Системная Перезагрузка: Том 3

Глава 13

Легко жить вместе, будучи в системной группе. На тебе будто всегда маячок висит. Не успел я дойти до двери в комнату, в которой сейчас была Кира, меня уже поприветствовали с другой стороны:

— Всем акулам — привет!

— Акулам? — переспросил я, открывая дверь.

— Ну ты же вокруг дома крутился, — пояснила Кира, сидя на кровати в окружении кучи одежды. — Акула, как в кино.

— Не всё в кино — правдиво, — сказал я, присаживаясь рядом с ней.

Судя по её реакции и потухшей улыбке, я немного «придушнил» толком не начавшийся разговор. Но это не страшно. Всегда можно исправиться.

Я достал из инвентаря букет. Как самый настоящий волшебник, проявив его в руках из пустоты.

— Ух ты, — сказала Кира, но её радость сменилась замешательством, стоило ей увидеть, что я держу в руках. — Это…

— Ага, — ответил я. — Налетай, пока тёплая.

В букете не было цветов. Зеленью выступала самая обычная капуста с огурцами, а вместо цветов была шаурма. Шесть штук. Завёрнуто всё это дело было в пищевую бумагу, но выглядело очень красиво и аппетитно. Вот такой вот я романтик. Это моя фирменная сигнатура, которой я пользовался уже чёрт его знает сколько лет. Всегда нужно произвести хорошее впечатление. Я никогда не был нищим, суть тут не в деньгах или в красивых розах, которыми хоть весь дом забить могу. Тут главное — внимание.

И спасибо шаурмечнику местному, у которого я заказываю этот набор далеко не в первый раз. Спасибо, что живой.

Кира не подвела. Всё же обрадовалась и принялась за трапезу. Я сходил на кухню за сервизом, и мы разложили всё это дело на подставке, между нами, на кровати. Романтика.

— Давай помогай, — сказала она, дожевав. — Я сама не справлюсь.

Каждый раз одно и то же. Но шесть порций шаурмы для одного человека — это реально многовато. Да и я голодным был. Так что присоединился к ней.

Сидим, кушаем, смотрим друг на друга. Будто впервые знакомимся. Перед тем как зайти домой, я всё же потратил некоторое время на то, чтобы придать себе надлежащий вид. На мне сейчас даже ничего системного не было. Простая, повседневная одежда, никаких плащей и лишнего железа.

— Ты выглядишь… хорошо, — сказал я, рассматривая её.

Кира выглядела куда лучше, чем когда я её оставил. Так же привела себя в порядок, вышла из образа «бой-бабы»: волосы аккуратно собраны, на лице румянец, одета в какое-то летнее платье, и её рыжие волосы распущены по плечам и ухожены. Ну что я могу сказать ещё? Тогда, в разломе, особо не присматривался. Сейчас вижу — мне повезло.

— Спасибо твоим женщинам. Они очень заботливые. Тамара рассказала много про тебя, — она улыбнулась, но в глазах читалось что-то ещё, задумчивое и серьёзное. — Кстати, интересные истории.

— Надеюсь, ничего компрометирующего? — спросил я, убирая бумагу в инвентарь.

— Зависит от того, что ты считаешь компрометирующим. Например, история про то, как ты спас целый детский дом, пожертвовав кучу денег. Или про то, как ты лично вытащил из пожара собаку, будучи подростком. Или про то, как ты отказался от убежища, которое тебе предлагали политики, когда всё началось.

Я поморщился. На меня смотрят влюблёнными глазами и продолжают жевать. Тамара явно перестаралась с героизацией.

— Она преувеличивает, — заявил я.

— Или история про то, как ты…

— Хватит, — перебил я. — Понял, что она много рассказала. Я не хочу собой гордиться. Просто человек, и делаю всякие вещи, на месте мне ровно не сидится.

— Это ещё не всё, — в голосе Киры появились стальные нотки. — Например, она не рассказала мне про Кайлу.

Я мысленно ругнулся. Вот оно. Я так и знал, что рано или поздно это всплывёт. Но это было слишком быстро.

— Кира…

— Нет, не перебивай. Я сама узнала ещё от Кошкина.

Убью гада.

— Про то, что было в пещерах. Ты… спал с инопланетянкой?

Нет, это уже перебор. Найти имя Кошкина не составило труда. И сейчас я воспользовался Системой впервые так быстро и молниеносно, что отправка личного сообщения заняла какие-то доли секунды. Быстрее, чем обычно делаю это в бою, на чистых рефлексах, Кошкину было отправлено личное сообщение:

[Ной]: Беги.

Тем не менее, Кире нужно было ответить, раз уж её волновал этот вопрос:

— Да, спал в обнимку, греясь возле костра в пещере. Там ещё человек двадцать было вокруг. Я был… не помню уже. Третьего уровня, что ли.

Времени прошло всего ничего — чуть больше двух месяцев, но это ощущалось как нереально огромная пропасть.

Она замолчала, думая о чём-то своём и жуя. Я молчал, не зная, что сказать. Шаурма, зато, получилась что надо — мои комплименты шеф-повару. Пища богов, люблю её больше, чем всяких омаров, устриц, трюфели и прочие плохо перевариваемые продукты. Надо бы набрать себе побольше перед очередной отправкой в разлом или портал. Серьёзно! Зачем мне всякие сухпаи, если предметы в инвентаре всё равно находятся в стазисе? Буду питаться нормально, между рубкой монстров заедая восстановительные паузы вкусными и любимыми блюдами.

Мужское счастье. Идеальная жизнь. Война и жратва.

Я молча проявил системное меню первой группы, которую создавал ещё в тех пещерах. Не все были живы. Большинство из команды Ковальски уже умерло, вероятно, участвуя в постоянных сражениях, гонимые в спину толстосумами. Сам майор был жив. Чи Вэй, Жак, Сиан — тоже живы. Ну а на имя Кавьи мне лучше было не смотреть — сразу злость глаза и сознание заливает. Так что отправиться в гости к лорду Фильке мне захотелось ещё сильнее. У меня там есть дела и свои счёты в Эш-Терракс, и нельзя оставлять этот вопрос без внимания.

— Её имя не почернело, — сказала Кира, внимательно посмотрев на меню. — Значит, она жива. И судя по всему, очень важна для тебя, раз стоит в самом верху списка контактов.

— Это было до того, как я узнал о тебе. До того, как узнал о ребёнке, — сказал я тихо.

— Да? И что изменилось? — в её голосе не было злости, только усталость. — Ной, я не дура. Я вижу, как ты на меня смотришь. Да, есть влечение, есть забота. Но любовь… Ты любишь её, правда?

Я хотел соврать, но передумал. Лучше быть честным сейчас, чем врать всё время потом. Глупо ли любить девушку, которую повстречал лишь раз? Определённо.

— Да, — признался я. — Но это не значит, что…

— Это значит именно то, что означает, — она встала с кровати и подошла к окну. — Знаешь, Ной, я не претендую на твою любовь. Я знала, на что шла… Я знала, что ты не из тех, кто легко привязывается.

— Кира!

— Но теперь у нас будет ребёнок. Я не буду просить тебя любить меня. Но я прошу тебя быть честным. Со мной и с собой.

Ох, любят же эти девушки всякую мелодраму на пустом месте разводить. Даже не спал ведь с Кайлой, но что-то меня в ней зацепило. Я точно могу сказать, что люблю Киру точно так же, даже больше. Но это прозвучит как оскорбление. Надо просто выразить свои чувства только к ней.

Я встал и подошёл к Кире. Обнял её сзади. Она не сопротивлялась, прошептал ей на ухо:

— Я хочу быть с тобой. Хочу быть отцом этому ребёнку.

— Хочешь или считаешь, что должен? — спросила она, оборачиваясь ко мне и внимательно смотря мне в глаза.

Вопрос попал в точку. Я не знал, где кончается желание и начинается чувство долга.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но знаю, что не хочу бросать тебя. Знаю, что ребёнок заслуживает отца. Знаю, что мне хорошо с тобой, и что людей становится меньше с каждым днём.

— Хорошо — это не любовь.

— Кира, я сказал, что думаю. Не заставляй меня придумывать что-то ещё или врать.

Кира долго молчала, положив мне голову на плечо.

— Ладно, — сказала она наконец. — Пусть будет так.

— Ох, — вспомнил я кое-что важное, — секунду.

Метнувшись к букету, который мы так и не осилили доесть до конца, оторвал у него нижнюю часть и достал оттуда кольцо.

Пока я там занимался своими делами, Кира приоткрыла окно, но ветер за окном оказался слишком сильным и порывистым, тут же распахнув его полностью. А я только и мог, что смотреть на неё, стоя на одном колене, с протянутой рукой. Убрав мешающие волосы со лба, она повернулась ко мне и замерла в недоумении.

Я не устроил из этого грандиозного шоу с гостями и приключениями, не выбрал красивое место, даже не вышел на публику. Будучи сильной системной тварью, возможно, самой сильной на планете, всё равно не нашёл в себе сил, чтобы задать вопрос. Но этого и не нужно было делать. Момент всё равно был хорош, даже очень…

Она была очень красива в своём лёгком платье, развевающемся на ветру, ворвавшемся в комнату. Придерживая его рукой, она протянула мне руку, мило улыбнулась и ответила:

— Я согласна.

Надев кольцо ей на палец, встал и обнял её ещё раз, поцеловал.

— Романтик из тебя так себе, конечно, — прыснула она со смеху. — Шаурма и предложение в комнате.

— Вы чем-то недовольны, госпожа Кремнева?

— Ной… Лёш, у тебя серьёзно такая фамилия? — удивилась она.

— То есть ты выслушала про меня кучу историй, переехала сюда жить и даже не поинтересовалась, как меня зовут?

— Ну, Ной ведь…

— Забей.

Ещё раз прижав к себе женщину поплотнее, вдохнул аромат её духов и зажмурился на пару секунд. Причина, по которой я не устраивал из предложения показуху, была в том, что мне уже нужно было уходить. Она будто бы почувствовала это.

— Ты ведь не останешься? — спросила она, вжавшись в меня. — Пойдёшь снова и…

— Да, Кира. Пойду. Сейчас я отправлюсь в мир Эш-Терракс, воевать против тех, кто приказал вырезать людей в Индии. Хочу добраться до одного ублюдка и открутить ему голову лично.

— Мне очень грустно от этого, и я против, но я не глупая. Возвращайся живым, хорошо? Хотя бы не ради меня, а ради ребёнка…

— Кира, — я слегка отодвинулся, смотря ей в глаза, которые уже были на мокром месте. — И ради тебя, и ради ребёнка. Я уничтожу каждую опасность, чтобы мы жили счастливо.

В голове снова пронеслось воспоминание о видении из будущего, показанном мне квинтэссенцией Пророка. Не знаю, насколько оно реально, но счастливым такое точно не назовёшь. Сделаю всё в моих силах, чтобы подобного не случилось.

— С-спасибо тебе, — Кира разрыдалась и вновь прильнула ко мне. — Я думала, я боялась… что ты отвергнешь…

У неё сейчас, кажется, самая настоящая карусель эмоций. Такая уверенная в начале и такая слабая и хрупкая сейчас. Девушка, которая заговорила со мной, разглядывая своё отражение в начищенном до блеска ноже, никак не была похожа на ту, что я сейчас держал в руках. Мне не оставалось ничего, кроме как гладить её по волосам. Но бесконечно это продолжаться не могло.

Вырвавшись из объятий, я взял её за руки и серьёзно посмотрел в глаза.

— Кира, послушай меня внимательно. Я не знаю, сколько времени буду в том мире. Может, день, может, неделю. Но я обещаю — вернусь. И когда вернусь, мы поженимся. Нормально, с гостями, в белом платье, со всеми церемониями.

Она кивнула, вытирая слёзы.

— Только не делай ничего глупого, пока меня нет. Никаких разломов, никаких опасностей. Ты теперь не только за себя отвечаешь, понимаешь?

— Понимаю, — прошептала она. — А ты не делай ничего слишком геройского. Я хочу, чтобы ребёнок знал своего отца.

Поцеловав её в последний раз, я направился к двери. На пороге обернулся — Кира стояла у окна, которое так и не закрыла, одной рукой придерживая развевающееся платье, другой касаясь живота. Образ, который я запомню надолго.

— Увидимся, Кремнева, — сказал я, и она улыбнулась сквозь слёзы.

Спустившись по лестнице, я столкнулся с Тамарой в коридоре. Она явно поджидала меня, держа в руках поднос с чаем.

— Как дела? — спросила она, внимательно изучая моё лицо.

— У меня — норма, — ответил я, усмехнувшись. — Иди уже к ней, сплетница.

Тамара лишь серьёзно кивнула и поспешила наверх.

Выйдя из дома, сразу же открыл капитанский чат. Пора было передавать информацию, полученную от Йона, и отправляться к Фильке, которого я не могу назвать лордом, даже если меня заставят. У меня там были очень важные дела.

[Ной]: Всем привет. Составил инфо-пакет. Круглов, можешь принять?

[Круглов]: Давай сюда. У тебя всё в порядке с Кирой?

[Ной]: Да, в порядке. Информация критична, изучайте внимательно. Я в Эйвис, к Фильке.

[Круглов]: Добро.

[Рыжий]: Свадьба когда?

Отправив подготовленный пакет данных о полученной информации от Йона, закрыл чат и направился к порталу, ведущему в Эйвис. Пора было встретиться с Филькой и узнать, как дела у нашей экспансии в чужом мире. А заодно — найти кое-кого из местной аристократии и провести с ним весьма длительную беседу об ответственности за геноцид.

Поездка не заняла много времени. Техника постоянно курсировала из города к порталу и обратно. Новостей всё время на плечи сыпалось огромное количество, по монстрам, контактам и прочему, со всех сторон разом. Я решил, что мне пока что нет смысла следить за всем и сразу. У меня для этого есть ответственные лица.

Громадный портал, ведущий в Эйвис, сильно не изменился. Разве что светофор добавили и двухполосную линию подвели, оставив место для пешеходов. Пролетели его, даже не снижая скорости. Столь резкий переход был небольшим сюрпризом для меня, ударив под дых, но я вытерпел. Водителю моему было безразлично, видимо, какая-то толерантность ко всем этим ощущениям вырабатывалась. У меня всё же было больше выносливости, чем у него, уверен.

Сегодня у меня день созерцания красоты. Эйвис — очень красивое место. Гигантские парящие острова, соединённые между собой толстыми ветками. Сейчас тут было не так облачно, как раньше, и местное солнце, очень похожее по цвету на наше, светило ярко. Везде, насколько хватало глаз, были видны острова. Было в этом зрелище что-то органическое, и напоминало не столько огромное дерево, сколько строение клеток. Микрокосм и макрокосм — что-то из этого разряда, не помню точного определения.

Промчали мимо военного городка в Эйвисе, особо не задерживаясь. В машину, в которой я ехал, были загружены всяческие припасы, я, водитель и ещё пара бойцов. Конечным пунктом назначения был город, у которого пока что не было названия. Его обзывали либо «Кровавым», либо «Эйвис-1», и в таком же духе, с другими произвольными названиями. Был он не сильно большим и скорее наместническим — особо в систему управления Эш-Терракс я не вникал, мне было на неё плевать. Знаю только, что там до сих пор сидит урод, натравивший своих накаченных дурью рабов на Мумбаи.

Правильным казалось убить каждого пришельца из расы терраксов, но там была не только правящая каста. Рождённые рабами, безвольники, как их называли, были освобождены недавно. И какого же было моё удивление, когда я увидел их в наших рядах, на выезде из городка. Щуплый краснокожий человек нёс вахту на КПП, с автоматом в руках.

Краснокожий терракс отсалютовал нам и поднял шлагбаум. В его движениях не было ничего рабского. Интересно, как быстро люди адаптируются к свободе, когда её им дают. Они ведь все тоже люди, вообще все, кого мы встречаем? Это ведь не пришельцы по своей сути, у нас общий предок. Мы все из одной расы, если верить Йону, но такие разные…

— Слушай, — обратился я к одному из бойцов, — а как они? Эти освобождённые? Можно им доверять?

— Пока нормально, — ответил тот. — Работают добросовестно. Правда, иногда странно себя ведут. Как будто не верят, что свобода — это всерьёз.

— В смысле?

— Ну, постоянно спрашивают разрешения. На всё. Поесть, поспать, посрать. Приходится объяснять, что теперь сами решают. А ещё плачут иногда. Без причины. За свой мир вообще не боятся, рады оттуда свалить.

Разговор затянулся, боец рассказывал о странной схожести терраксов и индусов. Со всеми их кастами и социальными проблемами они быстро нашли общий язык и смогли даже подружиться настолько, насколько это возможно. Индусы считали себя по большей части… освобождёнными, чему я очень удивился.

Стоило задуматься о расах, как вопрос возник тут же. Попытался обратиться к своему голосу в голове, молчавшему всё время, пока я занимался своими делами на Земле:

Йон, ты тут?

Сложное философское понятие это ваше «тут». Я не считаю тебя достаточно развитым, чтобы отвечать на него развёрнуто.

Можно было сказать просто «да».

Нет.

До чего же он вредный! Ладно, это не важно. У меня был вопрос по поводу Системы. Нам же сказали, что нужно занять одно место из десяти… Что будет с теми, кто предаст расу?

Звучала такая мысль жутковато, но я тут же прогнал наваждение. Сейчас не до морали. Мне правда интересно. Йон не стал молчать:

Ничего. Всё, отстань, я занят.

Хм. Чем можно быть занятым, находясь у меня в голове? Не нравится мне это…