Светлый Ковен. Волшебство

Глава 20. Вкус силы

В себя пришёл промокшим и замёрзшим от того, что какой-то урод плеснул мне в лицо ледяной водой.

Я резко сел, отфыркиваясь, словно недовольный котяра. Смахнул с волос и лица влагу и огляделся.

Сижу на асфальте рядом со входом в клуб. Надо мной склонился Славка с перекошенной рожей. Похоже, тот урод — он. Неподалёку Ленка что-то яростно обсуждает с мажором, тот размахивает руками, как мельница.

— Опять? — хмуро посмотрел я на друга.

— Ты с ума сошёл?! Какого чёрта ты там вытворял?! — Славка налетел, как разъярённый бык.

— А что не так-то? — кажется, я уже недавно задавал этот вопрос. И мне на него так и не ответили.

— Придурок! — в сердцах бросил Славка. Схватился правой рукой за голову, как заводной обернулся вокруг своей оси и снова навис.

И кто из нас тут буйный?

— Ты меня вырубил? — спросил я, потирая ноющую шею.

— Я тебя не узнаю, Рит!

— Подняться, помоги, — потребовал я.

Славка секунду сверлил меня взглядом, в котором читалось желание убивать, но всё же протянул руку. Рывок — и я на ногах.

— А эти чего спорят? — кивнул я на парочку.

— Твоя подружка пытается отговорить тёмного от жалобы в Ковен.

— Слабак, — презрительно сплюнул я на асфальт. Отряхнулся, снова потёр шею. Болит, зараза. Посмотрел на Славку и предупредил: — Ещё раз так сделаешь…

— Сделаю! — с мрачной решимостью пообещал друг. — Ещё как сделаю! Рит, ты…

Славка нервничал, его почти трясло. Не от страха. От ярости.

Он сделал пару глубоких вдохов, успокаиваясь, и уже тише продолжил:

— Ты же читал Кодекс. Вспомни, что там написано про нападения на представителей Ковена?

— И что с того? — я снова не понял. — Я пока не в Ковене, а этот придурок…

— Сам ты придурок! — Славка рявкнул так, что на нас уставилась вся улица. Даже Ленка с мажором прекратили перепалку и посмотрели в нашу сторону. Я широко, по-крокодильи, им улыбнулся.

— Ой, придурок! — простонал Славка, схватил меня за локоть и оттащил на пару метров в сторону. На этот раз я не сопротивлялся.

— У нас и так проблемы с Тёмным Ковеном. Они тебя за нападение на их члена сейчас в клочья разорвут! Включай голову!

— Я не нападал. Я преподал урок. Какого он лез в чужой разговор?

— Ты это докажи сначала! Ты вёл себя агрессивно и вызывающе, применил силу.

— Ой, что я там применил-то…

Славка прикрыл глаза рукой и тихо зарычал.

— Да ладно, Слав. Всё я понял, — решил я успокоить друга. — Хочешь, извинюсь перед ним?

— Уж будь добр! И больше ничего не поджигай.

Я озадаченно взглянул на друга. Чего я там поджёг?

— Странно, что ты не заметил, — язвительно произнёс Славка. — Ты спалил все свечи в клубе. Хорошо, только свечи. И слава Перводухам, никто не пострадал.

«А жаль, — подумал я. — Пусть бы горело. Огонь красив».

Но вслух сказал другое:

— Окей. Больше так не буду.

Сам не ожидал, что врать будет так легко.

Впрочем, Славка мне не особо-то и поверил.

— Ладно-ладно, расслабься. Не буду, честное магическое, — снова пообещал я и направился к спорщикам.

— Рит, только… — донеслось мне в спину.

— Солдат ребёнка не обидит! — беззаботно отмахнулся я, вспомнив какую-то киношную фразу.

При моём приближении мажорик опасливо попятился. Ленка, наоборот, смело шагнула грудью на амбразуру.

— Спокойно, — сказал я, старательно улыбаясь. — Я пришёл с миром. Был не прав. Видимо, коктейль в голову ударил. Лен, прости, пожалуйста. Я просто недавно во всём этом… Сам не знаю, что на меня нашло.

— Ну и дурак же ты, Сашка! — высказалась Ленка.

— Дурак, — согласился я, виновато опуская плечи и разводя руками. Для пущей убедительности ещё и взгляд потупил. Оставалось только ножкой шаркнуть.

Славка стоял в паре шагов позади и тихонько сопел.

Вины я за собой не ощущал. Но Ковен — это не шутки. Я читал Кодекс. Мою невинную шутку легко могут подвести под нападение с отягчающими. В этом Славка прав. А тёмные сейчас на взводе. Только-только маньяк одного из них прищучил. Так что лучше всё разрулить по-тихому. Это разумно. Тем более, благодаря этому парню, я научился пользоваться своей силой. Теперь я её чувствовал. Знал, на что способен, и как этого добиться.

Дед ошибается. Просьбами тут не поможешь. Силе нужно приказывать. Прогибать под свою волю. И тогда она будет вилять хвостом, как верная псина. Например, помогая мне быстрее высохнуть. От меня аж пар повалил. Удобно.

— Ох, Сашка-Сашка… — вздохнула отходчивая Ленка и позвала: — Гас.

— Да чёрта с два! — окрысился парень. — Я немедленно подам жалобу!

Я поднял глаза и заметил две покрасневшие линии у него на пальцах. Обжёгся, маленький.

Жаль, не до конца осознал, с кем связался. Иначе сейчас не сгорал бы от бешенства.

А трясся от страха.

Гореть — это моя прерогатива.

Я склонил голову к плечу и ещё раз задумчиво оглядел мажорика.

Ха! Так он и боится.

То, что я принял за злость, оказалось лишь хорошо замаскированным ужасом.

Вот и правильно. Пусть боится.

— Подавай, — беззаботно пожал я плечами, решив пойти по самому простому пути всех мажоров: пригрозить родственниками. — Мой дед — глава Светлого Ковена. Думаешь, он не вступится за внука?

И я широко осклабился и подмигнул парню.

Славка за спиной застонал.

— Так это в честь тебя будет приём в пятницу? — Ленка захлопала глазами.

— Да. Хотите — приходите. Приглашаю. Что скажешь, Гас? Давай, что б без обид? Я погорячился. Ты погорячился. Бывает. Ну так?

Молчит.

— Я на секунду, — пробормотала Ленка и шмыгнула к своему дружку. Вцепившись в руку, она оттащила его на пару метров и начала что-то втолковывать.

— Ты только что нажил себе врага, — произнёс из-за спины Славка.

— Ошибаешься, — весело ответил я, с интересом посмотрев на повернувшихся ко мне тёмных. Мажорик стоял, нахохлившись, как воробей под дождём, сунув ладони в карманы штанов.

Ленка толкнула его локтем в бок.

— Без обид, — недовольно и без всякого энтузиазма буркнул Гас, скосив глаза на девушку. Она явно была лидером в этой паре.

— Супер! — обрадовался я и потёр ладони. — Раз вопрос решился, может выпьем? Я угощаю!

Как ни странно, тёмные согласились. Инициативу снова проявила Ленка, уговорив Гаса.

Поначалу между нами ощущалась напряжённость и скованность. Однако постепенно атмосфера наладилась. Оказалось, этот Гас не такой уж и плохой парень. Слабый, немного трусоватый, но добряк, несмотря на то, что тёмный.

Я в тот момент больше походил на злобного колдуна, чем он.

Персонал бара смотрел на нас косо, но ничего не сказал, только счёт выставили за порчу имущества. Видимо, они в курсе магических дел.

Счёт пришлось оплачивать Славке. У меня денег не было.

Я, после того как выпустил пар, тоже более-менее успокоился. Проскальзывали моменты, когда изнутри поднималось негодующее пламя. Славка тогда быстро ориентировался и менял тему, сбивая меня с толку. Психолог хренов!

Да и сами тёмные вели себя… смирно, что ли? Не выпендривались и не смели мне ни в чём отказывать.

Моему самолюбию это польстило.

Выпили. Поболтали. Обиды были забыты.

Когда уже прилично приняли на грудь, поржали над именами. Тёмные над нашими, мы — над их. Ну а как иначе? У того же Славки то ещё имечко. Я тоже уже решил, что сменю фамилию на родовое имя. И, наконец, стану тем, кем должен — Александритом Кирилиновичем Ардэнсом.

Гас… Гас оказался Гаспаром Вольдемаровичем Монсом. Двадцать два года, стихия земли, наследник старинного уважаемого рода. И всё-таки мой род крыл его по всем параметрам. Был старше, уважаемее и имел больше власти.

Ленка… Она самородок. За ней не стояло древней фамилии, имя тоже так себе — Николь Сергеевна Плотникова. Сменила при вхождении в Ковен. Её стихия, как и у Славки — вода.

Колдунья сильная, на третьем Уровне три часа держится. Для самородка — отлично. Есть шанс влиться в семью Монсов, а то и посолиднее кого выбрать. Я бы на её месте выбрал.

Обычно стихия тянулась к стихии и маги образовывали равные браки, но в случае отсутствия подходящих претендентов, брали супругов другой стихии.

Гас хмуро признался, что с «трешкой» у него проблемы. Он пробивался, но его почти сразу выбрасывало без сил.

А я… Я соврал. Сказал, что болтаюсь на втором Уровне, как… ну, вы поняли. Как бы мы дружно ни пили с тёмными, они остаются врагами. А врагу секретную информацию не выдают.

Расстались мы, как лучшие друзья. Поддатых тёмных усадили в такси и помахали им на прощание.

Улыбки с наших с Славкой лиц исчезли в тот же миг, как только жёлтая машина скрылась за поворотом. Моя — потому что я устал притворяться их другом. Почему не улыбался Славка, даже не знаю. Вроде бы неплохо посидели.

— Что на тебя нашло? — спросил он. — Ты таким козлом никогда не был.

— Да брось, — отмахнулся я. — Разве не так заводят лучших друзей?

— Рит, это… — покачал Славка головой.

— Сможешь вывести из меня алкоголь? — сменил я тему.

— А сам?

— Не научили, — развёл я руками.

Через десять минут, выпив два литра воды и посетив барный клозет, мой затуманенный алкоголем разум прояснился. Я нашёл магазинчик и купил втридорога батончик «Сникерса». Поделился со Славкой. Шоколадку ели молча, сидя в машине.

— Скажи, Слав, — первым дожевав батончик, спросил я, — у тебя никогда не возникало желания избавить мир от тёмных? Они же не приносят никакой пользы.

Славка подавился. Закашлялся, смотря на меня круглыми от изумления глазами.

— Ты чего, Рит? — с трудом спросил он, справившись с кашлем.

— Но ведь кто-то их убивает. Значит, есть причины.

— Мы не убиваем, — Славка отрицательно мотнул головой. — Мы лечим. Скорее всего, это кто-то из их одиночек или изгнанников. Мстит за что-нибудь.

— Тёмных мы тоже лечим?

— Если они обращаются за помощью — да, — хмуро ответил друг. — Рит, ты меня пугаешь. Я понимаю, за тобой сила, дед и всё такое. Но границ не переходи. Сегодня ты прикрылся именем деда, а завтра можешь нарваться. Да и Ковен такое долго терпеть не будет. Им проще изгнать.

— О своих, значит, заботимся? — усмехнулся я.

— Заботимся. Но всякому терпению есть предел. Твой поступок сегодня…

— Я понял, мамочка. И я запомню, — пообещал я и велел: — Поехали в особняк.