Рождество для поцелуев

ГЛАВА 28

БРИНН

Мы все сидим за столом. Я даже не буду спрашивать, где Картер раздобыл эти ледяные скульптуры в виде леденцов, стоящие между каждой парой.

— Только ты мог придумать это, — говорит Трэ, уставившись на шестидесяти сантиметровую глыбу льда перед ним.

— И почему именно леденец перевернут вверх ногами? — спрашивает Пирс.

Мне нравится, что он становится все более раскованным с моей семьей.

— Чтобы он не падал под весом льда. Это у вас, парни, мозги забиты похабщиной, я просто хочу, чтобы все было честно. — Картер обводит нас взглядом.

— Ладно, все. Только руки и рты, — мама закатывает глаза. — Поехали!

Пирс наклоняется ко мне.

— Я буду работать ртом с нижней частью, а ты руками. Поменяемся, когда тебе станет слишком холодно.

— Окей. — я расхохоталась, увидев, как Кензи смотрит с восхищением на Эндрю, который лижет палочку леденца.

Пирс наклоняется и принимается сосать кончик, а я вожу руками вверх и вниз по основной палочке. Вода стекает по моим запястьям на предплечья.

Трэ смотрит на всех нас так, словно вот-вот сдастся и ему плевать на победу.

— У тебя хороший рот, пусти его в дело, — говорит ему Тесса.

Клянусь, меня чуть не вырвало.

Я даже не смотрю в сторону родителей. Вообще, это отличная идея. Чтобы закончить это дело, мне нужно не смотреть на членов своей семьи. Бросаю последний взгляд вдоль стола и понимаю, зачем Картер привез Фейт в эту поездку. У нее есть такие навыки, что мне кажется, ей бы следовало вести мастер-класс.

Пирс отрывает рот ото льда, прежде чем снова приняться сосать его, словно это гигантский кубик льда, прикрепленный к палке или чему-то в этом роде. Он наблюдает за моими руками, его веки тяжелеют.

— Передумал. Давай поменяемся.

Я смеюсь, и он поворачивает скульптуру. Я сосу и лижу, пока его руки скользят вверх и вниз по стержню. Невозможно делать это так, чтобы это не выглядело пошло.

— Думаю, тебе придется позволить мне выиграть это самому, — шепчет Пирс. — Потому что я опозорюсь, если еще дольше буду смотреть, как ты сосешь или ласкаешь этот леденец.

— Поблагодаришь меня позже, — говорит Картер, который ничего не делает, а просто наблюдает, как Фейт работает за двоих.

— Почему бы тебе не проверить свои посредственные навыки? — указываю я на его ледяную скульптуру.

Картер щурится.

— Ладно, я выиграю это испытание.

— Это тупое испытание, и мы отменяем правило, которое позволило ему вообще появиться. — Трэ смотрит на маму, и та кивает.

Фу... фу... Мне нужно перестать оглядывать стол.

— Это действительно мучительно, — говорит Пирс.

Я опускаю руку под стол к его паху, и, конечно же, он возбужден от вида, как я сосу эту ледяную палку, словно это его член.

У нас три победы, а Трэ почти не старается. Картер вошел в раж после того, как я усомнилась в его навыках. Я не думаю, что нам вообще нужно проходить это испытание, чтобы обеспечить победу.

— Мы выбываем, — говорю я и скрещиваю руки.

Трэ приподнимает бровь, но их скульптура в основном просто тает от того, что ее вынули из морозилки. Картер уже на полпути, в основном, благодаря усилиям Фейт.

Остальные две команды все равно не выиграют соревнование.

— Я позволю тебе выбрать следующее испытание, — говорю я Трэ и протягиваю руку.

— Договорились. — он пожимает мою руку. — Мы выбываем.

— Вы не можете так поступить! — Картер смотрит то на меня, то на него.

— Можем и поступили. — я встаю. — Нам с Пирсом нужно кое-что завернуть. Увидимся все за ужином.

Пирс без промедления выходит со мной, и мы почти бежим к нашей вилле.

Едва за нами закрылась дверь, я прижимаю его к стене и нащупываю выпирающую ширинку.

— Тебя так заводит, когда я что-то сосу, да?

— Ты просто не представляешь. И спасибо за твою гениальную идею убраться оттуда.

Я опускаюсь на колени, не утруждая себя снятием ботинок, и обхватываю пальцами пояс его джинсов.

— Тебе идет быть на коленях, — говорит он, ладонью касаясь моей щеки.

— Что ж, а ты выглядишь достаточно вкусным, чтобы облизать, — я расстегиваю пуговицу на его штанах. Он стонет, я спускаю молнию, стаскиваю его джинсы до колен. Потом высвобождаю его из боксеров, сжимаю руку у основания и подношу головку к своим губам. — Подразнить тебя, как ты меня?

— Думаю, ледяной скульптуры была достаточно, — его руки впиваются в мой хвост. Мне нравится, как он его дергает. Я медленно провожу языком по стволу его члена, затем кружу языком вокруг головки. — Господи, твой рот. — его затылок ударяется о стену.

Да, нет ничего лучше, чем слышать такое и доводить парня, в которого влюбляешься, до края, зная, что все это из-за тебя.

И это здорово, что Пирс из тех, кто отвечает взаимностью, потому что после того, как он кончает мне в горло, он укладывает меня на кровать и возвращает долг.

Мы собираемся на ужин, хотя мне очень хочется остаться здесь с ним и проверить, сколько поз мы можем освоить.

Пирс великодушно позволил мне собраться первой, так что я сижу на диване с ноутбуком, изучая текущий брендинг «The Mad Batter», как просила Тесса. Это милая пекарня с тематикой «Алисы в Стране чудес». У нее есть печенье с фразами вроде «Съешь меня», что мне нравится, но определенно есть над чем поработать и что обновить.

Пирс перекидывает ноги через спинку дивана позади меня и зажимает меня между собой и компьютером, упираясь подбородком в мое плечо.

— Что делаешь?

— Смотрю на пекарню Тессы.

Он ничего не говорит.

— Что думаешь?

Он целует меня в шею.

— Думаю, ты справишься.

— Спасибо, но я хочу знать, что видишь ты.

Он вздыхает.

— Устарело. Я бы, наверное, полностью обновил магазин, сделал новый логотип, без Алисы из Страны чудес. Название магазина уже намекает на это, и пока у нее есть товары, чтобы удовлетворить воодушевление фанатов, ей стоит расшириться, чтобы привлечь людей, которым плевать на Алису в Стране чудес.

— Я думала о том же. Плюс, это небольшой бизнес, принадлежащий женщине.

— Все это хорошо с точки зрения потребителей, — говорит он.

— Посмотри на эти милые печеньки, — я показываю на печенья «Съешь меня».

— Я лучше съем тебя, — он притворяется, что собирается укусить меня за шею, и я хихикаю.

— Эй. — я закрываю ноутбук и поворачиваюсь к нему лицом. — У нас проблема.

Его лоб морщится.

— Какая проблема?

Я склоняю голову набок.

— Мы претендуем на одну и ту же работу, помнишь? — его голова откидывается назад, и он улыбается. — Плюс, мы живем в разных странах.

— Но если я получу работу вместо тебя, — он подмигивает, затем прижимает лоб к моему. — Шучу.

— Я спрашиваю только потому, что до Рождества осталось два дня, а потом мы уезжаем отсюда.

Я возвращаюсь в Портленд, и…

— Я могу поехать в Портленд, — говорит он так, будто это пустяк.

— Имеешь в виду, пока не получишь ответ от Энцо?

Пирс вздыхает.

— Честно, я не знаю, что делать с той работой. Я очень счастлив сейчас. Я знаю, нам предстоит многое решить, но в Лондоне для меня ничего нет.

Мое сердце бешено колотится. Что он говорит?

— Но есть возможность работы в Нью-Йорке. Что, если один из нас ее получит? Что тогда будет с другим? Или что, если никто из нас ее не получит? — спрашиваю я.

Я даже не уверена, что хочу жить в Нью-Йорке. Это не совсем мое, но, возможно, Рождество — это просто более суматошное и безумное время, чем обычно. Наверное, мне стоит спросить Тессу, раз она жила там и переехала в Портленд с Трэ после их встречи.

Он пожимает плечами.

— Если ты получишь работу, я уверен, что смогу поискать другие вакансии в маркетинге в Нью-Йорке.

Неужели он уже решает, что мы поедем туда, куда поедет другой?

— То есть, мы попытаемся остаться в одном городе?

Он проводит пальцами по моей спине.

— Я бы хотел. Разве ты не хочешь того же? Это было бы слишком быстрое развитие событий?

Я задумываюсь на секунду.

— Это странно, если не чувствуется, что это быстро?

Он усмехается и целует меня в щеку.

— Нет. Это наше решение, что мы хотим делать. Я не хочу быть вдали от тебя. Я не прошу брака или даже совместного проживания, но я хочу быть в том же почтовом индексе. Вот и все.

Я разворачиваюсь и сажусь верхом на него, цепляясь за него, как коала.

— Я тоже. Я тоже этого хочу.

— Тогда давай так и сделаем. Я поеду с тобой в Портленд, пока мы не получим ответ от Энцо, а потом решим, что делать. Я даже остановлюсь в отеле, чтобы тебе не пришлось меня пускать.

Я откидываюсь назад и смотрю в его большие зеленые глаза.

— Ты останешься со мной, точка. И могу ли я просто сказать, насколько взрослой я себя сейчас чувствую? Как будто в этот раз у нас действительно все схвачено.

Он смеется, а я осыпаю поцелуями все его красивое лицо. Жизнь прекрасна. Но Пирс еще лучше.