Сын бандита. Ломая запреты

Глава 26

Наш совместный приезд с Чернобором в универ стал событием года, конечно, после того как все обсуждали разгром целой комнаты в общежитии.

Галина Иванова, комендант, даже позвонила вечером в воскресенье, когда мы с Ксюшей уже ужинали в квартире Давида. Но удивило то, что она сообразила позвонить только через день.

Её слова о том, что мы сами виноваты и нам всё равно придётся компенсировать всё, что разрушили в комнате, нас совершенно не удивили.

И вот уже больше недели все кому не лень обсуждают нас с Давидом. А этот наглый… даже не знаю, как его назвать, потому что неприличные слова не приходят даже в мыслях, будто окружает меня со всех сторон, не давая сделать лишнего шага без него. Я пугаю сама себя. Мне хочется, чтобы Давид всё время был рядом! Но Чернобор только больше пользуется тем, что я не сопротивляюсь ему.

Даже в бассейн на занятия, которые совпадают с его тренировками по баскетболу, он теперь ходит ко мне. Причём приводит к раздевалке, а когда мое занятие заканчивается, он уже встречает меня.

— Астахова, так что скажешь? — голос профессора вырывает из мыслей о Давиде.

— Простите, Сергей Романович, не услышала ваш вопрос, — смущённо пожала плечами и тихо радуюсь тому, что старому профессору я пришлась по душе ещё с первого занятия.

— Эх, где мои двадцать пять, — улыбнулся Сергей Романович. — Но давайте вернёмся к вопросу. Нам нужен студент, который будет защищать честь университета через месяц. Сделаете старому профессору подарок на Новый год? Выиграете звание лучшего факультета страны?

— Месяц, — повторила я, но быстро запретила себе проваливаться в тяжёлые мысли. — Да, — растянула губы в улыбке, да так, что скулы свело.

— Замечательно! — довольно всплеснул руками профессор. — Тогда после пар подойдёте ко мне, я вам покажу примеры работ прошлых лет.

Я кивнула, а Сергей Романович продолжил лекцию.

— Лия, Давид будет злиться, — прошептала Ксюша на ухо.

— Я не могу быть постоянно прикована к нему, — отмахнулась я. — Да и это всего лишь конкурс. Там будет много людей.

— Он тебя защищает не от людей, — вздохнула подруга, а у меня по коже пробежал озноб.

Я знаю. Но чем больше он находится рядом, тем сильнее я привязываюсь к нему. Он будто проникает под кожу, заставляя сердце биться быстрее.

Сегодня у Давида будет выездная игра, и мы все поедем. С самого утра Вика уже позвонила мне и сказала, чтобы была готова. Они заедут за нами. Кто, Вика не сказала, но, судя по тому, что я узнаю с каждым днём, прожитым под крышей у Чернобора, это должны быть ещё и сестры Ильи и Макара.

И поэтому у Давида сегодня весь день занят подготовкой к игре, а я чувствую себя не в своей тарелке. Он не встречает меня после пар, не идёт со мной в кафе, не держит за руку слишком крепко.

После последней пары нас встречает Илья, что немного отрезвляет.

— Поехали, красотки, я вас отвезу домой. Переоденетесь, отдохнёте, а через два часа нужно будет выезжать, — он довольно подмигнул нам и, притянув к себе Ксюшу, неожиданно поцеловал.

Но, судя по всему, это стало неожиданным для всех, кроме самой Ксюши. На парковке даже ветер дуть перестал.

— Кхм, — громко кашлянула я, пытаясь привлечь внимание этой парочки. — Вы совсем, что ли? — зашипела на них.

— Не смог удержаться, — довольно улыбнулся Борзов.

— Дурак, — Ксюша стукнула его по плечу, но не оттолкнула.

Я уже поняла, что отношения у Ксюши именно с Ильёй, но они никогда не проявляли никаких чувств на людях. Сегодня же всё изменилось.

— Поехали уже, — быстро обхожу машину Ильи и сажусь назад. — А то и так у всей парковки сейчас челюсти машины переедут.

— Не завидуй, Снежинка, — громко засмеялся Илья.

Через двадцать минут мы были уже в квартире, и я первым делом пошла в душ, на автомате проверив мобильный. Но вместо того, чтобы увидеть сообщения от Давида, я замечаю мамино.

Я перестала отвечать на её звонки, когда она мне позвонила после дня студента и отчитала, что я оставила Эдика в чужом городе одного. Мало того что чуть не покалечила парня, так ещё и не могу проявить к нему внимания.

Это стало той последней каплей моей любви к маме. Всё сломалось внутри. Даже обиды не осталось. Только боль. Я сейчас смело могу сказать, что знаю, какая она — настоящая мама. Ника Михайловна показала мне, как это — быть любящей мамой. Моя такой никогда не была.

Но когда я перестала отвечать на её звонки, она стала раз в день писать мне сообщения. И каждое из них наполнено упрёками, ненавистью, пристыжением. Будто она не дочери пишет, а отчитывает чужого человека, который ей жизнь сломал.

И вот очередное! Даже открывать не буду. Не хочу снова узнать, какая я.

Ухожу в душ. Хочу смыть напряжение этого дня, а оно есть. И виной всему Чернобор. То он постоянно рядом, а сегодня его нет.

Но как только я захожу на кухню через пятнадцать минут, наблюдаю целую толпу девчонок.

Вика, Ксюша и Лия с Ланой, сёстрами Макара и Ильи. Я запомнила только их имена из рассказов Вики. А вот кто из них кто, так пока и не знаю.

— И ничего в ней особенного, — говорит одна из девочек, заставляя меня замереть от шока.

— Лия! — взвизгивает Вика, только как-то строго.

— Что? — в один голос произносим мы с этой девочкой, и я начинаю понимать, что это тоже Лия.

Секунда, и кухня наполняется общим смехом.

— Блин, привыкнуть бы, что теперь вас двое, — смеясь, сказала Вика, подойдя ко мне, и заключила в объятия. — Не злись на эту мелочь рыжую. Она с детства хвостиком вьётся за братцем.

— Я не хвостик! — закричала Лия, а я крепко сжала губы, чтобы не рассмеяться. Так это прозвучало по-детски. — Я уже почти взрослая!

— Конечно, взрослая, — уверенно закивала Вика, держа меня под руку, и только сейчас, я заметила, что она тоже поджимает губы, так же, как и я. — А теперь давайте собираться. Парни скоро приедут, а мы ещё не сделали себе мейк.

Боже, как же я оказалась наивна. Когда приехали Макар и Илья, они замерли на пороге, боясь войти в квартиру.

Топы, юбки или широкие штаны оранжевого цвета. У нас с Викой оказался один размер, так что я отлично влезла в её штаны. По два хвоста с оранжевыми лентами и по три бело-оранжевые полосы на каждой щеке. А Лия с Ланой ещё и губы накрасили оранжевыми помадами.

— Блин, мы вас никуда не повезём! — строго сказал Илья. — Я даже биту не взял. Мы как будем вас защищать? — причём всё это он говорит, смотря на Ксюшу.

— Так, ну вы здесь разбирайтесь, а мы пошли к Макару, — хохотнула Вика и потащила меня одеваться.

— Ну нет, я не буду переодеваться, — Ксюша поставила руки в бока и грозно уставилась на Илью.

Короткая плиссированная юбка и яркий макияж вместе с её красными волосами — взрывная смесь. И то, с каким напором на неё пошёл Илья, прямо кричало, что кто-то сегодня проиграет.

— Идём, — Вика нас быстро выкинула за дверь. Особенно любопытное младшее поколение. — А вам вообще рано на такое смотреть. Мне потом по голове настучат за то, что плохому учу.

— А что, Ксюша девушка Илюши? — недоумевая, спросила Лия. — Да это же событие года! — быстро добавила она, хлопая в ладоши.

— Молчи, Лийка! — Вика посмотрела на неё строго. — Пусть сам признаётся во всём и родителям рассказывает.

Мы снова рассмеялись. А я опять поймала себя на том, что мне так спокойно с этими людьми, будто я их знаю всю жизнь.

Спорткомплекс шумел как улей, когда мы приехали. Непривычно, но я постаралась спрятать подальше волнение. Эдик мне не попадался на глаза уже два дня. И мне бы быть спокойной, но почему-то не выходит.

— Ты слишком волнуешься, — громко произносит Вика и тащит меня на трибуны. — Наши места вон там! — она указывает пальцем в самый низ.

А я замираю. На площадке уже разогреваются две команды. И самое невероятно, что Давида я замечаю сразу. Он будто специально притягивает взгляд, хотя ничего не делает. Но каждый удар мяча о пол, как стук сердца — громко, сильно и в десяточку.

Но стоит нам только сесть на свои места, как меня обжигает взглядом. Поднимаю глаза и натыкаюсь на Давида, который стоит возле тренера, кивает ему, но смотрит при этом на меня. Воздух застрял в лёгких. Я знаю, что означает такой взгляд, но впервые мне не хочется спрятаться от него.

Улыбаюсь ему и ловлю его лёгкую улыбку в ответ.

— Не отвлекай его, — хихикает Вика мне на ухо, а я вздрагиваю.

— Я не отвлекаю, — отмахиваюсь от неё, стараясь улыбнуться.

— Ну я так и поняла по тому, как он на тебя смотрит.

Звучит свисток, и команды начинают игру. Кто бы знал, что баскетбол такая увлекательная игра? А ещё я, оказывается, очень азартная. Удар мяча как пульс. Каждое попадание в кольцо — очередная доза адреналина в крови.

— Да-а-а-а! — мы громко закричали с девочками, подскакивая с места, когда прозвучал свисток, и всем окончательно стало понятно, что наша команда выиграла с разрывом в десять очков.

— Еху-у-у-у! — взвизгнула Лия и дала мне пять. — Наш Давид самый крутой!

— Да, — согласно кивнула я и бросила взгляд на площадку, но Давида там уже не было.

Резко обернулась, чтобы найти его, и врезалась в твёрдую грудь.

— Кого-то потеряла? — голос хриплый, дыхание тяжёлое.

— Тебя, — ответила я, сглатывая образовавшуюся слюну, а лёгкие заполнил разгорячённый запах тела Давида.

— А я тебя нашёл, — нервно дёрнул он губами и, заключив моё лицо в ладони, впился в мои.