Простите, декан, я не хотела! или новогодние шалости магического источника

Глава 40

Мы ехали обратно и как декан ни пытался, не смог меня разговорить.

Я просто смотрела в окно и пыталась набраться моральных сил для того, чтобы признаться ему в том, что всё знаю.

Мы подъехали к поместью и я мигом поспешила из машины.

— Эшли, стой! — раздался голос декана позади.

Нет-нет-нет.

Мне нужно было срочно туда, где люди.

Я ещё была не готова.

Совсем.

Совершенно.

Нисколечко не готова.

Зря я думала на сегодня.

Надо написать бабушке и сказать, чтобы ни за что не приезжала.

До конца каникул неделя.

Вот может быть через неделю я буду готова.

Но не сегодня и абсолютно точно не сейчас!

— Да постой же ты, — не унимался декан.

Ну уж нет.

Я была уже почти у дверей, как почувствовала, что меня неумолимо тянет назад.

Магией.

Он что?..

Я не успела додумать, потому что просто полетела по ступеням и оказалась прямиком в лапах декана.

Сердце бешено билось.

А голова кричала, что нужно бежать.

Но на вопрос “как” ответа не давала.

Я загнанно посмотрела в его карие глаза.

Декан смотрел недоумевающе и при этом решительно.

И вдруг совершенно неожиданно пошёл снег.

Я протянула руку, ловя снежинку.

Она защекотала ладонь.

Я хотела поймать ещё одну, но не успела.

Тёплые ладони декана, резко контрастирующие с холодом на улице, легли на мои щёки.

Я не успела ничего сказать или сделать.

Декан развернул моё лицо к себе и поцеловал.

Его губы опалили меня намного сильнее его рук.

По телу прошла волна мурашек и меня бросило в дрожь от холода.

А затем его губы властно смяли мои, вызывая настоящий жар внутри.

Неизвестный, головокружительный, пленительный и искушающий.

Внешний холод словно ещё сильнее подчёркивал этот жар.

Мне показалось, что я сейчас потеряю сознание.

Мой разум словно куда-то улетал, мысли становились тягучими.

А он всё целовал меня и целовал.

И мне казалось, что я умру, если он сейчас прекратит.

Я приподнялась на носках, чтобы быть ещё ближе и обняла его за шею.

Я не слышала ничего, кроме гулкого биения собственного сердца, отдающегося в ушах.

И, кажется, не чувствовала уже ничего, кроме его уверенных губ и сильных рук, всё сильнее прижимающих меня к его твёрдому телу.

Я словно была не здесь или я просто забыла, где нахожусь.

Но мне казалось, что это самое правильное, что я делала в жизни.

Что целовать его мне так же необходимо как дышать.

И мне хотелось остаться в этом мгновении навсегда.

Таком сладком и чарующем.

Но всё хорошее, как известно, рано или поздно заканчивается.

У меня окончательно закончился воздух и я оторвалась от декана.

Я тяжело дышала, смотря в его словно одурманенные глаза.

Его взгляд обжигал почти так же, как и его губы и я покраснела.

Я смотрела в его глаза и понемногу приходила в себя.

Мысли потихоньку снова начинали шевелиться.

И первая же мысль, возникшая в голове, ударила меня, словно выбивая весь воздух из лёгких и лишая меня возможности дышать.

Что я наделала?

Я оглянулась вокруг и поняла, что снежинки больше не падают с неба.

— Снег прошёл? — недоуменно спросила я.

Вот так подставил меня и сразу скрылся?

Декан довольно улыбнулся.

— Сейчас.

И снежинки вновь закружили в воздухе вокруг нас.

Я словила несколько ладонью, пытаясь понять, что происходит.

— Это что фальшивка? — глухим голосом спросила я.

— Это магия, Эшли.

Я обняла себя за плечи и вырвалась из его объятий.

— Это фальшивка. Всё, всё здесь фальшиво.

— О чём ты, Эшли? — нахмурился декан.

— О ваших чувствах, — засмеялась я с ноткой истерики в голосе и почувствовала горячие слёзы, прокатившиеся по холодной щеке.

— Почему ты считаешь их фальшивкой? Из-за зелья? Даже без…

— Да! — резко оборвала я его. — Из-за зелья, которого не существовало, ведь так?

Декан застыл, а я поняла, что права.

По его глазам было всё ясно.

— Так, Эшли, но…

— Ну, что, весело вам было? — зло спросила я. — Посмеялись вдоволь? Эрик, Виктория, кто ещё в курсе вашей несомненно весёлой шутки?

— Не было никакой шутки, Эшли, — серьёзно заявил декан, подходя ко мне.

— Стойте! — резко сказала я, выставив перед собой ладонь. — Не подходите.

— Выслушай меня, Эшли.

— Я слушаю, — пожала я плечами. — Что ещё мне остаётся, если я не могу уйти, из-за этой демоновой связи?

Я резко подняла руку и с презрением посмотрела на натянувшуюся золотую нить.

— Я люблю тебя, Эшли, — пронзительно сказал он, заставив всё внутри отозваться.

— Ложь.

— Дослушай.

— Слушаю.

— Я спрашивал тебя о том, что ты знаешь о драконах не просто так. Мы очень скрытные и у нас есть особая магия. А ещё у драконов есть понятие Судьбы. Судьбы, которую мы встречаем в другом человеке, маге, эльфе, драконе. Не важно.

От его слов я вся сжалась и боялась вздохнуть, чтобы ни пропустить ни слова.

— Ты — моя Судьба, Эшли.

— И когда же вы это поняли?

— В первую же секунду, как тебя увидел.

— И почему ничего не говорили? — спросила я, не понимая, верю ли я вообще в его слова.

— Потому что хотел дождаться, когда ты окончишь академию.

— И всё пошло не так? — язвительно усмехнулась я, пытаясь не показывать те чувства, что бушевали внутри.

— С тобой всё и всегда шло не так, Эшли, — грустно улыбнулся декан.

— Так это ваших рук дело? — спросила я, показывая на нить.

— Нет. Точнее не совсем.

— Что это значит "не совсем"?

— Тот дракончик, которого ты встретила. Он не только хранитель академии, но и хранитель моей семьи. Он так решил подтолкнуть нас друг к другу.

— Скажите ему, чтобы немедленно убрал это!

— Я не могу, Эшли, — ответил декан, вновь сделав шаг в моём направлении.

— Я сказала вам не подходить, — строго напомнила я. — И я совершенно точно вам не верю.

Декан Барнс тяжело вздохнул и остался стоять на месте.

— Ты — моя Судьба, Эшли.

— Тогда почему же я ничего не почувствовала, когда вас увидела?

— Потому что ты не дракон, — усмехнулся он.

— Значит я могу просто уйти? Выбрать кого-то другого, полюбить его и быть счастлива?

— Можешь.

— А вы?

— А я — нет.

Я горько усмехнулась, стерев очередную непрошенную слезу.

— Не повезло вам, конечно, с Судьбой.

— Я считаю иначе, Эшли. И я действительно тебя люблю.

— Когда любят, не врут.

— Что бы ты сделала, скажи я тебе правду сразу?

— Не знаю, — нахмурилась я.

— Ты бы испугалась. Закрылась и не поверила бы.

— Может быть и так, но это было бы честно.

— Я всё-таки наглый дракон, — насмешливо хмыкнул он.

— Невероятно наглый, — подтвердила я.

— Ты простишь меня, Эшли? — спросил он напряжённым голосом.

— Я не знаю, — помотала я головой.

— Почему?

— Я чувствую себя полной дурой, — тихо прошептала я.

— Ты не дура.

— Да. Я просто наивная идиотка, ничего не замечающая, — горько засмеялась я.

— Эшли, прости меня.

— Мне нужно время. Я не знаю. Мне нужно подумать.

— Но ты ведь тоже меня любишь, — заявил этот самоуверенный дракон.

— С чего вы взяли?

— Я чувствую то, что чувствуешь ты.

— Давно? — испугалась я.

— Нет. И не всегда. Только яркие.

— Тогда вы должны чувствовать, как я зла.

— Я чувствую другое. Чувствую, что ты меня любишь.

— Кажется, у вас определитель для чувств сломался.

— Ты меня любишь, — повторил он.

Внутри зудело раздражение и мне безумно хотелось, чтобы он перестал это говорить.

— Хватит это повторять!

— Почему?

— Бесит.

— Может потому что это правда? — усмехнулся он.

— Хорошо! — вскрикнула я. — Я в вас влюбилась, но это ничего, абсолютно ничего не меняет.

Декан Барнс не успел ничего ответить, как нить на наших руках загорелась сначала золотом, а затем словно сгорела прямо у нас на глазах.

— Что это? — ошарашенно спросила я. — Что только что случилось?

— Видимо, твоё желание исполнилось, Лайс.

— Но…

— Эшли Лайс, — прозвучал грозный голос мамы. — Немедленно иди сюда!