Системная Перезагрузка: Том 2

Глава 10

Ночь после боя была беспокойной. Адреналин всё ещё бурлил в крови, не давая уснуть, а в голове прокручивались кадры последних часов — взрывы, крики, запах пороха и крови. Каждый раз, когда я закрывал глаза, перед ними вставали лица мёртвых англичан. Не то чтобы меня это особо беспокоило — они сами выбрали свою судьбу, вторгшись на нашу землю. Но мозг требовал разрядки после такого напряжения. К сожалению, его не было. Сейчас везде идут войны. Как локальные, так и глобальные.

— Лев Андреевич, — обратился я к старику, который курил возле разбитого окна одного из захваченных зданий, высматривая что-то на улице. — Я уезжаю. Тут всё под контролем, Морфей остаётся за главного, а мне нужно в другое место.

— Куда на этот раз? — спросил он, не оборачиваясь.

— В мир Эйвис. Там сейчас готовится большая операция. Как там вообще дела в столице? — спросил я, доставая сигарету. — По сводкам понятно, что плохо, но насколько?

Лев помрачнел, затянулся, долго и шумно выдыхая дым, который тут же уносило холодным порывом утреннего ветра. Цикл дня и ночи в Некторе был практически идентичен родному.

— Плохо — это мягко сказано, Лёша. Кремль цел, но половина города в руинах. Монстры попрятались кто где, всех ловить не успеваем, а люди… — он сморщился. — Люди сходят с ума. Кто в секты ударился, кто в бандиты подался. Мародёрство, грабежи, самосуды. У нас нет по солдату на квадратный метр, как у тебя в Борисоглебске.

Вспоминая отчёты — всё было в точности так, как он и говорил. Города с большой плотностью населения и почти все столицы мира пали, несмотря на все наши потуги.

— Из бывших кто-то остался? — спросил я, пролистывая отдельный список в меню контактов, по большей части чёрный.

— Которые власть? — горько усмехнулся старик, стряхивая пепел с сигареты. — Есть пара, сидят в бункерах, указы издают. А на улицах сейчас — кто сильнее, тот и прав. Выживальщики хоть какой-то порядок поддерживают, но это капля в море.

Масштаб катастрофы ужасен. Борисоглебск казался островком стабильности на фоне окружающего его хаоса. Настоящим последним оплотом и концентрацией силы.

Лев повернулся ко мне, и я заметил усталость в глазах старика — глубокую, въевшуюся усталость военного человека, который видел в своей жизни слишком много.

— Ну что ж, командир. Удачи тебе, — он пожал мне руку. — А я, пожалуй, махну в Москву. Сыновей проведать, дела там уладить. Спасибо за всё. И за возможность отомстить тоже. Как там закончим — вернёмся сюда.

— Не за что, — ответил я, пожимая его крепкую ладонь. — Увидимся ещё, Лев Андреевич. Обязательно увидимся.

Через час я уже стоял перед знакомым огромным порталом в Эйвис, смотря на переход между мирами. Обустроили, обтянули сеткой по верху, чтобы сюда всякая нечисть не лезла. Рядом с порталом дежурили часовые, а над всей конструкцией нависали тучи — плотные, серые, словно само небо предчувствовало грядущую битву.

Несколько глубоких вдохов, очередная проверка снаряжения, и вот я уже пробегаю сквозь мерцающую завесу, чувствуя привычную заложенность в ушах.

Внешне острова, на которые открывался вид с нашего плато, были изуродованы, посечены от взрывов. Второе — целый военный городок с кучей техники и людей.

Он поражал своими масштабами. За то время, что меня не было, здесь выросла настоящая крепость. Здания были преимущественно из дерева, но мой глаз не обмануть — это древесина из Лавра.

[Ной]: На месте. Докладывайте.

[Филька]: Император! Наконец-то. Тут дела посерьёзнее стали.

[Купринов]: Алексей, проходи в штаб, спасай, тонем в картах.

Я направился к ближайшей выкрашенной в синий цвет палатке с антеннами связи, мимоходом оценивая масштабы нашего присутствия вблизи. В первое моё появление здесь была только военная техника, теперь же развёрнута целая база — склады, ремонтные мастерские, даже полевая кухня. На окраине лагеря увидел строящуюся взлётно-посадочную полосу. Техники стало в разы больше, и я заметил немало новых лиц.

— Алексей, — Филька поднялся из-за складного стола, в самом прямом смысле заваленного картами и фотографиями.

Выглядел он так, будто не спал несколько дней подряд.

— Гору вскрыли, разведку провели. Данные — вот.

После его жеста раздался приглушённый взрыв неподалёку, но ни я, ни он от этого не дрогнули. Привыкшие уже, и «крутые» только пока вокруг вся эта паника. Уверен, пара спокойных дней — и меня начнут мучить кошмары.

— Медузу летающую сбили, — отмахнулся Филька и указал на гору распечатанных снимков на столе.

Я просмотрел несколько снимков отдалённых каменных сооружений. Мирные с виду города. Но после того, что эти твари сделали с индийским Мумбаи, у меня не осталось никаких сомнений насчёт их намерений.

— Мир краснокожих оказался куда больше, чем мы думали, — сказал Купринов, указывая на карту. — Монархо-имперский устрой, поделённый на три империи. Города-крепости с миллионами жителей. Воюют не только с нами, основной их замес происходит с другими иномирцами, поэтому нас просто сдерживают, но слабо. У них относительно примитивный быт, воевали до прихода Системы в основном железками, сейчас преимущественно пользуются духовным оружием.

— Сколько у нас времени до столкновения? — спросил я, проверяя свой инвентарь и думая о том, чем бы снарядиться.

Узнал недавно, насколько меня сильным сделала Система физически, и у меня появилась пара идей.

— По оценкам разведки — дня два-три максимум, — ответил Филька, потирая усталые глаза и щурясь. — Они стягивают локальную армию к порталу. Причём серьёзные силы. Там тысячи пехоты, по навыкам не скажу — мы их пока что держим на дистанции и даём прикурить.

Увидев всё, что хотел, я покинул палатку и пошёл в направлении складов. Надо снарядиться как следует. Системный чат помог нам поддержать общение на расстоянии:

[Ной]: Какие у нас силы для прорыва?

[Купринов]: Набрали из индусов четыре танковых роты, две мотострелковые, артиллерийский дивизион и кое-что из авиации, если нормально развернёмся. Плюс наши Выживальщики — нас больше втрое. Индусы смешались с нами здесь, и некоторые уже вступили в ряды, но с ними всё очень сложно.

[Ной]: Кто у них за главного?

[Купринов]: По этому поводу хотел поговорить, но ты ушёл. Полковник Дивендра, бывший военный. Думает, что раз у него звёзды на погонах, а предки на слонах катались — все обязаны в ноги падать. Устроил тут кастовую хрень — тех своих, кто из низших каст, даже не пускает к боеприпасам. Грёбаный идиот.

[Ной]: Он с головой дружит?

[Купринов]: Я тоже у него это спрашивал. Только он как начал затирать про «древние устои» и «духовную чистоту бойца», чтобы все сражались духовным оружием, я чуть ему в харю не заехал. Филька уже обещал, что, если тот ещё раз такое будет — Дивендра пойдёт в бой в первых рядах, без броника и с ножом в руках, как и задвигает всем.

[Ной]: Скажи ему от меня: если он не заткнёт пасть и не начнёт слушаться наших, Выживальщики с ним заговорят по-другому. Здесь каст нет. Здесь либо ты боец и используешь все возможности, либо нет. Пусть делает выводы.

[Дивендра]: Я тоже вижу этот чат и что вы здесь пишете! Кто ты такой? Мне знакомо твоё имя, я уже много раз слышал его. Покажи себя, ганду!

Открыв карту, нашёл на ней Дивендру и свернул от направления к складу прямиком в лагерь индусов.

[Ной]: Сейчас подойду и покажу, жди.

К несчастью предводителя выжившей правящей касты индусов, я знал, что значит это слово в переводе на русский. И если одну морду в своей жизни я уже набил за такое обзывательство, то сейчас будет набита вторая. Остаётся только понять, почему Система не перевела его. Дивендра не захотел? Плевать.

Я ненавижу кастовое разделение и любое понятие избранности. Понимаю при этом, что не все равны, не в равных возможностях и условиях родились и живут, но кастовость… Это отношение как к скоту, когда один человек смотрит на другого как на мусор, считая себя лучше…

Индийский лагерь располагался чуть поодаль от основной базы — отдельные палатки, отдельная техника, даже отдельная кухня. Классическая сегрегация, которую они сами себе устроили. Я шёл мимо группы индийских солдат, которые чинили какую-то технику, и видел, как с ними обращаются. Что у них даже нормальной обуви нет и как они с опаской поглядывают в мою сторону. Шудры, кажется, так их называют.

Ну уж нет. Такого в своих рядах я не потерплю.

Будто бы этого было мало, я обнаружил неподалёку свою родненькую МК-Р2, эксплуатируемую Выживальщиками. Кажется, с лагеря индусов вовсе не зачищали воздух, отбиваясь от системной дряни, оставив всю грязную работу нам. Обнаглевшие…

Дивендру я нашёл сидящим у командной палатки в окружении своих офицеров. Высокий, плотно сложенный мужчина лет пятидесяти, с аккуратными тонкими усами и надменным взглядом с широко раскрытыми глазами. На его погонах красовались полковничьи звёзды, а вся его поза кричала о том, что он привык к беспрекословному подчинению. Всё окружающее намекало на то, какие они обособленные. Даже флаги свои притащили сюда, не став использовать символику Выживальщиков.

— Вот и наш загадочный Ной, — произнёс он по-английски, вставая, когда я подошёл ближе.

Его офицеры — майор и два капитана — стояли рядом и явно ждали представления.

— Меня зовут Дивендра Сингх Ратхор! А теперь объясни мне, кто ты такой, чтобы указывать мне, как управлять моими людьми?

Я остановился в паре метров от него, оценивая ситуацию. Офицеры переглядывались между собой с плохо скрываемыми ухмылками — видимо, думали, что сейчас их полковник поставит на место главного Выживальщиков.

Дивендра выпрямился во весь рост, явно готовясь к эффектной проповеди и ожидая, что я отвечу, но я не спешил, и он всё же не выдержал повисшее в воздухе давление:

— Я полковник индийской армии, а ты…

Удар пришёлся точно в челюсть. Я не стал тянуть с объяснениями — просто вложил немного силы в правый короткий хук. Дивендра отлетел назад, сбив своим телом роскошный стул, и рухнул на землю, заливаясь кровью.

Смех офицеров мгновенно стих. Теперь они таращились на меня с откровенным шоком, а один даже потянулся к кобуре. Заметил, что другие тоже последовали его примеру. Зря они это сделали.

— На колени, не двигаться, — мне пришлось использовать Королевский Приказ.

Часть из них начала разбегаться, но большинство всё же склонились. Не дожидаясь окончания навыка и наблюдая за тем, как лагерь индусов окружают мои бойцы, я заговорил:

— Послушайте меня внимательно, — я посмотрел на корчащегося от боли Дивендру, затем на его офицеров. — Здесь больше нет полковников, майоров и каст. Здесь есть только те, кто готов сражаться за выживание человечества, и те, кто мешает этому делу.

Дивендра не поддался моему навыку и сейчас пытался подняться, держась за разбитое лицо, но я продолжил, не обращая на него внимания:

— Вы пришли сюда после того, как ваш город сожгли дотла. Вашу семью, друзей, соседей — всех убили эти твари. А вы до сих пор больны этим? — голос мой становился тише, холоднее. — Там, за порталом, армия, которая хочет стереть нас всех с лица земли. И мне плевать, кто и откуда — когда краснокожий засовывает тебе копьё в живот, он не спрашивает твою родословную.

В глазах предстали картины побоищ, увиденных в Мумбаи…

Я подошёл ближе к группе офицеров, всё ещё стоящих на коленях, и помог одному из них подняться.

— Каждый солдат здесь получает одинаковое снаряжение, одинаковую еду и одинаковые шансы выжить. Или умереть. И я, лидер Выживальщиков, в том числе! Тот, кто не может с этим смириться — может убираться прочь. Никто вас не держит. Давайте, идите, я посмотрю, насколько вас хватит.

Дивендра наконец-то встал, сплюнул кровь и нехорошо оскалился, и я заметил, как его глаза сверкнули голубым пламенем. Он попытался применить на мне системный навык. Зря.

— Ты не имеешь права, слизняк… — начал было он, но на этот раз я уже не сдерживался и ударил со всей силы.

Получившаяся мощь, дарованная показателями Системы, оказалась для меня точно таким же сюрпризом, как и для всех собравшихся. Голова Дивендры попросту разлетелась на куски, заляпав всё вокруг кровью. Его офицеры получили своё зрелище, пускай не совсем то, которого ожидали.

— Ваши традиции мертвы, как и ваша родина! — крикнул я, отпихивая от себя обмочившегося офицера, покрытого чужими мозгами. — Разделение — вот что вас погубило! Мне известно, что в Индии считается позором служить в армии. Но именно это презрение к силе и дисциплине сделало вас уязвимыми и слабыми! Пока вы мерились чистотой, к вам пришла смерть — и она не спрашивала, кто из вас выше.

С отвращением отпихнув труп Дивендры прочь с дороги, поднял стул и уселся на него. Действие моего навыка уже закончилось, но никто не стрелял и больше не тянулся к оружию. Меня слушали, а для непонимающих — дублировали в системном чате.

— Слушайте все! — крикнул я так, чтобы слышал весь лагерь. — Мне плевать, кем вы были раньше. Брахманы, кшатрии, шудры — для меня вы все одинаковы. Вы — люди. И если вы хотите отомстить за своих близких, если хотите, чтобы человечество выжило — вы будете сражаться плечом к плечу. Без различий и предубеждений.

То, как некоторые из низших каст встали и выпрямились, впервые за долгое время подняв головы, не осталось без моего внимания.

— Тот, кто готов сражаться как равный среди равных — добро пожаловать в Выживальщики. Тот, кто не готов — у вас есть час на то, чтобы убраться с нашей территории.

Оставив за спиной оглушённую и потерянную толпу и покинув индийский лагерь, я направился к складам. Предстоящий бой обещал быть серьёзным, и мне нужно было подготовиться соответствующе. На скорую руку обмывшись, открыл системный инвентарь и начал планировать свою боевую нагрузку.

Всё добытое в сражении с англичанами уже отправилось в Борисоглебск. Сейчас мой инвентарь был почти пуст, за исключением пары предметов, которые я по привычке смахнул туда с тела Дивендры, и 20 применённых Сумок Путешественника, являющихся сейчас приоритетными буквально у каждого бойца. Слишком уж хорош инвентарь с его возможностями.

Сначала — самое главное в первый слот:

Абакан АН-94 — лучший в мире автомат: 4 килограмма плюс десять магазинов по 30 патронов — 5 килограммов. Сколько я этих машинок смерти уже угробил? Понятия не имею, но дома лежит запасной ящик таких. Надо бы позаботиться о том, чтобы найти ещё один, или два…

Затем — нечто безумное, для подавления массовых целей врага.

Малость напрягшись, я поднял в руки Корд и попробовал его покрутить в руках, словно обычный автомат, не обращая при этом внимание на вытянутое лицо завхоза. 40 килограммов самого пулемёта я решил нести в руках, плюс шесть лент в инвентарь по 9 кг каждая. С моими системными характеристиками это было вполне подъёмно, и оставалась ещё куча места.

Взял 12-ую «Сайгу» с запасом патронов, набрал гранат на 20 килограммов и даже пихнул пистолет с тремя магазинами в одну из ячеек, добивая её вес до конца.

Общий вес снаряжения был огромен, но спасибо инвентарю — я его попросту не чувствовал. К тому же я мог распределить часть груза между инвентарём и тем, что нёс на себе, и мой рюкзак по завершении снаряжения оказался полон. Главное сейчас — не подорваться, а то фейерверк устрою такой, будто рванёт небольшой склад боеприпасов, чем я, собственно, сейчас и являлся.

Проверив всё в последний раз, я направился обратно к штабу. Завтра нас ждала серьёзная битва, и я собирался показать краснокожим, что значит связываться с человечеством.