Рождество для поцелуев

ГЛАВА 3

БРИНН

Я швыряю чемодан к комоду и плюхаюсь на кровать.

Серьезно, Вселенная? Ты именно сейчас решила вернуть его в мою жизнь?

Я вскакиваю, хватаю сумочку и начинаю рыться в ней в поисках телефона. Мне нужно с кем-то поговорить о том, что только что произошло.

Затем я понимаю, что я никому не рассказывала о Пирсе. И мне не хочется пускаться в унизительный рассказ о том, как маленькая Бринн была глупой девочкой, решившей, что одни выходные с парнем, встреченным в другой стране — это некая форма судьбы.

Я качаю головой над той версией себя и ее идиотской идеей, что первый парень, которого она подцепила в пабе, якобы всю свою жизнь ждал, когда она войдет в дверь. Словно за ней горело теплое желтое сияние.

Это наивно и глупо так заблуждаться.

Но встреча с ним снова поднимает все эти чувства. Его высокое, стройное, но мускулистое тело по-прежнему источает уверенность в себе, ему комфортно в своей шкуре. То, как его брови сдвигаются, когда он о чем-то задумывается. Его дурацкий выразительный подбородок и сильный нос. Он чертовски идеален, и даже спустя годы его вид заставляет меня перехватывать дыхание.

Выпить? Он с ума сошел? Черт, нет.

Я снова ложусь и всматриваюсь в потолок, мой разум не в силах избежать возвращения к моменту, который я от себя отдаляла годами. Вот уж рождественское волшебство, в воздухе в тот вечер действительно витало нечто.

Я приехала в Лондон за три дня до этого и уже обустроилась в своей комнате в общежитии. Моя мама была не в восторге от того, что я учусь за границей целый семестр. Особенно с учетом того, что мой брат служил в армии. Я видела, как страх за его безопасность не давал ей спать по ночам, когда брат решил пойти в армию после школы. Я не хотела добавлять ей больше беспокойства, но это был всего лишь один семестр. Конечно, поскольку моя мама потрясающая, она сказала, что я могу это сделать при условии, что если она позвонит, у меня будет час, чтобы ей перезвонить. На тот день я уже говорила с ней три раза.

Моя соседка по комнате, Молли, позвала меня куда-нибудь сходить, и я чуть не отказалась, потому что не ожидала, что тоска по дому накроет меня так быстро. Лондон был на другом конце света от всего, что я знала, и я уже начала жалеть о своем решении. Но в итоге я согласилась, решив попытаться выйти в люди и построить себе жизнь на следующие несколько месяцев.

Я полагала, что выпью пару бутылок пива, поболтаю о пустяках и вернусь в свою комнату. Я не ожидала встретить его.

Я была у стойки, чтобы взять еще, поскольку моя соседка настояла на том, чтобы купить мне первое пиво. По правде говоря, я учуяла Пирса еще до того, как увидела его. Он сидел справа от меня спиной, а его одеколон был свежим, с древесными нотами. Я подумала о своих братьях и о том, что, возможно, этот одеколон станет хорошим подарком на праздники.

Первым меня заметил его друг, он посмотрел на меня, и я вежливо улыбнулась, но мне было неинтересно. Я старалась не обращать внимания, протягивая деньги бармену, чтобы он помог мне, но их разговор рядом со мной затих. Когда Пирс повернулся на своем стуле, тот задел мое бедро, а его колено коснулось моего внешнего бедра.

Я взглянула на него, ожидая увидеть мужчину, но не настолько красивого. Его изумрудные глаза бросали мне вызов, заставляя вспомнить, что я делала ранее. Но больше всего меня поразила его улыбка, то, как она медленно расползалась, пока его белые зубы не засверкали под розовыми губами. Он завладел всем моим вниманием.

Я поняла, что он старше меня — это было очевидно по тому, как его ни капельки не смущало, что я онемела и не могу оторвать от него взгляд. По той тихой уверенности, что его окружала.

— Что вам налить? — спросил бармен с нетерпением в голосе.

Я повернулась посмотреть, а он кивал, словно говоря «давай уже».

— О... э-э-э... пиво.

— Какое именно? — спросил бармен, окидывая взглядом остальных людей, которым нужно было обслужить.

— Э-э-э... вот то. — я указала на одну из пивных колонок, надеясь, что это не темное пиво.

— Пинту или полпинты? — бармен тяжело выдохнул и обменялся с Пирсом раздраженным взглядом.

Я почувствовала, как у меня запылали щеки, и мне вдруг захотелось начать обратный путь в Орегон, даже если для этого пришлось бы переплыть Атлантический океан.

— А какая из них меньше?

Бармен снова посмотрел, на этот раз на друга Пирса — и его плечи опустились.

— Позвольте? — Пирс обратился ко мне, его завораживающая улыбка была на виду.

Я кивнула, не зная, что делать.

— Пинту светлого эля, — сказал Пирс.

Бармен кивнул и начал наливать мое пиво.

— Спасибо, — сказала я.

— Туристка? — спросил он, затем наклонился и полез в задний карман за своим кошельком.

— Вроде того.

Бармен прервал нас. Если бы не он, возможно, я бы сказала Пирсу, что учусь здесь, и мы бы выяснили, кем приходимся друг другу, и на этом все бы закончилось.

— Позвольте мне угостить вас выпивкой, — сказал Пирс, и бармен проигнорировал мои деньги и взял деньги Пирса.

Я закатываю глаза при воспоминании о том вечере в пабе. Поднимаюсь, беру чемодан и начинаю распаковывать вещи, отгоняя от себя все мысли о Пирсе. Это был мимолетный эпизод. Я больше его не увижу, и на этом все закончится.

Мой телефон издает звук. Я перестаю развешивать одежду и отвечаю на сообщение в общем чате семьи, который всегда выходит из-под контроля, но особенно сейчас, когда Рождество уже почти на носу.

Трэ: Все еще злишься, что придется приехать сюда?

Приложено фото интерьера его коттеджа с пылающим камином и Тессой, сидящей на диване.

Мама тут же подключается, потому что, мне кажется, ее телефон приклеен к руке, пока мы все не окажемся там в целости и сохранности, снова вместе.

Мама: Не выводи ее из себя перед собеседованием.

Папа: С ней все будет в порядке. Она наша звезда. Все любят ее победоносный характер.

Картер: Победоносный характер? Я думал, я твоя звезда.

Трэ: Все знают, что звезда — это я. Алло, я бывший рейнджер Армии... Я старше вас обоих по званию.

Мои большие пальцы замирают над экраном, потому что я не знаю, что написать. Пирс действительно сбил меня с толку.

Тесса: Игнорируй его, Бринн. У тебя будут все те же удобства, как дома. Мы с мамой позаботились об этом.

Бринн: Я устала с перелета. Увидимся завтра вечером. Чья же из ваших жалких задниц будет меня забирать?

Тишина. Что в моей семье никогда не является хорошим знаком.

Бринн: Алло?

У меня такое чувство, будто они все ждут, что кто-то один сообщит мне какую-то ужасную новость.

Папа: Все удачно сложилось. Друзья Тессы, Кензи и Эндрю, прилетают тем же рейсом, что и ты, так что ты поедешь с ними.

Ладно, это совсем неплохо, почему они боялись мне это сказать?

Круто.

Я встречалась с Кензи и Эндрю несколько раз, и они всегда были милы. Единственная проблема в том, что Эндрю — англичанин, и каждый раз, когда я слышу его акцент, я вспоминаю того придурка по ту сторону стены. Но я не могу ненавидеть всех в целой стране только из-за того, что у них такой же акцент, как у Пирса.

Трэ: Фух, пронесло.

Бринн: С чего бы у меня были с этим проблемы?

Картер: Потому что ты ныла и жаловалась, как в детстве, когда мы не брали тебя с собой.

Бринн: С меня хватит. Увидимся завтра, ребята. Или, может, я специально пропущу свой рейс.

Мама: Не выключай трекер.

Папа: Хватит, мальчики.

Трэ: Я ничего не делал.

Тесса: Ты же знаешь, Рождество без тебя невозможно.

Как я умудрилась заполучить самую милую невестку?

Тесса: Плюс, эта малышка ждет свою любимую тетю.

Она отправляет фото моей племянницы, которая выглядит очаровательно в рождественском комбинезончике.

Картер: Лучше поторопись, пока она не захотела проводить время только со мной.

Он отправляет фото моей племянницы у него на руках. Райя улыбается, и слюнка течет у нее по подбородку.

Бринн: Она всегда будет любить меня больше. Как и мама.

Папа: Ладно, прекращаем. Можете все побороться за звание маминого фаворита, когда мы все соберемся вместе. Мы не можем дождаться, когда ты к нам присоединишься. Я бы пожелал удачи, но она тебе не нужна. Если они не дадут тебе работу, они идиоты.

Бринн: Спасибо, папа.

Все остальные отправляют сообщения вроде «удачи» и «у тебя получится». Моя семья, возможно, много треплет друг другу нервы, но в глубине души мы всегда поддерживаем друг друга.

Я переодеваюсь в пижаму и уже собираюсь залезть в кровать, как слышу, как дверь Пирса открывается и закрывается. Я подбегаю к глазку, но не успеваю его увидеть. Мне все равно, что он, вероятно, направляется в бар, чтобы подцепить какую-нибудь девчонку на ночь. Нет.

С какой стати мне должно быть не все равно?

Мне все равно.

Но я все же надеюсь, что в этом году он найдет в своем чулке уголек и выпьет протухший гоголь-моголь.