Притяжение

Глава 16

Вторая бутылка вина подходила к концу.

Кухня погрузилась в полумрак, только свеча на столе мерцала, отбрасывая на стены тёплые блики.

Настя сидела, облокотившись на спинку стула, и лениво покачивала бокал.

— Знаешь, — сказала она тихо, — я раньше не любила вечера. Они всегда казались слишком длинными.

— Почему? — спросил он, глядя на неё поверх бокала.

— Потому что вечером приходят мысли. Те, от которых обычно прячешься днём.

Он кивнул, не перебивая.

— А сейчас?

— Сейчас… не знаю. — Она сделала глоток, посмотрела в окно. — Может, потому что рядом кто-то есть, и мысли уже не такие страшные.

Паша чуть усмехнулся, но взгляд у него стал мягче.

— Значит, я выполняю функцию антидепрессанта?

— Что-то вроде, — улыбнулась она. — Только с побочными эффектами — слишком громкие шаги, постоянные комментарии и утренняя болтовня.

Он рассмеялся.

— Признаю. Но всё равно приятно знать, что хоть в чём-то я полезен.

Он рассмеялся, но смех прозвучал как-то неуверенно, будто оборвался сам собой.

Несколько секунд он смотрел на стол, вертя бокал в пальцах, потом медленно поднял взгляд на неё.

— Настя… — произнёс он, чуть тише обычного.

Она вопросительно подняла брови.

— Что?

Он будто колебался, выбирая слова, и потом всё же спросил:

— Ты его ещё любишь?

Настя замерла, словно не сразу поняла, о ком речь.

Воздух между ними стал плотнее. Свеча затрещала, вспыхнула чуть ярче.

— Кого — его? — тихо переспросила она, хотя ответ уже знал каждый из них.

Паша не отвёл взгляда.

— Ты понимаешь, о ком я. Филл.

Она медленно поставила бокал на стол, пытаясь выиграть хоть пару секунд.

— Странный вопрос, — сказала она наконец. — Почему ты решил его задать?

Он пожал плечами, но движение вышло жёстким.

— Не знаю. Просто ты иногда смотришь в пустоту так, будто там кто-то стоит.

Она тихо вздохнула, глядя куда-то мимо него — на танцующее пламя свечи.

— Моя любовь к нему закончилась в тот день, когда я исчезла, — сказала она спокойно.

Паша чуть приподнял голову.

— Закончилось?

— Да. — Она кивнула. — Просто… всё внутри оборвалось. Как будто нитку перерезали.

Потом долго было пусто. Ни злости, ни обиды, ни желания вернуть. Только тишина.

Она на секунду подняла взгляд — прямо на него.

— Так что нет, Паш. Я его не люблю. И, наверное, уже не смогу.

Его губы дрогнули, будто он хотел что-то сказать, но передумал.

Он только тихо кивнул, налил остатки вина в её бокал и произнёс почти шёпотом:

— Тогда, может, стоит перестать смотреть в прошлое. Оно и так достаточно на тебя насмотрелось.

Настя чуть усмехнулась.

— Возможно. Но иногда прошлое не отпускает, пока не почувствует, что ты действительно свободна.

Паша наклонился вперёд, его взгляд стал мягче:

— А сейчас ты свободна?

Она долго молчала.

Пламя свечи дрогнуло, вино в бокале отразило лёгкое колебание света.

— Если ты Филлипу не расскажешь, где я, — сказала Настя тихо, но твёрдо, — тогда моя свобода продлится.

Несколько секунд он просто молчал, будто переваривая услышанное.

Тишина между ними снова стала густой, только за окном шёл дождь, лениво постукивая по стеклу.

— Ты думаешь, я мог бы? — наконец произнёс он, не повышая голоса.

— Не знаю, — ответила она. — Ты умеешь удивлять. И не всегда предсказуемо.

Паша откинулся на спинку стула, сжал пальцы на краю стола.

— Я не святой, Настя, — сказал он после паузы. — Но я не предатель.

Она всмотрелась в него — в его усталые глаза, в лёгкую тень под ними, в ту серьёзность, что появлялась только в редкие минуты.

— Просто пойми, — добавила она. — Если он узнает, где я, всё начнётся снова.

Я не выдержу второго круга.

Паша кивнул, тихо, будто соглашаясь не словами, а дыханием.

— Никто не узнает, — произнёс он наконец. — Обещаю.

Её губы дрогнули — почти улыбка, почти благодарность.

— Тогда, может быть, я действительно свободна. Хоть на чуть-чуть.

Паша сделал шаг ближе, его глаза стали мягче, но в них горела серьёзность.

— Настя… — сказал он тихо. — Я знаю, что случилось в тот день с Филлипом.

Она слегка вздрогнула, пальцы сжали край бокала.

— Что ты имеешь в виду? — прошептала она, пытаясь сохранять спокойствие.

— Я… я обнаружил тебя без сознания, — продолжал он, голос чуть срывался. — Избитую. Ты… не двигалась. Я отвёз тебя в больницу, Настя.

Она замерла, глаза расширились.

— Когда я понял, что ты в надежных руках специалистов, — продолжил он, делая паузу, чтобы подобрать слова, — я уехал искать Филла. Я не знал, что именно он это сделал с тобой…

Настя почувствовала, как внутри всё сжалось. Сердце стучало быстрее, дыхание стало прерывистым.

— Когда я нашёл его, — продолжал Паша, голос стал тихим, но твёрдым, — он сидел в баре с бутылкой виски, с разбитыми костяшками и поцарапанной щекой. В тот момент я понял… это его рук дело.

Настя закрыла глаза, словно сама переживала этот момент вместе с ним.

— Ты ведь помнишь наше первое знакомство, — сказал Паша, голос стал мягче, чуть задумчиво. — Ты тогда уже была с Филлипом. Но ты была открытой, искренней. Мы сразу нашли общий язык, нам было интересно общаться вместе.

Он сделал паузу, глубоко вдохнул и продолжил:

— А потом… со временем ты стала отстранённой. Перестала со мной хоть как-то разговаривать. Словно между нами возникла стена, которую я не мог пробить.

Настя медленно подняла глаза на него, но не знала, что сказать. Внутри неё смешались воспоминания и чувства: теплая привязанность к тому времени и холодная боль от того, что произошло позже.

Настя медленно подняла глаза на него, дыхание чуть дрожало.

— Паша… — начала она тихо, стараясь подобрать слова. — Знаешь… Филл был очень ревнивым. Больная ревность. Я боялась говорить хоть с кем-то, потому что любой разговор мог вызвать у него бурю. Даже простая улыбка кому-то или звонок другу — и всё могло обернуться скандалом.

Она замолчала на мгновение, глубоко вздохнув.

— И тогда я просто замкнулась. Думая, что проще быть одной, чем постоянно бояться.

Паша слушал молча, сжимая пальцы на краю стола. Его взгляд стал мягче, но серьёзным.

— И сейчас… — продолжила Настя тихо, едва слышно, — я всё ещё боюсь с кем-то начинать общение. Бояться, что кто-то вдруг станет слишком навязчивым, или что ситуация повторится.

Он наклонился чуть ближе, голос стал мягким, почти шёпотом:

— Я понимаю. Это было ужасно… и ты была одна в этом. Никто не должен был заставлять тебя чувствовать страх рядом с людьми.

Она опустила взгляд, стараясь удержать слёзы.

— Я знаю… Но эти воспоминания остались. Иногда я сама себя ловлю на том, что не хочу открываться новым людям.

Паша вдруг резко изменил тон, глаза его стали серьёзными.

— Знаешь, почему он тебя не может найти?

Настя вздрогнула от неожиданности и отшатнулась чуть назад, сжимая бокал.

— Почему? — тихо переспросила она, пытаясь скрыть тревогу.

Он сделал паузу, словно выбирая, как подать правду.

— Потому что, я заметал твои следы.

Настя моргнула, не сразу веря услышанному.

— Что… ты сделал? — её голос дрожал, смешиваясь с удивлением и лёгкой тревогой.

Паша спокойно кивнул, не отводя взгляда:

— Я заметал все твои следы. Так, чтобы никто не смог найти тебя. Ни Филл, ни кто-либо ещё.

Паша глубоко вздохнул и посмотрел на неё прямо, глаза стали мягче, но в них светилась решимость.

— Знаешь… — начал он тихо, — я тоже не мог тебя долго найти.

Настя слегка нахмурилась, сердце забилось быстрее.

— Ты… тоже искал меня? — прошептала она.

— Да, — кивнул он. — Я понял, что просто ждать бесполезно. И тогда я вычислил твоё местоположение по письмам, которые ты отправляла родителям.

Он немного усмехнулся, но взгляд остался серьёзным:

— У меня к тебе вопрос, Настя… Ты реально дура? — сказал он с лёгкой иронией. — Ты не подумала, что на письмах есть город отправки?

Настя замерла, чуть покраснев, но не могла не улыбнуться.

— Ну… может быть, — тихо призналась она, слегка смущённо. — Но я просто не думала…

— Ага, — сказал он, качнув головой, но его улыбка была мягкой. — Я же нашёл тебя, несмотря на это. Так что твоя “глупость” сыграла мне на руку.

Она тихо вздохнула и с лёгкой улыбкой посмотрела на него:

— Хорошо… что это ты оказался там, когда я шла к Жене за градусником, а не люди Филла.

Паша кивнул, взгляд стал серьёзнее, но всё так же мягким:

— Вообще-то… ты сама ко мне пришла и потеряла сознание, — сказал он тихо, но без упрёка.

Настя на мгновение замерла, удивлённо глядя на него:

— Я… я совсем не помню… — прошептала она, чувствуя, как сердце чуть быстрее стучит.

Он наклонился чуть ближе, его голос стал мягким, почти шёпотом:

— Неважно. Главное, что я был рядом. Всё остальное не имеет значения.

Настя закрыла глаза, позволяя себе глубоко вздохнуть. Сердце постепенно успокаивалось, а рядом был человек, который не собирался уходить.

Паша наклонился чуть ближе, голос стал тихим, но твёрдым:

— Настя… я не позволю Филлу причинить тебе боль. Никогда.

Она слегка приподняла глаза, удивлённо, но с облегчением смотря на него.

— У меня есть план, — продолжил он, не отводя взгляда. — Всё, что нужно, чтобы он больше не смог вмешаться в твою жизнь, я сделаю. Ты можешь быть спокойна.

Настя почувствовала, как внутри разливается лёгкое тепло и уверенность. На мгновение исчез страх, оставив только чувство защиты и того, что кто-то рядом действительно заботится.

— Спасибо… — прошептала она, едва слышно.

Он заметил, что разговор её утомил. Осторожно поднял её на руки, чувствуя, как она расслабляется, и отнёс на кровать. Положил рядом, аккуратно прижал к себе и обнял.

— Спи спокойно, — прошептал он, слегка поглаживая её по плечу. — Я рядом.

Настя закрыла глаза, позволяя усталости взять верх. Тело расслабилось, дыхание стало ровным, а рядом с ней был человек, который готов был защищать её любой ценой.

Они уснули, обнявшись крепко, и мир за окнами на время перестал существовать.