Театры в дни революции 1917

Автономия государственных театров

28 апреля у Головина было созвано совещание, на котором должна была быть выработана окончательная редакция «Единого временного положения для всех государственных театров», этого первого практического законоположения новой власти в театральной области.

Однако в этот же вечер в Москве перед самым началом спектакля в Большом театре на сцену вышли представители труппы и главный режиссер обратился к публике с речью, сказав, что ряд приказов, полученных за последнее время от Петроградского управления государственными театрами, якобы клонился к ликвидации предоставленной Большому театру автономии и будто бы вызвал отказ Собинова от звания комиссара театра (как мы знаем, дело обстояло иначе). Считая, что подобные поступки вызывают недоверие к избраннику театра Собинову, и признавая, что право решения судьбы государственных театров принадлежит исключительно Учредительному собранию, общее собрание артистов Большого театра постановило объявить на сегодня однодневную забастовку в знак протеста.

Дали занавес и отменили спектакль.

Публика встретила это сообщение апплодисментами и разошлась по домам.

Театральный Петроград был удивлен выходкой Большого театра, а Батюшков и Головин были крайне недовольны. Главным виновником этой забастовки они не без основания считали Л. В. Собинова.

В печати появилось открытое письмо Ф. А. Головина, в котором он выражал сожаление, что артисты и служащие Большого театра, не дождавшись решения дела, вынесли его на суд публики, лишив этим ее возможности прослушать спектакль и создали у общества убеждение, что старый порядок лучше гарантировал зрителей от печальных случаев, подобных происшедшему.

На основании введенного с начала мая единого для всех государственных театров «временного положения» отныне при каждом из театров учреждался репертуарно-художественный выборный комитет из числа артистов и работников театра.

В его обязанности входила выработка репертуара, распределение ролей и приглашение в труппу новых артистов. В этой области комитет был автономен.

Затем при каждом из театров учреждалась должность управляющего труппой и уполномоченного театром, который обязан отчитываться перед главноуполномоченным, т. е. Батюшковым, во всем, что делается в его театре. С каждой труппой главноуполномоченный по государственным театрам заключал отдельное условие[14].

Надо добавить, что автономия частично была проведена явочным порядком самими артистами еще до ее разработки и утверждения: на совещаниях и митингах дело зашло очень далеко и принимало характер законного устава еще до утверждения властью.

В Александрийском театре управляющим труппой и уполномоченным театра был снова избран Е. П. Карпов. В Мариинском был избран управляющим оперой и уполномоченным театром А. И. Зилотти, а управляющим балетом — балетмейстер Б. Г. Романов.

Вместо должности полицмейстера, которая была до революции при каждом театре, учредили должность заведывающего зданием театра. Заведывать зданием Мариинского театра был назначен подпоручик Столица, Александрийского — поручик Волков и Михайловского — полковник Крылов, б. ранее полицмейстером этого же театра, и на правах не то заведывающего зданием, не то коменданта остававшийся здесь первые годы после Октября.