Попал! В хоршие руки. Лазейка-портал 2

Глава 9

Оскар

Шаги гаснут в шуме толпы, гомоне улицы. Маленький уютный городок, кажется, сегодня он весь брызнул на улицу яркими каплями горожан. Все они красиво и нарядно одеты, кто-то ступает медленно, другие спешат. Я же… принюхиваюсь, норовлю уловить в толпе сладкий запах женщины, особенный, привлекательный. И чувствую себя словно гурман на рынке. Мимо проносят разные блюда, некоторые из них хочется укусить, иные давно приелись.

Я всегда предпочитал выбрать то, что мне особенно придется по вкусу. Корица и апельсиновый джем — чем не дивное сочетание? Но если только добавить щепотку острого перца и чуточку морской соли, то блюдо заиграет особенно.

Так же точно и с женщинами. Их в городе много, казалось бы — выбирай! Да только мне не по вкусу простые удовольствия. Жертва должна трепетать в моих пальцах, испытывать дурманящую смесь страха и страсти. Именно эти два элемента добавляют к охоте нотку азарта. Заполучить такую жертву слаще вдвойне.

И я бессчётное количество раз оглядываюсь, озираюсь по сторонам. Все не то, все не так. Идти ли мне к дому той баронессы? Выманивать ли ее на улицу? Стоит ли игра того времени, что я на нее потрачу? Баронесса юна, ее чувства просты, примитивны, но остры. Кровь наверняка не слаще, чем вода. Что в ней может быть такого особенного?

С удивлением я вдруг обнаружил, что жажда чуть отступила. Я уже могу так часто не оглядываться по сторонам, могу думать, голоса толпы перестали казаться мне бессмысленным гулом. Я тронул рукой воротник, отошел к дому с симпатичным балкончиком. Здесь из стены бьет родник, он сделан специально, чтобы прохожие могли без стеснения утолить жажду. Широкая чаша, над ней тонкий краник, вода пенится, будто вскипает. Вон и кружка посажена на тонкую цепь, а на ее боку выбиты инициалы. Дом этот принадлежит какому-то Кольцову. Знать бы хоть, кто он. Впрочем, сути это все равно не изменит.

А еще такие фонтанчики в городе делают ради удобства водяных. Без этого особого духа родник вмиг оскудел бы. Ну, а сами водяные, как известно, весьма любопытны и шаловливы. Любят глядеть на горожан, на кареты, а еще больше любят отражаться в чаше с водой, подменяя собой отражение человека. Надеюсь, этот водяной дух хотя бы не балуется тем, что притапливает в чаше мальчишек. Такие шутники тоже есть. Нет, топят они не до смерти, так, окунают в воду по уши зазевавшегося мальца и через миг отпускают.

Я с улыбкой поглядел на блюдце, поставленное в уголок над фонтанчиком. Добрые пожелания для водяного — это дары. Конфетка, малость заварки, щепотка соли, ну и горсть княженики. Что ж, все выглядит вполне достойно.

Фух, жажда действительно отпустила. Я зачерпнул воду, немного отпил из ладони, умылся. Стало значительно лучше, будто бы я не лицо умыл, а прополоскал мозг чистой водою.

Итак, что выходит? Супруга странно действует на меня. Так что ли? Когда она рядом, я теряю контроль над собой, разум затмевает невероятная жажда. Я действительно теряю рассудок, хочу овладеть этой женщиной… Стоп! А может, дело вовсе не в жажде? Может, жена меня попросту привлекает? Столько веков прошло, а я все еще не до конца различаю эти два чувства, одно перетекает в другое и наоборот. Так может? Да нет, это глупо! Влюбиться в собственную жену, в светлую ведьму? Нет уж! Ни за что в жизни!

Я пошагал в сторону дома баронессы. Как я вообще мог думать о чем-то другом? Нужно иметь про запас немного пищи. Расположу девицу к себе, это не сложно. Поговорю с ней о делах, о погоде, сделаю несколько комплиментов, обсужу слет полка, все же совсем скоро бал.

Можно еще порассуждать о выборе платья, дамы это любят. Я шумно вздохнул. Вспомнить бы, чем бант отличается от простого рюша. Когда-то же я это знал. Точно, знал. Ну если что, девица мне все это как следует объяснит. Одна беда, я ничего не хочу слушать! Я хочу, как можно скорее, вернуться домой. К жене, к сыну, переброситься парой слов с дочерью, разузнать о ней побольше.

Да хотя бы чашечку горячего сбитня выпить со вкусом! И чтобы в чашке друг за другом по кругу проплывали крупные ягоды вишни, горсть специй была процежена через ситечко, а на дне сосуда непременно в хороводе кружились хвоинки. Рядом со мной сядет жена, тронет за запястье и… Тогда я точно взорвусь! От желания получить сразу и все, что полагается мужу!

Представляю, что со мной сделает ведьма за одну только попытку приблизиться к ней. Впрочем? Она сама трогала меня за запястье, гладила, так может? Да нет же. Ведьма она на то и ведьма! Ей все время нужно кого-то позлить, потрепать нервы, опасно подшутить. И все же, как нежны были ее пальчики, кажется, я до сих пор ощущаю их прикосновение к своей руке. И в груди сразу нарастает смутное желание большего. Как бы оно не привело меня к чему-то дурному.

Я сам не понял, как и когда свернул на узкую тихую удочку, ведущую к дому юной баронессы. Пышное убранство балкона, всюду цветы. Вижу силуэт девушки, она читает книгу, шелестит страницами. Я громко вздохнул, девушка отложила книгу, как будто выглянула на меня.

— Денег не дам, — решительно заявила она.

— В каком смысле?

Девушка подскочила, свесилась вниз с перил.

— А, это вы? Простите, мне показалось, что к балкону подошел лепрекон. Вы же знаете этих мерзавцев.

— Ничего.

— Родителей нет дома, они уехали на несколько дней. Хотят посетить источники.

Тем проще будет сговориться — подумал про себя я.

— Вы выросли здесь?

— Ну конечно. Ужасный город, вы не находите?

— Напротив, чудесный. У него есть особенное украшение — вы.

— Что вы такое говорите?

— Позвольте я войду? Так жарко, пить хочется просто невыносимо

Мне вдруг вспомнился профессор, который пришел ко мне в особняк. И что ему было нужно? На самом деле, я имею в виду. Ведь совсем рядом с моим домом есть родник, я сам его видел. Вдруг мне почудился взгляд на моей спине. Будто бы кто-то смотрит на меня особо, со смыслом, словно охотится.

Светлана Ивановна

Голова кружится, руки трясутся, хочется проораться как следует. Вопрос в том, на кого. Дети оба, как назло, вели себя словно два ангела чистой воды. Оскара нет, сбежал, гад клыкастый. Ну вот и как жить? Должна же я привести свои нервы ну хоть в какой-то порядок! Обыск мне тут устроили! Обвинили черт-те в чем! В правде, если уж попытаться быть честной. Муж мой вампир! Ну да, вампир! У каждого мужчины свои недостатки, Оскар на фоне других так просто лапочка-зайка. Убью, как только увижу. Уф.

Я выбралась из спальни и буквально нос к носу столкнулась с управляющим. Он даже рот не успел открыть, точней открыть-то он его успел, но сразу захлопнул.

— Чтоб ноги вашей в моём доме не было.

— Почему? Я доложу хозяину.

— Пыли много! Слуги ведут себя отвратительно. Я что, должна объясняться! Перед кем? Перед вами? Вяленой рыбы нет? Нет. Грибочков соленых? Огурчика? Форменное безобразие.

— Я все исправлю. Немедленно. Прямо сейчас.

— Попадётесь мне на глаза, занесу имя в отдельный список! Обведу его кружочком. А напротив фамилии поставлю жирную точку.

— Черное колдовство запрещено.

— Мне? Кто бы посмел мне вести себя так, как я хочу? Вы? Пошел к бесу!

Гардины на окнах взметнулись, дом наполнился ветром. И так хорошо стало на душе. Да только задор не утих. Управляющий метнулся по коридору, налетел лицом на стену, пискнул и рванул со всех ног куда-то в противоположную от лестницы сторону.

— И побрейтесь! Хватит разбрасывать бациллы с бороды!

— Непременно! Все будет по вашей воле.

Я сбежала на первый этаж. Кто-то нас предал. И я даже знаю, кто именно. Дальон! Вот и делай после этого людям добро. Выкупила, комнату ему отдельную выделили, накормили, напоили, за свой стол пустили, прямо на семейный обед пригласили. Будто он нам близкий друг или родственник. А он просто неблагодарная скотина! Корми, пои, а она тебе двор разнесёт. Нельзя делать добро, за него всегда отомстят.

Анька смотрит в окно, подол длинного платья перепачкан грязью пола. Розовый шелк напитался чёрным. Анджел тут же, стоит рядом с дочкой. Вместе они выглядят как два перепуганных птенчика. Боевых таких птенчика.

— Я ненавижу отца! — ноздри парня раздулись, голову он поднял высоко вверх. Гордый, доблестный, ведь он пытался защитить нас от мага. Юнец против нескольких взрослых мужчин.

— Почему, Анджел?

— Он ушел в трудную минуту.

— С мужчинами это бывает, — глубокомысленно заявила Анька.

— Не со всякими. Аристократ не способен повести себя так.

— Не ярись. Оскар поступил правильно, останься он здесь, все могло закончиться совсем иначе, — я постаралась говорит мягко.

— Он должен был нас защищать, — напирает подросток.

— Папа поверил в тебя. Он знал, что ты сможешь нас всех защитить, что мы справимся вместе.

— Может, и так, — чуть смягчился подросток.

Аня почесала кончик носа, задумалась.

— Мой отчим вампир?

— Говори тише, слуги еще здесь, в доме, — прошипел пасынок.

— Да мам, ты дала.

— Так вышло. А где Дальон?

Дети переглянулись, Анджел прокашлялся и заговорил первым.

— Я приказал отвести его на конюшни.

— Чтоб покатался верхом? Наградить решил парня? Анджел, я чего-то не понимаю, наверное?

Гнев все же выполз наружу из меня. Нельзя так! Это дети. Взрослый, разумный и спокойный человек здесь я! Как бы только это запомнить.

— Чтоб его как следует высекли. Предателей не прощают. И моего отца простить тоже нельзя. Но раба хотя бы есть шанс выучить, чтоб помнил, что делать нельзя.