Русская Америка. Сухой закон 5

Глава 14 «Белые фигуры перекрывают»

15 мая 1920 года. Клуб «Лоск», принадлежащий А. Соколову. Нью-Йорк.

Я сидел с комфортом в «Лоске» и попивал свой кофе со сливками. Давненько мне не удавалось так выбраться наружу из своего дома-крепости в Бронксе. Поэтому я ловил эти минуты расслабления и удовольствия. Заходить в это местечко пришлось со стороны двора, а затем пробираться через подсобку. Слишком уж широкая улица была перед этим моим клубом.

Синицын после покушения следил за безопасностью просто с маниакальной отдачей. Кажется, в двадцатые так не охраняли ни одного известного мне мафиози.

Я читал утренний «Таймс», пока дожидался «особого» гостя в приватной комнате. Быть рядом с ним на глазах у других людей было нельзя, чтобы не засветить этого человека. Можно было бы встретиться с агентом в моём самом первом заведении — в «Колизее». Прямо посреди Бронкса. Но и я, и Капитан были уверены, что бронксский клуб под круглосуточным присмотром стукачей Массерии.

В этот раз на первом развороте главного издания Нью-Йоркской прессы была помещена большая статья, посвящённая разборкам в городе.

«…Появились подробности покушения на бизнесмена Джузеппе Массерию 13 мая. Как мы уже писали ранее: мощный взрыв потряс тихий район кладбища Грин-Вуд, где проходили похороны печально известного Чиро Террановы, по прозвищу „Артишок“. Чиро находился в розыске уже год и был убит пулей снайпера за несколько дней до взрыва в Грин-Вуд…»

Я усмехнулся. А раньше Чиро как-то не попадал в газетные сводки и «известным» его не называли. Теперь удержать репортёров от активного раскапывания теневой жизни Большого Яблока было нереально.

«…По предварительным данным, которые удалось получить нашей газете от источников в полицейском департаменте, заминированный грузовой автомобиль, припаркованный у ворот кладбища, был приведён в действие дистанционно в тот момент, когда траурный кортеж въезжал на территорию. Взрывное устройство сработало с чудовищной силой, буквально испепелив один из автомобилей и серьёзно повредив остальные…»

Интересно, про дистанционное они как-то всё же поняли, хотя от грузовика остались рожки да ножки. Не удивлюсь, если полиция придёт ко мне на фабрику. В любом случае я проинструктировал всех. Пусть с широкими улыбками покажут им цеха. Любые. Всё равно приёмник для грузовика делали не там. Тем более, после того как продукция моей компании «ASDS Radio» хлынула в магазины, по стране массово создаются общества радиолюбителей. Сварганить подобное мог любой, кто обладал достаточными знаниями и смекалкой. Так, что там у нас дальше?

'…В эпицентре взрыва оказался автомобиль, в котором, как позднее подтвердили источники, следовал известный нью-йоркский предприниматель Джузеппе Массерия, владелец нескольких транспортных и торговых компаний, чьё имя хорошо известно в деловых кругах Бруклина и Маленькой Италии. По состоянию на сегодняшний день мистер Массерия находится в госпитале Святой Екатерины в Бруклине. По словам главного врача, доктора Джеймса О’Коннора, состояние пациента крайне тяжёлое, но стабильное.

— Мистер Массерия доставлен с множественными осколочными ранениями, а также с тяжёлой черепно-мозговой травмой, — сообщил доктор О’Коннор нашему корреспонденту, — Ему проведены две сложнейшие операции. Мы делаем всё возможное и осторожно говорим о том, что, несмотря на крайнюю тяжесть состояния, жизнь мистера Массерии вне опасности. Однако восстановление будет долгим.

Источники в госпитале сообщают, что Джузеппе иногда приходит в сознание, но крайне ослаблен. Полиция пыталась получить от него показания, однако врачи запретили любые допросы до стабилизации состояния…'

Что же. Для меня это не новость. Информатор, которого в стане Массерии нашёл Гарри — исправно докладывал о состоянии Джо. Но к самому «Боссу» его, естественно не подпускали. Более того, шпион явно нервничал. Среди мафиози Джо «Босса» сейчас началась охота на ведьм. И надо сказать, предателя они искали небезосновательно. Я отломил кусочек нежнейшего безе, запил его кофе и продолжил читать.

'…Помимо всего, в результате взрыва на месте погибли три человека, находившиеся в злополучном четвёртом автомобиле, который принял на себя основную силу взрыва. Личности погибших пока не установлены — тела сильно обгорели и обезображены. Ещё не менее десяти человек, работающих в охране мистера Массерии, погибли или получили ранения различной степени тяжести. Двое из раненых находятся в критическом состоянии.

Взрыв был такой силы, что его слышали за несколько миль. Очевидцы описывают столб огня и дыма, поднявшийся над кладбищем, и хаос, последовавший за этим…'

А вот дальше шло уже интересное. И пока я пробегал глазами строчки «Нью-Йорк Таймс» — улыбка моя становилась всё шире.

«Массерия: бизнесмен или криминальный авторитет?»

Отличный подзаголовок! То, что мне прямо жизненно необходимо.

'…Имя Джузеппе Массерии уже не первый год появляется в криминальной хронике, хотя сам он всегда отрицал какую-либо связь с организованной преступностью. Официально Массерия — успешный предприниматель и совладелец ряда ресторанов в Бруклине. Однако в полицейских сводках его имя неоднократно всплывало в связи с расследованиями деятельности итальянских криминальных группировок.

На запрос «Нью-Йорк Таймс» в департаменте полиции Нью-Йорка отказались комментировать возможную связь Массерии с мафией.

— Мистер Массерия является жертвой покушения, и сейчас мы рассматриваем все возможные версии, — заявил официальный представитель полиции капитан Томас Дьюи, — Было бы преждевременным делать какие-либо выводы о его связях или деятельности до завершения расследования. Мы не комментируем слухи и домыслы.

Однако источники в полиции, пожелавшие остаться неназванными, сообщили нашей газете, что мистер Массерия давно находится под негласным наблюдением. По их словам, он считается одной из ключевых фигур в итальянской преступной среде Нью-Йорка, контролирующим значительную часть нелегального бизнеса в Бруклине.

— Мы не можем говорить официально, но всем, кто хоть немного знаком с ситуацией, известно, кто такой Джо «Босс», — сказал источник, — Вопрос не в том, связан ли он с мафией. Вопрос в том, кто и зачем решился на такое дерзкое покушение? Это объявление войны, и последствия могут быть очень серьёзными…'

Пожалуй, эта новость достойна ещё одного десерта! Как бы это смешно ни звучало. Я даже сел поближе к столику, жадно вчитываясь в каждое слово.

' … Забастовка докеров прекращена: арестован Альберто Анастазия!

В тени этого громкого события осталось другое, не менее важное, произошедшее в порту Нью-Йорка одновременно с покушением на Джузеппе Массерию. Многодневная забастовка докеров, парализовавшая работу порта и нанёсшая значительный урон экономике города, наконец завершилась. Причём завершилась не переговорами, а решительными действиями полиции.

Как стало известно «Нью-Йорк Таймс», 13 мая специальная оперативная группа под руководством назначенного особым уполномоченным по данному делу шерифа Бронкса Джона Фэллона при поддержке городского прокурора Пита Саленса провела масштабную операцию по зачистке территории порта от незаконных вооружённых формирований, терроризировавших бастующих докеров…'

А вот это то, о чём я просил редактора моей «Нью-Йорк Факты» Джеффа Брауна. А именно: «забросить» бывшим коллегам из «Таймс» инсайд о том, что в порту тоже рулят люди Массерии. И поспрашивать тех докеров, что нашли в себе смелость выступить прости Анастазии. Браун бил копытами и хотел публиковать это сам, но всё же ему пришлось уступить. Пусть конкретно этот материал идёт от «Таймса». А мы уже раскрутим это дальше до небес. И подхватим это не только в «Фактах», но и моей новой молодой газете «Политикс». Она сейчас встала в ряд изданий, что больше специализируются на политическом обозрении и активно поддерживает Уоррена Гардинга в его предвыборной гонке на пост президента.

Я заказал тающие во рту профитроли со сладким кремом и принялся читать дальше, как только официант удалился.

'…Утром у ворот порта собрались несколько сотен докеров, продолжавших забастовку. К ним обратился представитель судоходных компаний мистер Кеннеди.

После этого большинство докеров согласились открыть ворота и впустить полицию. На территорию порта вошли вооружённые отряды под командованием шерифа Фэллона.

Как рассказал журналистам сам Джон Фэллон, операция была тщательно спланирована и проведена в тесном взаимодействии с офисом прокурора.

— Мы получили санкцию окружного прокурора Пита Саленса на проведение операции по восстановлению законности в порту, — заявил Фэллон, — Порт фактически находился под контролем преступных элементов, которые использовали забастовку для прикрытия своей незаконной деятельности. Мы положили этому конец…'

И ни слова про моё охранное агентство и про выступления Павла Миронова перед докерами. Неплохо. Это всё равно просочится рано или поздно, но лишний шум перед общественностью мне не нужен. Пусть в глазах граждан я буду радиопромышленником и чуть позже — нефтяником…

'…При входе полиции на территорию порта ей было оказано сопротивление. Группа вооружённых итальянцев под руководством бригадира Карло Беллини попыталась забаррикадироваться на угольном пирсе и открыла огонь по полицейским. Однако полицейские, действуя решительно и профессионально, подавили сопротивление. Беллини арестован, его сообщники также задержаны.

— Они думали, что мы отступим, — рассказал капитан О’Мэлли, руководивший штурмом пирса, — Но мы не отступаем. Мы выполняем свою работу. Ни один итальянский бандит не уйдёт от нас!…'

Хорошо! Очень хорошо. Этого О’Мэлли никто не инструктировал, но то, что он назвал среди виновников именно итальянцев — мне на руку. Ведь так и «записывается» в голову обывателя нужный образ. Гангстеры в Нью-Йорке? Конечно, это итальянцы! Кто подозревается в связи с ними? Естественно Массерия! Значит, если полиция хочет удовлетворить запросы горожан — кого она должны ловить? Правильно! Итальянских мафиози. Так и овцы целы, и волки сыты. Например, такие зубастые, как прокурор Пит Саленс, набирающий политические очки и метящий на пост прокурора всего штата.

'…Во время зачистки порта были арестованы десятки лиц, подозреваемых в вымогательстве, запугивании докеров и незаконном применении оружия.

При попытке прорыва через южные ворота порта была задержана группа вооружённых людей, пытавшихся скрыться на грузовике. Они открыли огонь по полицейским, но были блокированы и обезврежены. К сожалению, один из служителей закона, патрульный Купер, получил ранение. Сейчас он находится в больнице. Его жизни ничто не угрожает, врачи оценивают его состояние как стабильное. Личность главаря бандитов была установлена сразу…'

Во рту таяла «профитролина», а я упивался напечатанным. Пока всё шло по плану. И даже больше!

«…Задержанным оказался не кто иной, как Альберто Анастазия, известный в криминальных кругах под кличкой 'Безумный шляпник». Этот человек, чьё имя давно было на слуху у полиции, подозревается в организации целой серии убийств, вымогательств и запугиваний свидетелей. По данным следствия, именно Анастазия был тем, кто координировал действия преступных групп, что спровоцировали забастовку докеров.

— Это очень важный арест, — заявил окружной прокурор Пит Саленс на экстренной пресс-конференции, — Альберто Анастазия — опасный преступник, на счету которого ряд тяжких преступлений. Мы долго шли к этому. И сегодня, благодаря профессионализму шерифа Фэллона и его людей, справедливость восторжествовала…'

Ага, долго шли! Просто везение. Если бы Анастазия не был собой, то свалил бы из порта, почуяв как запахло жареным. Я вообще рассчитывал, что он будет на похоронах Чиро «Артишока» Террановы, и никак не ожидал услышать от Феллона, что Альберто задержан.

'…Представитель стивидорских компаний мистер Джозеф Кеннеди выразил удовлетворение действиями властей и подтвердил, что новое соглашение с докерами уже подписано и порт работает в обычном режиме. Более того, новое правление порта удовлетворило требование докеров и договорилось, что стачек и выдвижений новых требований профсоюза не будет в течение полутора лет в связи с превышением лимита законных забастовок и незаконностью последней.

— Мы всегда были готовы к диалогу, — заявил Кеннеди, — Сегодня закон восстановлен, и мы можем, наконец, договориться по-честному. Мы ожидаем новых инвестиций в Нью-Йоркский порт и сделаем всё, чтобы он развивался…'

Говорить Кеннеди умеет. Этого у него не отнять. Интересно, как изменятся его воззрения, если он долго проработает с Мироновым и с профсоюзами? В моей реальности это был рвач, что дошёл до главы морской комиссии Штатов. И я прекрасно помню, какие перлы он выдавал накануне Второй Мировой. Именно поэтому я, признаюсь, уже планировал несколько компроматов на Джозефа. Держать этого человека нужно было в узде пока он демонстрировал адекватность и был выгоден. Как только он сделает «шаг не туда» — его нужно будет убирать из сферы политики напрочь.

Допив чашку кофе, я продолжил:

'…Однако у наблюдателей возникает закономерный вопрос: насколько случайным является совпадение по времени покушения на Массерию и ареста Анастазии? Пострадавшие в порту докеры называют Альберто близким соратником Массерии.

— Это не может быть простым совпадением, — заявил криминальный обозреватель «Нью-Йорк Таймс» Марк Салливан, — Это следует рассматривать в связи с теми столкновениями, что недавно произошли между Чайна-Тайном, Маленькой Италией и Гарлемом. Если Анастазия действительно связан с Джузеппе Массерией, то щупальца итальянской мафии уже опутали этот город и даже вмешиваются в деятельность его ключевых предприятий, таких как порт!..'

А вот теперь то, что меня интересовало больше всего! То, о чём я просил шерифа Джона Феллона.

'Волна арестов: полиция проводит обыски в заведениях Бруклина, Маленькой Италии, Чайна-Тауна и Гарлема.

Успешная операция в порту дала полиции основания для более масштабных действий. Вчера, 14 мая, сразу после ареста Анастазии, окружной прокурор Пит Саленс санкционировал серию обысков и облав в заведениях, принадлежащих итальянцам и связанным с их криминальными группировками.

Особое внимание уделялось Бруклину и району Маленькая Италия на Манхэттене. Полицейские наряды при поддержке детективов провели рейды в ресторанах, клубах, бильярдных и других заведениях, которые, по оперативным данным, служат местами сбора криминальных элементов.

— Мы получили достаточно доказательств того, что в этих местах планировались и координировались преступления, — заявил шериф Фэллон, — Мы не допустим, чтобы Нью-Йорк стал прибежищем для бандитов. Закон един для всех…'

Саленс оценил предложение Джона о развитии успеха «на земле». Весь вечер и ночь заведения Массерии накрывала полиция. По Гарлему и «тонгам» тоже прошлись, но слабее. Все же итальянцы по всем фронтам выглядели более лакомым куском для законников. Сент-Клер и «тонги», предупреждённые мной заранее, успели «подчистить» за собой и кроме мелких нарушений да штрафов не получили ничего. Конечно, пара минимальных посадок будет, но за этих людей быстро внесут залоги, им наймут хороших адвокатов. Моя тактика давала свои плоды. Людей Джо «Босса» давили со всех сторон. А ведь я ещё не нанёс главного удара…

'…По состоянию на сегодняшнее утро проведено более тридцати обысков. Задержаны несколько десятков человек, подозреваемых в причастности к деятельности преступных группировок. У задержанных изъято значительное количество оружия, боеприпасов и, по предварительным данным, крупные суммы наличных денег.

Особый резонанс вызвал обыск в ресторане «Да Винчи» на Мотт-стрит в Маленькой Италии, который, по слухам, считался негласным штабом итальянских криминальных авторитетов. Полицейские заблокировали входы и выходы и провели тщательный осмотр помещений. Задержаны несколько посетителей и управляющий заведением…'

Ого, даже в сердце Маленькой Италии забрались. Похоже, Фэллон действительно почувствовал запах крови и сносил всё на пути к заветной должности шефа полиции. Вот что бывает, когда человеку дашь возможность добиться желаемого, да ещё и с возможностью сносить по пути бандитские притоны и группировки. И что с того, что он при этом закрывает глаза на Бронкс? Подумаешь… Мои люди поставляют ему периодически мелких залётных бандюков. А в районе царит «образцовый порядок». Поддерживаемый железной рукой «Соколов и Ко».

'…Как сообщил окружной прокурор Пит Саленс, в настоящее время идёт процесс открытия множества уголовных дел в отношении задержанных. Среди них оказались лица, давно разыскиваемые полицией. Речь идёт о десятках эпизодов, включая убийства, вымогательства, незаконное хранение оружия, поджоги и запугивание свидетелей.

— Это только начало, — заявил Саленс, — Мы намерены тщательно расследовать каждый эпизод. Мы привлечём к ответственности всех, кто нарушал закон, независимо от их положения и связей. Никакой пощады бандитам.

Прокурор особо подчеркнул, что операция проводилась в строгом соответствии с законом и при полной поддержке городских властей.

— Мы не можем допустить, чтобы Нью-Йорк превратился в Чикаго, — заявил Саленс, намекая на разгул бандитизма в этом городе, — У нас будет порядок…'

Прокурор разошёлся не на шутку. И, похоже, республиканцы будут поддерживать его до последнего, ставя на такую мощную фигуру перед выборами. Очень уж Саленс «везуч» в последнее время. Главное, чтобы шериф Фэллон ему иногда напоминал — с кем нужно «дружить».

'…Альберто Анастазия уже дал первые показания, хотя, по словам источников, они крайне скудны. Защищать его будет известный адвокат Арнольд Шварц, специализирующийся на громких уголовных делах.

— Мой клиент невиновен, — заявил Шварц журналистам, — Он стал жертвой провокации. Мы докажем это в суде.

Однако полиция настроена решительно. По словам шерифа Фэллона, у следствия имеются неопровержимые доказательства причастности Анастазии к целому ряду тяжких преступлений.

— Пусть его адвокат говорит, что хочет, — заявил Фэллон, — У нас есть свидетели. Альберто Анастазия ответит за всё…'

Значит, «Шляпник» надолго выбыл из игры. В активе у организации Джо «Босса» Массерии остался он сам на больничной койке, Умберто «Рокко» Валенти — силовик, который, насколько я помню, в будущем прыгал от Джо к конкурентам и наоборот. Кстати, на пару с погибшим Томмазо Гальяно он участвовал в подготовке похорон. Думается мне, что сейчас Валенти крутится как уж на сковородке, ища виновных и всячески выгораживая себя.

Второй человек Массерии на свободе — Гаэтано «Томми» Рейна. Вот тот поумнее и «потехничнее» будет. И Голландец Шульц, который пока непонятно — какое место занимает при Джо «Боссе». Допускают ли его в ближний круг или держат исключительно как бульдога, который должен рвать Гарлем?

'…Эти события, несомненно, станут важным моментом в истории Нью-Йорка. Покушение на Массерию, арест Анастазии, зачистка порта и последовавшая волна арестов — всё это меняет расстановку сил в криминальном мире города.

Вопрос в том, кто стоит за этой внезапной и жестокой атакой на одну из самых влиятельных преступных группировок.

Ясно одно: Нью-Йорк вступает в новую эпоху. Эпоху, в которой старые правила перестают действовать.

Другие новости:

Биржевые индексы продемонстрировали умеренный рост на фоне…'

Я с шелестом закрыл газету, не дочитав заметки об экономических новостях — в комнату зашёл тот человек, которого я дожидался.

Он снял шляпу и протянул руку для приветствия.

— Мистер Соколов!

— Мистер Диксон…

Я пожал ладонь агента Бюро расследований. Тот присел за столик. Официант принял заказ и исчез, плотно закрыв дверь, за которой дежурили мои люди.

— Вы сказали, что дело очень срочное.

— Да, и не терпящее чужих ушей, — гостеприимно улыбнулся я.

Глен тоже дежурно хмыкнул. Ну да, он получает от меня круглые суммы, но прекрасно помнит о снимках, которые сделал Волков. Тут я понимаю агента — ему не очень нравится, что его карьера и судьба находятся всецело в моих руках. С другой стороны — мы уже дважды сработали к нашей общей выгоде, а Диксон перевёлся из Чикаго в Нью-Йорк благодаря этому и стал на ступень выше в лестнице чинов Бюро. Следующий пост, если ему повезёт, и он себя проявит — начальник отдела округа. В нашем случае — всего Нью-Йорка. И поэтому я его сюда и пригласил.

— О чём вы хотели поговорить, мистер Соколов?

— Для начала позвольте полюбопытствовать — как ваши дела на службе?

— Не жалуюсь. Думаю, вы в курсе, что меня повысили. Жалованье весьма неплохое. Большой город — много работы. Но… Много работы — большие возможности.

Я удовлетворённо кивнул. Глен, при всех своих грешках — был очень неглуп. И видел перспективы своего повышения и перевода. Часто люди думают, что переезд в мегаполисы — уже достаточная причина для успеха. В реальности там также надо очень много работать. Да, большой город даёт более заметный спектр возможностей. Но зачастую цена за возможный успех в любом месте — это бессонные ночи и вкалывание. В этом отношении моя финансовая помощь Диксону — весьма приятное подспорье для агента Бюро.

— Не подумываете перевезти сюда жену? — лукаво спросил его я, — Большой город, театры, магазины. Теперь вы можете себе позволить лучшие бутики. Она будет рада.

У Глена непроизвольно дёрнулась щека. В первую же командировку он с напарником завалился в нумера с ночными бабочками. И попал в объектив шулера Волкова.

— Она не любит городскую суету, — ответил он, — Так что пока не собирается сюда.

Ну да. И, скорее всего, федерал рассказывает своей благоверной, как тяжела служба и как ужасен Нью-Йорк. Чтобы у мисс Диксон и не возникало глупых идей насчёт того, дабы перебраться к мужу по крылышко.

— Жаль, жаль… Ну что ж, ей виднее. Давайте к делу. Ваш начальник… Бен…

— Тиглиц, — подсказал агент.

— Бен Тиглиц, да. На каком он счёту у центрального управления?

— Как все, плюс-минус. Сейчас центральный офис Бюро недоволен тем, что в городе началась война гангстеров.

— Ожидаемо… — кивнул я, оставляя без внимания пристальный и колкий взгляд Диксона, — До меня дошли слухи, по моим каналам, что в городе все ищут большую партию «порошка» из Макао. Полиция с ног сбилась…

Диксон замер, не донеся до рта принесённую ему чашку кофе.

— Никто не знает, что этот «товар» из Макао… — прищурился федерал.

Я усмехнулся и махнул рукой:

— Бросьте. Кому надо — все знают. В плане информации управление полиции Нью-Йорка дырявое как решето. Вопрос в другом: что думает по этому поводу Бюро? Это ведь напрямую ваш профиль.

— Мы ищем поставщика и «порошок».

— Значит, поставщик — неизвестен?

— К сожалению, нет…

Я пристально посмотрел на Глен. Он выдержал мой взгляд и тихо произнёс:

— Мистер Соколов, мы действительно не располагаем этой информацией. Если бы знали — кто завёз в Штаты «белую смерть», то этот человек был бы уже арестован. Моего шефа из-за этого чуть ли не каждый день дёргают по телефону из Вашингтона. А если он справится с этим делом — ему сулят большие горизонты…

— Логично, — удовлетворённо склонил я голову, — Что же. Мне кажется, у меня есть информация о том, кто может знать о местонахождении остатков «порошка».

— Остатков? — брови Диксона взмыли вверх.

— Да. До меня дошёл слушок, что проданное на улицах — лишь часть.

Агент поставил чашку на столик и весь подобрался:

— Сколько же там было всего этой дряни?

— Не знаю, но есть данные, что нераспроданная половина тянет на полмиллиона баксов, и это с очень большой скидкой…

Глена аж «прибило» этой информацией. Он зашевелил губами. Походу, прикидывает, сколько вся эта гадость стоила изначально. Вот-вот. Сиди, агент, прикидывай. Я и сам выпал в осадок, когда посчитал.

Наконец, Диксон взял себя в руки.

— И зачем ВЫ всё это мне рассказываете? Каков ВАШ интерес, мистер Соколов?

— Люди, который торгуют этой дрянью — мешают мне. Мне не нравится «порошок» на улицах. Не нравится — как они ведут бизнес. Не нравится в принципе то, что они делают.

— И что вы хотите предложить?

— А это правильный вопрос, мистер Диксон. Я нашёл человека, который работал на этих людей. И он готов их сдать.

— Кто он?

— Постойте! Попридержите лошадей, Глен. Мне ни к чему мелькать в этом деле. Я просто хочу сделать доброе дело, — развёл я руками.

Агент откинулся в кресле и задумался:

— Ну да, мы с вами сработались в Аунего и…

— Никаких «мы», Глен, — тут же отрезал я, не давая федералу размечтаться, — Человек, на которого я вышел, зовут Льюис Мазеро по прозвищу «Костяшка». Уверен, у полиции найдётся на него много чего интересного. Мазеро для начала согласился дать анонимную наводку. На тех, на кого он сам работал. Они и толкают «порошок».

— Это пшик! Ничто! — развёл руками Диксон.

— Наводку на те места, где может быть оставшаяся партия «товара», Глен. Мазеро в курсе всех подробностей.

Агент замер.

— Да-да, не смотрите так на меня. Можно постараться взять продавцов с поличным.

— А поставщик? Ведь «порошок» украли в порту. И убили всех, кто его завозил в Америку через порт. Частицы «товара» наши эксперты нашли там же на пирсе, — спросил Диксон.

— Это уже не моя головная боль. Такой информацией я не располагаю, — пожал я плечами.

— Я могу пробить операцию!

— Нет, Глен. Всё должен будет сделать ваш босс — Бен Тиглиц. А вы — будете ждать!

— Чего? Что ждать? — недоумённо уставился на меня федерал.

— Когда ваш Бен «провалится», — улыбнулся я.

— Но почему?

— Я думаю, люди, которые стоят за теми, кто продаёт «порошок» — не захотят рисковать. А есть ещё те, у кого отобрали «белую смерть»…

— Поставщик?

— Он самый. Кто-то захочет добраться до боссов Льюиса Мазеро.

— Считаете, что они рискнут напасть на агентов Бюро? — усмехнулся Диксон.

Я не стал разделять его бравурного настроя. Вместо этого лишь сухо перечислил:

— В прошлом месяце в Алабаме — выкрали рецидивиста из фургона по дороге в суд. На прошлой неделе застрелили свидетеля прямо на въезде в изолятор. А… дайте-ка вспомнить. Днём ранее перед этим в Висконсине был убит двойной агент-информатор. Ну, точнее, я так думаю. В газетной заметке было написано, что сотрудник погиб при исполнении. Но вы уж простите меня, Глен, одёжка на фото с убитым, его цацки и машина навевают на мысли, что бо́льшую часть времени бедняга выглядел со-о-о-всем не как агент Бюро. И это только то, что было в газетах. Я не собираюсь говорить, что агенты Бюро некомпетентны. Я лишь хочу сказать, что ресурсы и возможности вашей организации не безграничны. Особенно сейчас, когда в силу вступил Сухой закон и у вас явно прибавилось головной боли.

Я попал в точку, судя по тому, что Глен не стал спорить. Теперь федералы занимались всем подряд в отношении бутлегеров — от мелких штрафов до серьёзных партий. И «блюстителей» Акта Волстеда явно не хватало, учитывая, что к ним постоянно цепляли в подмогу рядовых сотрудников Бюро. Сухой закон ещё не пересёк отметку даже в полгода, а федералы уже испытывают большие проблемы.

— Вы понимаете: к чему я веду, Глен? — спросил я у присмурневшего агента, — Любые неприятности в этом деле скажутся на тех, кто его ведёт. Это раз. И что хуже — ведущие дело могут попасть под удар. Более того, я уверен в том, что неприятности будут. Конечно, люди что могут прийти за боссами Лью «Костяшки» Мазеро — не все до одного какие-нибудь фронтовики. Но вот в налётах, ограблениях и убийствах им нет равных.

— И вы предлагаете мне направить коллег по этой дорожке? — тихо произнёс Глен.

— Мазеро и так собрался выходить на ваших агентов. Так что это неизбежно. Как бы вы ни хотели обратного. И то, что ваш босс точно начнёт рыть в этом направлении — тоже ожидаемо. Другое дело — какую роль в этом всем сможете сыграть конкретно вы⁈

Диксон нахмурился. На его лицо легла тень сомнения.

— Естественно, всё это будет щедро оплачено. А для вас я уверен, скоро откроются новые перспективы. Когда Тиглиц облажается… — подсластил я пилюлю.

— Чего вы хотите, мистер Соколов? Говорите прямо!

— Я хочу знать о каждом шаге Бюро в этой операции. Когда возьмут боссов Лью Мазеро, что будут говорить те, кого арестуют, куда и когда их повезут?

— Зачем вам это?

— Затем же, зачем и вам… Я хочу знать — кто привёз «порошок» в Штаты. Мне нужны имена этих людей…

— Мстить задумали? — усмехнулся агент, — Чувствую, что у вас есть личный мотив. А в таком я не ошибаюсь…

Если честно, я блефовал. Я не думал, что те, кто привёз «порошок» из Макао и кого ограбили Лучано и Лански — проявят себя. Для этого надо летать о-о-очень высоко и знаться с Бюро. Или иметь вот таких вот карманных агентов как я. Мне нужно было разворошить Нью-Йорк совсем по другой причине.

— Пусть так, — сказал я вслух, — В любом случае, напоминаю — держитесь от этого дела подальше. Пусть всем руководит этот Бен Тиглиц.

— Вы так уверены в его провале? — удивился Диксон.

Кажется, несмотря на то, что босс был для него преградой на пути в карьере, Глен ревностно относился к тому, что я говорил про Бюро.

— На все сто, Глен. На все сто процентов. Я знаю тех людей, что могут желать смерти боссам Мазеро или ему самому. Они не остановятся ни перед чем.

— А сам Мазеро? Зачем ему рисковать? Как он с нами свяжется?

— Первоначально будет телефонный звонок с наводкой. А потом он предложит кое-что ещё, насколько я понимаю. И там уже будет очно торговаться. На Мазеро висит много. А денег у него не меньше. С такими суммами можно уехать на другой конец Америки и жить припеваючи. Так что он готов обменять информацию на очищение, другое имя и документы.

Разумеется, ничего подобного я и не планировал. Честно говоря, и звонить-то будет не Мазеро. Этой ночью я снова говорил с ним после «допроса с пристрастием». Лью поведал о трёх возможных местах, где может храниться «порошок». И я ещё раз убедился в том, что его боссы: Лански и Лучано не поведают мне ничего интересного о поставщике. И в том, что Ротштейн точно не знал о том, какие делишки творят за его спиной его же протеже. Чарли и Мейер не скажут мне ничего интересного и по поводу того, кто направил «Пророка» к театру Хадсон в тот злополучный день… Но оба молодых гангстера должны ещё сыграть свою роль в этой партии по моей задумке.

— И мне нужно ещё кое-что конкретно от вас, Глен, — вкрадчиво добавил я.

— Слушаю.

— Мне нужно, чтобы из вашего отдела Бюро «случайно» вышла информация о том, что боссы Мазеро собираются «заговорить» на допросах. Что они якобы обмолвились об этом. Всё это должно пройти так, чтобы никто не мог указать ни на вас, ни на меня. Но я думаю, учитывая ваши навыки — вы справитесь.

Диксон изумлённо уставился на меня:

— Но это означает, что арестованные точно попадут под удар!

— Вы не поняли, Глен? Это НЕИЗБЕЖНО, учитывая то, во что влезли боссы Лью Мазеро. Но вы же хотите кресло начальника отдела Бюро расследований Нью-Йорка…

Когда Диксон ушёл, из соседней комнатки вышел капитан Синицын. Он не издал ни звука, пока мы говорили с агентом Бюро.

— Вы все слышали, Георгий Александрович?

— Да, признаюсь, я в восхищении. Но всё, что вы задумали — довольно непросто. Очень много мест, где план может нарушить случайная нестыковка… — сел напротив меня Капитан.

— В нашем деле трудно представить такие дела по-другому. Большие ставки — большие риски, Георгий Саныч, — устало протянул я.

— Понимаю…

— Если всё пройдёт так, как положено, Массерия окажется бит по всем фронтам. Все его обвинения против нас окажутся надуманными. Получается, войну он начал зря. И неудобства, которые терплю я и Ротштейн, да и, косвенно, остальные члены «сходки в Атлантик-Сити» — тоже его вина. Потому что в Атлантик-Сити собирались «усатые питы», Георгий Саныч! Торрио, Ремус, Наки Джонсон, Ротштейн — они очень тонко все взвешивают. И живут по старым законам. Где за ослушанием идёт неминуемое жёсткое наказание.

— Думаете, Ротштейн окончательно отвернётся от Джо «Босса»?

— У него не будет выбора. Он же не хочет поставить на хромую лошадь. Арнольд — хитрый лис, но и опытные лисы попадают в ловушку…

— … на загонной охоте, — добавил с улыбкой Капитан.

— Вот именно. Хорошее сравнение! — одобрил я, — А то, что всю кашу заварили Лучано и Лански, а это ЕГО люди — только сделает Арнольда более покладистым с нами. Пока у нас нейтралитет и хорошие отношения с Атлантик-Сити и Чикаго. И вдобавок союз с Гарлемом и «тонгами».

— Лексей Иваныч… При таких условиях… не думаете, что Массерия пойдёт на попятную? — спросил Синицын.

— Джо может сделать вид, что отступил. Это я допускаю. Но я не верю, что он спустит всё на тормозах. Слишком далеко всё зашло. Тем более…

Я недобро ухмыльнулся и поставил чашку на стол:

— Бить мы их будем в любом случае до последнего. Просто делать это нужно тонко! Давайте-ка обсудим нашу «премьеру» в Бруклине. Пора начинать забирать его себе…