Светлый Ковен. Волшебство

Глава 12. Воспоминания

Я напрягся. Фиг его знает, как эта магия работает, да и не доверял я до конца деду.

Девятнадцать лет — ни интереса, ни внимания, кроме детских подарков. Отец был против нашего общения, но даже он не смог бы помешать деду, будь тот действительно заинтересован.

Слова Славки заставили меня напрячься еще сильнее:

— А это не опасно? Мы не знаем, что с ним сделали.

— Он волшебник четвёртого Уровня, как и я, — уверенно заявил глава Ковена. — Вдвоём справимся. Готов? — он посмотрел на меня.

Несмотря на весь скептицизм, во мне боролись два чувства: страх, что дед, не зная всей правды, навредит мне и мое волшебство вновь исчезнет, и острое желание найти ту, кто лишил меня силы.

Я мог прямо сейчас позвонить отцу, но что-то подсказывало: этим я ничего не добьюсь, если не хуже сделаю.

— Если не готов, я пойму, — дед поднял руки, демонстрируя мирные намерения. — Но, чем быстрее мы узнаем, кто она, тем быстрее сможем её отыскать и допросить. Это не опасно, просто потребует много сил.

Я колебался.

Взглянул на Славку, тот лишь пожал плечами. Решение было за мной.

— Что надо делать? — в итоге выдохнул я.

— Наша порода! — дед широко улыбнулся и встал у меня за спиной.

Я тут же повернул голову, чтобы рассмотреть, что он задумал.

Дед обхватил мои виски ладонями, заставив сесть ровно. Мой взгляд невольно уперся в портрет отца в углу комнаты. Я вздрогнул — то ли от прикосновения, то ли от осуждающего взгляда с картины. Впрочем, к осуждению я привык. Отец часто давал развернутые комментарии моим поступкам. Он хотел вырастить меня «правильным». В его понимании правильности. Только сейчас я начал понимать, откуда ноги растут.

— Для начала — сиди смирно, — велел дед.

В тот же миг погас свет. Я почувствовал себя вдвойне некомфортно, по спине пробежали мурашки. Вроде такая мелочь, как отсутствие света, а напрягает.

Дед отреагировал мгновенно:

— Внук, сиди смирно! — строго повторил он, повысив голос, но тут же смягчил тон: — Закрой глаза, расслабься, постарайся в подробностях вспомнить свой сон. Не сопротивляйся вторжению. Я не причиню вреда. Слушай мой голос…

Я послушался: закрыл глаза, постарался расслабиться, насколько это было возможно с чужими ладонями на висках, и начал погружение в воспоминания. Дед говорил медленно, тихо и плавно, как опытный гипнотизёр. Он пересказывал мне мои же слова. Оставалось только удивляться, как он всё запомнил. Чуть ли не слово в слово.

Мне снова восемь. Я на заднем сиденье отцовской «девятки». Вокруг — плотный, как белый кисель, липкий туман. Он клубится, проникает в машину, словно не встречая преград. Передних сидений почти не видно, лишь тёмные силуэты родителей, ворочающихся, как два чудовища…

Наверное, они и есть чудовища, раз отдали меня на растерзание той тётке…

Туман, словно живое существо, полз ко мне, тянул свои гибкие щупальца. Одно из них впилось в лодыжку. Я вскрикнул, отдёрнул ногу. Щупальца с шипением отпрянули. И тут я услышал тихий голос в голове:

— Не сопротивляйся мне… Не наврежу… Лишь помогу вспомнить…

Чей это голос? Он одновременно знакомый и такой далёкий и чужой.

— Помогу… помогу… помогу… — эхом разносилось в тумане. — Вспомни своё волшебство… Не дай его забрать…

Волшебство?

Оно моё! Не отдам!

Я лихорадочно крутил головой, выискивая свою потерянную драгоценность. Снова прилип к стеклу. Я знал — оно там, за этой пеленой тумана! Ну же! Верните моё волшебство! Помогите мне!

— Я помогу… — обещает голос в голове.

— Помоги! — вырвалось у меня. Нет, я требовал!

И в тот же миг пелену тумана рывком сносит. Словно кто-то одним движением сорвал пластырь с зажившей царапины.

Я снова вскрикнул, но на этот раз не от страха, а от изумления. Мир вдруг стал невероятно ярким и чётким. Словно мой сон расширился во все стороны, вглубь и ввысь. Я видел то, чего раньше не замечал. Слышал то, что раньше не слышал. Вот мама кладёт руку на плечо отцу.

— Кирилл, я дала ему шоколадку. Она исчезла. Что это? — её голос дрожал от волнения.

Мама была напугана. Но боялась она не пропавшей шоколадки, а меня. Нет, она боится за меня, что меня могут у неё забрать.

Почему? Из-за волшебства? Но оно же такое прекрасное!

Отец бросил на меня взгляд через зеркало заднего вида.

— Не волнуйся. Мы скоро приедем. Она нам поможет.

Голоса родителей затихли, уносясь вдаль. Меня вдавило в сиденье «девятки», и мы понеслись вперёд со скоростью стартующей ракеты. Мир за окном слился в одно сплошное разноцветное пятно.

«Быстрая перемотка» — пронеслось в голове.

Я не боялся. Я просто не успевал испугаться.

Секунда — и мир замер. Чья-то невидимая воля нажала «play», и я увидел себя в руках родителей. Они тащили меня к дому страшной женщины, а вокруг беспокойно кружили разноцветные огоньки. Теперь я знал — это духи. Слышал их взволнованные голоса, молящие не делать этого. Но родителям это было неведомо. Они не маги. Они их не слышали. И поэтому тащили сопротивляющегося мальчишку к ведьме.

Хотя, почему к ведьме? Скорее уж, к колдунье. Они вроде как отвечают за тёмные делишки. Но эта выглядела так добренько. Красивая, хоть и в годах. Улыбалась, как бабушка, дождавшаяся внука на праздники… Словно искренне рада моему визиту.

Я был мал и не разбирался в эмоциях, но сейчас чётко видел предвкушение в её глазах. Словно мне отведена какая-то важная роль, но раньше она не могла добраться до меня, а теперь вот он я, берите готовеньким. Но теперь я хорошо рассмотрел её. Лицо женщины отпечаталось у меня в голове навсегда. Узнаю где угодно.

— Да быть того не может! Она же мертва! — донёсся далёкий, взволнованный голос, и картинка резко оборвалась.

Вспыхнул свет. Лампы буквально ослепили. Я зажмурился, прикрыв глаза ладонью и мучительно застонал. Голову обхватил тугой обруч боли, сдавливая виски. В следующий миг меня вырвало. А потом сознание покинуло измученный разум.

— Александрит! Внук! Очнись! — кто-то хлопает меня по щекам. — Давай, парень, приходи в себя!

Пришёл, что поделаешь? Надо же как-то остановить это членовредительство. Щёки у меня не казённые.

Открываю глаза.

— Вот молодец! — прилетает похвала от главы Ковена.

Передо мной был белый потолок и лампы дневного света. Вон та, крайняя, вот-вот исчерпает срок службы и погаснет.

Сообщил об этом важном наблюдении деду, сидевшему рядом на корточках.

— Поменяем, — обещает он. — Вставай!

Не дожидаясь моей реакции, он схватил меня за руку и заставил подняться. Затем усадил обратно в кресло. В тот же миг передо мной появился стакан с водой.

«Ага, Славка протягивает, — подумал я. — Надеюсь, воду он не из аквариума набрал? Рыбу я не люблю».

М-да. С юмором у меня сегодня явно туго. Но это и понятно — меня всего трясло. Вода в стакане так и норовила выплеснуться.

Надеюсь, это был последний раз, когда я видел тот сон. Каждый раз потом полдня ходу, как в воду опущенный.

Но лицо ведьмы я запомнил.

Внутри мгновенно вспыхнула злость. Руки перестали дрожать, озноб отступил. Я залпом выпил воду. Она была странной на вкус — безвкусной. Явно не моя любимая, из-под крана, но не менее живительная. Головная боль почти сразу прошла, и мне явно стало лучше. Хотелось добавить: «как по волшебству».

Я шумно выдохнул, будто не воду пил, а водку, поставил стакан на стол и спросил:

— Ты видел?

— Видел, — ответил дед и зло оскалился: — Теперь я знаю, кого искать!

— Кто она? Ты ведь узнал её.

— Узнал, — не стал отрицать дед. — Но тебе эта информация пока лишняя.

— Почему? — злость никуда не ушла и теперь она была направлена на деда. Хотелось вцепиться в него и вытрясти всё, что он знает. Я даже вскочил из кресла.

— Успокойся, — осадил он. — Это дело для опытных магов. А ты даже пока не член Ковена.

— Тогда мне нужно им стать! Эта женщина заслуживает наказания! — меня затрясло уже от возмущения.

— Сядь, я сказал! — рявкнул глава Ковена, и я, как по команде, уселся обратно в кресло. Злость не отпустила, но притихла. А дед куда спокойнее продолжил: — Заслуживает и будет наказана. Ты всё равно ей пока ничего не сделаешь.

— А мой отец?

— Что твой отец? — не понял дед.

— Он же тоже в этом участвовал. И мама. Их тоже накажут? — забеспокоился я.

Отец, может, и заслужил, но вот мама — нет. Она всегда лишь следовала за отцом. Она очень добрый и открытый человек. За меня переживает.

— Были бы они магами, ох, я бы их наказал! — пригрозил дед и начал распаляться, как я недавно. — Пошли бы у меня под трибунал! Они едва не убили тебя своей «заботой». Настя ещё ладно — она не в курсе всей этой темы, твой отец легко мог запудрить ей голову. Он это всегда умел! Но Кирилин! Он-то прекрасно знал последствия!

Глава Ковена на секунду прервался, закрыл глаза и шумно выдохнул, успокаиваясь:

— К сожалению, они люди. Наша подсудность на них почти не распространяется. Но я в любом случае так просто я это не оставлю.

— А мне тогда что делать?

— Учись, — ответил дед и начал выдвигать ящики стола, что-то ища. — Мне сейчас нужно уехать. Когда вернусь, займусь твоим обучением. Пока что, Бронеслав, — обратился он к Славке, тихо сидящему в своём кресле, — отведи его в библиотеку. Возьми начальные тома. Пусть изучает.

— Сделаю, — кивнул Славка.

Дед снова посмотрел на меня:

— Сегодня отдыхаешь. На Уровень выше второго пока не заходи, а то, смотрю, ты уже плыть начал. Изучай книги. Что непонятно — спрашивай у Бронеслава.

Это ещё дед слабо сказал. У меня такая каша в голове. Поэтому согласно кивнул — отдохнуть не помешает, но тут же спохватился:

— Можно пару вопросов?

Дед раздражённо бросил на стол связку ключей, которую достал из ящика.

— Давай, но только быстро.

— Как распознать мага? Ну, кроме как по необычному имени.

Моё замечание вызвало улыбку у главы Ковена, но посмотрел он с неодобрением, причём сначала на меня, потом на Славку.

— Это ты мог и у Бронеслава спросить, — вздохнул он, тем не менее ответил: — Во-первых, не имя необычное, а родовое. Ты разницу пока не видишь, но она есть. Во-вторых, Ковены, так сказать, клеймят своих членов, — он расстегнул манжету, закатав рукав до локтя.

На правом запястье белым контуром проступало что-то вроде Розы Ветров с мелкой рунной надписью в центре.

Славка продемонстрировал точно такое же клеймо.

— Эта печать нашего Ковена. Она реагирует на других магов в радиусе трёх-десяти метров в зависимости от потенциала самого мага. У тёмных линии чёрные, у нас, как видишь, белые.

Да и просто наш мир довольно узкое сообщество, многие знают друг друга в лицо. При принятии в Ковен новичка — обязательно присутствуют все действующие члены. Иногда приглашают и тёмных. На твою церемонию точно придётся звать колдунов — ты же внук главы Ковена, — дед сокрушённо покачал головой — ему явно не хотелось этого делать. — А вот насколько ты силён — лучше пока скрыть от общественности. Если кто спросит — говори, что ты ведьмак второго Уровня. До церемонии Бронеслав присмотрит за тобой.

Я покосился на друга. Славка моментально скис. В который раз я порчу ему все планы, какими бы они у него ни были.

Дед в это время взял связку ключей в руку и явно намеревался свалить.

— Я ещё хотел… — начал я, но дед перебил:

— Всё, спросишь у Бронеслава. Идите, — поторопил глава Ковена и буквально вытолкал нас со Славкой в коридор. Выйдя следом, он велел секретарю: — Лукия, мне надо срочно уехать, отмени все встречи! И пусть уберутся у меня в кабинете!

— Как скажете, глава, — отозвалась женщина, поднимаясь из-за стола. Нас она намеренно проигнорировала.

Дед в этот момент уже выскочил за дверь.

Я вопросительно посмотрел на друга.

— Как-то так, — пожал плечами Славка. — Пошли, покажу тебе нашу библиотеку.