не в силах удержать радость.

— Вам не из-за чего волноваться, — ворчливо повторила лекарь. — Ректор Нортон не допустит, чтобы вас выгнали из Академии по прихоти какого-то барона де Виткерса. Так что отдыхайте со спокойной душой.

Выдав это напутствие, она вышла из палаты, а я нахмурилась: что ещё за барон? Чем я ему не угодила?

А, без разницы. Главное, я совсем скоро увижу Редвира! Хоть один лучик света в этой кромешной темноте!