Свадьба

Глава 17. Одна во дворце

Прождав три часа и удостоверившись через дерево богини, что спрятали от взгляда дракона на этот раз не только Дэлию, но и магистра с сыном, Тень объявил, что они с Неттой улетают. В дорогу взяли то, что долго не испортится. Я посоветовала добавить к печеным булочкам мешочки крупы. На удивление госпожа артефактор заверила, что сможет сварить из зерен кашу.

— В Башне нас учили домоводству, — рассказывала Нетта, привязывая самодельное седло на шею дракона. — Я не только готовить умею, но и вести хозяйство. Вам не туго, Ваше Величество?

— Можно еще сильнее затянуть, — ответил Тень голосом Эйнора где-то над нашими головами.

Мы стояли на вершине одной из башен дворца, откуда король в образе гигантского ящера чаще всего улетал на свои прогулки. К вечеру поднялся ветер, обещая скорый дождь, и солнце, почти закатившееся за горизонт, грело уже не так жарко.

— Они еще появятся, — задумчиво бормотал голос дракона, пока артефактор заканчивала с седлом. — Три человека не могут годами жить под плащами, пропитанными неготарианской магией. Им нужно есть, пить, принимать ванну, в конце концов. Особое кощунство — заставлять страдать беременную женщину. Мне жаль Дэлию, что бы я ни думал об обмане.

Приятно было слышать. Я многое согласна отдать, лишь бы добрая ипостась мужа окончательно победила тень Кастора. Но в войне с магистрами нам нужны обе личности.

— Думаешь, на Севере мы найдем все ответы?

— Надеюсь. Я должен взглянуть на сохранившуюся у госпожи Руллы библиотеку. Да, я понимаю, как самонадеянно это выглядит. Никто бы не оставил мне книги с описанием оружия. Уж если спрятать Пиррона и Давена догадались, то ценные фолианты обязаны были забрать. Но видите ли в чем дело, Ваше Величество, моя любимая и драгоценная жена, я слишком хорошо знаю тех, кто одержим знаниями, магией, наукой. Госпожа Рулла все-все-все прочитала сама. А я владею заклинанием чтения чужой памяти.

Я сдержала смех, но улыбалась долго. Живой сканер с безграничным объемом жесткого диска в образе «старушки-божий одуванчик» никто в расчет не взял. Рулла жила именно там, где сказала ее бывшая ученица. В деревне Хамид-Хал. Она ухаживала за цветами на клумбе, чинно прогуливалась по лесу в компании двух служанок, а по вечерам читала, сидя в такой же кресле-качалке, какая стояла в потайной каморке дракона. За те несколько дней, что Тень за ней следил, никто из Ордена даже не появился на горизонте.

— Зато сейчас они про нее вспомнят. Особенно, когда ты исчезнешь из дворца. Нужна веская причина для отсутствия короля. Ты ее придумал?

— Зачем? — дракон покачал головой и расправил крылья, проверяя, как сидит сплетенная Неттой сбруя. — Магистры все равно ни в одну не поверят. Будут думать, что я бросился искать Дэлию. Раз ее через дерево не видно, то единственный способ — взлететь повыше и смотреть. Не так много в Элезии домов, где согласны приютить Пиррона. Я могу облететь каждый или просто со злости кружить над королевством, тыкаясь, как слепой котенок, в каждую деревню.

— Звучит логично и очень удобно для нас.

— Да, — дракон согнул шею и ткнулся в мой живот чешуйчатой мордой. Голос зазвучал едва различимым шепотом над моим ухом. — Пусть думают, что я в отчаянье. Не так уж они далеки от истины. Родная, я не хочу улетать и оставлять тебя одну. Я с ума сойду от беспокойства и буду разрываться на части. Головой и телом жить там, а сердцем здесь. С тобой и с нашим сыном. Береги себя. Не ввязывайся, пожалуйста, ни в одну авантюру, позволь свитницам и служанкам сдувать пылинки с их королевы. Слушайся Дивайда, пей полезные микстуры. Дождись меня, умоляю, просто дождись.

Я поцеловала его куда-то в огромную морду, пытаясь лаской успокоить. Ну и что, что гигантский ящер? Мой муж, как бы он не выглядел.

— Справлюсь, — прошептала я, осторожно поглаживая то, что считала подбородком. — У меня во дворце достаточно защитников. Стража, верная короне, слуги, Аманта, мой черный уровень, наконец. Почему ты о нем забываешь? Еще немного поучусь и сама отражу любую атаку.

— Моя отважная королева, — потеплел голос дракона. — Всего неделя, клянусь! Ни одного дня больше.

— Хорошо, — ответила я. — А теперь в дорогу! Нетта, тебе помочь забраться в седло?

— Я сама, — хмуро ответила артефактор.

Все еще морщилась и периодически трогала язык. Дракон намешал разных трав в микстуру, притворяющуюся ядом. Что-то могло горчить.

В седло Нетта забралась, цепляясь за сбрую. Я отошла как можно дальше не только ради того, чтобы полюбоваться на мужа, но и чтобы гигантские крылья меня не зацепили. Дух захватывало от первобытной мощи и силы дракона. Мне никогда не надоест на него смотреть.

«Будешь летать вместе с папой, — сказала я сыну, трогая живот. — А пока тоже смотри и учись».

Тень присел на задние лапы, тряхнул шипастой гривой и взмыл в воздух. Кажется, Нетта визжала от страха или восторга, я быстро перестала ее слышать. Гигантский ящер взял курс на Север.

Несколько дней я честно выполняла обещания, данные дракону. Вышивала со свитницами на свежем воздухе, поглощала фрукты в неумеренных количествах, благо урожайное лето располагало, и старалась носить себя, как хрустальную вазу.

Двор гудел и волновался по поводу отсутствия короля. Магистры из тех, кто был близок к Пиррону, шушукались об истинных причинах, остальные строили догадки. Одну из самых забавных я сама подкинула. Как-то в разговоре с Жасмин над вышивкой обмолвилась, что подарка от Его Величества так и не получила. Теперь женщины с восторгом пересказывали друг другу, что в Эйноре Завоевателе проснулся романтик и улетел он только для того, чтобы найти самую диковиную диковинку во всей Элезии. Поверила даже Аманта. Мы сидела и парке на скамейке, когда она вдруг, понизив голос, призналась:

— Простите, Ваше Величество. Мне жаль, что наш обед с блюдами из вашего родного мира так уязвил короля. Мы не хотели обижать Его Величество.

Я отложила расцветающие на льне тюльпаны и прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Чисто технически Аманта права. Тень задело, что свитницы опередили его с подарком, но он обещал мне игрушек на рождение нашего сына. Самый большой набор ЛЕГО, какой сможет найти. Мальчику должно понравиться. А потом мы закажем у местных умельцев что-нибудь подобное, но уже из дерева. Нефть в Элезии пока не нашли и пластмассу из нее делать не научились.

— Его Величество не держит на вас зла, Аманта, пожалуйста, не переживайте. Но если мужчина хочет порадовать свою женщину королевским подарком, то как ему запретить?

— Думаю, что можно, но не стоит, — улыбнулась в ответ главная свитница.

Я не знала, где сейчас Тень. Слухи доходили до дворца слишком поздно. Король уже улетал из той деревни, над которой его видели. Нетту пока удавалось прятать. По крайней мере, я ни разу не слышала о наезднице на драконе. А Пиррон скорее верил, что артефактора убили, чем в ее поездку к бывшей наставнице.

— А что же наш общий знакомый? — рискнула я задеть животрепещущую тему. — О нем ничего не слышно?

Аманта тоже отложила рукоделие и одним плавным жестом повесила над нами купол тишины. Он блестел голубыми искрами в тон шелковому платью и глазам свитницы. В моду при дворе входили высокие прически. Я попросила подмастерье Бьорна поднять мне волосы наверх, чтобы было не так жарко шее, а в парне проснулся стилист. Теперь он шил цветы из ткани не только для меня и вплетал их в собранные на макушке локоны. Скоро и до шляпок дойдет такими-то темпами.

— Ему нездоровилось, — осторожно начала Аманта. — Разболелась нога. Он ломал ее лет пять назад, а теперь сросшаяся кость ныла на погоду.

Я демонстративно подняла взгляд в ясное Элезийское небо. Уже и забыла, когда последний раз был дождь.

— Я тоже не верю, Ваше Величество, что он уехал на Юг лечиться. Для главного лекаря это все равно, что расписаться в собственной несостоятельности. Здесь он, рядом. Рэм прибудет, и если Вашему Величеству будет угодно, мы выясним.

— А долго ему еще? — встрепенулась я, имея в виду бывшего «ФСБ-шника».

— Должен подъезжать к столице. Я просила доложить мне, как только Рэм пересечет ворота Альвинора.

Ждать не пришлось слишком долго. Я дошила третий тюльпан, когда к нам через весь парк прибежал мальчишка-слуга. Карета главного королевского соглядатая уже стояла у ворот дворца.

Аудиенцию я ему назначила в библиотеке. Запах старых книг успокаивал. Я уже начинала грешить на токсикоз и с ужасом ждала первых приступов утренней тошноты, но сейчас шла между рядами книг в читальный зал и с наслаждением тянула носом воздух.

Рэм встал из кресла и поклонился. Простой черный камзол сидел на нем, как китель на военном. Не хватало шитых золотом погон и орденов на груди. Лысый череп был идеально круглым, а из-под тонких бровей хищно блестели темные глаза. Нос Рэму когда-то ломали, на переносице осталась горбинка. Зато руки соглядатая были как у пианиста. Длинные чуткие пальцы, узкие ладони, украшенные кружевом белых манжет рубашки.

— Ваше Величество, я бесконечно признателен вам за доверие, — голос соглядатая звучал шуршанием паучьих лапок, но каждое слово слышалось отчетливо. — Для меня честь снова оказаться во дворце.

— Я тоже рада вас видеть. Надеюсь, наше сотрудничество станет плодотворным.

Рэм ответил коротким поклоном и посмотрел за мою спину.

— Ромуальд, какая встреча, — восхищенно выдохнула Аманта.

Я разрешила главной свитнице присутствовать. В конце концов, благодаря ее стараниям бывшего главу тайной службы вернули во дворец.

— Госпожа Аманта, — с улыбкой поприветствовал ее Рэм, — безмерно счастлив увидеться.

— Взаимно.

Мы сели на два дивана с высокими спинками. Юбка Аманты касалась моего платья, а Рэм устроился напротив.

— Посыльный госпожи не смог посветить меня во все подробности, — начал соглядатай, — но я догадываюсь, о чем или, вернее, о ком пойдет речь. Магистр Пиррон по-прежнему рвется к королевской власти?

Средства защиты для разговора свитницы поставили заранее, я только оглянулась на пятислойный купол и не спеша ответила:

— Да, вы правы. — Даже новость о притязаниях Пиррона на трон не стала сюрпризом. Сам ли он планировал его занять или сына посадить, уже не важно. — И мне интересно, можно ли его остановить?

— Конечно, — сухо улыбнулся Рэм, — бессмертных и неуязвимых людей нет. Рано или поздно каждому воздастся по заслугам его.

— Приятно слышать. И вы знаете обо всех заслугах магистра?

Я в открытую намекала на компромат, который Рэм мог собрать, пока еще служил во дворце у прошлого короля. Оставлять такого человека в живых само по себе стало ошибкой Пиррона. Магистра спасало только то, дракон разогнал тайную службу без подсказок и просьб со стороны. Но никто в итоге не учел, что появится королева с интересом к политике.

— Знаю, Ваше Величество, — ответил Рэм. — Но прежде чем начну рассказывать, позволите ли вы своему скромному слуге задать один вопрос?

— Слушаю вас.

— Как получилось, что госпожа Аллатаира, дочь магистра Шиенна, выросла и стала так не похожа на себя в детстве?

Я хлопнула ресницами, делая вид, что ничего не понимаю, но только разожгла интерес в глазах Рэма. Он продолжил медленно, взвешивая каждое слово:

— Об иллюзии речи не идет, моего янтарного уровня хватает, чтобы видеть сквозь них. Да, волосы можно выкрасить темной краской, наложить грим, как у бродячих артистов, но фигуру и рост не спрячешь. Вы слишком разные.

— Возможно, — ответила я и снова замолчала.

Аманата зашуршала платьем. Судя по хмурой складке между бровей, заранее она личность новой королевы с Рэмом не обсуждала и сейчас вместе со мной ждала, куда вырулят его размышления вслух.

— Есть еще пара деталей, Ваше Величество. Как вы, наверное, знаете, магистр Шиенн — смотритель, фактически хранитель Грани Миров и заглядывает за нее чаще остальных. И вторая мелочь. Девушка, как две капли воды похожая на юную Аллатаиру появилась в деревне Гринь на Юге. Она слабый маг, одевается скромно и называет себя Агнессой, дочерью торговца Симонса. Он даже состоит в гильдии, но вот беда. Дела у отца последнее время не очень, а дочь ходит в нарядных платьях по столичной моде и уже отвергла одно предложение руки и сердца от завидного жениха. Сына старосты деревни. Ходят слухи, что она уже помолвлена. И раз отказывает сыну старосты, то светит ей куда более выгодная партия. Дочери торговца. В глуши далеко на Юге. Мне все это кажется странным.

Как он лихо выследил настоящую Аллатаиру и разузнал подробности ее жизни, еще раз подтвердив истину, что людей его профессии «бывших» не бывает. Мог уйти на покой и навсегда отстраниться от дел, но продолжал вынюхивать, высматривать. И ведь серьезно рискнул, озвучивая подозрения королеве-самозванке.

— Как вы проницательны, господин Рэм, — осторожно ответила я. — И хорошо информированы. Мне уже можно начинать вас бояться?

— Ни в коем случае, Ваше Величество, — опустил он взгляд. — Я всего лишь озвучиваю догадки, восхищаясь сложившейся ситуацией. Женщин с черным уровнем в Элезии не рождалось пару сотен лет, если не больше. А я всегда считал, что к великому дару прилагается великий ум. И думаю, королевство заслужило двух выдающихся и равных друг другу правителей, даже если один из них дракон, а второй — гостья из другого мира.

— Хозяйка, — поправила его Аманта. — Мы Ее Величество обратно уже не отпустим. Пусть магистры и смотритель хоть десять дыр в Грани Миров наделают.

Мы улыбались втроем и, выдержав, паузу, я все-таки кивнула Рэму, что он прав. Настоящая Аллатаира — ценная находка. Рядом со сбежавшей невестой может появиться ее жених Давен в неготарианском плаще-невидимке или даже Пиррон. А через них и Дэлию разыскать недолго.

— Свой талант и умение работать вы только что доказали, господин Рэм. Я ни на мгновение не пожалела, что у королевства снова будет начальник тайной службы. Быть может, мы вернемся к господину Пиррону?

— Да, конечно.

И Ромуальд начал рассказывать. Учитывая мою нездешность, максимально подробно, со всеми пояснениями и выдержками из законов. Орден Видящих владел землями в королевстве. И речь шла не только о Башнях, библиотеках, кабинетах лекарей, шпилей погодников, но и обычной сельской местности, где крестьяне собирали урожай и платили налоги землевладельцу. Часть этих денег, естественно, должна была идти в королевскую казну. Пиррон банально завел двойную бухгалтерию. В бумагах Ордена отражались реальные цифры, а для отчета министру их уменьшали примерно вдвое. В итоге то, что казна недополучала с земель Ордена, магистр складывал себе в карман. Делиться с причастными не забывал, следы тщательно заметал. Даже устроил пожар в кабинете, где хранились бумаги с настоящими данными. То есть несколько лет успешно воровал.

— А есть письменные доказательства? — уже чувствуя небывалый душевный подъем, спросила я.

— Да, Ваше Величество, но я не собрал их до конца, а то, что было, спрятал, когда лишился должности. Но могу открыть тайники и закончить работу.

— Будьте любезны. А что грозит магистру, если дело дойдет до суда?

— Его заставят возместить убытки, — некрасивое лицо Рэма менялось, когда он говорил о работе. Внутренний свет азарта и фанатичной преданности придавал ему одухотворенности. — Лишат звания магистра, всех его земель, имущества. Если ущерб особенно велик, то по ходатайству короля Пиррона могут приговорить к смерти.

«То, что надо!» — чуть не выкрикнула я, но прикусила язык. Лучше бы, конечно, осудить теневого главу Ордена за покушения на короля, но Аль Капоне тоже ведь сел в тюрьму не за убийства. Какая мне разница? Да и для деревянного Эйнора гораздо безопаснее, если весь пыл тайной службы уйдет на бумаги Ордена, а не на их попытки уничтожить короля.

— Работайте, Рэм, — приказала я. — Копайте как можно глубже и усерднее. Ни одна сворованная монета не должна пройти мимо вашего внимания. Пусть итоговой суммы хватит на казнь.

— Как будет угодно Ее Величеству, — поклонился Рэм.

Разобравшись с будущим наказанием для Пиррона, я оставила главе тайной службы еще несколько распоряжений. Во-первых, найти магистра, его сына и помилованную королем Дэлию. Кроме деревни, где пряталась Аллатаира, Рэм сходу назвал еще несколько мест и пообещал, что его люди проверят каждое. Меньше всего я верила, что Пиррон укрылся в доме родителей Дэлии, но спорить с профессионалом не стала.

Во-вторых, сделать для Нетты новые документы. Дракон планировал поручить это главному архивариусу, когда вернется, но я решила, что через тайную службу будет быстрее. Новое имя для артефактора мы выбрали втроем. Рыжую и веснушчатую девушку теперь будут звать Сола. Как Солнце.

— Жаль, что ей нельзя пожаловать земли без подписи короля, — вздохнула я. — Хотелось бы восстановить справедливость. Из-за истории с заклинанием забвения и побегом на Север, она лишилась наследства.

— Вы можете пожаловать земли от своего имени, — подсказала Аманта. — Королеве традиционно принадлежат несколько областей как раз на Севере. Вы должны были подписать бумаги прямо на свадьбе.

— Отлично. Займусь этим сразу, как Нетта станет Солой.

Освободить бы еще всех спящих девушек, но Тень был против и просил меня дождаться падения Ордена. К тому же я обещала не ввязываться в авантюры.

— Что ж, тогда считаю нашу встречу законченной. Благодарю вас, господин Рэм, госпожа Аманта.

— Ваше Величество.

Оба придворных встали и поклонились, а я, подобрав юбки, ушла из библиотеки.

Оставалось еще одно важное дело. Перед отлетом я просила дракона научить меня раскрывать листья душ на ветвях дерева богини. Я доверяла мужу, знала, что он справится с главной целью путешествия, но скучала невыносимо и мечтала хотя бы подглядеть, что происходит на Севере. Мое «радио» из меток перестало работать сразу. Теперь я собиралась включить «телевизор».

Буйство природы в потайной комнате встретило ароматами трав. Зацветало что-то особенно душистое на грядках, разбитых Тенью у корней дерева. Я растерла в пальцах круглые листики и улыбнулась. Полынь. В Элезии она выглядела по-другому, но пахла по-прежнему.

Снова пригодились подушка с одеялом. Я уселась возле шершавого ствола и попробовала настроиться. Мне предстояла сложнейшая магия, вершина искусства, невозможная и недоступная простым смертным. Два человека во всем королевстве могли коснуться ствола и обратиться к дереву богини.

«Просто попроси, — сказал дракон. — Оно откликнется».

Слова древнего языка муж записал для меня на свитке. Звучание походило на итальянский. Много «цца» и «чче» в мелодичных и витиеватых фразах. Я надеялась, что правильно все выучила. Разных заклинаний было около десятка. Несколько дней угробила, должно получиться. Вдохнула глубоко и положила ладонь на жесткую кору дерева.

Космос с миллиардами звезд снова проглотил меня. Я позвала Нетту по имени и один из листочков шевельнулся. Прекрасно, очень хорошо.

— Априль иль лензуоро, — начала я читать молитву-заклинание, — и фамми ведеро коза суццеде.

Мгновение космос испытывал меня черной пустотой, а потом лист развернулся. Моя персональная виртуальная реальность появилась перед глазами.