Повести монгольских писателей. Том первый

СОВРЕМЕННАЯ МОНГОЛЬСКАЯ ПОВЕСТЬ

Монголия!.. Каждый, кому доведется побывать в этой стране, навсегда привяжется к ней сердцем и памятью. Она пленит вас не вдруг открывающимся очарованием огромных просторов, воздуха, солнца и света; зеленеющей травами и усеянной цветами степью; лесными чащобами, где осенью призывно трубят олени; чистыми, прозрачными озерами и реками, оранжево-желтым гобийским ковром… И удивительным небом — высоким, синим, волнующим бездонной своей глубиной!..

Хорошеет земля Монголии, неузнаваемым становится ее веками не менявшийся облик. Хлебные поля, фруктовые сады, выросшие в степи промышленные центры, линии высоковольтных передач, длинные вереницы машин стали новыми, но уже привычными приметами монгольского пейзажа. Монголы, хозяева этой древней страны, — давние друзья советских людей, радушные, щедрые сердцем люди. Шесть десятилетий назад они, труженики-скотоводы, наголову разбили оккупантов — китайских милитаристов, свергли власть феодально-теократического правительства и с помощью частей Красной Армии изгнали со своей земли многочисленные белогвардейские банды, взяли власть в свои руки. В трудной борьбе и кровопролитных сражениях свершилась Народная революция 1921 года, разрушены были многовековые «богоданные» устои, родилось суверенное народное государство, пошедшее по некапиталистическому пути развития… Великий перелом открыл перед целым народом новую дорогу революционных преобразований — социальных, экономических, культурных. Она была нелегка, эта дорога: каждый шаг к прогрессу давался в борьбе с нищетой и отсталостью, в преодолении пассивности и безграмотности, в жестоких схватках с силами контрреволюции — с утратившими свои привилегии феодалами, все еще всесильными ламами, купцами-скотопромышленниками.

Новые исторические времена, перемены в жизни общества и каждого человека вызвали к жизни и новое искусство. «Обновляя человека, монгольская литература и сама искала и находила новые формы, новые идеи, нового героя», — говорит старейший писатель и ученый Ц. Дамдинсурэн. И продолжает: «После 1921 года в литературе в качество центральной фигуры все решительнее утверждается простой труженик. А как же иначе? Ведь именно его усилиями обновился весь облик нашей древней земли»[1].

Первыми произведениями новой монгольской литературы стали близкие к фольклору революционные песни с их романтическим восприятием мира; дидактические, бытовые, волшебные сказки, наполненные новым, революционным содержанием; затем, с развитием и углублением революции, родилось многожанровое творчество Д. Нацагдоржа, С. Буяннэмэха, Ц. Дамдинсурэна, Б. Ринчена, Ц. Дамбадоржа и других.

Положительный герой многих произведений двадцатых годов по принципам типизации чрезвычайно близок героям эпических сказаний: характер его был лишен индивидуальных черт, внешний вид и поведение соответствовали народным представлениям о герое-богатыре. Главной задачей искусства этого времени было политическое просвещение — пропаганда революционных идей, разъяснение целей и задач народного правительства, критика феодалов и лам, авторитет которых среди аратов был еще достаточно велик.

Большим событием в литературной жизни Монголии двадцатых годов было появление повести Ц. Дамдинсурэна «Отвергнутая девушка». Писатель, которому не было тогда двадцати двух лет, сумел убедительно противопоставить нравственную чистоту простых аратов звериной морали их угнетателей; на примере духовного роста своей героини он утвердил тот главный факт, что именно революция сумела выявить и использовать духовные богатства человека. Бесправная батрачка, дочь старого мира становится активным членом нового общества. И в этом пафос произведения, на котором воспиталось революционное сознание не одного поколения трудящейся молодежи Монголии. «Отвергнутая девушка» — одно из первых произведений, знаменовавших вступление монгольской литературы на путь реалистического изображения действительности.

Тема Народной революции 1921 года, тема борьбы с ее внешними и внутренними врагами продолжает оставаться в центре внимания монгольских писателей-прозаиков всех поколений вплоть до нашего времени. Развитие МНР по некапиталистическому пути, а затем и непосредственное строительство социализма, рост культурного уровня народа, все более широкое знакомство писателей с мировой и прежде всего русской и советской литературой стали реальной основой для нового этапа развития монгольской литературы. Положительный ее герой в двадцатые — тридцатые годы чаше всего собирательный образ либо угнетенного арата, обретающего права, либо мужественного воина, — стал более углубленным, индивидуализированным. Это легко подтверждает характер положительных героев повести Ч. Лодойдамбы «Ты живешь для народа», написанной в 1952 году. Умная, деятельная, мужественная девушка-врач из Советского Союза… Монгольская школьница Бурантаг, вспыльчивая, но отходчивая, по-мальчишески задорная и трогательно беспомощная, внешне резковатая, зато душевно щедрая. Этой девочке и ее сверстникам — строить будущее Монголии. Что касается «героев» отрицательных (малограмотный директор худонской школы, бывший феодал, ненавидящий новую власть, или лама-знахарь, преступный отравитель детей), то для их изображения полутонов еще не существует. Так создается в повести атмосфера жестокой классовой борьбы.

Достойно продолжают революционную тему монгольские писатели в конце шестидесятых — семидесятых годов. Исключительный, но правдивый путь в революцию показан на примере судьбы Балсана в повести Н. Банзрагча «Двадцать первый год». Испытав множество злоключений на родине и в чужих странах, герой попадает в Россию 1920-го года, впервые слышит о Ленине, убеждается в благотворности и величии идей Октябрьской революции, осознает бездну, лежащую между русским народом и белогвардейскими бандами и с этими убеждениями становится сознательным сподвижником Сухэ-Батора, борцом за победу революции в Монголии. Эта повесть — пример продолжающегося процесса индивидуализации положительного героя.

Живой, зримый, обаятельный образ русской девушки-революционерки, отдавшей жизнь за высокую идею, за святое дело монгольской революции, создал Ч. Чимид (повесть «Монгольская легенда»). Острым классовым чутьем обладает ревсомолец Бат в повести П. Хорло «В мятежное время». Государство доверило ему нелегкую таможенную службу. Чувство ответственности и бдительность помогают мужественному таможеннику распознать бандита в богомольце, задержать шпионскую группу.

В первые послереволюционные годы не все араты понимали и принимали суть происходящих в Монголии перемен. Нередко врагами друг другу становились близкие родственники, случалось, лилась братская кровь. Зловещую разобщающую роль в тот период играли ламаистские монастыри, лишавшиеся своих привилегий, даровых работников, послушных прихожан. Рушилась вера в светлейшего Будду и его ставленников на земле. Монастыри и храмы, где так часто провозглашалась заповедь «не убий», превратились в подлинные застенки: людей там мучили, истязали, пытали. Даже самые набожные, самые отсталые и темные люди теряли веру в учителей-лам, обагрявших свои руки кровью.

На трудное время пришлись отрочество и юность героя повести С. Дашдоорова «Юндэн из красной юрты». Шла борьба с феодалами и ламами, приспешники их злостно искажали на местах политику Народно-революционной партии. Много пришлось пережить бежавшему из монастыря от непосильной работы и побоев Юндэну — предательство друга, гибель родителей от руки недобитых гаминов. Вместо сына богача Юндэн идет служить в армию и возвращается убежденным ревсомольцем, деятельным защитником дела революции. Его красная юрта — это и школа ликбеза, и политкабинет, и концертный зал. Ничто на свете не может помешать ему делать свое главное дело на земле. Потому в критическую минуту Юндэн и выбирает смерть вместе с товарищами, а не жизнь, брошенную ему, как подачка, врагом.

Во время второй мировой войны и первые послевоенные годы ведущей темой монгольской прозы малых форм (первые романы появятся в 1951 году) стала тема патриотизма — военный подвиг, любовь к родине, самоотверженный труд в тылу, солидарность и дружба с народами Советского Союза, борьба за мир. Положительный герой повестей и рассказов этих лет — боец, пограничник, труженик, человек, для которого главное в жизни — долг перед родиной и народом; главная черта его характера — нерасторжимость гражданских и личных чувств. Для повестей на эту тему, написанных в сороковые годы, характерны описания единоборства одного монгольского бойца с многочисленными врагами. В этом прослеживается влияние эпической традиции, предписывающей герою сражаться с противником в одиночку, одолевая его личным мужеством.

Повести Д. Сэнгэ «Аюуш» (1947) и Ц. Уламбаяра «На страже мира» (1950) рассказывают о борьбе монгольского народа против японских милитаристов. В каждом из этих произведений противостоят одна другой не только две армии, но и два разных мира людей. Авторы показывают, что исход борьбы решается не превосходством в силе, не техническим совершенством оружия, а моральной силой и духовной стойкостью сражающихся. Монгольским солдатам, мужественным и беззаветным патриотам, противопоставлены жестокие, ограниченные враги, бессильные вернуть народ Монголии под ярмо свергнутого им рабства. Жизнь, подвиг и гибель героя повести Д. Сэнгэ «Аюуш» — это незабываемый пример беспредельного мужества и беззаветной любви: «Уже бездыханный, он лежал с широко открытыми глазами, словно желая увидеть великую победу своего народа, за которую он сражался до последней капли крови».

Так же, как и народная революция, трагедия войны, ее тяжелые последствия продолжают быть темой серьезных творческих раздумий для писателей, чье детство или отрочество пришлось на сороковые годы.

В повести Д. Гармы «Тень войны» во время боев с японскими захватчиками девушка-невеста потеряла единственного в своей судьбе человека. На глазах подростка, младшего брата погибшего, Дэлгэрма «…за несколько дней изменилась до неузнаваемости. В ее глазах потух прежний огонек. Мрачность и молчаливость стали обычным ее состоянием…». Потом она выйдет замуж, брак ее будет удачным, но не станет счастливым. Тень войны всегда будет тревожить ее сердце, как и сердце выросшего мальчика, потерявшего тогда в лице старшего брата второго отца.

Герой повести Д. Мягмара «Мельник» не был на фронте, но и его ранила, не обошла стороной война. Шагдар — обыкновенный парень из худона, не богатырь, не богач. Но душа у него большая, щедрая, отзывчивая на чужую боль. День-деньской, а то и ночь напролет водит он по кругу старого больного коня — крутит тяжелые мельничные жернова. Доброта, любовь к людям придает ему силы. Каждая крупица муки дороже золота, но Шагдар от малого умеет выкроить хоть немного для тех, у кого и этого нет. Любовь у Шагдара верная, нежная и заботливая, но даже и она не в силах спасти его любимую от смерти: время военное, страна в напряжении, люди несут на плечах двойную, тройную нагрузку…

Мгновенно промелькнула жаркая и безрассудная любовь Цэрэндулам, героини повести С. Эрдэнэ «Дневная звезда». Война лишила ее возлюбленного, не успевшего стать ей мужем, лишила ее ребенка — отца, родителей — единственного сына. Психологически убедительно исследует писатель каждое движение души Цэрэндулам, ее повзросление, превращение в зрелую, ответственную за свои поступки женщину. Нелегкая юность Цэрэндулам, привычка помногу и тяжело работать не пригнули ее к земле. Это те корни, из которых в дни испытаний выросли человеческое достоинство, умение рассчитывать лишь на собственные силы, уверенность в праве жить, ни перед кем не склонив голову. Выстоять Цэрэндулам помогает и ее большая любовь… Надо заметить, С. Эрдэнэ видит в любви великий праздник души, а в утрате ее — смертельное горе. Его герои любят смело и целомудренно, любовь их — дар самой природы. И для Цэрэндулам чувство ее не жертвенно, в нем нет обреченности. Размышляя о будущем, предчувствуя новую любовь, она вдруг видит дневную звезду, мгновенно исчезнувшую, как любовь погибшего Цаганху. Это — звезда-напоминание, звезда-память, звезда-символ жизни, естественного стремления живого к любви и счастью. «Да, что и говорить, жизнь — штука нелегкая. Но теперь Цэрэндулам знала твердо: любовь, счастье, радость — все это возвращается к ней».

В пятидесятые — семидесятые годы в монгольской литературе заявляют о себе все новые имена. И с каждым годом растет мастерство прозаиков, расширяется их кругозор. Развитие общества и литературы, повышение читательской культуры породило новых героев, не только социально активных, но духовно богатых, способных помочь читателю осмыслить собственные жизненные проблемы. Пристальное внимание к внутреннему миру человека постепенно стало нормой. Однако индивидуализация героев применительно к монгольской литературе — проблема не только литературоведческая, она тесно связана с тысячелетней этической традицией народа. Эмоциональная сдержанность, немногословность, свойственные натуре монголов, отражаются и в манере описания человеческих чувств. Так, в предисловии к своим произведениям на русском языке писатель Б. Ринчен, рассказывая о том, как группа молодых литераторов Монголии впервые постигала «полный очарования мир европейской литературы» и делала первые художественные переводы на родной язык, замечал: «Привыкшие к лаконичности письма, дающей читателю возможность чувствовать и переживать прочитанное самому, без какого-либо особого воздействия со стороны писателя, при переводе мы то и дело встречались с подробными, детальными описаниями, которые представлялись нам тогда писательским вмешательством в мир переживаний читателя. Монгольский литературный стиль мы сравнивали с искусством стрельбы из лука и рассуждали так: полет стрелы доступен для наблюдения, он длится в пространстве и времени, но момент попадания в цель мгновенен. Писатель же — меткий стрелок, снайпер, стрелами слов поражающий цель — ум и воображение читателя. И что он, читатель, в этот момент чувствует и воображает — это его читательское дело»[2].

И все же в последние десятилетия монгольские писатели все чаще обращаются именно к личной жизни человека, его внутреннему миру, психологии, исследуют пути формирования его мировоззрения.

Наиболее распространенные темы произведений шестидесятых годов — объединение аратских хозяйств, формирование социалистического сознания трудящихся в городе и худоне, положение женщины в новом обществе. Основной конфликт большей части повестей и ряда уже появившихся к этому времени романов строится на коллизии: новое — старое, передовая идеология — пережитки феодализма в сознании людей. Конфликт между новым и старым развертывается либо на фоне семейных, родственных отношений, которые подвергаются самым жестоким испытаниям, либо определяется борьбой героев против косности, рутины и бюрократизма. Осуждаются приспособленчество, карьерном, зазнайство.

В повести Ж. Шагдара «Невестка» воспитанная по-старому свекровь считает, что жена должна безраздельно принадлежать мужу, детям, хозяйству; любые интересы вне дома — ревсомольская работа, производственная учеба (в дни этой учебы и танцам молодежь обучают!) — это предлог для отлучки из дома, недопустимая измена семье. Молодой муж не имеет принципиальной позиции: то осуждает мать, то набрасывается с побоями на жену. Оскорбленная подозрениями невестка, забрав ребенка, уходит в юрту отца. Время, одиночество, тоска по внуку заставляют старую женщину по-новому взглянуть на вещи…

Ундрам, героиня повести С. Удвал «Редкий человек», — натура активная, волевая, способная на большое, граничащее с самопожертвованием чувство. Это и определяет все ее поступки. Брак с человеком вдвое старше, обремененным к тому же большой семьей, — не случайность, не прихоть и не каприз, а логично вытекающее из характера Ундрам решение. Она уважает в мужчине силу, жизненный опыт, мечтает, как всякая женщина, о муже, который стал бы ей опорой в жизни. Многодетный вдовец Тэгшэ кажется ей именно таким человеком…

Семейная жизнь не удалась Ундрам, но вовсе не потому, что муж взвалил на ее плечи дом и заботы о детях. Никакой работы Ундрам не боится, и для чужих детей сердце ее открыто. Жизнь с Тэгшэ стала для нее невозможной, как только она осознала заурядность, никчемность мужа, оказавшегося глухим к ее чувству. Другая женщина, может быть, и смирилась бы наконец с печальной участью, Ундрам же умела не только совершать жизненные ошибки, но и решительно исправлять их. Она ушла из дома. Ушла не потому, что испугалась трудностей, а потому, что побоялась потерять себя как личность.

Иная ситуация показана в повести Р. Ганбата «Последний поезд». Твердые жизненные правила, которых придерживается молодой рабочий Дорж, сознательно выбравший себе трудовой путь, помогают ему сохранить семью; добрая, но безвольная его жена, неудачливая студентка, благодаря мужу начинает понимать истинные ценности, обретает почву под ногами.

Непрерывно возрастающий в обществе семидесятых годов интерес к человеку как индивидуальности способствует развитию в монгольской прозе нравственно-этической темы, позволяющей еще полнее раскрывать психологию личности. Новые принципы построения семьи, современные взгляды на воспитание детей волнуют сегодня в Монголии психологов, социологов, литераторов. Писатели понимают, что изображение глубоко личных переживаний человека требует и вдумчивости и предельного такта.

О сложных семейных проблемах доверительно и лирично ведет речь С. Пурэв в повести «Осень в горах». Нельзя не оценить тонкую наблюдательность автора, когда живописует он особенности монгольского быта, пейзаж. В повести нет стремительного развития сюжета, но к концу ее жизнь и судьбы героев оказываются настолько переиначенными, будто их сокрушил безудержный вихрь событий.

Для маленькой, затерянной в горах железнодорожной станции, где живут всего четыре семьи, появление новых обитателей — событие чрезвычайное, его обсуждают, к нему готовятся, оно проверяет прочность семей и налаженность отношений. Спокойствие, размеренность жизни этого мирка оказываются обманчивыми и зыбкими, едва вторгаются в него новые люди. Как камень, брошенный в стоячую воду, вторжение это вызывает быстро расходящиеся круги волнений, тревог, смятения и разлада… Героиня повести Алима, от имени которой ведется рассказ, скромна, как и подобает монгольской женщине, трудолюбива, безответна. Единственная ее скорбь — отсутствие детей, без которых и дом пуст, и мужняя любовь неполна. Появление Содгэрэл, женщины красивой, властной, уверенной в себе и своем праве помыкать добродушным, влюбленным в нее мужем, ошеломляет всех жителей станции, особенно Алиму. Алима восхищается независимостью Содгэрэл, ее счастливым материнством, умением завоевать любовь мужа, хотя в глубине души женщина и сомневается, всегда ли и во всем права эта приезжая. Наблюдая совершенно новые для нее семейные отношения, Алима невольно сравнивает их с собственной жизнью… Пройдет время, и Алима поймет, что по самой сути своей натуры Содгэрэл — разрушительница и эгоистка, ничего не ценящая и ничем не дорожащая. Поймет, но разъедающая сила сомнений уже убьет в ней уверенность, что все хорошо и благополучно в ее семье, отчужденно подумает она о муже. Летней порой сердцем Алимы завладеет холодный осенний ветер, а осень в горах — грустна и печальна…

Авторы современных повестей и рассказов борются против обывательщины, потребительского отношения к жизни, воинствующего мещанства. Резкому осуждению подвергаются тунеядство и себялюбие, бездушие и черствость, стремление жить только для себя. Определяющие черты характера положительного героя — высокая сознательность, умение в любых жизненных ситуациях отстаивать не узко личные, а общественные интересы.

Так ведут себя задорные, энергичные герои повести Л. Тудэва «Два полюса» — работница кожевенной фабрики Оюут и ученый-биолог Сэргэлэн. Ими владеет неизбывное стремление улучшать жизнь на земле, быть не с краю, а в самом центре ее событий. Эти люди хотят и умеют бороться, отстаивать свои убеждения, оттого они такие упрямые, неуемные, занозистые. Их деятельность — образец воплощения принципа активной жизненной позиции, которую завещал монгольским писателям А. М. Горький, которую близко воспринял и не устает утверждать в своих произведениях писатель Л. Тудэв.

Иногда становление личности, формирование характера происходит при сложных, особо трудных обстоятельствах. Такова жизнь. Писатель Ж. Бямба в повести «Ценою пота» не уходит от этой сложности и ни в чем не грешит против правды. Главное действующее лицо — хулиган, вор-рецидивист, измывающийся над каждым, кто слабее его, матерый лагерник, цинично и равнодушно попирающий любовь матери и невесты. Желание обрести свободу, сила воли побуждают Жамбала ценою пота заслужить досрочное освобождение. Не гладко и не сразу складывается у него жизнь после выхода из тюрьмы, он встречает и настороженность, и непонимание, и черствость. В коллективе, борющемся за звание бригады социалистического труда, куда наконец попадает Жамбал, его ждут труд, отзывчивые, но и взыскательные друзья, они помогают заблудившемуся парню стать честным человеком, опять же ценою пота получить право на уважение товарищей, на любовь и счастье.

Иногда, наоборот, можно посетовать на облегченность ситуации, в которой действуют герои, на слабость психологической мотивировки их поступков. Легко и быстро зарабатывает авторитет, достигает славы, получает благоустроенную квартиру от фабрики молодая ткачиха из повести Ж. Дамдиндоржа «Начало пути». С самого детства руководит ее поступками и никогда не изменяет ей чувство долга, с младых ногтей не делает она ошибок, чутьем угадывает людей…

Снижает силу художественного впечатления элемент случайности, на которой замешаны иные конфликты. Так, после чтения уже упоминавшейся «Невестки» Ж. Шагдара остается ощущение, что главный виновник горя этой семьи — не подозрительная свекровь, не безвольный муж, а вовремя не выясненное недоразумение: молодые супруги не умеют ни объясниться друг с другом, ни понять один другого. Новогодним розыгрышем оборачивается конфликт в повести Д. Тарвы «Первый Новый год». Серьезная озабоченность бригады шахтеров недовыполнением производственных заданий безосновательна: обнаруженная в подсчетах ошибка кладет конец тревогам, шахтеры обретают моральное право досрочно, в день выполнения годового плана, встретить Новый год. И в повести Л. Чойжилсурэна «Третий день новолуния» отношения героев традиционно осложнены недоразумениями, недоговоренностью. Впрочем, к концу повествования влюбленные находят общий язык и счастливо соединяются.

Богатство тематики — крупнейшее завоевание современной монгольской прозы. Прошлое страны, ее природа, город и провинция, стройка, фабрика, шахта, сельхозобъединение — все эти объекты художественного исследования, помноженные на десятки жизненных коллизий, составляют содержание современной прозы и, в частности, ее малых форм — повести и рассказа.

Есть у монгольских писателей произведения, пафос которых — торжественный гимн во славу родной природы, о которой были первые слова этой статьи… Смысл и содержание повести «Тайна горы» Д. Наваансурэна проникнуты верой монголов в безграничные возможности природы, слившись с которой, человек обретает исцеление от смертельного недуга. Безошибочный инстинкт помогает измученному человеку, ушедшему в горы, найти те целебные источники и травы, которые вольют в него бодрость, возвратят здоровье. Красочное, реалистическое описание природных богатств Хангайского края невольно отстраняет сознание читателя от фантастического замысла, заставляет поверить в целительные силы окружающей нас природы, которые людям предстоит еще изучить.

Монголы с опаской и негодованием относятся к волкам, коварно нападающим на табуны и отары. Агрессивность степных хищников рождает в юном Дорже из повести Б. Бааста «Волчатник Дорж» одновременно ужас и жажду отмщения за погубленных животных. В его сознании волк является как бы носителем всей жестокости мира. Охотник от природы, Дорж с юных лет овладевает умением быстро и ловко справляться с этим зверем. Зрелость приходит к герою через преодоление слабости и неуверенности в себе. Постоянная борьба с волками, искоренение зла становится делом его жизни. Однако с возрастом Дорж начинает понимать и другое: «Без волков тоже нельзя. Они — санитары леса».

Историческому прошлому Монголии посвящены повести Б. Ринчена «Мужественная Ану» и З. Баттулги «Любовь».

Писатель-академик Б. Ринчен, знаток средневековой истории и культуры монгольского народа, посвятил свое повествование одному из драматических эпизодов истории ойратского народа, восставшего против маньчжурских поработителей. Красочные описания батальных сцен, дворцового быта, богатое разнообразие этнографических реалий создает яркий эффект сопричастности знаменательным событиям и общественным потрясениям далекой эпохи. И все же в первую очередь это рассказ о любви мужественной Ану к своему мужу Галдану-Бошокту, предводителю ойратских повстанцев. Женственная и нежная Ану в трудную для народа пору наполняет сердце свое отвагой и погибает на поле брани.

В форму романтической легенды, украшенной богатым стихотворным орнаментом, заключает З. Баттулга историю трагической любви талантливого, но безродного певца и богатой, высоко образованной, поэтически одаренной девушки. С первой же минуты своего рождения эта любовь обречена: ее будут убивать сословные преграды, любовные притязания местного князька, предательство наставника-ламы. Влюбленные будут сопротивляться, бороться, страдать, но обстоятельства снова и снова станут мешать их соединению, и только смерть навеки объединит их в потустороннем союзе.

Читая монгольскую прозу, как, впрочем, и поэзию, мы постоянно ощущаем особенности художественного мышления и стиля писателей — национальный колорит произведения. Это непременное присутствие в нем скупо, но тонко намеченного пейзажа и учет настроения, которое он создает у читателя. Это умение всегда живо рассказать, скажем, о коне, о его необыкновенных статях, подробно и увлекательно описать его масть, особенности хода, а также сбрую и другие детали.

«Красная борцовская куртка» Д. Цэдэва — волнующий рассказ о последнем выступлении старого «льва» на крупных соревнованиях по национальной борьбе. Автор, подробно описывая физическое и душевное состояние борца, его костюм, тактику ведения боя, дает читателю прочувствовать атмосферу состязания. Но произведение это — не только о национальной борьбе. Писатель ведет речь о спортивной чести, а мы узнаем нечто важное еще и о человеческой порядочности. И неожиданно еще раз, как при чтении о легендарном Аюуше из повести Д. Сэнгэ, мы приобщаемся к истине: не превосходство в силе, не техническая оснащенность, но моральное превосходство и духовная стойкость решают исход борьбы.

Современная проза Монголии, в частности, малые ее формы находятся в процессе интенсивного развития. Как всякий процесс, это развитие проходит не без трудностей и издержек. Однако двухтомное издание повестей, с которым познакомятся советские читатели, говорит само за себя. Монгольские писатели и критики, отмечая рост и достижения своей литературы, указывают и пути ее совершенствования. Справедливы слова писательницы С. Удвал: «У нас есть нерешенные вопросы, которые вызовут дискуссии, есть недостатки, которые подвергаются справедливой критике со стороны общественности. Но мы знаем, что стоим на верном пути… Мы достаточно самокритичны в отношении оценки своей работы, но мы с уверенностью смотрим в будущее монгольской литературы»[3].

Л. Герасимович