Сын бандита. Ломая запреты

Эпилог

1 год спустя…

— Снежинка, ты куда спряталась? Нам пора выезжать, — по квартире ходит Давид, а я сижу в туалете и смотрю на пугающую белую полоску. Точнее, три!

Ксюша посоветовала ещё на прошлой неделе сделать мне тест, но я отмахнулась. Теперь понимаю, что нужно было сразу.

Хотя теперь мне хотя бы понятно моё желание то убить Давида, то залюбить до безумия.

— Я же тебя найду, — голос моего мужа приближается к двери.

— Я и не прячусь, — фыркаю я, и вот раздражает он меня сейчас до слёз.

Потому что ходит по дому и не может догадаться, что я здесь сижу и жду, когда он придёт и решит все мои проблемы. Вот же…

— Я тебя нашёл, Снежинка. — Дверь в туалет открывается и на пороге застывает мой Чернобор.

Он за этот год стал ещё красивее. И от этого мне становится даже завидно. Самой себе завидую, а в следующую секунду меня накрывает обидой. Я-то скоро стану некрасивой, а он…

Замечаю, как Давид быстро пробегается по ванной комнате взглядом и даже успевает сделать шаг внутрь, но замирает, уставившись на тумбу умывальника.

— Ой, всё! Уйди! Я писаю, — шмыгаю носом и начинаю возмущаться.

— Так вроде уже, — голос глухой, но Давид всё же переводит взгляд на меня. — И знаешь, я передумал.

— В смысле? — спрашиваю я и теряюсь от его дальнейших движений.

Давид в мгновение ока становится рядом и подхватывает меня на руки. Смотрит в глаза, а в них столько всего, что я снова хочу плакать от того, как сильно люблю его.

— Я ещё не окончила универ, — всхлипываю я.

— Всё будет, моя Снежинка, — отвечает Давид и гладит меня по щеке, стирая дорожку слёз.

— Ты же передумал, — возмущаюсь я и сама не понимаю, о чём он передумал.

— Мы в этом году будем встречать Новый год вдвоём, — уверенно отвечает он.

— Нельзя, — шмыгаю носом и поправляю ворот рубашки на его мускулистой шее. — Мама Ника сказала, чтобы были, у них для нас какой-то сюрприз.

— Ну наш они точно не переплюнут, — нервно хохотнул Давид.

— Может, не будем говорить? — предлагаю я, а Давид вскидывает бровь, без слов говоря мне, что от нашей семьи ничего не скроешь.

— А они настоящие? — спрашивает Давид и снова смотрит на тесты, что лежат в ряд.

— Нет, блин, игрушечные! — возмущаюсь я, за что получаю шлепок по попе и следом нежный поцелуй.

Давид разворачивает нас к зеркалу и ставит меня перед собой, нависая скалой. Моей скалой. Непоколебимой! Он тот, кто стал для меня не просто мужем. Давид Чернобор стал для меня всем.

— Я скоро стану толстой, — прошептала я, смотря на нас.

— Самой красивой, — также тихо ответил Давид и медленно опустил руки мне на пока ещё плоский живот.

Его две ладони накрыли его, будто пряча от всего мира. Закрывая собой со всех сторон.

— Я люблю тебя больше жизни, ты знаешь это? — говорит Давид, а его голос дрожит.

— И я тебя, — отвечаю, снова задыхаясь от накрывающих эмоций. — Ну вот! Я снова плачу!

Но вместо возмущения всё пространство вокруг наполнилось тихим, счастливым смехом моего мужа. Ласковыми поцелуями и новыми признаниями.

— Так, ты сообщила, куда им ехать? — нервно спросила Ярослава, бросая взгляд на Нику, что нарезала овощи.

— Сообщила, — спокойно ответила подруга, у которой улыбка не сходила с лица весь вечер.

— Вот бесишь ты меня сегодня, — фыркнула Ярослава и ткнула в Нику пальцем. — Сейчас лопнешь от такой довольной моськи.

— Ой, Яська, — мечтательно сказала Ника и запрокинула голову. — Кажется, этот Новый год станет ещё прекраснее, чем прошлый.

— Ты что, без меня желания загадывала, Дикая? — возмутилась Ярослава.

— Кто здесь желания загадывает? — на кухню вошла Маша, держа на руках свою маленькую внучку.

— Я, — довольно ответила Ника и, подойдя к Маше, нежно чмокнула молочную щёчку малышки. — И у меня скоро такой будет.

Грохот разбивающейся посуды заставил замереть весь дом.

— Яська, коза ты, — возмутилась Ника. — Это дом Лии и Давида. Прекрати его громить. Пусть сначала они.

— Ты сейчас пошутила, или ты решила, что климакс — это временно, и он у тебя уже прошёл? — Ярослава полностью проигнорировала слова подруги, а вот Маша начала догадываться, что происходит.

— Кажется, здесь дело в том, что Лия беременна, да? — хихикнула Маша.

— Ну-у-у, — протянула Ника, — вот как приедут, так и узнаём.

— Так, а эта ведьмочка откуда знает? — спросила Ярослава, ставя руки в бока. — В нашей семье только у меня попка умеет предугадывать будущее.

— А мы видели, как Лия вчера покупала тесты на беременность! — на кухню влетели Лана с Лией и уставились на бабулек. — Это правда, да? — с довольными лицами пропищали девочки.

— Кажется, твоя попа состарились, дорогая, — хохотнула Ника.

— Но-но! — погрозила Ярослава пальцем на подругу. — Я вот сейчас возьму и спрошу у неё, что ждёт ещё одну нашу занозу. Викульку, например.

— Ярослава, свет мой, тебе лучше унять свою попу, — голос Чернобора-старшего прогремел как гром.

У него даже перевернулось всё внутри. Викуля — не Давид. Он за свою девочку сначала головы открутит, а потому уже будет разбираться, подходит ей кандидат, или можно и не прикручивать ту самую голову обратно.

— Ну Стальнов же жив, — Ярослава вскинула бровь и заметила, как мимо кухни прошёл её любимый муж. — Так что и ты переживёшь.

— И тебе лучше не трогать попу моей ведьмочки, — голос Стальнова слышно даже из гостиной, где он пытается установить новогоднюю ёлку, а она везде мешается. — Маловато места будет, — задумчиво говорит он сам себе.

А те двое всё так же стояли в ванной в своей квартире и смотрели друг на друга, растворяясь и понимая, что их жизнь теперь станет ещё интереснее.

Мои дорогие, вот и подошла к концу ещё одна невероятная история! Родилась случайно, получилась невероятно, писалась на ура!

Я обожаю вас, мои дорогие читатели. Обожаю за вашу невероятную любовь и вдохновение. За вашу поддержку и внимание.

И знаете, хочу пожелать вам всего наилучшего. Верить. Любить. Прощать. Творить и вытворять. Находить прекрасное в каждом дне. А ещё знать, что мы всегда оказываемся в нужное время и в нужном месте, даже если кто-то начнёт что-то говорить против и ломать вас, подстраивая под себя.