Повелитель Теней

Глава 16. Шадар…

— Проклятье, она не идет у меня из головы! — крайне эмоционально произнес совсем рядом юноша.

Судя по тому, что его голос мне был хорошо знаком, он был из моей группы. Поэтому я отодвинулась подальше, к краю своего «убежища», чтобы меня точно не заметили. Пусть никто из моих однокурсников ещё ни разу не проявил ко мне агрессии, но, как мама любит приговаривать, береженому и Боги подсобят.

— Ты о ком говоришь, Фил? — зевая, уточнил ещё один мой одногруппник.

— О девчонке с нашего потока, — хмуро изрек тот.

— Надеюсь, не о принцессе? Ты сам о ней столько всего нам рассказывал, что, несмотря на её красоту…

— Что я вам рассказал, должно остаться только между нами! — зло прошипел Фил и спустя секунду продолжил уже ровным тихим голосом: — Зориану я знаю с детства и рад, что меня миновала участь стать её женихом. Я говорю о той, которая учится в группе лекарей.

Услышав это, я сразу навострила уши.

В нашей группе учились практически одни парни, к моему огромному удивлению. В том училище, котором я училась до этого, было всё с точностью до наоборот. А здесь только три девушки, включая меня, из двадцати двух адептов.

— Лекарей? — подал голос третий юноша.

Я даже задержала дыхание, ожидая ответа. Всё-таки хотелось хоть краешком ушка окунуться в обычную, студенческую жизнь, узнать какие-то слухи, сплетни. А то я общаюсь только со своими друзьями. А мы все, кроме Максин, что уже смогла очаровать чуть ли не пол-академии, да Сэма, за которым толпами увивались девицы, были пока ещё изгоями. И узнавали разные новости от них, тех, кому повезло больше. Ну или как я сейчас — случайно что-то подслушав.

— Ага… — ещё более мрачно изрек Фил. — Но она даже не смотрит в мою сторону.

— И для тебя это проблема? — хмыкнул первый. — Впервые кто-то посмел нашего красавчика проигнорировать, влюбленным взглядом не одарить, и он и не знает, что делать дальше…

— Ты за словами-то следи, Барт! — рыкнул «красавчик». — Дело не в этом… Она всех нас боится…

Я перестала вообще дышать.

— Только не говори, что ты говоришь о пришлой! — едва ли не выкрикнул третий юноша.

— Это ещё почему?

«Да! Мне тоже интересно почему?!» — мысленно взвыла я. И, не сдержавшись, тихонько, не издавая ни малейшего шума, спрыгнула с подоконника, на котором сидела и повторяла перед лекцией заданный материал. На цыпочках, по стенке, выбралась из небольшого алькова, который мне всегда служил убежищем. И украдкой, чтобы меня не заметили, выглянула из-за угла.

— Фил… — ладонь темноволосого юноши легла на плечо друга — красавчика с золотистыми длинными волосами, после чего он ободряюще похлопал его. — Смирись… И не вздумай подходить…

«Почему?!» — застонала я. Нет, конечно, мне не нужен был поклонник. Но причину-то я хотела знать, почему сейчас этого красавчика просят даже не приближаться ко мне!

— Почему?! — вторив моим мыслям, одарив взглядом исподлобья, уточнил Фил.

— Думаешь, ты первый, кому она приглянулась, — как-то горько улыбнулся парень с взъерошенными, короткими каштановыми волосами. — После бала и я, и Тан уже к ней подходили…

Красавчик подался вперёд:

— И что? Она всех вас отшила? — на его лице мелькнуло легкое превосходство, на что друзья одарили его тяжелыми, мрачными взглядами.

— Она? Она только на нас испуганно посмотрела. И сразу после этого у всех без исключения создалось впечатление, что позади неё кто-то стоит. Огромный. Жуткий. А потом ощущение чудовищной силы возникло позади, и она начала давить. Да с такой мощью, что, казалось, раздавит голову. Потом сжало грудь, выдавливая из неё воздух, и всем вдруг начало казаться, что сердце или лопнет от этой мощи, или же его просто вырвут из груди. Поверь! Это… незабываемое ощущение! Меня ещё несколько часов колотило после этого. И больше, даже если мне заплатят сверху тысячу золотых, я к ней ближе, чем на сотню шагов, не подойду!

Его друг, тот что темненький, утвердительно кивнул, когда он договорил. А Фил нахмурился. Обведя парней взглядом, словно пытаясь удостовериться, что они не шутят, но никто из его друзей не думал улыбаться. И, сложив руки на груди, красавчик задумался.

Отступив на шаг назад, я медленно, пугливо обернулась. Проверяя, правда ли за моей спиной кто-то или что-то, о чем они мгновение назад говорили, стоит. Но, слава богам, ничего там не было. Однако мысли об одном мужчине по имени Шадар сразу возникли в моей голове. Я сразу подумала о нём. Ну а кто ещё?..

Вновь на цыпочках я подошла к небольшому окошку и, невидящим взором глядя на парк, мысленно вернулась к тому вечеру, когда видела в последний раз Шадара, как я тогда подумала.

…Высокая фигура в чёрном плаще застыла посреди зала. Все хашшиты, кто не упал в обморок, испуганно затаились. И только мы, иноземцы, ничего не понимали и во все глаза наблюдали за тем, что происходит.

Вот только ничего больше и не произошло! Тёмная фигура безмолвно постояла немного да так же внезапно и исчезла, как и появилась. Ветер снова пронесся мимо меня, и всё окончательно стихло.

И тогда я даже и не подумала, что это мой знакомый: уж слишком мрачная, жуткая сила исходила от той фигуры, да и мало ли кто ещё в плаще постоянно ходит. Тем более потом, когда хашшиты в зале начали приходить в себя, нас, пришлых, сразу мигом вывели из дворца, не дав и опомниться. Но, когда нас уже усадили в карету, Максин вдруг подметила, между вопросами: «Кто это был?», «Чего они так все испугались?», что у меня платье абсолютно чистое. Переведя взгляд на юбку, я с недоумением огладила ткань, на которой и правда не было ни пятнышка…

Поняв это, вот тогда-то я и подумала, что тот мужчина в черном и был Шадаром. Но зачем он приходил? Почему вел себя так вызывающе? Что ему было нужно? И почему все его так боялись?.. Кто же он?!

Эти и многие другие новые вопросы возникли в моей голове и кучей добавились к старым, на которые у меня до сих пор не было ответа.

А своим друзьям, что наперебой выдвигали по пути в Академию разные версии, кто это был — ничего так и не сказала. Продолжая хранить тайну о Шадаре глубоко в сердце.

С того дня минуло уже три дня. А мужчина более никак не заявлял о себе. Друзьям так ничего не удалось о нём выяснить. Даже Максин и Сэм, как бы они не «строили глазки» тем, кому они нравились. И складывалось ощущение, что адепты тоже мало что знают о том незнакомце. Лишь иногда они случайно говорили: «Тень». Но что это могло значить? Почему они боялись того или тех, в чью честь была названа самая престижная Академия их королевства?

Прикоснувшись к своему плечу, тому, которое так нестерпимо болело во время бала, я вздохнула…

Несколько дней после того разговора во сне, когда я была так откровенна, я страшилась нашей новой встречи из-за, обуявшего меня, сильного смущения. Я даже решила, что лучше бы мне подобные «сны» более никогда не снились, чтобы побыстрее забыть о Шадаре. Одно дело решить остаться тут, в Академии. Но если я ещё и полюблю другого, и забуду о своих обещаниях Марку — это только усугубит мою вину…

А сейчас я отчаянно желала этой встречи, чтобы выяснить, был ли это он в тот день во дворце Императора. Если да — узнать, зачем он приходил… Кто он такой.

Но более этого я хочу обнять его. Просто поговорить. Потому, что я почему-то очень сильно по нему скучаю. Однако без того безумства, удушающей страсти, что охватывали меня в первые дни после знакомства, а нежно… как по тому, кто невероятно дорог и ценен. Как будто время в разлуке или ещё что-то помогло мне избавиться от навязчивого чувства, граничащего с одержимостью Шадаром, что преследовало меня с первого нашего поцелуя.

Тряхнув головой, избавляясь от мыслей о загадочном мужчине, я вернулась в бренный мир. К разговору трех моих сокурсников.

Вспомнила, как темноволосый и тот, кого зовут Тан, подходили ко мне. Одного я повстречала поздним, идя из оранжереи, вечером на тропинке, ведущей к общежитию. Он возник прямо передо мной и перегородил всю дорогу. И стоял, молча, на меня исподлобья смотрел. Естественно, я до ужаса перепугалась! Вспомнив недавнюю встречу с Винсаром, подумала, что это очередной «посланник» принцессы.

А когда он вдруг страшно захрипел и сделал шаг в сторону, я, не теряя времени зря, подхватила юбки и тотчас умчалась, как лань, вдаль. Точнее, в свою комнату, в общежитие.

Тот, что с каштановыми волосами, подкарауливал меня после занятий. Когда я проходила мимо одного темного коридора в главном здании, он вдруг схватил меня за руку и потянул к себе.

Я, что, должна была обрадоваться? На его счастье, я ещё не могу так быстро создавать заклинания. Иначе ему промеж глаз прилетело бы особо пакостным заклинанием. А так — он вдруг тоже что-то зашипел, отпустил меня, и я бросилась наутек. В лечебницу под крыло и надежную защиту Мегами.

Были и другие, кто, как теперь выяснилось, видимо, внезапно желали познакомиться.

Интересно, а у них, в Хаш’шатх, так принято с девушкой знакомиться, беседу заводить, или это я такая особенная? Может, я просто чего-то не понимаю в их методах ухаживания? Я, вообще, не особо в этом что-то смыслю, ведь ни с кем никогда не встречалась. А Марку ухаживать за мной и не требовалось. Но ведь Сэм вёл себя именно так, как писали в любовных романах…

Я тихонько вздохнула и пожала плечами.

Ну, с другой стороны, не понимаю — да и ладно. Если бы я была свободна, я бы… Да, первым приходит на ум, конечно, Шадар. Я бы выбрала его. При взгляде на него моё сердце замирает. От его прикосновений даже во снах горит кожа и учащается дыхание.

А если бы не было мужчины-загадки, я бы точно стала встречаться с Сэмом. Он хорош собой, галантен. И, несмотря на толпы поклонниц, пока ещё ни одной не ответил взаимностью, если верить словам девчонок. И когда он смотрит на меня, я вижу лучшую версию себя, если так можно выразиться. Его взгляд всегда мягок, а улыбка — добра и приветлива.

Поэтому, будь я свободна, я и тогда не обратила бы на этих адептов внимания. Но я, и целуясь с Шадаром даже во сне, предавала доверие Марка, своего жениха… С которым у нас меньше чем через месяц должна была состояться церемония.

Ещё раз вздохнув, на этот раз более тяжко и протяжно, я прислонилась лбом к холодному стеклу.

За это время, что я в Академии провела, отчетливо поняла, несмотря на все неприятности — я хочу учиться и совсем не хочу выходить замуж за Марка! Не желаю работать в магазине родителей. Я мечтаю лечить людей. Выбирать свой путь сама. Как мне жить и что делать.

Сейчас, когда моя сила возросла, мне стали доступны многие заклинания. И, если я приложу должные усилия, благодаря своему дару, я смогу даже возвращать к жизни! Это же самое настоящее чудо!

А если меня внезапно отчислят, и мне придется вернуться — я опять не смогу и вздохнуть без дозволения своих родителей и Марка… Именно страх, что я что-то натворю и меня выкинут отсюда, не позволял мне по большей части давать отпор всем тем "ухажерам". И также постоянно приходилось прятаться по углам от недоброжелателей.

— Как вы думаете… — вновь подал голос Фил, а я навострила уши. — Это может быть… Тень?

Парень не договорил, и снова стали слышны лишь голоса одногруппников вдалеке, которые стояли у дверей в аудиторию, дожидаясь занятия.

— Я не могу сказать с уверенностью, — ответил ему после затяжной паузы взволнованно Тан. — Однако, у меня было то же самое гнетущее ощущение, что и тогда, на празднике. И…

— Адепты! — раздался зычный «рев», разнесшийся по всему коридору, нашего преподавателя по Прикладной магии. — Можете заходить в аудиторию. Я сейчас подойду, а вы пока занимайте свои места, готовьте чистые листы и перья. Будем писать контрольную!

Все без исключения разом негодующе взвыли.

Писать контрольные по этому предмету было той ещё каторгой: хоть одна помарка, даже не ошибка, и всё надо переписывать. А будет ошибка — на следующем занятии тебе зададут на дом в два раза больше.

Я тоже себе под нос недовольно простонала. Но не потому, что боялась экзамена, а из-за того, что так и не узнала окончания разговора моих одногруппников! И вряд ли мне вскоре выпадет такой же шикарный шанс. До этого они никогда в стороне от других не стояли и не делились подобным.

Схватив свою сумку, перебросила её через плечо, подошла к выходу из алькова и дождалась, когда все адепты зайдут в кабинет. Только после того, как убедилась, что все ушли, озираясь, вышла из своего убежища и поспешила следом. Уже забыв про всякие Тени и прочее, сосредоточившись на текущих проблемах, я начала на ходу повторять заклинания из Прикладной магии и их плетения: получать двойное задание на дом не хотелось.

Вспомнила я про них и даже решила поделиться услышанным поздним вечером, когда мы с Максин вышли на улицу, чтобы посидеть на лавочке у общежития. Насладиться прекрасной погодой, замечательным тихим вечером и подышать свежим воздухом перед сном.

Втянув сладковатый, немного прохладный воздух, наполненный ароматами роз, которые в это время пахли особенно чарующе, я произнесла робко:

— Я сегодня случайно услышала разговор моих однокурсников с боевого, с кем у нас проводят лекции по Прикладной. Как по мне, они говорили… — не договорив, я осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, что никого поблизости нет.

— Что говорили? — потирая глаза и отчаянно зевая, эльфийка взяла меня под руку и потянула к лавочкам, что скрывались за густой живой изгородью.

— Про Тени…

Это девушку никак не взбодрило, и в ответ на мою многозначительную паузу она одарила меня лишь коротким, непонимающим взглядом.

Тут мы как раз завернули за угол. И вмиг с Максин слетела сонливость. Девушка вся сразу приосанилась. А у меня упала челюсть. В прямом смысле.

Потому что на той самой скамейке, где мы любили отдыхать с подругой, сейчас сидел мужчина.

Под светом луны, воздев голову к небу, он казался сотканным из голубоватого света. Чем-то ненастоящим. Волшебным созданием из сказок… И самым прекрасным мужчиной на свете.

— До-обрый вечер! — произнесла чарующе тягучим голосом, вырвавшись немного вперед, но не отпустив мою руку, Максин, направляясь к нему. Мне оставалось только следовать за ней, потому что сил противиться и остановить её мне не хватало.

Услышав её, мужчина медленно опустил голову. Тёмные волосы немного взъерошил легкий ветерок. И, посмотрев на нас, он улыбнулся.

Эльфийка даже на миг потеряла весь свой запал и запнулась на ровном месте. Вместе с ней пошатнулась и я. Но отнять свой взор от тёмно-фиалковых глаз, что смотрели сейчас только на меня — не могла…

Поднявшись со скамьи, при этом так же не сводя с меня взгляда, он отвесил лёгкий, но самый галантный и элегантный поклон из всех, когда-либо виденных мною:

— Добрый вечер…