Повелитель Теней

Глава 30. Основатель Академии Теней

Тогда я, созерцая то, что находилось за дверью и было сокрыто от глаз, закрыто на замок и запечатано магией, не придала внимания его словам. А зря.

Но меня так зачаровали те высокие полки, ломящиеся от книг, пухлых томов, свитков и пергаментов, что я лишь кивнула. И, боясь даже вздохнуть, сделала шаг в библиотеку Шадара.

Помещение было раза в два больше открытого для посещения всех желающих. Яркие магические светильники освещали каждый закуток, однако не слепили. Видимо, дело было в самом цвете ламп — мягкий, желтоватый, он напоминал цвет солнца, скрытого за пушистыми белоснежными облаками.

Также здесь не пахло пылью и затхлостью. Наоборот, из-за свежего воздуха создавалось впечатление, что мы находимся на улице, просто тут не дует ветерок.

Сделав ещё робкий шаг, я жадно огляделась.

Тут везде были книги. Сотни тысяч разнообразных книг!

Во все стены были встроены шкафы до самого потолка. Между ними, оставляя место только для прохода, стояли не менее сотни высоких полок.

— Это всё… твоё? — шёпотом уточнила я.

— Всё, что мне удалось найти интересного, — Шадар указал на стену справа. — Начал я оттуда. Книга за книгой. Полка за полкой. Трактаты, научная литература. Тут есть даже художественная. И, если у тебя будет желание и время отвлечься, ты всегда можешь подобрать что-то для себя.

Мужчина жестом показал на полку у левой стены.

— Здесь всё, что представляет хоть какую-то ценность, пусть и художественную. И ты не найдешь здесь учебники, книги, написанные бездарностями.

— Сколько же лет тебе понадобилось?

— На самом деле, не так и много.

Шадар направился вглубь библиотеки по центральному, самому широкому проходу, единственному, где могли бы разойтись двое человек.

— Из-за того, что Адэлияр накрыло непроницаемым пологом, мест, где можно было найти интересные книги, стало сильно ограниченное количество. В ином случае всё это здание грозило бы стать библиотекой.

— Это здание? — я направилась следом за ним.

— Да. Академия. Когда-то это было место, которое я называл своим домом.

— То есть… Шадар, это ты…

— Да, это я открыл эту Академию, таир эна Ланабэль. Тогда я желал поделиться своими знаниями. И, думаю, именно потому, что я основал это место, боясь моего гнева, хашшиты так и не убрали слово «Теней» из названия. Правда добавили «Императорская», — после небольшой паузы мужчина вдруг расхохотался: — А меня ведь куда больше бесит именно то, что они добавили «Императорская», нежели бы разозлило, что они убрали «Теней»…

Когда мы дошли до противоположной стены, Шадар свернул направо, и я увидела небольшой, но чрезвычайно уютный уголок.

Мягкий светлый ковёр с плотным ворсом. Большой письменный стол с кипой бумаг, сложенных в ровную стопку. Десяток книг. Что-то лишь отдаленно напоминающее магическое перо для письма. Кожаное кресло из тёмной кожи. Два светильника позади. А между ними картина.

На большом полотне, посреди чёрных, синих и голубоватых пятен, всполохов странных разноцветных молний и завихрений темноты, я увидела три мужские фигуры. Они стояли рядом. Но словно порознь. Голова того, что стоял посередине, с серебристыми прядями в красиво уложенных, длинных черных волосах, была направлена к зрителю. Тот, у которого были красные пряди, стоял справа и смотрел направо. Другой, с фиолетовыми прядями в угольно-черных волосах, смотрел налево. Более, кроме их волос да силуэтов, было ничего не разобрать.

— Что здесь изображено? Кто эти мужчины? — кивком я указала на картину.

Не оборачиваясь, сдвигая книги в сторону, Шадар отодвинул кресло:

— Это долгая история. И вопросы, которые ты потом можешь мне задать. А сейчас, мой цветок, садись. Бери бумагу, перо. Нам пора приступить к учёбе.

Без промедления, сняв сумку с плеча, я достала чистую тетрадь, новое красивое перо, что сегодня приобрела, и села в кресло. Мужчина неведомым мне, надеюсь только пока, образом сотворил или перенес откуда-то большое мягкое кресло. И мы приступили к занятиям…

И, казалось, с того дня я только и делала, что прилежно и очень усердно училась. Более я не ходила на занятия со всеми: Шадар составил для меня индивидуальный план. И всерьёз принялся за меня и мои знания.

Рано утром, до начала общих занятий, я приходила в бывшую библиотеку, что теперь стала нашим «классом». Там, где некогда стояли стеллажи с учебниками для адептов, теперь было огромное пустое помещение, в котором я практиковалась. А в его библиотеке я постигала теорию.

Казалось, мужчина не ведает, что такое усталость. Он всегда был собран. Внимателен. И даже когда я уже растекалась на кресле, он продолжал бодрым голосом вещать, расхаживая между полок. Объясняя всё подробно. Применяя магию, показывая мне «картины» того, как то или иное заклинание действует.

Нет, он не был извергом. Он отпускал меня на обед, к моим друзьям. Делал перерывы и всегда уточнял, не устала ли я. Готова ли продолжить. Однако до его энергии мне было очень и очень далеко… А говорят, что «пожилым» далеко до молодых. Это они просто с Шадаром не встречались!

Конечно, я поверила в то, сколько ему лет. Зачем о таком, вообще, говорить неправду? И именно поэтому на следующий день я спросила, откуда он… И получила расплывчатый ответ: «Издалека». Поняв, что он требует от меня конкретики, перефразировала свой вопрос: «Ты с другой планеты?» Его ответ был: «Да». После чего я воскликнула: «С какой?» И это стало третьим, последним вопросом, на который мне ответили: «С другой. Той, что сверху»… Вот так, видимо, он меня попутно приучал и правильно, чётко формулировать свои мысли.

Прошло уже три недели с того момента, как мы начали заниматься. Больше двадцати дней подряд каждый день я задавала по три вопроса. Вот только порой либо мои вопросы не казались ему конкретными, и мне приходилось их перефразирывать, либо я получала размытый ответ. Либо срывалась и задавала тот вопрос, который вообще не планировала. И зачастую вместо трех полноценных вопросов у меня оставалось два, чаще даже один. На который Шадар мог ответить так, что запутывал меня только сильнее.

И, обобщая все данные, выяснить за всё это время мне удалось не так и много. Правда, крайне любопытного и интересного.

Шадар был с другой планеты. Название которой Зорфан. Жили там создания, которых нет на нашей. Но внешне они были схожи с нашими расами: людьми, тёмными эльфами. А были и такие, как Тени. Создания, сотканные целиком и полностью из магии. И при этом разумные. Правда, их разуму не были подвластны многие эмоции. Да и по интеллекту они были ближе к детям. Наивные, доверчивые.

Кстати, как и Шадар, Тени попали сюда, к нам, из-за мага, что хотел оградить Адэлияр от вторжения других созданий, которые стремились сюда в погоне за редким цветком, адэлияром. Звали того мага Радашар. Чрезвычайно талантливый, умный и достигший уровня архимага, несмотря на юный возраст. И это был именно тот маг, что разработал ту великолепную схему, которую Шадар нам тогда нарисовал.

Но, преследуя благие цели, Радашар не просто закрыл своим заклинанием всё королевство, а и попутно сделал так, что оно стало абсолютно непроницаемым. Для всех. И для Шадара с его Тенями, которых этим заклинанием притянуло к нам. И запечатало.

Об этом Шадар вспоминал с оттенком неудовольствия и одновременно выражением сильного уважения на лице. Он восторгался умом своего коллеги из другого мира. И не понимал, как тот мог так ошибиться. Или, если это была не ошибка, зачем он это сделал.

И пусть каким-то образом при перемещении Шадар стал обладателем воспоминаний архимага, но так и не выяснил этого. Ну а сам Радашар уже не мог ответить на эти вопросы. Потому как истратил все свои силы без остатка, даже прану, жизненную силу. И умер.

Рассказал он также чуть более подробно о том, что тогда произошло.

Появление Шадара — загадочного мага в окружении Теней, испугало адэлиярцев. И они пытались бежать. Вот только заклинание Радашара было непроницаемым. Никто не мог войти или выйти. И сам Шадар, могущественный маг, оказался здесь запечатан. И вскоре он был провозглашен жителями Повелителем Теней. Государство они переименовали в Хаш’шатх. И воцарились на несколько столетий мир и благоденствие. Вот только людям захотелось силы Шадара, его власти над Тенями. И вновь начались склоки и междусобицы. Только не за редкий цветок, адэлияр, что к тому моменту уже полностью исчез, а за власть…

Если судить по обрывочным, злым объяснениям мужчины, он пытался всех образумить. Давал шанс, даже не один, исправиться. Но ни к чему хорошему это не привело.

А потом появились адэлияны. Хашшиты с уникальным даром редкого цветка… И совсем не просто так они появились, а благодаря Шадару. Который применил свои знания, желая снова увидеть цветения адэлияра. Однако с растениями у него так ничего и не вышло: появились лишь черные бархатные с бордовой сердцевиной цветы. И им было далеко не только до красоты адэлияров, но и до их свойств. Тогда-то Шадар и рискнул попробовать с живыми созданиями.

С дозволения нескольких желающих, он использовал на них своё заклинание… И вскоре у тех пар на свет появились первые адэлияны. И в этот раз эксперимент превзошел все ожидания.

Дар адэлиянов оказался уникальным, в разы сильнее, чем у адэлияров. А ещё адэлияны могли сами звать тех, кто уходил за грань. Им требовалось знать лишь имя, чтобы позвать, попросить вернуться. Более не нужны были сложные заклинания, дорогие и редкие ингредиенты. Только маг с редким даром.

И именно поэтому адэлиянам грозила судьба их «предков». Отследить их было просто: у всех них была «внешность» адэлияра. Серебристые локоны с тёмным золотом на концах, причём при рождении. И небесно-голубые глаза.

Многие хашшиты желали получить в своё пользование адэлияна. Ловили и требовали у них вернуть их родственников, угрожали смертью им и их семьям. Запирали, как рабов в клетки… Доходило дело даже до пыток.

И этого Шадар уже не смог стерпеть. Он обязан был сберечь тех, кто появился на свет благодаря его магии. И, использовав все силы, зачерпнув и из праны, как поступил до него Радашар, при этом практически опустошив себя, он смог ненадолго приоткрыть завесу. И увести всех адэлиянов за пределы Хаш’шатха.

И это едва не стоило ему жизни. Зато стоило тысячи лет, что он провел на грани жизни и смерти. Прана — это не мана. Она даруется Богами каждому при рождении. И более не восстанавливается… Но ему каким-то образом удалось невозможное. Однако, чтобы вернуться к жизни, Шадару потребовалось больше тысячи лет…

И он скитался бесплотным призраком или находился в состоянии анабиоза. А пробудился он окончательно, только когда повстречал меня в тот день в парке Академии.

Также я смогла разузнать, кто изображен на той картине. Оказалось, это Шадар и его братья. В его родном мире.

А здание Академии некогда было его домом, и открыл он её, чтобы поделиться знаниями из своего мира с теми, кто был готов их постичь. Тогда она называлась просто Академией Теней.

Ещё с десяток, не меньше, вопросов я истратила, чтобы узнать больше о самом Шадаре. Чем он увлекается, что ему нравится… Кого он любил… Понимаю, это глупо, но я ничего не могла с собой поделать.

Оказалось, подобно Теням Шадар не испытывает многие чувства, подвластные людям. Превыше всего он ценил знания, ум. Внешняя красота для него ничего не значила. А любовь… Он сказал, что никогда прежде не испытывал этого чувства. Сейчас же все его мысли и желания были направлены на возвращение в свой мир.

Конечно же, я не только училась у Шадара все эти дни и задавала ему вопросы. Но и постигала «науку обольщения» у Максин. Что тоже принялась за меня со всем, присущим ей рвением. Я научилась красиво двигаться. Подавать невидимые знаки, как она говорила. Те, которые бы обязательно привлекли внимание мужчины. Я всегда красиво одевалась… Делала разные намеки во время перерывов, томно взмахивала ресницами.

Однако мужчина как смотрел на меня с нежностью, так и продолжал смотреть. Ничего в наших отношениях не изменилось. И мне хотелось просто броситься ему на шею, поцеловать. А потом — будь что будет. Но, по крайней мере, я бы больше не мучилась неизвестностью, что он ко мне испытывает… Но смелости я пока на этот шаг ещё не набралась. И упорно продолжала «посылать знаки», краситься, создавать ураган своими ресницами и томно вздыхать поглубже, чтобы оголить грудь чуть-чуть больше… Думая о том, что мужчина может скоро исчезнуть. Без меня. Взмахивала ресничками ещё активнее и начинала дышать ещё быстрее…

А уже едва не из последних сил, после упорных занятий с Шадаром, я отправлялась на тренировочную площадку. Готовиться со своим отрядом к магическому турниру…