Свадьба

Глава 7. Сын Пиррона

Берлогой дракона оказалась уютная комната в одном из «каменных мешков» подвала. Я удивилась, как Тень протащил мебель через фильтр, настроенный на драконью кровь, а он ответил, что никак. Разобрал часть стены, занес все, что нужно, а потом сложил камень-обманку обратно. Эйнору повезло меньше. Его бросали «отдохнуть» прямо на каменный пол. Тысячу лет назад во время правления Траггара никто и не пытался жить здесь. Подвалы строили, чтобы спрятать дерево богини.

Зато теперь огромное ложе ненамного уступало королевскому, в шкафу стояли любимые книги дракона, а вышитые подушки цветным ковром лежали на полу. Я сбросила их ночью с кровати, чтобы не мешали.

— Сейчас день или утро? — промурлыкала я, прижимаясь к теплому боку коронованного супруга.

— День, — уверенно ответил он.

Я раньше не думала, что от ласк можно устать. Представить не могла, каково это, когда страсть никак не может угаснуть и время останавливается. Сколько раз у нас было? Четыре? Пять? Хоть один мужчина мог сравниться с моим драконом?

— Я бы тысячу лет не вылезала из кровати, но есть хочется.

Он улыбнулся умиротворенной и совершенно счастливой улыбкой.

— Тогда вернуться во дворец все же придется. Повар, наверное, уже в десятый раз разогревает завтрак, а слуги нарезают круги под дверью спальни. Лекаря скоро позовут. Узнать, почему Его Величество так долго спит.

— Кстати, а как ты деревяшку с фиолетовой магией от лекаря прячешь?

— Я придумал сказку про сонную болезнь. Необъяснимую драконью хворь, передающуюся через поколение. А то, что лекарь ни разу не увидел у короля сердце, легкие, печень, желудок — так чешуя магическая. Она есть всегда, просто в человеческом облике ее не разглядеть.

— И он поверил?

— А у него был выбор? — усмехнулся дракон. — Единственный лекарь, допущенный до тела короля. Я специально вывел его из-под покровительства ордена и осыпал личными привилегиями. Он так дорожит своим положением, что слова мне поперек не скажет. И появляется по первому зову.

Я помнила его. Пожилой мужчина. В меру худощавый, в меру атлетичный. Камзол королевский лекарь носил полосатый и немного смешной. Пышные рукава-фонарики, крупные пуговицы. Но когда я чуть не утонула на последнем испытании, он был рядом и знал, что делать.

— Надеюсь, ты обратишься к нему, если с экспериментами по срезанию чешуи что-нибудь пойдет не так?

Тень промолчал. Надеялся на регенерацию, свой ум и стремился сохранить тайну короля-дракона любой ценой. Но я всерьез за него боялась. Понимала, что Кастор, деревянная марионетка и весь обман случился исключительно из-за ненавистной чешуи. Тень будет согласен руку себе отрезать, лишь бы выглядеть, как нормальный человек.

— Обещай мне, — попросила я, — что если ничего не получится, ты оставишь чешую в покое. Я приняла тебя таким, какой ты есть. Так было с самого начала и не изменится никогда.

Он погладил меня по плечу и со вздохом ответил:

— Обещаю. Если начну истекать кровью, и регенерация не спасет, позову лекаря.

Черти меня вчера дернули за язык. Зачем я вообще об этом заговорила? Но он ведь не успокоится, а если получится, то будет безмерно счастлив. Не стоит отнимать надежду.

— Хорошо. А теперь одолжи мне балахон, пожалуйста. Попробую проскользнуть в свои покои и одеться, пока слуги не заметили.

Встретиться мы договорились в столовой или в трапезной, как ее здесь называли. Большой зал не открывали на время свадьбы, но теперь, когда гости разъехались, там снова появилась посуда и кулинарные шедевры главного повара. Я поднялась по лестнице из подвала и прошла мимо, улавливая тончайшие ароматы. Рот мгновенно наполнился слюной. Много калорий я потеряла за ночь, организм требовал восстановить силы. «Потерпишь» — мысленно сказала я урчащему желудку и свернула в коридор на свою половину восточного крыла.

Темный силуэт у одной из дверей разглядела сразу. Магистр Давен, сын Пиррона и жених настоящей Аллатаиры поднялся из кресла навстречу ко мне.

— Ваше Величество.

— Что вы здесь делаете? — не слишком вежливо спросила я, кутаясь в балахон. Из-под него выглядывали носки туфель, а выше были совершенно голые ноги. — Почему не уехали к невесте?

С места в карьер, да. Еще при мне в первый день Шиенн приказал Давену не мелькать лишний раз перед драконом, раз уж Аллатаиру отправили на смотрины и бывший жених вроде как должен был ревновать. Он присутствовал на каждом испытании, на рожон не лез, спорить с Эйнором за меня не пытался и вдруг пришел именно сейчас. Чего хотел? Я ему никто. Настоящая любовь томится под чужим именем неизвестно где, а он во дворце ошивается.

— Я нужен отцу, — вывернулся Давен. — У Ордена непростые времена. Мы лишились восьмерых сильнейших магов.

— Я скорблю по их участи, но ничем не могу помочь. Таковы правила смотрин.

— Знаю, — мягко ответил сын Пиррона. — Но я надеюсь, что девятую претендентку все еще можно спасти.

Меня? С какой стати? Я совершенно искренне удивилась и вопросительно подняла брови.

— Весь двор видит, как вы несчастливы в браке, — осторожно начал Давен, шагнув ко мне и понизив голос до шепота. — Королевская спальня пуста, ваши покои тоже. Зная нрав Его Величества, я опасаюсь худшего. Я поклялся защищать вас от любых бед. Одно ваше слово, Аллатаира, и вам больше не придется терпеть насильника и тирана.

Я не ответила сразу, взяла паузу. Слишком много мыслей одновременно пришло в голову. Орден молчал всю свадьбу. Ожерелье-подарок не в счет. Никаких действий и попыток со мной поговорить. Даже с Дэлией в руках Пиррона — ничего. Магистры ждали, чем закончится медовый месяц? Позволили чешуйчатому монстру самому настроить против себя королеву? Но как объяснить наблюдения Пиррона? Ведь он заметил, что я потянулась за Эйнором, когда он пошел забрать ожерелье. Не сходилось.

Или пустая спальня перевесила все? У меня черный уровень, я вполне могла дать отпор мужу, опустившемуся до насилия, и сбежать. Король спал один, королеву никто не видел. Не просто же так Давен дежурил у дверей моей гостиной. Магистры решили, что вчера в отношениях с Эйнором все стало настолько плохо, что теперь можно подкатить ко мне с заговором? Спасти бедняжку из лап монстра?

Соблазн ответить «да» был огромен. Сыграть в двойного агента. Выяснить, каким готовилось семнадцатое покушение, и предупредить Тень. Но Давен вряд ли выложил бы мне все с порога. Он слишком умен и осторожен. Я уже привыкла, что чем выше уровень, тем меньше дураков среди магов.

— Слишком поздно. Увы, я не верю обещаниям Ордена и его магистров. Помощи в освоении магии лично от вас, Давен, я так и не дождалась.

Он скривился, но, похоже, готовился к подобному выпаду заранее.

— Отец запретил вмешиваться. Когда мы узнали, что у вас черный уровень, стало понятно, чем закончатся смотрины. Даже если бы вы проиграли все испытания, другую королеву Эйнор бы не выбрал.

Ага, книгу о Траггаре и его сыне в яйце все читали. Главный страх короля-дракона тайной не стал.

— И что вы можете предложить теперь?

Давен вздохнул и откинул с плеч темные локоны. Молодой, амбициозный, смазливый. Интересно, отец готовил его на роль серого кардинала после себя или сразу метил на трон? Старую династию можно и не восстанавливать. Заложить новую во главе с «величайшим магом, избавившим королевство от дракона». А Орден Видящих получит свой Совет и удобную марионетку.

— Неготарианские колдуны могут помочь всем нам, — заговорил Давен, а у меня в животе похолодело. Как они узнали про фиолетовую магию?! Когда? Нетта проговорилась после обеда с королем? Черт! — Вы не знаете историю мира, — невозмутимо продолжал магистр. — Но тысячу лет назад колдуны уничтожили на севере почти всех драконов. Траггар выжил, потому что его младенцем увез на юг странствующий торговец. Он продал его как диковинку одному из магистров. Мальчик рос под крылом Ордена до первых вторжений армии мертвых.

— И стал в итоге тем, кто всех спас.

— Ненадолго, — возразил Давен. — Драконы жаждут богатств и бесконечной власти. Не свергни Орден Траггара он бы разорил и без того ослабленное войной королевство за несколько лет.

Я сложила руки на груди и просто ждала, что он скажет дальше.

— Его сын ничуть не лучше. Я думаю, вы могли бы в этом убедиться. Одни правила смотрин чего стоят, а ведь это только начало. Эйнор будет и дальше уничтожать Орден, чтобы больше некому стало защитить народ от его жадности и властолюбия. Он своего добьется, поверьте. Исчезнут не только магистры, но и бесценные знания. Магия. Ее просто никто не сможет перенять. Народ превратится в тупое стадо, покорное тирану. Я не хочу этого, и Орден не хочет. Мы перепробовали уже все, кроме того чудесного средства, оставившего тысячу лет назад Элезию без драконов. Госпожа Дэлия может дать нам его. Или вы, если согласитесь. Подумайте, Аллатаира. Когда короля свергнут, вы станете не нужны. У нас единственный шанс на сотрудничество и он тает с каждым днем.

Вот бы просто ответить «подумаю», выставить Давена из моей части дворца и действительно спокойно все обдумать, но рано. Ребус не решался, подсказок не хватало. Во-первых, магистр вывалил информацию о Дэлии сразу, без вступлений. Я должна была округлить глаза, закрыть ладонью рот и прокричать: «Как? Она жива? Не может быть!» Но я стояла молча посреди гостиной, и Давен, судя по его спокойной реакции, ничего другого от меня не ждал. Послушницу Белой башни спрятали от дерева богини намеренно. И так же намеренно сняли защиту, рассчитывая, что дракон ее найдет у Пиррона.

Что это было? Демонстрация новых возможностей? Своеобразная гарантия, что мифическое оружие неготарианских колдунов существует, и оно попало в руки Ордена? Одинаково невероятные события, как не крути: уничтожение всех драконов сразу и способность спрятать душу от дерева Даяны. А если Дэлию буквально убили и через несколько дней оживили? Неготорианцы ведь некроманты. Но тогда бы она светилась фиолетовой магией, как Эйнор, и дракон бы ее заметил. Увы, магистры на самом деле обладали чем-то сверхестественным даже по меркам Элезии.

Во-вторых, даже с такой мощью в руках Давен пришел ко мне и предлагал выбор: перейти на их сторону или остаться с королем. Зачем, если есть Дэлия? И что такое имеется у нас обеих, что может уничтожить дракона? Мы из разных миров, я к неготорианским колдунам вообще никакого отношения не имею. Уровни тоже резко полярны. Дэлия была слабейшей на смотринах. Внешность разная, способности разные. Бред какой-то.

Если бы речь шла о заказном убийстве магистры бы так и подавали его. Как Рейне. Но Давен сказал «средство». Оно есть у Дэлии и у меня. Еще и тает со временем. «Шанс на сотрудничество тает с каждым днем».

— Я понимаю, как вам тяжело, — решил подтолкнуть Давен. — Вы не знаете, кому верить. Надеетесь на всесильного супруга, но вдруг он обманывает вас?

По больному ударил. Я вздрогнула и скривилась на радость хитрого сына Пиррона.

— Мужчине можно многое простить.

— Да, конечно, — согласился он. — Даже обман. Но, поверьте мне, не этот.

Я открыла рот, чтобы возразить и прикусила губу. Если Орден знал о деревянной марионетке, то почему Давен был уверен, что не знаю я? Или он имел в виду другое?

— Какой обман? Говорите!

— Только после того, как услышу «я согласна». Вы уж простите меня, Ваше Величество, иначе нельзя.

Юный интриган церемонно поклонился и держал голову опущенной в знак покорности чуть дольше, чем требовал этикет. Я понимала, что он меня зацепил. Спать не смогу, пока не узнаю, что еще скрывал дракон. Врал он долго, много и с удовольствием. Вполне мог придержать одну маленькую неприглядную правду. Отложить на потом. Дождаться, пока я окончательно влюблюсь, и станет все равно.

Нет, все, хватит! Я верю мужу, а не магистрам! Останемся наедине — прямо его спрошу. Если что-то есть, он должен признаться. Должен, потому что уже знает, куда нас с ним заводит ложь. Второй раз на одни и те же грабли настоящие короли не наступают.

— Хорошо, — ответила я. — Ждите, когда отвечу.

«Мы вам позвоним» в исполнении всех кадровиков моего мира. Примерно с той же интонацией и профессиональным оптимизмом. После дождичка в четверг, ага. Состариться успеете, пока дождетесь.

Давен иронию уловил, но предпочел пропустить ее мимо ушей. Я уже поняла, что сейчас он отрабатывал функцию посланника. Простого говорящего письма. Через него Пиррон закидывал крючки, а сам готовился к долгой осаде. Все-таки я нужна Ордену больше, чем Дэлия. Знать бы еще почему.

— Вы можете связаться со мной через ожерелье, — улыбнулся Давен. — Да, это артефакт и он безопасен. Девять камней, впитывающих силу, и только один из них не совсем обычный. Парный осколок древнего камня знаний. Вторая часть у меня. — Магистр достал из-под камзола медальон на цепочке и повернул его ко мне крупным сапфиром. — Если вы коснетесь заклинанием одного камня, оно тотчас отразится в другом. На любом расстоянии. Даже на другом конце королевства. На Севере, например. Пусть будет заклинание заморозки. Оно и станет вашим: «Я согласна».

Черт, Орден Видящих лавку чудес ограбил? Откуда у них столько знаний, средств и артефактов, о которых дракон ни разу не слышал? С Севера? Кастор не зря искал сокровища неготарианских колдунов? Видимо, кто-то другой нашел их раньше него.

— Хорошо, — повторила я. — Не смею вас больше задерживать, магистр.

— Доброго дня, Ваше Величество.

Давен убрал медальон и снова церемонно поклонился. Ребус я не разгадала. Но у нас с драконом была Нетта. Теперь мне еще сильнее захотелось ее разбудить.

Бьорн не спросил, куда исчезло лиловое платье, просто выдал мне зеленое, уже подогнанное по фигуре, и показал на диване несколько сочетаний цветов и фактур тканей для будущих нарядов. О разрешении забраться в казну по самые уши я ему не сказала. Побоялась открывать ящик Пандоры и провоцировать портных на неуместные излишества, вроде платья, сотканного из золотых нитей. Упомянула лишь о том, что гардероб нужен большой и Его Величество не против слегка возросших трат. Бьорн взвешенно и очень спокойно кивнул, но я заметила блеск азарта в его глазах. Редко кто так любил свою работу.

На завтрак, превратившийся в обед и плавно перетекающий в ужин, я вышла в том, что главный портной назвал новым веянием в моде. Целомудренно закрытая грудь и шея, менее пышная юбка, чем принято во дворце, и полное отсутствие украшений. Все как мне нравилось. Я смущенно спросила у Бьорна, не сочтут ли придворные дамы такую смелость оскорблением их вкусов и традиций, а в ответ услышала деликатный смех. «Ваше Величество, я готов поспорить на свои ножницы, что меньше чем через месяц половина двора будет подражать вам. А еще через месяц вторая половина. В конце концов, это действительно красиво».

Свадьба закончилась, гости разъехались по городам и родовым поместьям, а за королевским столом тише не стало. Министры с супругами и старшими детьми, высокие дворцовые чиновники, вроде главного архивариуса и хранителя символа королевской власти, магическая знать из Ордена Видящих и не магическая из тех, кто за несколько поколений успел растерять силу.

Есть при большом скоплении народа, когда каждый заглядывает в рот, было сложно, но я терпела. Особенно докучали вниманием женщины. Мне еще вчера начали намекать, что пора выбирать свиту. Почетных фрейлин при Ее Королевском Величестве. Здесь их называли свитницами, но суть оставалась та же. Чем выше статус мужчины при дворе, тем больше шансов у его дочерей занять место возле королевы. Зачем? Играть роль подруг, личных секретарей, жилеток для слез и даже груш для битья. А еще шпионить, как бы невзначай проталкивать нужные отцам мысли, влиять на решения королевы и, по итогу всего, удачно выйти замуж. Самые завидные холостяки чаще всего появлялись именно при дворе и другого способа постоянно мелькать у них перед глазами, просто не было.

Но мне-то это все ни в одно место не уперлось. При нашей с драконом двойной жизни лишние глаза и уши чертовски мешали. Я пока обедала, вся извелась из-за того, что не могла рассказать о Давене и кознях Ордена прямо сейчас. Приходилось ждать до вечера. Но если свитницы будут толпиться возле меня круглые сутки, то не только о войне с магистрами, но даже о супружеской близости можно забыть. Устроить, что ли, маленькую революцию? Издать закон, упраздняющий само понятие «свитница», и всех разогнать? Тогда на нас с Эйнором озлобятся не только магистры, но и другие знатные подданные. Они тут шоу «Давай поженимся» устроили, а я собиралась рубануть серпом по самом дорогому. Будущему их детей. Да уж, абсолютная монархия — это не сказки из детских книжек. Тут все гораздо сложнее. Что же делать?

Я хотела спросить дракона, но осеклась. Тоже нельзя. Не великая тайна, конечно, но не стоило. Твою же элезийскую бабушку! Большую часть дня мы могли говорить, не опасаясь последствий, только о природе и погоде! Терять бездну драгоценного времени зря! Нет, так дело точно не пойдет.

Отодвинув полупустую тарелку в сторону, я сосредоточилась на белоснежной скатерти. Способ поговорить тайно был, мы его уже изобрели, когда собирались прятаться от злого короля Эйнора. Я использовала заклинание подогрева еды, а Тень посоветовал нарисовать лилию. «Она проще». Что ж, самое время проверить.

Я мысленно произнесла слово-якорь на заклинание и увидела, как с кончиков пальцев срываются первые петли. Одни лепесток, второй, третий. Я так увлеклась, что не заметила, насколько легко и быстро получается цветок. Сила меня слушалась, будто магия действительно стала краской на холсте или глиной в ладонях скульптора. Я добавила сердцевину, стебель, листья, ущипнула круглые вершины лепестков и лилия расцвела.

— С ума сойти! — выдохнула я.

— Браво, Ваше Величество, — прошептал Тень и улыбнулся

Черт, как?! Еще вчера я, образно выражаясь, училась складывать два плюс два, а сегодня брала интегралы.

— Откуда…

«Дерево вас приняло, — ответ вспыхнул синей вязью букв на белой скатерти. — Перенастроило вашу силу на новый мир. Завершило то, что началось с кислой капусты в пирожках. Теперь вам все будет удаваться немного быстрее и легче».

И он молчал? Я пережила чудовищную боль в момент «подключения» к дереву и думала, что так будет всегда, а это оказалось обрядом посвящения. Потрясающе, других слов нет. И очень приятно, что дракон до сих пор следил за моими успехами. Помогал, направлял, подсказывал.

— Спасибо. Вы так много для меня делаете.

— Вы делаете для меня больше, — ответил он и поцеловал мою руку.