Секонд хенд

Глава 12

КОГДА в воскресенье утром позвонила мать Эла, он приготовился к истерике, предполагая, что она догадалась о том, что они делали на чердаке. Она была такой жизнерадостной, что Эл расслабился, но не до конца.

- Что я могу для тебя сделать, мам?

- Я хотела узнать, есть ли у тебя в ломбарде какие-нибудь машины для ламинирования. Я не могу найти свою, а мне захотелось сделать девочкам закладки из этих замечательных старых календарей, которые я нашла.

Я нашла было кодовым словом мамы для Я копалась в чужом мусоре. Эл проглотил замечание о том, что ей не следует этого делать, и сказал:

- Боюсь, сегодня нет машин для ламинирования.

- Черт возьми. Ладно, я куплю себе замену.

Он проглотил такое количество нытья, что можно было есть ложкой. «Мам, тебе не нужна еще одна машина для ламинирования. Тебе даже не нужна одна машина для ламинирования. Бьюсь об заклад, ты даже не вынимала первую из коробки».

- Я так и сделаю. Я просто не могу вспомнить, где ее оставила.

Он должен был оставить это как есть. Он знал это. Но это был еще один из тех моментов, когда наука противопоставляется реальности.

- Вот что я тебе скажу, мам. Ты сделаешь закладки, принесешь их мне, и я заламинирую.

- О, я не могу беспокоить тебя этим.

- Это не проблема. У моего друга есть ламинатор, - солгал он.

- У него есть? Могу я его одолжить?

- Как насчет того, чтобы, когда закончишь, принести мне закладки, и я заламинирую их для тебя? - Были большие шансы, что все равно не дойдет до этого, но если бы дошло, он отнес бы их в «Стейплс» или еще куда-нибудь, где сейчас делают ламинирование.

- Спасибо, что помогаешь, дорогой. Тогда я сделаю закладку и для тебя.

Неважно, что Эл не читал книг, только газеты и журналы.

- Дай мне знать, когда будешь готова.

Вскоре после этого разговор закончился, но Эл все равно позволил себе завестись из-за этого. Он открыл ломбард, как обычно, но за час выкурил почти полпачки сигарет, и мысль о том, чтобы подняться наверх и еще немного поразмыслить над всем этим делом, пока готовит обед, была для него невыносима. Он закрыл магазин и направился в Квартал фонарей, чтобы купить что-нибудь в гастрономе, думая, что прогулка пойдет ему на пользу.

Когда Эл свернул за угол на Мэйн-стрит, он увидел Пола, который стоял посреди тротуара и со странным выражением на лице разглядывал витрину магазина.

Обычно Эл произнес бы веселое, шутливое приветствие, но что-то в том, как стоял Пол, заставило его остановиться. У него не было того потерянного вида, который обычно был у него, или, скорее, он был, но казался более поглощенным происходящим, чем обычно.

Это заставило его подойти к Полу тихо, с уважением, и криво улыбнуться, когда Пол увидел его.

- Привет, незнакомец. Есть шанс, что я смогу пригласить тебя на ланч?

Пол моргнул, как будто забыл о том, что такое обед.

- О, - он огляделся по сторонам, задержав взгляд на часах на площади. - О. Ланч. Конечно.

- Что ж, не буду мешать тебе разглядывать витрины магазинов, если тебе так хочется.

Пол поморщился и смущенно потер рукой затылок.

- Прости. У меня была странная ночь. Все еще перевариваю.

Элу хотелось выругать себя за то, что это прозвучало так раздраженно. Положив руку Полу на плечо, Эл отвел его от окна.

- Тогда пойдем со мной, пообедаем, и ты мне все расскажешь.

Было ли это игрой воображения Эла, или Пол действительно немного расслабился?

- Ладно.

Эл держал руку на плече Пола, пока они шли прочь. Он воспользовался этим прикосновением, чтобы закрепиться, и оглянулся, посмотреть, на что так задумчиво смотрел Пол. Это была витрина фотоателье с фотографиями пожилых людей на одной стороне.

На другой стороне были свадебные фотографии.

ОДНАКО Пол не сказал Элу о том, что его расстроило, потому что, пока они стояли в очереди, чтобы заказать сэндвичи, разговор зашел совсем не на ту тему.

- Каково это - владеть ломбардом?

Задавая этот вопрос, Пол прислонился спиной к кирпичной стене гастронома, его рыжевато-каштановые волосы красиво контрастировали с кирпичом. Это делало сумасшедшие вещи с мозгом Эла.

- На самом деле это ни на что не похоже. Просто еще одна работа.

- Как же ты этим занялся? Это было то, чем ты всегда хотел заниматься?

Эл рассмеялся.

- Нет.

Пол улыбнулся своей кривой улыбкой и махнул рукой, мол, продолжай.

Отвечая, Эл не сводил глаз с волос Пола, наблюдая, как на них пляшут блики в мягком свете прядей.

- Это был дом моего дедушки, его хобби, когда он вышел на пенсию. Когда он умер, он никому не был нужен, поэтому я взял его в свои руки. Купил его у бабушки, и теперь он мой. Я живу наверху, а работаю внизу. В чистоте и порядке.

Пол изучал Эла с таким вниманием, что тому захотелось поерзать.

- Но ты хотел управлять ломбардом?

Эл на мгновение задумался. Затем он сделал то, что редко делал, когда кто-нибудь спрашивал об этом. Он сказал правду.

- Да. Хотел. - Эл потер большим пальцем подбородок и опустил взгляд, чтобы Пол не заметил, как пристально он на него смотрит. - Моя мама… ну, ты знаешь эти телешоу о людях, которые сходят с ума от коллекционирования вещей и у которых дома полно мусора? Это моя мама. Она была такой с тех пор, как я был маленьким, когда умер ее отец. Я знаю, что она больна, и не виню ее, на самом деле, нет, но это все равно сводит меня с ума. Я подумал, что, может быть, если бы у меня было место, где она могла бы продавать свои вещи... - Он не стал заканчивать фразу, закатив глаза и пожав плечами. - Я был наивным в двадцать. Теперь это работа, на которой я могу курить весь день. Но да. Когда я взялся за этот ломбард? Я сам этого хотел.

Это признание заставило Эла почувствовать себя совершенно беззащитным, и он пожалел, что не может закурить прямо здесь и сейчас, но подошла их очередь заказывать, что спасло его на несколько минут. Это дало ему возможность переключить мысли, и к тому времени, когда они сели за стол, он уже был готов поговорить о Поле.

Пол опередил его, снова заговорив, пока они наливали себе напитки в автомате с газировкой самообслуживания.

- У тебя есть какие-нибудь сотрудники или только ты?

- Только я. Иногда братья подменяют меня, но в основном, если я не хочу, то не открываюсь.

Пол сделал паузу с недопитой колой в стакане и бросил на Эл взгляд, полный странной тоски.

- Правда?

- Правда. - Эл толкнул его локтем и потянулся за крышкой. - Ты что, хочешь выкупить мою долю и позволить мне пораньше уйти на пенсию?

Печальный вздох Пола отдался у Эла под ребрами и вызвал в них странную боль, причинить которую был способен только Пол.

- Я не могу позволить себе выкупить твою долю. Мне повезло, что я могу платить за аренду.

Они устроились в кабинке с высокой спинкой, где зеленый винил очень красиво сочетался с прической Пола.

- Чем ты занимаешься, Пол? Не уверен, что когда-нибудь спрашивал.

Его залил очаровательный румянец, вот только Элу не понравилось, что Пол выглядел почти пристыженным, когда его щеки покрылись пятнами.

- Ничего особенного. Я работаю администратором в ветеринарной клинике.

- Сейчас? Звучит интересно. - Эл на самом деле так думал, но у него было такое чувство, что Пол ему не поверит.

- Не так интересно, как быть настоящим ветеринаром. - Пол пожал плечами, ковыряясь в своем сэндвиче. - Это было то, ради чего я ходил в ветеринарную школу, но у меня ничего не получилось. Я даже не закончил ее.

- Ты мог бы вернуться.

Еще одно пожатие плечами.

- Думаю, у меня было представление о том, что значит быть ветеринаром, но в реальности все по-другому. Больше я ничем не хотел заниматься, и когда Ник предложил мне работать полный день, все, казалось, встало на свои места. И вот я здесь.

- Не говори так радостно, - поддразнил его Эл.

Эл, по крайней мере, вызвал легкую улыбку.

- Дело не в том, что я недоволен своей работой. Скорее, это никогда не было тем, чем я планировал заниматься в своей жизни, понимаешь? Как будто был какой-то график, а я сбился с него и не знаю, как вернуться, - Он скорчил гримасу. - Прости. Мне следовало предупредить, когда ты пригласил меня на ланч, что я в плохом настроении.

Элу было знакомо это чувство. То же беспокойство, которое выгнало его из ломбарда, казалось, охватило и Пола. Это осознание было похоже на искру, как будто вместе их беспокойство могло стать чем-то большим. Чем-то особенным. Чем-то лучшим.

Эл уже слышал, как Денвер насмехается над ним, но не обращал на это внимания.

- Два вопроса, ответ на второй зависит от ответа на первый. Номер один: Какой у тебя размер обуви?

Пол выглядел настороженным. И, как показалось Элу, немного заинтригованным.

- Девятый. А что?

Эл не был уверен в точном размере того, что было у него в ломбарде, но, должно быть что-то похожее.

- Второй: Ты когда-нибудь катался на роликах?

ТРЕМЯ ЧАСАМИ позже, когда Эл чуть не сбил Пола в сотый раз, он оставил попытки подняться на ноги и, смеясь, рухнул на траву рядом с дорожкой. Пол, тоже смеясь, неуклюже опустился на землю рядом с ним.

- Когда ты звал меня покататься на роликах, я предположил, что ты умеешь это делать.

- Никогда такого не говорил. - Эл прикрыл глаза от послеполуденного солнца. - Они пролежали в ломбарде много лет. Сомневаюсь, что кто-нибудь собирается ими пользоваться, так что мы можем.

Пол приподнялся на локтях и опустил ноги в роликовых коньках на тротуар.

- Что ты делаешь, когда что-то не продается?

- Я стараюсь не спешить, пока могу. Если мне начинает не хватать места или я устаю смотреть на что-то, я отдаю это в «Гудвилл» или выбрасываю. Обычно я делаю это все реже и реже. Ты начинаешь понимать, что будет продаваться, а что нет, и перестаешь это брать.

За исключением, конечно, тех случаев, когда он покупал кухонную технику у милых рыжиков.

Пол посмотрел через парк на амфитеатр, где на краю сцены резвилась парочка студентов колледжа. Солнце придало его волосам оттенок огненного золота и осветило кремовую кожу, отчего Элу захотелось прикоснуться к ней. Пол выглядел задумчивым, и Элу захотелось подразнить его, чтобы он снова стал веселым.

- В твоих устах это звучит так просто, - сказал он.

Это рассмешило Эла.

- Что, закладывать чужие вещи? Это не ракетостроение, нет.

Он покачал головой.

- Быть счастливым, я имею в виду. Принимать то, что у тебя есть, и быть счастливым от этого.

Таким он казался Полу?

- Я бы не сказал, что счастлив.

Теперь Пол сосредоточился на Эле, его милый, доверчивый взгляд был испытующим.

- Ты всегда смеешься и поддразниваешь. И ты всегда такой собранный. Тебя ничто не расстраивает.

Сейчас Эл должен был поддразнить, он знал это, но не мог.

- Ты же знаешь, что говорят о комиках. Они смеются, чтобы ты не видел, как они плачут. - Но это было уже слишком, поэтому он пожал плечами и повернулся обратно к парку. - Я не несчастлив, думаю. Возможно, я принимаю все как есть. Жизнь такая, какая она есть. Не можешь ничего изменить, не можешь выйти из игры.

Но ты можешь избегать игры как можно дольше.

Полу, похоже, не понравился ответ Эла.

- Конечно, мы можем это изменить. Мы можем сделать лучше. Найти правильные слова. Посадить правильные цветы. - Это заставило Эла обратить на него внимание, и в награду он покраснел. - По соседству проводится конкурс, чтобы наши дворы выглядели красивее. Я хочу победить. - Он хмуро посмотрел вдаль. - Конечно, может, ты и прав. Может, я не смогу победить.

- Я никогда этого не говорил, - быстро возразил Эл.

Однако Пол уже не слушал его.

- Я никогда не могу. Никогда не мог. Ни в старшей школе, ни в колледже, и уж точно не сейчас. - Его хмурый взгляд стал болезненным. - Ларри разозлился на Стейси прошлой ночью, и она пришла домой. Ко мне домой. Я позволил ей остаться.

Почему это признание было похоже на ушат ледяной воды? Эл старался говорить нейтрально.

- О?

- Она спала в постели рядом со мной, и больше ничего. Потому что я не хотел давить на нее. Потому что знал, что она, вероятно, не захочет ничего делать. Потом я проснулся, а она разговаривала с ним по телефону, и все между ними наладилось. Я был другом. Вот что она мне сказала. Я так старался сделать то, что она хотела, и проиграл. Снова. - Говоря это, он вырвал пучки травы и с отвращением бросил горсть на тротуар. - Зачем я это делаю? Почему я продолжаю цепляться за нее, пытаясь быть для нее на первом месте? Я даже не знаю, волнует ли она меня до сих пор. Я просто хочу, чтобы хоть раз кто-нибудь выбрал меня первым. Хоть один раз.

Эл не мог не подумать о том, что, если бы по дороге на ланч он встретил кого-нибудь другого, даже Денвера, он бы продолжил свой путь в одиночестве, вместо того чтобы предложить покататься на роликах.

- Бьюсь об заклад, тебя часто выбирают первым, и ты даже не знаешь об этом.

- Что ж, я хочу это знать. - Теперь он выглядел восхитительно свирепым. - Боже, и я хочу, чтобы она это увидела. Я хочу, чтобы все это увидели. - Он указал на другой конец парка. - Вон там. Это. Эти двое обнимаются вон под тем деревом. Прямо там, где каждый может их увидеть. Я хочу этого.

Живот Эла затрепетал, а его член приподнялся, привлекая к себе внимание.

- Хочешь заняться сексом в парке?

О, еще более очаровательный румянец.

- Нет. То есть, да, но не настолько конкретно. Я хочу, чтобы меня так желали. Для чего-нибудь. Кто-нибудь. И я хочу, чтобы все увидели. - Он покраснел еще сильнее. – Хоть один раз.

Фраза «Хоть один раз» продолжала звучать в ушах Эла, когда они поднялись на ноги и неуклюже побрели обратно к торговому центру, где, вероятно, не должны были делать этого, но все равно сделали. Они остановились, чтобы перевести дыхание, и разразились еще более детским смехом, прислонившись к мусорному баку. Эл воспользовался моментом, чтобы насладиться видом Пола, расслабленного и красивого, не неловкого и не застенчивого, просто Пола, и это было лучшее, что случилось за этот день. Эл понимал, что незнакомые люди наблюдают за ним, радуясь их с Полом веселью, их счастью.

Захваченный этим, Эл пошевелился, прежде чем смог сдержаться, схватил Пола за подбородок и запечатлел на его губах нежный, целомудренный поцелуй.

Испуг Пола заставил Эла отступить в свое личное пространство, заставив себя натянуть кривую улыбку, чтобы скрыть панику. Кивнув на аудиторию, пытаясь дать понять, что все это была шутка, он язвительно заметил:

- Вот так. Я думаю, все это видели.

Эл был готов к тому, что Пол обидится, расстроится или выйдет из себя. У него наготове был целый список аргументов, объясняющих этот порыв как бессмысленный. Однако Пол только уставился на него, ошеломленный, слегка сбитый с толку и, возможно, тронутый.

- Спасибо, - сказал он, наконец. Слегка запыхавшись, и от этого у Эла защемило сердце, как ни от чего другого.

Он по-мужски похлопал Пола по спине и подмигнул.

- Пошли. Первый, кто ударит о дверь ломбарда, покупает ужин.