Призрачная кровь 6

Глава 23

Я думала, что после того, как я передам структуру, Алексей Константинович снимет с меня бремя конвейера, но нет, пока я не закончила обе коробки, меня не отпустили. И, как ни странно, на следующий день меня ждала такая же рутина.

В протезную мастерскую я добралась только через три дня. Извиняться перед мастером не стала. Он прекрасно понимал мою занятость, поэтому попросил того бойца приходить каждый день в обеденное время, ведь я сказала, что эксперимент займёт всего несколько минут.

Решила провести полдня в мастерской, отвлекая мастера вопросами, чему он был только рад. Узнала виды протезов, проработала пластичную универсальную структуру. В общем, провела время с пользой.

Подопытный пришёл, верней прибежал, судя по сбившемуся дыханию, точно, как договаривались. Это был совсем молодой мужчина, лет двадцати пяти. И несмотря на инвалидность, не растерял жизнерадостность. Смотрел на меня с улыбкой и, можно сказать, с симпатией.

— Знакомьтесь, Иван, — представил его Олег Семёнович, а я сразу заметила сходство.

— Он ваш сын, — утвердила я.

— Да. Вот такой выверт судьбы, — мастер с грустной улыбкой похлопал Ивана по плечу.

Парень, а по-другому не хотелось его называть, изнывал от нетерпения приступить к примерке, я видела по горящим глазам.

Когда дошло дело до снятия его протеза, заметила, как он напрягся и старался на меня не смотреть. Ну да, я же девушка, а мужчина не хочет казаться слабым. Олег Семёнович только взглядом его поддерживал. К тому же ему пришлось практически раздеться, оголив торс со рваными шрамами. Страшное зрелище. Сразу захотелось ему помочь, ведь такие раны и сейчас приносят ему страдание.

— Давай-ка, вначале тебя нормально подлатаем, а потом продолжим. Это недолго. Если что без обеда обойдёшься, — Иван улыбнулся, а я, предложив ему присесть, сразу запустила реабилитационную структуру.

Я постаралась смотреть только на протез, чтобы не смущать пациента. Рука была ампутирована или оторвана чуть выше локтя, что упрощало мне задачу, хотя моя структура подходила даже при полном отсутствии конечности. Прототип был сделан как раз под его руку. Я, когда делала по нему структуру, как раз думала, как подгонять конфигурацию под увечье. Но видя большое количество всяких блоков, считала, что не составит труда.

Структура работала исправно, по лицу видела, что он чувствует облегчение. Безобразие, конечно, что к ним, отдавшим здоровье за безопасность населения такое наплевательское отношение, да ещё и не комиссуют.

Структура проработала двадцать минут. По сути, она не будет ему мешать в повседневной жизни, пусть стоит, вылечит все застарелые болячки.

— Ты же энергетическую сеть в работе не напрягаешь, — спросила, понимая, что он скорей всего работает на уборке или подсобник. Шрамам не дают нормально зажить… Так, стоп! — Тебе дар целителя дали?

Парень покачал головой.

Вот же твари! Не удивлюсь, что и у обычных бойцов его нет. Достала матрицу и дала ему. Добавив и остальные недостающие.

Он принял, конечно, но был крайне ошарашен таким поворотом. Мастеру я тоже дала целителя, вот он чуть не расплакался, и схватив мою руку, крепко поцеловал.

— Благодетельница вы наша, — я понимала, чем вызван этот поступок, скорей всего есть кого лечить.

Перешли к тому, зачем здесь собрались.

Иван надел новый протез, напряг тело, видно по привычке, но рука так и бездействовала.

— Так, сейчас я включу, и ты говори всё, что чувствуешь. По сути, структура должна подсоединиться к твоей энергетической сети, но если что, у меня есть вариант с внешним питанием.

Парень кивнул, я видела, как он волнуется.

— С Богом! — сказала и активировала.

Иван напрягся всем телом, лоб наморщил, глаза блуждают, словно он не здесь, что, верно, он прислушивается к себе.

Стал говорить про ощущения, с шоком на лице. Я знала, что ампутированные конечности продолжают выдавать фантомные чувства и не только боль, даже мёрзнут. Парень поведал, что ощущает тепло и словно покалывание в районе запястья.

Подняв руку, он улыбнулся и согнул её в локте. А вот с пальцами не заладилось. Я приложила свою ладонь к месту сочленения плеча с протезом и поправила структуру, и она корректно присоединилась. Моя вина, чуть ошиблась с анатомией. Мне простительно.

Иван стал прощупывать каждый палец, шевеля ими. Получалось не сразу, он просто отвык пользоваться конечностью полноценно. Брать предметы было проблематично, но он очень старался. А потом, выставив указательный палец, с тихим смехом пытался коснуться носа. Но это уже высший пилотаж.

— Немного практики и привыкнешь, — подбодрила я.

— Я могу оставить его себе? — парень нерешительно улыбнулся.

— Пока Олег Семёнович не сделает новый. И тебе придётся проделывать разные действия и записывать наблюдения. Если будет неудобство или задержка в реакции, сразу сообщай, — наставляла я.

— И что, я могу с ней идти? — Иван всё ещё не верил.

— Иди сын, и не забудь выполнять задание.

Парень ушёл, а мастер какое-то время молчал.

— Я всегда винил себя в трагедии. Любил работу больше семьи, детьми не занимался. Но в тот день всё изменилось, почувствовал, что мог потерять сына, так и не дав ему ничего. Сейчас мы сильно сблизились. Я заключил контракт, чтобы быть с ним рядом. Через год вернёмся в мирную жизнь. А с вашим протезом, надеюсь, в полноценную.

— Придётся ещё доработать немного, но я довольна первыми результатами.

Подправила чертёж с учётом изменений и ушла. Столько всего нужно сделать, времени катастрофически не хватает.

С завтрашнего дня у меня теоретические занятия в госпитале, а потом практика с боевиками. Хотя я готова прямо сейчас к ним отправиться, в госпитале мне делать нечего.

Так решила не только я. Видно, Рудольф Александрович так ко мне охладел, что спокойно отдал свои оставшиеся дни. И, скорей всего, даже не интересуясь мнением остальных целителей, которые готовились к беседе со мной.

Но я подневольная и утром отправилась на местный полигон. Здесь не было защищённой площадки, просто территория недалеко от зоны отчуждения. Я всё ещё не могла избавиться от неприятного чувства присутствия в прямой видимости Чёрных пут. Единственное, что радовало — отсутствия как таковой реакции, ну разве только на волны. Но это не чёрная кровь, просто работает ключ, обостряя моё чувство самосохранения.

Сегодня я работала с офицерами в количестве двадцати трёх человек. С разрешения Сотникова и Рокотова готовилась передать новую броню и дар Воздуха тем, кто не имел. Когда я начала вступительную речь, то заметила на лице коменданта гарнизона, которого представили как Георгий Яковлевич, неодобрение, мужчина сжал губы и даже ноздри раздул. Я понимала, это реакция на то, что его не предупредили, а ещё я мелкая девчонка, которая по нелепому стечению обстоятельств достигла такого положения.

Может, домыслы, но я видела именно это.

Так, хватит капаться в людях — работаем.

Дар получили практически все. Четверо уже имевших сразу приуныли, но появилась другая особая категория — маги Земли. Для них у меня был ещё один сюрприз. Я настояла на передачи им брони из четырёх стихий. Но это отдельное мероприятие и только после согласования с командиром надзорников.

А сейчас передав трёхстихийную броню, приступила к указаниям по её использованию и объяснению уже встроенных функций. Здесь были боевики, которые знакомы с моими занятиями. Они спокойно восприняли все мои новшества. Но была категория тех, у кого читался скепсис, когда я встала перед строем офицеров, сейчас они его растеряли.

Надев броню, я на себе показывала действие. Пошли лёгкие спарринги. Я давно этого хотела, только мне не разрешали. Здесь же восприняли с энтузиазмом. Вначале действовали совсем щадяще, потом разошлись. Я парировала удары, после каждого делая паузу и объясняя, чем противодействую.

Бойцы попросили показать мой арсенал, и я поделилась своими наработками. Особенно им понравилась мина-липучка. Она была в двух конфигурациях обычная рунная и термоядерная, как я её назвала для себя. Здесь такого слова не знали, поэтому просто усиленная. В неё входил блок с кристаллом.

Единственный минус, нужно было подойти ближе к объекту, и активировав, очень быстро убегать и, желательно прикрывшись щитом, потому что шарахнет так, мало не покажется. Я понимала, что нашлись умники, сразу подумавшие о чёрных кристаллах. Но думаю, они понимают, к чему может привести этот взрыв.

Я поняла, что подобные методы и до меня использовались, так что спокойно отдала и несколько других наработок.

Как я и предполагала, верней планировала, пару следующих дней я сидела уже на другом конвейере, а именно раздаче дара Воздуха. Такого количества счастливых лиц, гарнизон, наверное, никогда не видел.

Но самое удивительное, что и меня ждал сюрприз — выходной.

Проснувшись утром, я, честно сказать, даже растерялась. Чем я буду заниматься? Повалялась с полчасика, посмотрела в окошко. Завтрак, прогулка по гарнизону с незаметной охраной.

Пришла неожиданная идея, и я напрямую направилась к надзорному участку, а именно к их начальнику. Я думаю, кому нужно, и так знает, что охрана денно и нощно за мной следит, так что не удивлю прямым контактом с надзорниками. Идея была простая, верней просьба, мне нужна была машина, которая отвезёт к площадкам, где проходит практика у студентов. Но мне нужна была только одна, третьего курса, а именно группа Миши.

Мне не отказали, как говорится, чем бы дитя ни тешилась, лишь бы пользу приносило.

Мини-полигоны были ограждены силовыми полями, но скорей от неосторожного использования магии, уж очень несерьёзно всё выглядело, по сравнению с полигоном в академии.

Меня подвезли к нужному месту. Машина сразу привлекла внимание группы. К нам направился офицер, проводивший занятие. Я вышла из машины, когда мужчина подошёл к краю ограждения, удивление быстро сменилось улыбкой.

Деактивировав щит, он впустил неожиданную гостью. Ребята, увидев меня, вообще ликовали.

Поймала взгляд своего парня, он мой, никому не отдам, — мысленно сказала ему в лицо. Хотя группа была совместная с девчонками, уже не стесняясь улыбнулась Михаилу, боковым взглядом заметив недовольные мины. Ох и разговоров пойдёт, хотя давно назревало.

В этой группе все имели дар Воздуха, поэтому я своевольничала и обнародовала перед ними новую броню. Офицеру пришлось даже прикрикнуть, когда по рядам прокатились восторженные возгласы.

И началось занятие как для офицеров, только в облегчённом варианте.

Когда я заканчивала первый час своего мастер-класса, то почувствовала сторонний взгляд, да и ребята из группы смотрели мне за спину, не задумываясь, обернулась. Рядом с машиной надзорников появилась ещё одна, а перед ней стоял комендант.

Ну сейчас начнётся, — читала в его глазах всё, что он обо мне думает.

Повернулась к ребятам, виновато улыбнулась, переведя взгляд на обеспокоенного Мишу, и поспешила к мужчине.

Я вышла за ограждение, щит за мной опять поднялся, отрезая невольных свидетелей разговора.

— Значит, так вы проводите свой выходной? Вам дано распоряжение на отдых, так вы ещё и своевольничаете! — начал нравоучение Георгий Яковлевич, но я не заметила злости. — И ещё. Перед тем как вносить изменение в учебный процесс, стоило поставить в известность прежде всего меня.

А меня вот что интересовало, кто доложил? Но, к сожалению, спросить было не у кого.

— Внесу ясность, — решила парировать в своём духе. — В данном случае я просто продолжила начатое в академии. И посчитала резонным внести новшество здесь, чтобы будущие бойцы прониклись духом именно на границе, поняли, для чего это всё нужно. Здесь больше чувствуется ответственность за свою силу.

Комендант хмыкнул.

— Я не могу выделить время для других групп, у вас утверждённое расписание, но, думаю, вам следует отправиться на границу со студентами, чтобы и вы поняли, игры здесь неуместны. Здесь война! И дисциплина — это залог слаженных действий, — буквально процедил мужчина.

— Как прикажете, господин комендант, — я вытянулась по струнке, но не смогла скрыть несерьёзность своего действия. Георгий Яковлевич только головой покачал и ушёл.

Распоряжения покинуть полигон не было, поэтому я продолжила занятие и отправилась в столовую вместе с группой.

Столовая студентов была близнецом нашей, преподавательской. Только под обеденные залы заняты все три этажа. Но имелось и отличие, почти все здесь были знакомы, так как через мои занятия проходили все боевики.

Жёсткая дисциплина отсутствовала, ребята переговаривались, и когда увидели меня, послышались приветственные фразы.

Отмела последнее стеснение и отправилась за стол вместе с Мишей, он только ехидно улыбался. Однокурсники, которые сидели за столом, потеснились, я видела, как они недвусмысленно поглядывают на нас. Но это не девушки, лишних вопросов задавать не будут.

После обеда у третьего курса была теория, туда я тоже отправилась с группой своего парня.

Офицер, вёдший занятие, тоже решил не стесняться и вовлёк меня в урок, который превратился в дебаты, очень интересные и полезные, прежде всего для студентов.

А после занятия меня ждал небольшой сюрприз. Передали конверт с распоряжением, что на завтра я прикрепляюсь к этой группе для поездки на границу. Ну да, там будет практикум для боевиков, целителям там не место, третьекурсникам, по крайней мере.

На вечерней прогулке сказало об этом Михаилу. Сегодня мы гуляли вдвоём, Стелла была занята.

— Всё, нас уже в пару записали, — парень сказал это сощурив глаза, как довольный кот.

— Ты же сам этого хотел. Теперь точно никто больше не подойдёт с намерениями жениться, когда я вырасту, — я рассмеялась.

Вспомнился Эрик. Видела его мимолётно, даже не глянул в мою сторону, хотя не удивлюсь, что заметил.

— У меня нет конкурентов, — самодовольно улыбнулся Миша.

— Конечно, где ж я ещё такого самовлюблённого найду.

— Тебя я больше люблю, — парень посмотрел на меня с теплотой.

— Позже поговорим об этом. Не нужно торопить развитие отношений, — говорила, а сама предательски посмотрела на его губы, очень сильно захотелось поцеловать.

— Ты, как всегда, права. Просто я никогда ничего подобного не чувствовал, хочется обнять тебя и больше никогда не отпускать, — продолжал хитро улыбаться.

— Успеешь, медведь. Никуда я от тебя не денусь, если сам выдержишь ожидание, — напомнила ему о своём возрасте.

— Выдержу. Где ж я ещё богиню найду.

Пришлось отвлекать его от неудобной для меня темы. Перешли на обсуждение завтрашнего дня. Как поведал Миша, выезд на границу должен быть позже, но, видно, из-за меня его перенесли.

Что нас там ждёт? В первую очередь — атмосфера. Зона отчуждения — это пространство, в котором могут колебаться Чёрные путы во время приливной волны, так её называют. Поэтому земля у самой границе безжизненная, так как умирает всё живое.

Не всё, — поправила я мысленно. Носители чёрной крови прекрасно живут.

Следующее, что нас ждёт — это знакомство с живыми тварями.

— Там такие образины водятся. Нам, когда в первый раз показали близкие съёмки, некоторые ребята испугались не на шутку. Представляю, что было у девчонок, — Миша рассмеялся. — А завтра живьём покажут.

Да, миленьки мой, не знаешь ты, что там реально водится. А покажут нам что-то относительно безобидное, так, чтобы ночью спать могли.

А я вот о чём подумала, а ведь у меня не сформировался страх перед тварями. Хотя не уверена, что он не появится, если я в жизни с ними встречусь. Или стороннее воздействие хранителя полигона виновато, или я настолько реалистка, что понимаю разницу между этим миром и тем.

Ну раз меня откомандировали к этой группе, то решила и на построение с ними сходить. Миша принял это с сарказмом, а в группе почему-то с опаской, по крайней мере, несколько человек.

Построение было общее для всех студентов. Зачитали приказы, наряды на завтра, а также огласили нарушителей, такие тоже присутствовали. Хулиганами оказались два парня с четвёртого курса. Вменялась драка с порчей имущества. Причины не говорили, но не удивлюсь, что девчонку не поделили.

Почему-то вспомнился Дечебал, да и Даниила давно не видела. Постаралась со своего места хоть кого-то найти, в свете фонарей было проблематично. Бросила это бесполезное занятие и стала рассматривать спину Михаила, который стоял несколькими рядами дальше, я же пристроилась в самом конце коробки.

Да, он прав, тоже хочется обнять его и не отпускать. Надеюсь, это чувство не испарится за годы ожидания.

Мой любимый мальчик, — казалось, он почувствовал мои мысли, потому что чуть повернул голову и слегка улыбнулся.