Свадьба

Глава 18. Тайны неготарианских колдунов

Длинную юбку платья Нетта подняла почти до колен и шла через поле. Рыжие кудри колыхались на ветру, на губах артефактора гуляла довольная улыбка. Несколько дней опасного полета на спине дракона остались позади, ученица добралась до наставницы. Деревенский дом госпожи Руллы виднелся вдали четырехскатной крышей, покрытой красной черепицей. Солидный дом, основательный, какие обычно и строили на Севере.

— У маленькой Мэри большая потеря, — напевала Нетта, — пропал ее левый башмак. В одном она скачет и жалобно плачет, нельзя без другого никак.

Прекрасное настроение не портили урчащий желудок, больная спина и сонливость, звучащая уже третьим широким зевком. Артефактор упрямо продиралась сквозь высокую траву и почти у самого забора ее, наконец, заметили слуги. Две женщины в передниках и смешных чепцах окликнули гостью:

— Госпожа! Какими судьбами к нам?

— Мне сказали, что здесь живет госпожа Рулла. Я училась у нее в Белой башне, хотела повидаться.

— Да, но где ваша карета, вещи? О, Даяна, мать всего сущего, как вы добрались до нас?

— Пешком, — засмеялась Нетта. — Не поверите, дамы, пешком!

Служанки долго охали, разглядывая испачканное платье, но в дом гостью отвели. Он возвышался белокаменным исполином над широким двором и цветочными клумбами. Два этажа, высокие окна, защищенные решетками. И куча артефактов буквально на каждом шагу. Дверной колокольчик запел, когда Нетта наступила всего лишь на первую ступень крыльца. Окованное железом деревянное полотно со скрипом отварилось, и под ноги послушнице выкатился полосатый коврик. Развернулся, как язык, скатанный в трубочку.

— Я знаю, как ты сделан, — Нетта погрозила ему пальцем и снова засмеялась.

Лампы в коридоре зажигались от хлопков служанок, в гостиной заиграл старый клавишный инструмент.

— Булочки с яблоком и корицей, — сказала послушница, потянув носом воздух, — м-м-м, обожаю их.

— Вы голодны, госпожа?

— Безумно.

— Я спрошу у госпожи Руллы, будет ли она ужинать. Не пора ли накрыть на стол?

Половицы скрипели под туфельками Нетты. Она крутилась на месте, рассматривая комнаты сквозь высокие арочные проемы. На стены вместо картин наставница повесила схемы артефактов. Пожелтевшие пергаменты с черными, синими и красными росчерками чернил. Кажется, работы послушниц с замечаниями Руллы.

— Ой, мой «Зоркий глаз»! — вскрикнула Нетта и бросилась к стене.

— Как же его забыть? — наставница спускалась по лестнице, держась за перила. Годы не согнули ее спину, но сил уже не хватало. Строгое платье с воротником-стойкой цвета пыльной мешковины, сапоги вместо туфлей и бархатный бант на седых волосах. — Редко кто так выворачивает заклинания, заставляя их играть новыми красками. Нетта! Моя любимая ученица.

Артефактор бросилась в объятия наставницы, слезы брызнули из глаз. Она их смахивала, старалась медленно дышать, но вода текла по щекам ручьем.

— Расчувствовалась, простите.

— Да откуда же ты такая? Что случилось?

— Долго рассказывать. А можно мне булочек?

— Конечно. Марта, поставь воду! Разведем кипятком варенье. У меня так много жимолости созрело этим летом, никогда столько не было. Ты замерзла, дорогая, а юным девушкам нельзя мерзнуть. Клара! Два одеяла принеси в гостиную.

— Ваше кресло кусается, госпожа, я боюсь к нему подходить.

— Глупости, оно доброе. И не кусается, а разряжается, когда ты запомнишь? Оно ловит мое плохое настроение. Если бы ты расторопнее выполняла просьбы, то и кресло-громоотвод бы не понадобилось. Марта, булочки!

Четыре женщины, старое пианино, шум ветра, скрип половиц, звон посуды — звуки перемешивались, как овощи в бульоне. Суета подгоняла время, солнце клонилось за горизонт. Нетта с разрешения дракона рассказала о Высоких смотринах, заклинании забвения и щедрости новой королевы. «Разбудила, отпустила».

— Что ж в дорогу ничего не дала? — проворчала наставница и добавила еще варенья в остывшую воду. — Да и демоны с ней. Ты правильно сделала, что ко мне пришла. Будем вместе жить, дом большой, а хозяйство маленькое. Марта с Кларой вон управились и спать пошли. Все никак не выспятся. Годы идут, старость надвигается, а они спят.

Нетта спрятала нос в складки одеяла и вздохнула:

— Вот бы кто-нибудь короля убил, но разве такое возможно?

— Тише, девочка, — нахмурилась Рулла. — Я хоть и одна здесь, а никогда не угадаешь, есть ли у стен уши.

— Да королевству бы лучше стало без него! Магистры говорили, есть способ. Я бы домой вернулась, прежней жизнью зажила. Ну почему все так?

Нетта рыдала взахлеб, пока последние лучи солнца не погасли. Глаза опухли, нос покраснел. Одеяло возле лица, казалось, вымокло насквозь. Госпожа Рулла убрала пустую чашку и щелчком пальцев повесила купол тишины.

— Вот что я тебе скажу, девочка, — прошептала старая женщина. — Способ есть, но сохрани нас Даяна от него. Уж лучше десять безумных королей, чем такая магия.

— Колотушка с сердечной жилой дракона? Что может быть хуже?

— Я не могу признаться тебе, прости, слишком опасная тайна.

Наставница покачала головой, и купол тишины исчез.

Я была готова дерево кулаком разбить, лишь бы попасть в дом Руллы и вытрясти из хозяйки правду. В пот бросило, дыхания не хватало. Нетта куталась в одеяло, а мое казалось слишком жарким. Блин, до чего же реальное видение! Я будто стояла рядом с ними в комнате. Все видела, слышала, но запахов не чувствовала. В горле пересохло. Нужно найти воду и напиться.

Платье я сняла сразу же, но теперь даже нижняя сорочка казалась лишней. Она прилипла к спине и остыла, пока я искала кувшин. Вода пахла соком дерева богини, но я не обратила внимания. Здесь все так пахло. Даже наволочка у подушки. Задержав дыхание, я припала к горлышку кувшина и не успокоилась, пока живот не стал напоминать аквариум. Но легче почему-то не стало. Слабость навалилась такая, что я едва удержалась на ногах.

Уф, не хватало еще в обморок упасть. Возле дерева меня никто не найдет и не сможет помочь. Служанкам я сказала, что уединилась на ночь в библиотеке. Почитать захотелось в спокойной обстановке. Никто не догадается, где я на самом деле.

Так, ладно, времени у дракона и Нетты мало. Один рвется домой, а вторая уверена, что выпила яд. Значит, они не будут кругами ходить возле госпожи Руллы. Свяжут и допросят прямо сейчас. Максимум утром.

— Соберись, тряпка, — бормотала я себе под нос. — Королева ты или кто? Подумаешь, магия дерева выпила все силы досуха и ты, скорее всего, сознание потеряешь, если сунешься к листьям душ еще раз, но нужно посмотреть на дом Руллы! И желательно глазами дракона.

Его лист отличался от других. Даже без заклинания всегда попадался на глаза и горел рубиновым пламенем. Душу нашего нерожденного сына я тоже видела. Крошечная искра сверкала возле моего листа. И больше ни одного такого огонька. Как только Давен сказал, что у Дэлии мальчик, можно было не городить огород из догадок. Просто подойти к дереву и заглянуть в листья душ. Вот уж действительно «хорошая мысля всегда приходит опосля». Жаль нельзя ткнуть в это носом Пиррона и остальных магистров. Они, кстати, могли знать о дереве, но не догадываться о нюансах с цветом листьев. До, сих пор, наверное, надеялись, что могут шантажом отобрать у меня ребенка.

— Дырка от бублика им, а не ты, мой драгоценный, — сказала я, поглаживая живот. — Поддержи мамочку, а то что-то она совсем устала. Сейчас немного подышит, соберет себя в кулак, и пойдем смотреть на папу.

Нужно встать с каменного пола в углу комнаты, вернуть на место кувшин и прикоснуться к дереву. Если я пропущу признания Руллы, то буду мучиться в неведении, пока дракон не вернется домой. Пытка похлеще медленного изжаривания на углях.

Получилось только со второго раза. Я все-таки упала на ствол, скатилась по нему на землю, ободрав ладонь, и провалилась в черноту космоса.

— Мострами ланима дель драго, — бормотала в полусне, глядя, как разворачивается алый лист, — ласция че иль мондо рефлетта и суйо оччи.

Дракон лежал в маленькой роще под деревьями и смотрел на черепичную крышу дома Руллы с холма. Кусты вокруг тела гигантского ящера сломались, поздние ягоды запачкали чешую алыми кляксами сока. Рядом горел костел. На его свет и пришла Нетта.

— Ваше Величество, — позвала она, цепляясь за стебли травы, чтобы забраться на холм. — Ваше Величество!

— Не кричи, — огромный ящер зашевелился, будто холм ожил. — Ты что-то узнала? Говори тихо.

— Наставница обмолвилась, что знает тайну, — зашептала артефактор. — Но слишком боится ее открывать.

— Правильно, потому что может прилететь дракон и сожрать не в меру болтливую старушку. Моему племени хватило битвы с неготарианскими колдунами. Их тайнам лучше остаться в забвении. Но сейчас особый случай. Мы пойдем к ней и поговорим. Вежливо. Ты принесла то, о чем я просил?

— Да, Ваше Величество, — Нетта развернула плащ и протянула его дракону.

— Отвернись и не оборачивайся, пока я не разрешу.

За спиной артефактора дракон поднялся на лапы. Трансформация заняла несколько мгновений, но зрелище могло надолго врезаться в память. Тело выворачивалось в суставах, шипы втягивались обратно в чешую. Крылья вошли в спину последними и прорези затянулись. Король стоял голым посреди поляны. Человеком в черной чешуе.

— За плащ спасибо, — сказал Тень голосом Эйнора, — а сапоги ты не догадалась принести?

— Нет, — вздрогнула Нетта, — простите Ваше Величество, я сейчас схожу за ними.

— Поздно, дойду босиком. Охранные артефакты в доме есть?

Послушница Белой башни медленно обернулась. Капюшон закрывал половину лица, дракон прятался в тени, но костер все равно потушил щелчком пальцев.

— Есть, конечно, я насчитала как минимум пять средней силы и один мощный. Но разве для вашего уровня это проблема?

Тень хмыкнул в темноте.

— А вы стали дерзить, госпожа Нетта. Отчаялись дождаться противоядия?

— Вы дали мне четыре дня, через пару часов срок истекает, а мы так и не услышали то, зачем прилетели. Если вы не сотворите чудо, то снимать охранные артефакты, обходя десяток их ловушек и обрезая обманные петли, я буду до утра.

— Если мы не хотим спалить дом вместе с хозяйкой, то я справлюсь с чужими охранными ребусами лишь на пару часов быстрее вас. Тогда уж проще выманить Руллу сюда.

— Как? — силуэт Нетты сложил руки на груди. — Наставница — старая женщина. Что ее может заинтересовать в роще ночью? Да еще и настолько, что она встанет в кровати, не предложив подождать до утра?

Идея пришла быстро. В диалоге даже паузу делать не пришлось..

— Живой дракон. Но не я, а младенец, родившийся у Эйнора Завоевателя. Вы украли его и тайком привезли на Север. А в роще оставили, потому что испугались действия охранных артефактов.

— Госпожа Рулла объявит меня дурой.

— Разумеется, — расхохотался Тень. — Зато встанет и пойдет в рощу. И даже служанок с собой не позовет.

— Вы плохо на меня влияете, Ваше Величество, — обиженно засопела Нетта. — Заставляете врать.

Но выбора не было, поэтому артефактор подобрала юбки и спустилась с холма.

Дракон ждал долго. Успел десять раз обойти небольшую поляну и сесть на бревно, поджав под себя замерзшие ноги. Чешуя хорошо защищала только ящера, человеку приходилось страдать. Не так сильно, как без чешуи, но все же. Костер снова вспыхнул от короткого заклинания. Дракон бы с удовольствием сунул ноги прямо в угли, но ступни потом нужно будет оттирать от золы. Как-то не по-королевски.

— Ты с ума сошла? — причитал старушечий голос. К звуку шагов добавлялось громкое кряхтение. — А если дитя простудится? Осень на дворе, здесь тебе не Юг! А сама куда пошла без теплой шали? Возьми мою!

— Не надо, госпожа Рулла.

— Где же не надо? Губы, наверное, синие. Нетта, тебе еще рожать!

Женщины поднялись на холм и замерли возле костра. Рулла, разглядывая незнакомца в ее собственном плаще, очень медленно взяла бывшую ученицу за руку.

— Кто вы, господин?

Дракон не стал расшаркиваться, церемонно представляться или пытаться убедительно солгать. Он вытянул вперед руки и петли заклинания подчинения мгновенно опутали тело Руллы.

— Ой, — успела выдохнуть старая женщина и застыла с открытым ртом.

— Обыщи ее, — приказал Тень. — Все артефакты покажи мне, а разную бытовую ерунду выброси.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Нетта зажала рот, сообразив, что сглупила, а Рулла дернулась под заклинанием.

— Что ж я одну паутину сплел, а не две? — недовольно поморщился дракон. — Госпожа артефактор, потрудитесь впредь тщательнее следить за языком.

— Она бы и так догадалась, — едва слышно оправдывалась Нетта. — Полностью подчинить себе фиолетовый уровень может только черный.

При себе у Руллы оказалось только неготарианское стекло, позволяющее видеть магию.

— Точно такое же, как вы разбили, — напомнила артефактор. — Осторожно, не пораньтесь, оно без оправы.

Тень забрал артефакт, промолчав о неуязвимости. Совершенно лишнее сейчас уточнение. И дернул за нити, чтобы усадить Руллу на бревно.

— Не приближайтесь пока к наставнице и старайтесь не мешать мне. Я попробую вплести заклинание чтения памяти в заклинание подчинения.

— И что будет? Простите, Ваше Величество, мне просто любопытно.

Нетта дрожала от холода, но мужественно держалась подальше от костра и дракона возле него. Тень помнил, с какой жадностью артефактор слушала его рассказ о метках, сидя на саркофаге в усыпальнице претенденток. Ладно, простое любопытство, можно и ответить.

— Копаться в воспоминаниях слишком долго. Они разворачиваются перед мысленным взором, как полотна художников. И время в них течет даже медленнее, чем в жизни. Я хочу, чтобы госпожа Рулла сама извлекала из них нужное и рассказывала мне. Не знаю, получится ли у меня, но это то самое чудо, которое вы ждете.

Артефактор кивнула и отступила от бревна с наставницей еще немного. Ночь, сгущая краски, нагоняла жути. Бледное лицо Руллы выглядело мертвым. Уголки губ потянулись вниз, нос заострился. А когда она заговорила, Нетта чуть не завизжала от испуга.

— Что хочет знать король?

— Тайну оружия неготарианских колдунов. Как они убили всех драконов во времена Рассул Кхана?

— Нет никакого оружия, Ваше Величество, — деревянной куклой отвечала Рулла. — Есть маленькие драконята. Их носили в утробе человеческие женщины и рожали, как обычных детей. Многие боялись, плакали, что растят монстров под сердцем и когда они начнут прорываться наружу, то раскромсают живот матери, как скорлупу яйца. Или сожгут изнутри.

— Ужас какой, — прошептала Нетта. — А ведь, правда. Младенцу не объяснишь, что так нельзя.

— Тише, — осадил ее король. — Продолжайте, госпожа Рулла.

— Ни одна женщина не погибла в родах. Богиня Даяна, мать всего сущего сжалилась над племенем драконов и подарила особую магию. Она мешала младенцам оборачиваться ящерами. Долго мешала. Пока мальчик не начинал писать буквы и не садился первый раз в седло. Только тогда магия из крови исчезала и появлялась истинная драконья сущность.

— В этом есть смысл, — кивнул дракон. — Полеты опасны. Инстинкты у детей развиты, но не настолько, чтобы просто повторять за отцом. Учить нужно. Получается, магия исчезала в семь лет?

— Да. У кого-то раньше на год, у кого-то позже. Неготарианские колдуны не захотели рисковать, они воровали младенцев. Чтобы крови поменьше и магии в ней побольше. Оказалось, что она действует и на взрослых драконов. В назначенный день убили десятки детей, а их кровь вылили в колодцы. Отравили воду сразу у всех племен. И когда пришли колдуны Рассул Кхана, ни один дракон не взлетел в небо. Гигантские ящеры остались людьми. Слабыми, беззащитными. Такой бойни Элезия еще не видела. Земля в том месте до сих пор пропитала кровью. Ваш отец, Траггар Безумный приказал насыпать гору и никого не подпускать близко к могиле его братьев. Вот и вся тайна, Ваше Величество.

Я выпала из дерева, чувствуя, что слабость сейчас утянет в обморок. Тело обмякло, по коже пробегали мурашки. С тошнотой справиться не удалось, рвало меня долго и мучительно.

Зверство, случившееся тысячу лет назад, вставало перед глазами так, будто я увидела его вчера. Северная деревня у подножия гор, племя драконов, их жены, дети, играющие в догонялки на улице и темная туча, закрывающая небо. Прозвучал тревожный рог, кто-то крикнул: «Колдуны идут, колдуны». Мужчины собрались возле дома старосты, но никто не смог «встать на крыло». Драконы испугано глядели друг на друга, трогали себя за плечи, пытались трансформироваться, но ничего не происходило. «Колдуны! — кричали дозорные. — Обороняйтесь! Летите в небо». Ворота выбили магией, через брешь хлынули наемники. Мужчины схватились за оружие, но деревня была обречена. Жен резали на глазах у мужей, детей разрубали пополам. «Земля до сих пор пропитана кровью». В назначенный день уничтожили всех драконов.

— Уроды, — шептала я, вытирая слезы. — Подонки!

Траггар знал, что случилось. Я надеялась, он отвел душу, когда летал над армией Рассул Кхана и живьем сжигал неготарианских колдунов. Наслаждался их криками, изрыгал пламя, пока тела не превращались в пепел. Он мстил за всех своих близких. За всех, кого любил.

Тысяча лет прошло, Орден Видящих узнал секрет и радостно в него вцепился. Они ждали, когда я рожу, чтобы принести в жертву сына и убить его отца. Повторить то, за что поплатились колдуны.

— Тебе не повезло Пиррон, — шипела я. — Ты еще жив, сука, и у тебя тоже есть сын.

А у Давена, возможно, свой сын. Такой же младенец, как тот, кого они собрались зарезать.

Ярость туманила разум. О, теперь я во всех нюансах понимала, что чувствовал Траггар, когда поднимался в небо. Королю-дракону было от чего сойти с ума.

Я встала и кое-как дошла до стены из камня-обманки. Хотелось найти Рэма и орать на него, пока тайная служба не приволочет за шкирку в подвалы дворца всех, кто причастен к заговору. Всех, кто знал, что придется делать и был согласен. Кому еще, кроме Пиррона и Давена жажда власти выжгла совесть и отравила душу? Они все достойны смерти. Закон на моей стороне. Покушение на жизнь короля и его наследника. Шестнадцатое, но единственное, которое можно гарантированно доказать.

Холодный камень обнял меня, пропуская в коридор. Темнота пахла пылью, босые ноги тут же замерзли. Я могла пойти к Рэму и в сорочке, но остановилась после двух шагов.

Нельзя натворить глупостей. Если я буду на каждом углу кричать, что Орден собирался убить короля, то после казни магистров через несколько лет найдутся новые желающие. Властью всегда недовольны. Каким бы добрым и справедливым не казался король, как бы его не любил народ, обиженные и оскорбленные найдутся. Родственники казненных, например. Те, кто посчитает себя ущемленными в землях и наследстве. Захочет отомстить. И благодаря моей истерике будет знать рецепт. Кровь маленького принца, пока ему не исполнилось семь лет — и всей династии конец.

Нет, я буду молчать.

Хвала Даяне, Аманте и Рэму, нашелся другой повод казнить Пиррона. Если он воровал в промышленных масштабах, то и у его приближенных рыльце в пушку. Вряд ли сын не пользовался деньгами отца. Не поимел благ от утаенных налогов. Но если вдруг нет и Давен весь из себя ангел, то его можно подставить. Принудительно подвести под статью с казнью. Моя совесть останется чиста. Я знала, за что на самом деле готовила возмездие.

А пока тишина. Обстановка строжайшей секретности. Тайна неготарианских колдунов снова умрет вместе с теми, кто ее раскопал.