Суетящийся демон. Книга 3

Глава 4 Подбери свое лицо

Круги на воде, оставленные брошенной монеткой, со впечатляющей скоростью устремились к краям озера. Не прошло и трёх секунд, как вся поверхность превратилась в гладкий ледяной каток из которого, торчали подрагивающие, похожие на стебли алоэ, щупальца.

— На этом ознакомительную часть можно считать законченной. — Констатировал Равель, ступая на лёд. Красные ленты, путаясь в волосах, колыхались на ветру. — Полагаю, тебе сейчас довольно больно. Но ты сам виноват. Ты отверг моё предложение и поэтому мы переходим от добровольной сделки к допросу. Надеюсь, ты оценил ход с подброшенными монетками. Находись твои щупальца подо льдом, у тебя был бы небольшой шанс проломить его, но теперь, снаружи, у тебя это вряд ли получится. К тому же я сразу увижу твои попытки освободиться. Сразу говорю, не советую.

Тёмная стройная фигура подошла к ближайшей, торчащей надо льдом конечности и взмахнула посохом. Лента, мгновенно принявшая форму лезвия косы, отсекла её, ровно и быстро, как нож суши-мастера рыбу в японском ресторане. Детское лицо Ю-бея перекосила гримаса боли.

Равель поднял звякнувшую монетку, ещё недавно пойманную отрубленным отростком и двинулся дальше:

— Я подозревал, что для умения так виртуозно управлять таким большим количеством конечностей, нужна развитая нервная система. Вижу, что не ошибся. Ради чего ты терпишь всё это? Ты едва знаешь этих чужаков.

Ещё один взмах посоха и изо рта Старосты вырвался стон. Ещё одна монетка отправилась в карман Карающего.

— Не упирайся, демон, ты всё равно скажешь мне где они. Моё оружие имеет интересную особенность: демоны не могут регенерировать отрубленные им конечности. Ты станешь калекой, как бы забавно это ни звучало по отношению к нашему не совсем биологическому виду-племени. Ты стараешься ради Оккику? Этого магического полумёртвого отродья, которое иногда захаживает в гости? Ты ведь знаешь, что некроманты уважают только силу, ты не будешь полезен им ущербным и слабым. Тебя вытащат из этого пруда, как улитку из раковины, зажарят и пожрут твою плоть на потеху всей деревне.

На деревянном мосту начали собираться люди. Многие держали в руках факелы и выглядели весьма воинственно.

— А вот и твой ресурс подоспел, может мне переключиться на него? Хочешь ещё один спор? Мне кажется, я смогу запустить вот эту монетку с такой силой, что пробью насквозь как минимум троих. Принимаешь пари, Староста?

Три…

Два…

Один…

— Стой! Я скажу где они! Я сниму защиту! Сниму! — Заверещало чудовище.

Наблюдающий из укрытия Евклид повернулся к Славе:

— Кажется, игра в прятки подходит к концу. Сколько времени нам нужно, чтобы Держатели портала пропустили нас внутрь?

— Слушай, Эф, я и сам впервые… Секунд тридцать, думаю… Видел их? Эти гусеницы еле двигаются… Пока добежим, пока оплатим… Да, точно не меньше тридцати.

— Тимофей, координаты, выданные старостой наготове?

— Готовы. Ю-бей, как его, оказывается, зовут, выдал мне всё что обещал, — Тимофей показал небольшой обрывок бумаги с координатами. — Его надо засунуть Держателю в пасть, так Староста велел сделать. У них нет глаз, зато всё остальное работает прекрасно. Заверил, что отправят куда надо.

— Тогда план такой: Эннор ныряет к порталу и пока гусеница сползает, до портала добегает Слава и оплачивает проезд. Наша с тобой задача, Тимофей, продержаться против Равеля всего тридцать секунд. Справимся?

— У нас нет выбора, хозяин. Мы должны справиться. Наш путь к вершине не закончится здесь. Готовь своё оружие, Староста может снять барьер с пещеры в любой момент.

— Хм… Между нами довольно большое расстояние, даже ты со своей скоростью, преодолевал бы его секунд двадцать, не меньше. Пещера находится в удалённом месте, её явно проектировал тот, кто разбирается в демонах и правильных переговорах. Кажется, что у нас есть все шансы на успех.

— Кажется… Против Равеля…

Договорить Суетящийся демон не успел.

— Стена пропала! — крикнула Эннор и тут же провалилась сквозь землю, вынырнув возле портала.

Слава бросился за ней, неловко карабкаясь вниз по скале, цепляясь за едва заметные каменные выступы и проросшие сквозь трещины пучки растений.

— Попались!!! — крик Карающего громом разнёсся по всей территории.

Небо накрыла вспыхнувшая синяя печать. Евклид почувствовал, что каждое его движение становится медленным, руки и голова потяжелели. Похожий эффект он испытывал ещё в школе, когда Тито брали под стражу. Он, будто в замедленном темпе, наблюдал, как Слава, пытаясь сэкономить время, сорвался вниз и ударился оземь. Медленно, катастрофически медленно, Слава принялся подниматься.

Равель же, напротив, двигался теперь удивительно быстро. Тёмный силуэт уже во весь опор мчался от озера по направлению к отряду.

«Тимофей! Мы не успеваем!»

Евклид увидел, как медленно синеволосого покрывает ледяная броня.

«Выпускай чёрных псов, Евклид! Не стой столбом! Это наваждение! Заводи ваджру! Мы должны продержаться!»

В отличии от тела, голова молодого человека работала не хуже, чем прежде. Отдав мысленную команду, он с радостью увидел, как из квадратного перстня один за другим появляется пятёрка чёрных псов.

— Задержите его! Вот она, ваша добыча!

— Слой за слоем, дорогой скользящей… предстань! — повелел синеволосый.

Склон мгновенно покрылся толстой ледяной коркой.

— Гелиодор передаёт привет!

Луч света вырвался из оружия вертикально вверх, пронзая иллюзорный небесный купол. Евклид поглядел вниз и похолодел. Он только сейчас осознал, что не может направить оружие на врага, ведь под ударом, помимо скользящих вниз чёрных псов, окажется Ю-бей и половина деревни.

Оглушительный голос Равеля, вибрировал и искажался, отражаясь от печати на небе:

— Слыхал про трактат «искусство войны», нормализатор? «Если противник находится на высотах, не иди прямо на него», «если за ним возвышенность, не располагайся против него». — Карающий мчался вверх по склону, вонзая свой посох в лёд. — Я писал этот трактат вместе с Сунем, много лет назад, а теперь сам пренебрегаю его мудростью. Забавно, не правда ли? Давай же, нормализатор, направь на меня оружие или одну из своих смертоносных аксиом! Какое тебе дело до этих мошек внизу? Ты же хочешь взлететь выше всех в мире, да? Докажи мне свою решимость!

— Пространство, изнутри распираемое, дающее форму. Исчезни, сжавшись до сопротивления материи. Спекись!

Евклид свободной рукой скастовал заклинание, но мутное полотно так и не достигло цели, рассыпавшись, едва коснувшись маски преследователя.

Первый приблизившийся чёрный пёс поддался на обманное движение Равеля и проскочил мимо цели, второй был с лёгкостью отброшен в сторону сильным тычком посоха, а оставшаяся троица осталась далеко внизу, когда демон внезапно прыгнул.

Наконец, появилась возможность достать противника без страха уничтожить целое поселение и Евклид качнул в сторону уже изрядно разогревшуюся рукоять. Фиолетовый луч коснулся Равеля, но тот внезапно пропал, а затем вновь появился прямо перед Евклидом.

Маска Карающего нависла над лицом молодого человека. Ему за одно мгновение удалось рассмотреть внешность противника: трещинки на костяной поверхности маски, два ярко-зелёных глаза в глубине, зигзагообразный рот, точнее его застывший на маске отпечаток. Да, маска без сомнения и была лицом сатана, неотъемлемым элементом его тела.

Евклид попытался развернуть кисть. Каких-то пару градусов и голова неприятеля просто исчезла бы, не оставив после себя даже пепла, но эти два градуса невозможно было преодолеть, рука, зажатая мёртвой хваткой Равеля, была словно вмурована в бетонную стену.

— Ни с места, Суетящийся демон! Одно движение и я разорву нормализатора пополам! Битва окончена, я победил!

— Не разорвёшь, — стараясь изо всех сил высвободить руку, прошипел Евклид. — Я нужен вам живым.

Равель рассмеялся:

— Вы и вправду так мало обо мне знаете, ничтожества! В карете есть всё необходимое, чтобы поддерживать жизнь в тех, кто мне нужен. И столько, сколько нужно. В любом состоянии. Если придётся, я разберу тебя по кусочкам и доставлю хозяину для допроса в нескольких ящиках. У нас, кстати, есть особое место для таких целей, кабинка чистоты. Там все говорят только правду: поют её в необходимой тональности, на языках, которых даже не знают. В том месте мы выжмем из тебя все десять аксиом, а также разберёмся в каком месте твоей бесценной головы они зарождаются. Может быть ты даже не понадобишься нам целиком. Заберём необходимый кусочек и отпустим.

— А как же суд? Как ваш хвалёный Кодекс?

— Я говорила тебе, капитан, что эти ничтожества подчиняются другому богу! Их бог это деньги, их Кодекс можно обменять на горсточку уний. — Эннор храбро шагнула вперёд, держа наготове тэкпи. Её глаза сверкали яростью.

— А, беглянка! Насчёт тебя имеются особые распоряжения. Ты убила двух высокородных, мы не прощаем такое. Тебя ждёт мучительная и публичная казнь. Ты даже не представляешь насколько мучительная. Для существ нашей породы существует набор особых практик.

Евклид криво усмехнулся, глядя в холодные зелёные глаза:

— А потом меня спрашивают почему я не хочу по доброй воле присоединиться к Нулевой Земле. Вы, ублюдки, нарушаете вами же самими созданные правила. Придумали удобную структуру социального расслоения, в которой появляются отбросы вроде Жоржа. Напридумывали родословных. Уверен, что большинство жителей тех небоскрёбов, о которых все говорят, обычный менеджеры, кассиры, или риелторы. Наместник Золуса Маркус, кстати, тоже был изрядной сволочью! Уверен, что и Маркус второй, которого прикончила мой штурман был не лучше. Да у них обоих даже имена звучат фальшиво!

— Это Хаосум, мальчик. Здесь всё решает сила. Прятался бы в своих Норах, может ещё бы побегал. А теперь у тебя появится отличная возможность указать кассирами и риелторам их место. Я бы с удовольствием взглянул на это!

Евклид увидел как к порталу неспешно двигается колесница.

— Почему ты выбрал столь изощрённый способ перемещения, Равель? Раз уж мы поедем вместе, ответь. Лошади? Точнее подобие лошадей. Ты мог бы летать на драконе, или ещё какой твари снаружи, а выбрал себе вот это.

— Лошади символичны, человек. Это как… Ездить на ретро-автомобиле. Есть особый шик в том, как они выглядят, в том как они уморительно неудобны.

Суетящийся демон растерянно стоял в двух метрах от хозяина, сжимая в руках копья, которые он не мог применить. С его подтаявших ледяных доспехов срывались капельки подтаявшей воды.

— Кажется, на этот раз мы проиграли, Эф. — Слава соскочил с основания портала и поспешил к ним.

— Вы проиграли не сейчас, а тогда, когда мой хозяин Всеволод отдал приказ о вашей поимке, а Вектор после коротких переговоров навёл меня на ваш след. Это ты теперешний хозяин Эннор, смешной человечек? — Равель с интересом оглядел татуированную голову и шею. — Тебя тоже ждёт не лучшая участь. Зря ты спутался с нормализатором.

— Я не боюсь, Равель. Я готов разделить поражение, со своим сатаном и своим другом.

Эннор недовольно хмыкнула в ответ. Евклид встретился со Славой глазами.

Карета, тем временем, упорно двигалась вверх по склону. Слишком быстро и безошибочно для обычных лошадей. Ни разу не поскользнувшись. Не издав ни звука.

— Эти лошади, кстати, из особой касты демонов. Породистые. Родовые демоны двух поверженных хозяином кланов. Обречённые вечно служить другим демонам, против своего естества. Сила есть сила. Чем её больше, тем приятнее ей обладать.

— Они напоминают мне кое-кого, — Евклид указал Равелю на возвращающихся чёрных псов. Эти создания точно так же превращены в орудия служения, только не Нулевой Землёй, а Братством. — Молодой человек навёл на них кольцо, втягивая назад. — Это показывает, что вы ничем не лучше фанатиков.

— Это показывает, что лично ты ничем не лучше меня, человек, — в голосе Карающего отчётливо прослеживалась усмешка. — Ты только хочешь казаться героем. Мне рассказали про белые плащи твоей армии. Наивный и детский символизм. Ты никогда не покоришь Хаосум в белом плаще, парень. «Хаосумы» покоряются в других плащах, плащах цвета грязи, дерьма и крови. Жаль, что ты так и не успеешь этого понять. Залезайте внутрь. Все.

Слава, кряхтя, взобрался на высокую подножку украдкой подмигнув Евклиду:

— Карающий Равель — сильнейший из демонов Нулевой Земли. — Покорно изрёк Слава. — Нам повезло, что мы вообще всё ещё живы. Остаётся надеяться на благосклонность суда самой развитой территории Хаосума. Эннор, за мной! Эф, зови Суетящегося.

— Тимофей, полезай внутрь. Мы явно не сможем победить сейчас… И сними доспехи, сиденья промокнут.

Вся четвёрка погрузилась внутрь кареты, а Равель устроился на запятках, специальной подножке позади. Он щёлкнул пальцами и поглядел на пленников сквозь небольшое окошечко. Несмотря на то, что на маске отсутствовала всякая мимика, было понятно, что он улыбается. Корпус кареты обвили зачарованные цепи, надёжно запечатывая пленников внутри.

Лошади тронулись, нарочито медлительно двигаясь к порталу.

— Прощай, Ю-бей! — прогремел голос Равеля. — Надеюсь я никогда больше не вернусь в эту лужу. В эту бесконечную ночь костры будут гореть особенно ярко, пытаясь растопить весь этот лёд.

— Этот лёд так и не достал до моего сердца, Карающий Равель, — шепнул староста, глядя на удаляющуюся спину опозорившего его демона.

Карета подъехала к мраморной платформе на которой покоилась арка.

— Цена та же? — Надменно бросил Равель.

— Цена та же. — Подтвердил Держатель портала, подбирая небрежно брошенный возничим, кошель с униями.

Поверхность портала подёрнулась зеркалом, проглатывая сначала лошадей, затем металлические оглобли и, наконец, всю карету целиком. Последним в портале скрылся Равель.

Он же появился последним на обратной стороне.

— Ну вот мы и дома! Беспризорные и такие родные плиты… Стоп! Где⁈ — Равель припал к окошку, разглядывая пустые сиденья, недоумевая куда делись пленники.

Неподалёку уже поджидал Держатель, к которому и кинулся разъярённый демон:

— Где они⁈ Куда ты их дел⁈

— Не ведающий, не указывай на меня оружием рядом с моей аркой и тогда услышишь, что желаешь.

— Я желаю знать куда ты дел моих пленников, грязь⁈ — толстый кожаный сапог, отороченный металлом приземлился на спину Держателя прохода, с лёгкостью размозжив её. Во все стороны полетели мутные брызги словно он со всего маха угодил в лужу.

— Решивший ударить Держателя прохода в его арке ногой, я забираю твою ногу за оскорбление.

— Да как ты…

Карающий хотел было нанести ещё один удар, но упал, не найдя опоры. Его нога стала прозрачной, а потом лопнула, превратившись в тысячу мелких, похожих на мыльные, пузырей.

— Сейчас я… тебя… — Стоя на четвереньках он злобно поглядел на гусеницу. Рога на маске задрожали, теряя форму, а сама маска отделилась от головы и упала на землю.

— Подбери своё лицо, не ведающий, и не теряй более. Вторая форма не поможет тебе в моей арке. В моей арке я — божество. Такова воля Сумрачного Конкордата. Так я был проклят. Слушай сообщение для тебя. Его передал тебе лысый человек с рисунками на теле, которого ты усадил в карету. Он заплатил мне за то, чтобы я передал сообщение и мой долг передать: «Карающий Равель — сильнейший из демонов Нулевой Земли. На наше счастье не хитрейший и не умнейший. Пошёл ты. Так и передай. Да. Больше ничего не передавай». Долг исполнен я передал.

Демон вновь обрёл ясные очертания и вернул маску на место. Он с достоинством поднялся на одной ноге и поглядел на то место, где у гусеницы должны были располагаться глаза. Тело существа уже полностью восстановило форму. Оно улыбалось, всё также опирая свою переднюю часть на тросточку.

— Куда они отправились? Ответь мне, Держатель прохода? Я заплачу за эти знания. — Перед лицом гусеницы упал ещё один небольшой мешочек с униями.

— Они отправились по координатам, которые были написаны на маленьком листке бумаге. Очень вкусном листке. — Существо облизнулось.

— Ублюдок, Юбей! Открывай проход, я возвращаюсь в Октомор!

Последний из висевших на поясе мешочек с униями упал на пол. Карета резко развернулась, Равель распахнул дверцу, собираясь в обратную дорогу.

— Арки отныне закрыты для тебя, Карающий Равель. Хочешь в Октомор? Найди себе новый путь через Хаосум, — существо, бормоча всё менее разборчиво, плелось в сторону колонны, так и не притронувшись к последнему мешочку с униями. — В конце концов, Октомор всего лишь один из пузырей… Летает сейчас где-то…

Карающий сжал свои посох, целясь в спину медленно уползающей вверх, в туман, гусеницы. Лента на конце превратилась в наконечник метательного копья с причудливым узором.

Держатель остановился и медленно повернул безглазую голову в сторону демона:

— Не следует… — раздался шелестящий словно ветер голос.

И что-то внутри Карающего подсказало ему, что действительно не следует. Он медленно завёл внутрь кареты своё оружие, наконечник которого вновь стал тряпичным, а потом и сам скрылся внутри. Его нога уже отросла практически до колена.

— В Нулевую Землю. — Велел он лошадям. — Всеволод уже получил отчёт. Нам надо сменить план.

Весь остаток пути он думал о лысом неприметном парне и послании, которое тот передал ему напоследок. Настроение демона, несмотря на провал, было прекрасным.