Профессор магии на полставки. Том 2

Глава 3

Ректор как обычно находился в своём кабинете. В отличие от нашей прошлой встречи, сегодня он выглядел вполне себе расслабленно.

— Присаживайся, Алексей, в ногах правды нет, — по-доброму улыбнулся старик, подзывая к себе рукой. Дождавшись, когда я сяду на кресло, он продолжил: — Как проходит подготовка к турниру?

Всё-таки угадал, из-за чего он меня позвал. Даже чуточку жаль, что всё оказалось настолько прозрачно.

— Смотря что вы имеете в виду. Если по части подготовки, то более мои консультации там не требуются. У работников и так были сжатые сроки, а сейчас и подавно не осталось времени, — я пожал плечами и добавил: — Если же речь идёт о подготовке моей группы, то не думаю, что они покажут слабый результат. Лидия Евгеньевна, Максим Леонидович и Елена Борисовна частично раскрыли свой потенциал. Остальные пока что в процессе, но не факт, что подтянутся к их уровню.

— Учитывая, что ты даже месяц с ними не работаешь — это выдающийся результат, — похвалил меня ректор, продолжая добродушно улыбаться.

— Приму за комплимент, — сказал я, но даже не думал отходить от намеченной сегодня цели. И судя по тому, как пропала улыбка на лице Ланцова, он обо всём догадался. — Аристарх Евгеньевич, я не собираюсь отказываться от обучения этой группы, но утаивать от меня правду излишне. Не находите, что это может помешать мне исполнить ваше желание и тем самым закрыть долг моего рода?

— Боюсь, это не та тайна, которую я при всём желании мог бы тебе рассказать при найме, — лоб ректора сморщился как изюм, будто он вспоминал что-то очень неприятное. Что ж, теперь я догадываюсь, с кем он заключил договор о неразглашении.

— А сейчас что-то изменилось? — я приподнял левую бровь и пристально глянул на старика.

— Да, однако подробности я раскрывать всё равно не могу, — ректор положил руки на стол, отбил ими какой-то незнакомый мне ритм, будто до сих пор не решаясь пойти на какой-то шаг, и покачал головой. — То, что я сейчас скажу, не должно покинуть стены этого кабинета.

— Само собой, — кивнул я, пытаясь понять, что сейчас на уме у старика.

— Ты слышал о таком термине, как аномальный маг?

— Первый раз слышу, — едва заметно вскинул я брови. — Это какой-то новый термин?

— Да. Так в узких кругах аристократии называют людей с выдающимся потенциалом, — я с трудом сдержал смешок на его высказывание такого вида. — Взять, например, Елену Фролову. Ты ведь сам видел, какой разрушительной силой она обладает в свои восемнадцать лет. Таким результатом далеко не каждый маг похвастаться может.

— Если говорить о чистой магической мощи, то на мой взгляд она сильна, но не более того, — я развёл руками. — Большинство магов, способных думать и не отлынивать от тренировок, могут добиться таких же результатов.

— Чего я, собственно говоря, ожидал услышать от такого же аномального мага? — внезапно усмехнулся ректор, чуть не застав меня врасплох.

— Аномального? — переспросил я Аристарха Евгеньевича. — Во мне аномальное лишь то, что я с детства заключил договор с фамильяром. И даже так, это случилось благодаря сложившимся обстоятельствам и моему гневу. Ну и капельке воли, благодаря которой я выкарабкался из того дерьма, куда меня пытались засунуть.

— При этом в свои двадцать четыре года, насколько мне известно, ты убиваешь тех монстров, против которых раньше выходили только группы высоких рангов, а то и вовсе князья, — не согласился со мной старик, при этом став как-то косо на меня смотреть. — Чего далеко ходить за примером. Когда я тебя нанимал профессором и ты проявил силу, я только убедился, что ты способен сражаться со мной на равных. Не победить, но дать отпор человеку, который большую часть жизни посвятил магии и оттачиванию своих навыков.

— Аристарх Евгеньевич, всё относительно, — я сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла. — Практически всё свободное время я тратил либо на сражения, либо на изучение магии. Абсолютное большинство аристократов тратит время на светские мероприятия, на вникание в дела родового бизнеса, на интриги, крутящиеся вокруг них. Они попросту не занимаются магией в должной мере — банально нет столько времени, чтобы ещё и это направление поддерживать на нужном уровне. С чего вдруг им в молодом возрасте становиться сильнее?

— Не будем впадать из крайности в крайность, — Ланцов протянул ладонь вперёд, давая понять, что этот разговор ни к чему не приведёт. В целом, тут с ним было не поспорить. У него своё мнение, у меня свое, и тут ничего не попишешь. — Алексей, лучше скажи, ты планируешь присутствовать на турнире в качестве зрителя?

— Нет. Зачем оно мне? Пусть детишки сами развлекаются и показывают мастер-класс, — отмахнулся я рукой, а то такое чувство, будто на меня ещё обязанности хотели повесить.

— Весьма категорично. А ты знаешь, что за турниром в том числе будет наблюдать первый принц, глава имперской службы безопасности, великий мастер алхимии Б…

— Не надо при мне произносить её имя вслух, — от одного её упоминания у меня дернулся глаз. — Одного её появления в зрительском зале достаточно, чтобы я не приходил. Однако даже не будь этой га… женщины там, я всё равно бы не приходил.

— Насильно уговаривать я тебя не собираюсь, — понимающе кивнул ректор и с намёком добавил: — Однако прислушайся к моему совету. Лучше тебе прийти.

— Посмотрим, — расплывчато ответил я.

Не думал я, что беседа с ректором меня так утомит. Под конец почти двухчасового разговора обо всём я чувствовал себя выжатым как лимон. Вот мне ещё одно напоминание, почему я не слишком жалую светские мероприятия. Челюсть отвалится, пока со всеми поговоришь.

— А я думал, ты к студентам успел прикипеть, — сказал Ворон, появившись на моем плече. — Зачем вести себя так, будто они тебе чужие?

— Турнир это скучно, особенно когда от меня ничего не зависит, — хмыкнул я в ответ, из-за чего проходящий старшекурсник невольно отшатнулся в сторону. Ну ещё бы, для него я вообще разговаривал с воздухом. — Тем более ты не учитываешь важный момент. Мое отсутствие — это тоже часть испытания. Они должны научиться сами выбираться из опасных ситуаций, а не ждать моей помощи. Иначе во всей группе останутся одни бездарности, которые сами палец о палец ударить не смогут.

— И то верно, — согласно кивнул Ворон. — Не знаю как ты, но я за турниром понаблюдаю. Хочу увидеть лицо Чернышева, когда его самодовольных студентов изобьют первокурсники.

— Какой ты злой, — громко рассмеялся я, из-за чего теперь в сторону шандарахнулись несколько молоденьких девушек. — Добрее надо быть.

— Я и так сама доброта! Столько энергии пожертвовал, и ничего не попросил в ответ! — возразил мой фамильяр.

— Аргумент принимается, — сказал я, после чего поспешил в сторону дома.

Со вчерашнего дня я ничего толком не ел, а еда в местной столовой… Скажем так, она мне не приходилась по вкусу. Да и что может быть вкуснее еды, приготовленной своими руками?

Поэтому придя домой, я было собрался приготовить себе шашлык, а то зря я, что ли, заказывал заполнить холодильник курицей и свининой, но не тут-то было…

— Это как-то странно, тебе не кажется? — сказал Ворон и не менее ошарашенно, чем я, смотрел в этот момент на часы брата.

— Защита не сработала. Даже сильный и искусный маг не смог бы проникнуть внутрь без вмешательства в конструкт, — покачал я головой. М-да уж, чем дальше в лес, тем больше грибы. — Проникновение мы в расчет не берём. Значит они сами собой оказались здесь. А как… Ладно, потом об этом подумаю. На сытый желудок мне думается легче.

— Ты прямо сейчас собираешься идти готовить? Серьёзно⁈ — с недовольством в голосе произнес Ворон.

— Ну а что мне делать? Шашлык сам себя не приготовит. Если хочешь, то так и быть, с барского плеча один шампур я тебе оставлю, — усмехнулся я, зная как побесить фамильяра на эту тему.

— Ещё бы у меня был желудок, чтобы твой шашлык переварить… — Ворон стал недовольно щёлкать клювом. — Лучше бы маной так охотно делился, как свои шутки шутишь.

— Ты и так её поглощаешь больше любой сущности тьмы, с которой я заключил контракт. Даже больше Вельзи, — я сложил руки на груди и призвал теневые щупальца, чтобы приготовить маринад. — А уж насколько она ненасытная, я вообще молчу.

— Вельзи хотя бы объелась, а я что? — с этими словами Ворон махнул крылом, будто признал поражение. — Ай, все с тобой понятно. Жадина.

— Не говядина же, — сказал я, нарубая курицу на нужные мне куски.

Сегодняшний день не переставал меня удивлять. В этот раз причиной удивления стала Морозова.

— То есть вы видите своих двойников, я прав? — подытожил я после того, что мне девушка рассказала.

— Теневых двойников. Они очень похожи на ваши живые тени, только ещё умеют говорить и нашёптывать мне на ухо, — спокойно уточнила девушка, словно рассказывала о какой-то мелочи. — Я с таким сталкиваюсь впервые.

— Очень странно. Я не ощущаю от неё чужеродную энергию, — щёлкая клювом, сказал Ворон, внимательно разглядывая княжну. — Возможно последствия моей магии, но очень маловероятно. Вы уже вернули себе связь с осколком?

— Нет. Вернее сказать, я чувствую, что могу использовать его силу, — в подтверждении своих слов, девушка призвала в руку небольшой чёрный шарик тьмы. — Но вот сам он почему-то замолк. Я подпитывала его маной, но ничего не изменилось.

— Осколки в целом нестабильны, — задумчиво подметил я, положил большой и указательный палец на подбородок. — Возможно из-за взрыва он был частично повреждён и теперь ему требуется гораздо больше времени на восстановление. Однако это не объясняет, откуда у вас появились зрительные галлюцинации.

— Это не галлюцинации, — всё также спокойно ответила Морозова. — Например, они могут видеть то, чего не вижу я. Недавно одна из них утверждала, что в тумбочке возле телевизора лежит сосновая шишка.

— Ворон? — я обернул голову и пристально посмотрел на своего фамильяра.

— Тебе не понять, — ответ говорил сам за себя.

— Что ж, это и впрямь не галлюцинации, — согласно кивнул я. — Только как вам помочь, я без понятия. Это проявление уникальной для меня силы, которую ни я, ни мой фамильяр ощутить не можем. Самым лучшим решением будет научиться их контролировать. Для этого опять же, придётся осваивать магию тьмы.

— Всё сводится к тому, что сначала придётся найти хозяина осколка и заключить с ним договор, — верно подытожила вместо меня девушка. — Я справлюсь, можете не переживать. Только давайте как только вы посчитаете меня достойной, мы отправимся в Аномалию.

— Откуда такая спешка и желание самоубиться? — я пристально посмотрел на девушку.

— Эти двойники… Они постоянно требуют, чтобы я вас убила. Если они вдруг начнут становиться материальными…

— Это очень маловероятно, — ответил вместо меня Ворон. — Даже если они обретут физическое воплощение, то будут очень слабыми, на начальных порах уж точно. Любая магия — это во многом про поиск компромиссов. Можно создать дальнобойную магию, но тогда будет хромать её мощность. Можно создать убойную магию, но тогда радиус атаки будет сильно меньше. Конечно, частностей хватает, но думаю и так понятны общие принципы. В вашем случае это идеальные шпионы, которые не способны причинить никому вреда. Хотя идеальные это громко сказано — они ведь не отдходят очень далеко от вас.

— Ворон прав. Правда, думаю, тут проблема в другом, — я сложил руки на груди и добавил: — Это лишь теория, но похоже, вы переросли осколок, поэтому теперь не можете с ним связаться. Либо из-за всплеска тьмы Ворона, либо кто-то втайне вас усилил. В любом случае, внятного ответа я вам дать не способен.

— Вы и так слишком много мне помогаете, — мягко улыбнулась княжна. — Я хотела получить совет, куда стоит мне копать. Я его получила, за что вам чрезмерно благодарна.

— Пустяки, — отмахнулся я рукой.

— К слову, Алексей Дмитриевич, вы уже слышали про чистки? — с любопытством в голосе поинтересовалась Морозова.

— О каких чистках идёт речь? — недоумённо спросил я. Вроде бы сегодня только разговаривал с ректором, но он ничего такого не говорил.

— Мои двойники подслушали парочку преподавателей, что скоро в Академии начнутся чистки неугодных студентов, — опустив взгляд в пол, сказала девушка, но уже через секунду посмотрела мне в глаза, поправляя челку. — Они сказали, что турнир создан в первую очередь для исключения слабых студентов, которые не способны показать достойный результат. Это особенно сильно касается прикладных направлений магии.

— Звучит логично. Я вам ещё в первый день знакомства говорил, что исключу тех, кто не сможет пройти моё испытание через месяц. Можно сказать ничего не изменилось, кроме сути экзамена, — пожал я плечами. — Хотя и впрямь странно, что они для этого решили использовать турнир. Там многое зависит как раз от сплочённости команды.

— Проблема немножечко в другом, Алексей Дмитриевич, — княжная положила руки на колени, словно пай девочка. — В Академии увеличилось число учащихся простолюдинов, и они внезапно стали показывать лучшие результаты, чем большинство аристократов, которые до этого кичились своим высоким происхождением и домашним обучением. Многим преподавателям это не нравится, поэтому они хотят «вычистить» слабые звенья, чтобы на фоне оставшихся простолюдины смотрелись блекло.

— У кого-то явно страдает самооценка, — ухмыльнулся я, после чего щёлкнул пальцами, призвал теневые щупальца и достал себе из холодильника тортик с ложкой. — Только сразу скажу. Если хоть один из вас попадет под чистку, я с остальных каждый день шкуру буду спускать, чтобы подобного не повторилось.

— Поверьте, Лидия Евгеньевна, он не шутит, — громко каркнул Ворон. — Лучше бы вам всем победить, иначе предыдущие тренировки покажутся цветочками.

— И я смогу всех вас гонять в своё удовольствие, — неожиданно за спиной Морозовой появилась Вельзи и крепко обняла её. Правда княжна на это никак не отреагировала. Быстро учится. Ну или ей двойники подсказали, что сейчас случится. — А ваш запах маны изменился. Такой яркий и густой…

— Вельзи, отпусти гостью, пока я не разозлился, — моего взгляда было достаточно, чтобы она с ухмылкой на лице исчезла. — Не обращай внимания. Все сущности тьмы немного… своевольны. Даже я не могу контролировать каждое их действие. Хотя нет, не так. Контролировать-то как раз можно, но не факт, что в критический момент они захотят приложить больше усилий, чем прописано в контракте или договоре. Поэтому хорошие отношения невероятно важны, и иногда можно позволять им вольности.

— Всё в порядке, Алексей Дмитриевич. Меня немного удивило, насколько отчётливо в этот раз я её увидела, не более того, — слабо улыбнулась княжна и добавила: — Время ещё есть. Как насчёт продолжить обучение? Помнится, мы остановились на оке ужаса.

— Само собой. Но сначала тортик. А то я от информации об этих интригах проголодался.

Оставшиеся дни до турнира пролетели как один. Большую часть свободного времени я уделял тренировкам студентов. Особенно заметно продвинулись в них Алеев, Фролова и Морозова.

Алеев так и не научился полностью контролировать свои молнии, но зато начал осознавать, где его побочные молнии будут попадать по врагу, а где не достанут до союзников. Да, это было жутко неудобно, но чего говорить, по разрушительной силе он превосходил любого.

Фролова тоже не отставала. Комбинированную магию мороза и воздуха она освоила на приличном уровне. Если говорить о пробивной способности, то в ней в группе не было равных.

Про Морозову. которую я лично обучал, говорить не стоило. Она быстро освоила не только нейтральную магию, но ещё и иллюзии, и магию тьмы. Да, заклинаний в её арсенале было маловато, но так и не она одна будет выступать.

Ко всему прочему я проводил самые разные опыты с часами брата, но с ними вечно происходило что-то странное. То измерительные приборы показывали, что это артефакт, то наоборот. Причём даже если я относил часы на несколько километров и закапывал в землю, по возвращении к себе домой я всё равно обнаруживал их на столе.

Как мне было к этому относиться, я не знал, поэтому просто перестал их изучать столь пристально. Пока не появится новых зацепок, я всё равно ничего не узнаю, а турнир всё-таки поважнее будет.

Особенно когда Ворон невольно подслушал, что очень многие преподаватели ждут провала тринадцатой группы. Самое забавное, что они считали, якобы я использую запрещённые виды магии в целях обучения. Идиоты, что с них взять. Можно подумать, делай я это на самом деле, и Ланцов в тот же день не сдал бы меня в ИСБ, от греха подальше.

Ладно, идиотов на свете хватает, и на каждом заострять внимание — себя не уважать.

Я, конечно, говорил, что не собираюсь приходить на турнир, но речь шла о трибунах и общении с аристократами. А понаблюдать издалека на действия преподавателей и судей лишним не будет. Большинство уж явно недружелюбно настроены в отношении меня.