Притяжение

Эпилог

Прошел год.

Настя и Паша жили вместе в том же городе, где раньше Настя проводила вечера с Лизой и Женей. Теперь расстояния больше не могли быть помехой. Каждое утро начиналось с того, что Паша приносил ей кофе в постель, а она тихо смеялась, прижимаясь к нему и шепча:

— Мышонок…

— Да, мышонок? — отвечал он, обнимая её сильнее, словно не желая отпускать.

Их дни были наполнены маленькими радостями: совместные прогулки, любимые фильмы по вечерам, лёгкий флирт, смех и разговоры обо всём и ни о чём. Настя больше не боялась, больше не тревожилась. Паша был рядом всегда, и это чувство защищённости стало её новой нормой.

Они часто вспоминали прошлый год — все испытания, страхи, боль — и понимали, что именно они сделали их сильнее и ещё ближе друг к другу. Настя улыбалась, вспоминая, как Паша пел ей на сцене, как они смеялись и флиртовали, как каждый момент, даже маленький, теперь имел особое значение.

Паша же каждый день подтверждал её слова действиями: заботой, вниманием, любовью. Он больше не скрывал своих чувств, не боялся показывать их, и Настя отвечала взаимностью, полной и без остатка.

Они жили вместе, и теперь каждый день был праздником — праздником любви, доверия и счастья.

Настя смотрела в окно, видя, как город просыпается, и шептала:

— Мышонок… спасибо.

Паша улыбнулся, обнял её сзади, и тихо сказал:

— Спасибо тебе, что позволила мне быть рядом. Всегда.

Однажды вечером, когда солнце садилось за окна их квартиры, заливая комнату тёплым золотым светом, Паша подошёл к Насте с нежной улыбкой. Он взял её руки в свои и мягко сказал:

— Мышонок… ты знаешь, как сильно я тебя люблю. И я хочу, чтобы каждый день, каждое утро и каждое мгновение мы проводили вместе.

Настя улыбнулась, сердце ёкнуло — он был серьёзен, и в глазах блестела любовь, такая глубокая и настоящая.

Паша опустился на одно колено прямо возле окна, где закат рисовал золотые блики на его лице, и протянул ей маленькую коробочку с кольцом:

— Мышонок… выйдешь за меня? — спросил он тихо, но уверенно, с искренней надеждой в голосе.

Настя замерла на мгновение, сердце переполнялось счастьем… и тут она почувствовала лёгкую дрожь внутри. Её руки слегка дрогнули, и она мягко улыбнулась:

— Паша… я хочу, чтобы ты знал кое-что ещё… — начала она, глядя ему прямо в глаза. — Я беременна.

Паша на мгновение потерял дар речи, а потом глаза его наполнились слезами радости. Он осторожно поднял Настю с пола, обнял её так, словно больше никогда не хотел отпускать, и прошептал:

— Мышонок… это лучшее, что могло случиться в нашей жизни. Мы будем вместе, и теперь нас трое… — он слегка рассмеялся сквозь слёзы. — Я люблю тебя больше всего на свете.

Настя прижалась к нему, ощущая тепло его рук и уверенность его сердца. В их глазах светились любовь, счастье и предвкушение будущего, полного радости, маленьких чудес и совместной жизни.

И в тот момент, когда солнце окончательно скатилось за горизонт, их мир стал ещё ярче, ещё теплее, ещё настоящей сказкой, в которой они были главным героем — вдвоём и теперь уже втроём.