Попаданка в наследство

Глава 14

— Ладно, заходите, — понимающе кивнула я.

Только успела проговорить эти слова, и тут же, словно по команде, небеса разверзлись, и плотная стена воды обрушилась на землю.

Гость, обрадовавшись разрешению, пулей влетел в прихожую, но тут же остолбенел, словно врезался в невидимую стену. Его глаза за толстыми стёклами очков шокировано округлились, фиксируя картину феерического бардака. Он нервно сглотнул, и на его лице проступила смесь растерянности и жгучей неловкости.

Я усмехнулась. Вид был потрясающий: Светка стояла на коленях с тряпкой в руке и сосредоточенно оттирала с пола липкое пятно от чая, смешанное с рассыпанным сахаром. Опрокинутый табурет сиротливо прислонился к стене, рядом с ним на полу валялась помятая кастрюля, а на столе зияла пустотой опрокинутая сахарница. Вид у кухни был, мягко говоря, боевой.

— Простите... ещё раз простите за вторжение, — голос у мужчины звучал виновато и тихо, почти шёпотом. Он нервно переминался с ноги на ногу, не решаясь пройти дальше. — Я, кажется, совсем не вовремя. У вас тут... э-э... что-то случилось? — бормотал он, смущённо оглядываясь и пытаясь пригладить взъерошенные волосы, что делало их ещё более торчащими.

Светка поспешно поднялась, отчего предательски хрустнуло колено, и её щёки залил румянец — то ли от недавней физической нагрузки, то ли от смущения перед неожиданным свидетелем домашнего погрома. В руках она всё ещё сжимала злополучную тряпку, теперь уже порядком испачканную.

— Ничего страшного. Просто разборки кто в доме хозяин. — проговорила сестрица. — Вы проходите в гостиную, а я тут сейчас всё доубираю.

Забавнее всего в этой ситуации было то, что я-то прекрасно поняла, о каких разборках «кто в доме хозяин» толкует Светка, а вот наш гость, судя по его округлившимся глазам и напряжённой позе, очевидно, решил, что мы тут действительно выясняли отношения между собой, причём довольно бурно, учитывая кухонный разгром.

Я решила не разубеждать его и никоим образом не комментировать эту нелепую ситуацию. Внутри всё смешалось: хотелось то ли фыркнуть от смеха, то ли нахмуриться от неловкости момента.

— Чаю. Давайте напоим его чаем. У нас так давно не было гостей! — услышала я голос Веника. Огляделась. Он стоял у стены, но в другом месте. Мы со Светкой переглянулись и потом обе посмотрели на гостя. По всей видимости, Веника слышали только мы.

Мужчина с интересом наблюдал за нашими переглядываниями.

— Чай! В самом деле давайте пить чай — озвучила я предложение вслух.

За окном полыхнула ослепительная вспышка, и почти тотчас же грохнул оглушительный раскат грома. Наш гость заметно вздрогнул и даже слегка побледнел, невольно сделав шаг от окна.

Пока сестрица заканчивала убирать кухню, а я расставляла чашки на стол, гость робко топтался у входа на кухню, всё ещё сжимая свою папку.

— Вы уж извините за такое вторжение, — снова начал он, — Меня Алексей зовут. Я местный, тут неподалёку живу. Изучаю городские архивы, сегодня как раз возвращался… и вот, гроза. А я их с детства панически боюсь.

— Маруся, — представилась я. — А это моя сестра, Светлана.

Мужчина залез в свою папку и выудил оттуда красивую железную банку. В таких печенье продают. Как она поместилась в этой тоненькой папке, оставалось для меня загадкой, граничащей с чудом.

— Если позволите, то я бы с удовольствием угостил вас печеньем, — сказал он, чуть покраснев. — Только сегодня приобрёл в пекарне на горе. Там семейная пара держит лавку, и у них лучшая выпечка во все века! — его глаза засияли.

Мы опять со Светкой переглянулись. Уж не та ли кулинария, в которую мы заезжали на обед, прибыв в этот город?

За чашкой чая разговор и впрямь потек свободнее. Алексей оказался на редкость увлекательным собеседником: он с таким жаром рассказывал о старинных преданиях их городка, о любопытных находках в запыленных архивах, что, казалось, совершенно забыл о бушевавшей за окном грозе.

— Только на днях, работая в церковном хранилище, откопал преинтереснейшую работу. И вот вроде картина, а что нарисовано непонятно. Кучу разноцветных линий. — наклонившись чуть вперед рассказывал Алексей — Если вам интересно, могу показать, мне сделали копию. Может быть, вы сможете подсказать, что здесь изображено.

Мы со Светкой, заинтригованные, согласились. Он открыл папку и... достал оттуда небольшую репродукцию, в которой мы мгновенно опознали знаменитую «Композицию VIII» Василия Кандинского. Да, это была именно она, одна из самых прославленных и часто копируемых его работ. Ошибки быть не могло.

Откуда она здесь? Агриппина Тихоновна?! Контрабанда? Да, не! Не может быть!

— Замысловато, не правда ли? — Алексей на мгновение замолчал, извлекая из кармана белоснежный платок. Он принялся неторопливо протирать стекла очков, словно совершенно не замечая моего внутреннего смятения. — Все пытаюсь постичь, что же автор хотел этим выразить.

Закончив с очками, он устремил на меня выжидающий взгляд. Будто я, именно я, сейчас выдам ему ключ ко всем загадкам абстракционизма. В его глазах плясали лукавые искорки. Он явно подначивал меня, втягивая в разговор.

Вот только зачем ему это?

Светка шедевр тоже узнала и теперь с интересом наблюдала за нашим диспутом. Я не подкачала. Поговорить я люблю, а главное, умею. За моими плечами сотни переговоров.

— Возможно, автор хотел, чтобы мы сами задали себе вопросы, а не искали готовые ответы.

Глаза нашего нового знакомого изумлённо блеснули, и широкая улыбка поселилась на лице. Он наслаждался нашим разговором, впрочем, и я тоже.

— Хм, интересная мысль. Однозначность часто скучна.

— Именно. Когда все стороны изначально уверены в своей единственно верной позиции, диалог превращается в серию монологов. А вот когда есть готовность услышать другую точку зрения, даже если она кажется парадоксальной, тогда и рождается что-то новое. Согласны?

Светка крутила головой как в матче пинг-понга, а теперь она перевела взгляд на Алексея, ожидая, что же он мне ответит. Я с удивлением поняла, что этот несуразный парень нам обеим определённо нравился. Даже Веник осмелел и, незаметно подкравшись, теперь стоял рядом и вслушивался в разговор.

Только ответить я ничего не успела. Внезапно входная дверь с силой распахнулась, в дом сразу проник шум дождя и яркий, сильный запах мокрой листвы, травы. На пороге возник Максимилиан.